Пошли все на фиг, я добьюсь

Я пошла с ней в клуб.

– Спасибо. – Кира запрыгала от радости. – Ты настоящая подруга. Ты, может, пойдешь переоденешься? Или пойдешь в таком виде?

– А что тебя не устраивает? – разозлилась я. Я согласилась пойти с ней, а она меня еще осуждает. Но все же я сходила домой.

На кухонном столе лежала записка:

Меня вызвали на работу. Плов с курицей на плите. Не сиди перед телевизором допоздна. Буду завтра в девять. Целую. Мама.

Да, работа у мамы была не из легких. Она работала помощником хирурга. Каждый день видела эти ужасы. Работа не для слабонервных. Маме приходилось работать очень много с одним выходным, после того как отец бросил нас. Я всегда ненавидела его за это. Он бросил нас ради своей пустоголовой секретарши. Мама всегда говорила, что мужики ведутся на дур. Так оно и есть. Она знала, что он изменяет, но терпела, думала – одумается, вернется в семью. Но мой отец всегда отличался сообразительностью, поэтому, когда его секретутка залетела, он, недолго думая, на ней женился. Это предательство мама очень тяжело переживала, в меня тоже тыкали пальцами одноклассники, а соседи судачили за спиной. Говорили, что мой отец бросил нас и женился на шлюхе. Это с возрастом я научилась не обращать внимания на критику.

Я надела свое новое выходное черное платье. Оно было чуть ниже колен и с оголенной спиной, обрамленной красивой серебряной цепочкой сзади. Волосы распустила, спрыснула лаком с блестками. На шею надела серебряное колье – подарок тети на день рождения. Взяла с собой сумочку черную под платье. На ноги надела белые туфли, которые мне очень нравились. И, конечно, последний штрих – капелька любимых духов Kenzo.

Когда все было готово, я улыбнулась своему отражению.

Я, конечно, знала, что девушки на дискотеку одеваются несколько иначе. Так, чтобы было удобней танцевать. Но мне танцевать не хотелось. Мне хотелось поскорее забыть про то унижение, что я пережила, и выглядеть на все 100. Честно говоря, в клуб я шла впервые. Но не раз слышала от Ангелины, как там здорово, а музыка поднимает настроение на 100 процентов.

– Ты выглядишь потрясно, – восхищенно сказала Кира, увидев меня. Сама она была одета в довольно откровенный белый топик, по краям которого была видна ее грудь, и обтягивающие джинсы, украшенные ремнем Dolce & Gabbana. На ногах черные полусапожки. Волосы были убраны в хвостик, а в ушах красовались длинные сережки.

– Ты тоже ничего. – Улыбнулась я. – А что за запах?

– Новые духи от Бритни Спирс, – ответила она.

– Ну что, гулять так гулять! – сказала я, сама удившись своему настроению, а зря, надо было догадаться, что это неспроста. – А в какой именно клуб мы идем? – спросила я.

– А ты что, не знаешь? «Запад». Это самый крутой клуб в городе.

– «Запад»? Но там вроде вход платный. – Я вспомнила, что про «Запад» Ангелина никогда не упоминала.

– А у тебя что, денег нет?

– Есть, но немного.

– Там вход не такой дорогой, как говорят. 500 рублей, не больше. – Кира посмотрела в мои ошарашенные глаза и добавила: – Да не бойся ты. У меня есть. Я ж зарплату получила, ты забыла?

– Да, забыла. А где ты работаешь?

– Я – официанткой.

– И сколько платят?

– Ну, по-разному. Зависит от работы. Но так около 30 тысяч.

– А, ну да, тебе же уже 18. – Я вспомнила, что ей 15 мая исполнилось 18.

– Ладно, все, пришли. Надо не только заплатить, но и пройти фейсконтроль.

– А что за фейсконтроль? – спросила я.

– Ну, ты что, не знаешь? Тебя охранник должен пропустить. Он посмотрит, как ты выглядишь, и решит, пропускать тебя или нет.

Охранником оказался довольно симпатичный парень, который тут же нас пропустил, когда мы заплатили. В клубе было довольно жарко, особенно от полуголых девушек, танцующих на сцене и стойках. Везде были расставлены мягкие диванчики, на которых сидели парни и девушки, пили коктейли и болтали. Играла популярная песня Скриптонита «Танцуй».

– Пойдем к бару, – предложила Кира. Мы подошли к нему. Кира заказала себе мохито и «Голубую лагуну», а я – «Маргариту». Коктейль мне очень понравился, и спустя какое-то время я заказала еще один.

– Так, хватит пить. Мы не за этим сюда пришли.

– А за чем? По-моему, в клубы ходят, чтобы слушать музыку, танцевать, болтать и пить коктейли. Тогда зачем вообще ходят?

– Нет, моя дорогая, – сказала Кира, поставив пустой стакан на стол. – В клубы ходят для знакомств. И не для простых знакомств, а для поиска богатых и успешных. Понимаешь, о чем я?

– Нет, – честно ответила я.

– В клубы ходят для того, чтобы знакомиться не с парнями, а с богатыми мужчинами, чтобы раскручивать их на лавэ.

– И как же?

– Я уже приметила себе. Видишь того? – И она показала на лысого мужика на взгляд лет 40.

– И что ты собираешься с ним делать?

– Пойду для начала попрошу, чтобы он купил мне мартини. Оно нынче дорогое. – Кира подошла к мужчине, они поговорили минут десять. Я видела, как она в открытую с ним флиртовала. Потом мужчина подошел к бару и заказал мартини и суши.

– А это моя подруга, – представила меня Кира. – Да, она немного стеснительная. Ты не против, если она посидит с нами? – спросила она, фальшиво улыбаясь.

– Конечно, нет. А как зовут прекрасную? – спросил он меня.

– Марина, – ответила я.

– А будет ли Марина что-нибудь пить?

– Нет, спасибо. Я уже выпила, – ответила я.

– Ой, ну, конечно, будет, – ответила за меня Кира. – Она очень скромная. Что, по мохито еще? – сказала она, подмигнув мне. – И десерта два шоколадных.

Мне стало ужасно неловко. Я выдавила слабую улыбку. Когда мужик удалился, я накинулась на нее:

– Ты что, хочешь, чтоб он нас споил здесь? Я еще не оправилась после того случая!

– Милая, да успокойся ты. Если постоянно будешь всего бояться, скоро поседеешь. Ты теперь всю жизнь будешь вспоминать? Не волнуйся, я сама его раскручу, и даже без интима.

– А что, обычно с ним?

– Бывает и так.

Я глядела на Киру изумленными глазами.

– И кто тебя этому научил?

– Сама. Не маленькая. В жизни только так надо. Так ты еще девочка? – вдруг спросила она меня.

– Это тебя не касается, – холодно отрезала я, дав понять, что тема закрыта.

– Да, ясно… – растерянно произнесла она. – А я раньше тоже скромной была, пока Ваньку не встретила. Помнишь его?

Я вспомнила голубоглазого блондина, с которым встречалась Кира.

Тут она стала очень серьезной.

– У нас с ним все серьезно было. Мне Ванька сердце разбил, понимаешь? А теперь мне все равно на любовь. Я хочу красиво жить. Ты не думай, я не какая-нибудь блядь. Я его любила очень. И он говорил, что любит. Да ты знаешь, как я ему сутками названивала, у подъезда ждала… А он мной попользовался и выбросил как вещь. Мне тогда жить не хотелось. Все они козлы.

– Они полигамны.

– Нет. Они козлы, и дело не в этом. Просто козлы, в них ничего святого нет. Ни нежности, ни любви, ни чуткости, ни понимания, не то что у нас, девушек. Им же только одно надо. А женятся они не по любви, а из-за теплого местечка и домашнего хозяйства. Им удобно, когда жена им готовит, убирает, стирает за них. А сами они только на работу ходят отсиживаться в своих конторах. А потом говорят, как они устали, бла, бла, бла. Жопу отсиживать им тяжело. Есть, конечно, отдельные особи, но их очень мало, чаще всего они уже заняты.

Тут наш разговор прервал мужик, который принес нам коктейли и десерт.

– Ну что, детки, отдыхаем? Я сейчас вас опять ненадолго покину, знакомого встретил, – и он чмокнул Киру в щечку.

– Конечно, будем ждать, – сказала Кира, фальшиво улыбаясь.

– А с этим зачем познакомилась? – спросила я.

– Ради денег. Мне теперь любовь не нужна. Сыта я ею по горло. Я тогда Славку встретила, он за мной очень красиво ухаживал. Розы дарил охапками, драгоценности, по ресторанам водил. Тогда я поняла, что мне от мужиков надо.

– Что?

– Зеленые, лавандосы, бабки. Все равно, как назвать.

– А как ты их раскручиваешь?

– Ну как?.. Вижу дядьку какого-нибудь, с виду хорошо одетого, солидного такого. Ну, их сразу видно. Глазки ему строю. Если получается закадрить, а чаще всего так и получается, тогда начинаю окручивать. Ну, ты сама знаешь, как окручивают, чем, собственно говоря, мы и занимаемся. Выпить хочу. Выпивка без десерта никак. Понимаешь?

– Кажется.

– Потом прогуляться немного по Питеру. Я так люблю Питер! В нем столько красивых мест. Понимаешь? Ну, естественно, проходя мимо очередной достопримечательности, я так ненароком говорю: «Смотри, это же тот клевый бутик, где я уже два года мечтаю купить сапоги. Пойдем зайдем. Ну а так как у него не остается другого выхода, мы туда идем. Я показываю ему на красивые сапожки «Дольче и Габбана», меряю их и говорю: «Мне правда идет?» В общем, раскручиваю его на сапожки. А к сапожкам, естественно, не хватает чего?

– Чего?

– Пальто, глупенькая, не хватает. Так он мне покупает пальто. А к нему шарфик. Вот так я выхожу из магазина с обновками.

– Офигеть, – только и могла сказать я. – А интим они просят взамен?

– Бывает и так. Ну, кто еще более-менее в моем вкусе и помоложе – с ними я сплю. Остальным говорю: извини, дедуля, я тебе во внучки гожусь. Маленькая я еще, домой пора. Часто срабатывает. Но однажды наглый такой тип попался. Мол, дай и все. Тогда пришлось ему клофелинчика подсыпать. – Тут она замолчала. – Кажется, я тебе слишком много рассказала. Хотя у тебя тоже свои скелеты в шкафу, если проболтаешься, я в долгу не останусь. – Она угрожающе на меня посмотрела. – Помнишь, как ты парней покалечила у Лерки на хате? А ведь один в больнице лежал долго, менты приходили, а я тебя не сдала. Поняла?

– Прекрасно, – ответила я и поняла, что у такой, как Кира, все продумано.

– Я на все способна, Марин. Ради цели – на все. Гляди, сейчас этого мужика раскручу.

– Не раскрутишь, какой-то он больно подозрительный. Видишь, как пялится?

– Спорим?

– На что?

– На то, что он купит мне машину.

– Да ты что, рехнулась?! Кто он тебе, миллионер?!

– А что, по нему не видно? Я сразу поняла, что у него лавандосы крупные водятся. Он сюда на лимузине приехал. И говорит с акцентом. Бишь, иностранец.

– Чего? Я не видела. Что, правда на лимузине?

– Да, еще с телохранителем ходит.

– Где?

– Сказала бы в рифму… Видишь, он с мужиком разговаривает? Я сразу поняла, что это его телохранитель.

– С чего ты взяла?

– Да ты на его одежду посмотри! Я их за версту чую, 100 процентов. Кстати, очень даже симпатичный.

– Да, ничего. А ты опытная. Видишь, как мы многого друг о друге не знали. Пока этот твой олигарх ходил, ты мне тут все по полочкам разложила.

– А я о тебе и сейчас ничего не знаю, – сказала Кира.

– Да мне и рассказывать-то нечего, – ответила я.

Неожиданно к нам подошел дядька, видимо, не смог устоять под пронзительным взглядом Киры.

– Ну что, девчонки? Скучаете, небось? Я Владимир Сергеевич, а это Кирилл, – и он представил нам своего телохранителя.

И тут меня затрясло. Как будто между нами пробежала искра. Такое у меня было, только когда я встретила Лешку. Что же это?..

Он посмотрел на меня, и я увидела заинтересованный взгляд.

Он сел возле меня. Я отодвинулась. Он снова приблизился.

– А ты красивая, – сказал он. – Прям мечта.

Я подумала, что он сейчас мне начнет заговаривать зубы.

– Спасибо. Я польщена, – грубо ответила я.

– Девчонки, а где вы учитесь? – спросил В. С.

– Мы школу через два месяца заканчиваем, – ответила я.

Тут Кира громко меня перебила:

– Говори, да не заговаривайся. Я закончила уже, а сейчас в медицинском на третьем курсе. Мы с ней недавно познакомились, – добавила она, ядовито глядя на меня. – Маринка не в курсах.

Я поняла, что Кира хочет выглядеть взрослее.

– Да, – улыбнулась я, – извини.

– А ты что, такая маленькая? – спросил меня Кирилл.

– Нет, мне скоро 18.

– А мне 21, – сказал Кирилл. Я посмотрела ему в лицо. В принципе он был в моем вкусе. Карие глаза, черные волосы. На 21 он совсем не выглядел. Максимум на 19.

– Марин, а почему ты такая грустная?

– Не знаю, – сказала я. – Наверное, потому что не в своей компании.

– Тебе не нравится моя компания?

– Я тебя плохо знаю, – ответила я.

Он улыбнулся обворожительной улыбкой. И это показалось мне ужасно милым. «Уж не влюбилась ли я ненароком?» – испугалась я. Только этого не хватало.

– А когда у тебя день рождения? – спросил он.

– 18 апреля.

– А у меня в январе.

«Козерог», – подумала я. Господи, какие глаза. В них невозможно не влюбиться.

– Так чего ты обо мне не знаешь?

– Многого.

– Я Самсонов Кирилл. Дата рождения – 18 января 89-го года. Место рождения – город Набережные Челны. Увлекаюсь плаванием, виндсерфингом, скейтбордом и парашютными видами спорта. Учусь в Авиационном институте. Девушки нет. Мечтаю познакомиться с красивой шатенкой с зелеными глазами, но она, видимо, не очень.

– Очень трогательно, – ответила я и впервые за весь вечер улыбнулась. Тут заиграла медленная песня Лок Дога.

– Позволь пригласить тебя? – спросил он и протянул мне руку.

– Вообще-то я не танцую…

Тут Кира напомнила о себе:

– Марин, ну что ты ломаешься? Иди.

«Спасибо, Кира, иногда ты меня здорово выручаешь», – подумала я.

Мне казалось, что это сон. Красивая песня, красивый парень, красивый клуб. Все как в сказке. Кирилл обнял меня за талию и прошептал на ухо:

– Ты самая потрясающая девушка, которую я когда-либо встречал. Я умру, если ты не дашь мне свой номер. Я хочу увидеть тебя снова».

А я думала о том, что это реально любовь с первого взгляда. Он просто не может быть маньяком или кем-то в этом роде. Почему? Достаточно посмотреть ему в глаза…

Когда музыка закончилась, Кирилл проводил меня обратно.

Тут я вспомнила, что уже поздно.

– Мне нужно домой, – пропищала я.

– Да ладно тебе, время детское, – встряла Кира. – У тебя же мать на работе, расслабься, – сдала меня «подруга».

– Я знаю, – с нескрываемой злобой ответила я.

– Раз девушка считает, что поздно, значит, поздно, – поддержал меня Кирилл. – Давай я тебя провожу.

Эта идея мне очень понравилась. Мы были на правом береге Невы, а я жила на левом. Добираться было прилично.

– Да, спасибо.

– Ну, тогда до встречи, – сказала Кира. – Мы с В. С. еще посидим. Правда, Володя? – Она посмотрела ему в глаза.

– Конечно, – ответил он.

– Ладно, – сказала я, стараясь скрыть неприязнь к этому старому извращенцу.

Когда мы вышли, в лицо повеяло летней ночной прохладой. Было полпервого ночи, Питер охватила ночная прохлада.

– Слушай, – сказала я, – ведь скоро мосты будут разводить. Пойдем посмотрим?

Кирилл улыбнулся и накинул мне на плечи свою ветровку.

– А ты что, всегда смотришь на это «зрелище»?

– Вообще-то да, когда есть возможность. Сейчас именно такой день. Пойдем скорее.

– Ты же живешь в Питере, это забава для туристов. Тебе правда этого хочется? – Взглянув в мои зеленые умоляющие глаза, он согласился: – Ладно, поехали.

Мне очень понравилась его машина – новый мерседес. Я любила белый цвет – цвет чистоты и невинности. Мой любимый цвет. Он надавил на газ.

Я села и пристегнула ремень.

– Слушай, а ты ведь выпил.

– Да разве это «выпил»? – ухмыльнулся Кирилл. – Один бокал мартини. Не смеши и не бойся. – Он поцеловал меня в губы, и я обо всем забыла.

Он включил магнитолу, вставил свой диск, и всю дорогу мы слушали популярные песни. Когда мы ехали обратно, он неожиданно спросил:

– А какая у тебя мечта?

– Моя?.. Вообще-то моя мечта одна. Я хочу стать певицей. Но вряд ли она сбудется.

Он промолчал. Я поняла, что он про себя подумал то же, что и другие. Это бред и нереально. Но мне было плевать, я продолжила.

– Почему нереально? – спросил он.

– Потому что я уже давно об этом мечтаю, но все против меня. Маме даже некогда выслушать меня, подруги только обещают помочь, а сами заняты другим. Они все только обещают, понимаешь?! – Крик души вырвался у меня из груди.

– А ты сама пробовала, без их помощи?

– Мне музыка нужна. Я только песни пишу, без музыки.

Когда Кирилл довез меня до дома, то попросил мой номер.

– Я позвоню тебе. До завтра. Я так рад, что Бог послал мне встречу с тобой.

– Я тоже, – сказала я и зашла в подъезд. Я пришла домой, переоделась и легла. Но мне не спалось. Встретив его, я так быстро потеряла бдительность. В другой ситуации я бы ни за что не села в машину к незнакомому парню, да еще подвыпившему. Но с ним страха не было. Я вспоминала его, как он ухаживал за мной, его глаза, а еще то ощущение, когда я была с ним. Это было нереально. Никогда со мной такого не было. Наверное, это любовь. Любовь с первого взгляда.