Хроники Драгомира. Книга 1. За гранью сияния
- -
- 100%
- +
Разговор ненадолго прервался, так как тропинка уперлась в широкий ручей, бурный, а главное – пронзительно холодный. Он с рокотом перекатывался через большие валуны, окатывая девушек ледяными брызгами. Хотя уже вовсю припекало солнце, от ручья веяло прохладой.
Они разулись и, поддерживая друг друга, перебрались на другой берег по скользким замшелым камням.
– Ух, ну и ледяная же тут вода! – Луна запрыгала, пытаясь согреть замерзшие ноги.
Потом они двинулись дальше.
– Мы начали одновременно дрессировать наших голубей, – продолжила рассказ Анита. – Когда птенцы научились летать, мы стали отпускать их в небо. Сначала на привязи, условным сигналом приманивая домой, затем без нее, постоянно увеличивая расстояние. Мы учили птенцов запоминать, где находится их дом, чтобы, улетая, они обязательно возвращались. Для обмена первыми письмами мы поменяли голубей местами: моего оставили у портала, а голубя, выдрессированного твоим отцом, привезли к нам домой.
– А когда ты уезжала? Я не помню. Ведь до портала так далеко, – удивилась Луна.
– Разумеется, ты не помнишь! Ты тогда была совсем крошкой… Твои родители не могли приходить к нам, чтобы проведать тебя. Для этого им пришлось бы изменить облик, чтобы обмануть стражников. А сделать это, одновременно поддерживая чары наваждения на доме и семье, было им не под силу. Ведь они еще на всякий случай прикрыли дом, чтобы стражники не учуяли использование в нем волшебной силы. Именно поэтому они не засекли всплеск волшебства, когда ты подожгла волосы Стефану. Впрочем, я тебя быстро остановила. Если бы поток силы продолжился, не знаю, выдержала бы защита или нет.
– Ты хочешь сказать, поддержание защитных чар вокруг нас и дома истощило волшебные силы родителей настолько, что они не могли пользоваться магией? Как же они защищают себя? Ведь в Драгомире война, – испугалась Луна, вспомнив свой сон.
– Не совсем так. Это лишило их возможности накладывать чары наваждения и защиты, так как они ежедневно использовали их, чтобы прятать нас, – поспешила успокоить ее Анита. – Изначально планировалось, что я отправлюсь к порталу и обратно, чтобы совершить обмен птицами. Но не тут-то было. Чары наваждения сильны, но не настолько, чтобы я смогла оставить тебя одну. Внушить тетушке или кому-нибудь из домочадцев любовь к тебе оказалась неспособна никакая магия. За две недели моего отсутствия они бы просто уморили тебя голодом. Ты права, более удачного дома не сыскать…
– И что вы сделали? – нетерпеливо перебила Луна. – Ведь ваш план, получается, рухнул.
– Да! Мы могли остаться без связи. Но Алекс не мог этого допустить. Он слишком за нас боялся. Поэтому он пошел на риск – и доверился еще одному человеку. Он привел с собой в этот мир старейшую волшебницу Смарагдиуса. Алекс взял с нее обещание, что она никогда ничего не расскажет. Правда, о твоем рождении он все же умолчал. Сказал, что спрятал в этом мире меня, как главного врага Жадеиды. Старая волшебница не стала задавать лишних вопросов. Она доверяла решениям Алекса, несмотря на его молодость и небольшой срок правления. Пользуясь защитой портала, она внушила голубю Алекса лететь сюда, а моему – к порталу. Убедившись, что птицы запомнили маршрут, она наложила на них чары долголетия и чары наваждения, чтобы их никто не заметил. Затем они с Алексом вернулись в Драгомир. Не без труда, так как старой волшебнице пришлось отдать много силы. Но в итоге все получилось. Птицы, запомнив маршрут, спокойно курсировали между нами… Так что связь с твоими родителями никогда не прерывалась. Они знают о тебе все. И как ты росла, и когда прорезался первый зубик, и твою любимую песенку. В общем, все-все, – прижав к себе девочку, закончила Анита.
– А как ты смогла им меня показать?
– Ха! У меня неожиданно открылся талант художника. Вот к чему приводит вынужденное воздержание от колдовства, – улыбнулась она. – Я тебя нарисовала и отправила с голубем твой портрет! Получив его, они сначала восхищались и плакали, а потом еще пару недель спорили, на кого ты больше похожа!
За разговорами девушки не заметили, что уже прошли большую часть намеченного на сегодня пути. Вечером Луна училась ловить рыбу при помощи ветки, шелковой нити, небольшого крючка и наживки. Под камнями на отмелях реки обитало множество рачков. Анита ловко ловила их и насаживала на крючок.
– Фу, какая гадость! – морщилась Луна.
– Будешь фукать, превратишься в бабушку Фуфу.
– О нет, только не это! Торжественно обещаю – больше не буду!
К восторгу Луны, после часа ожидания им удалось поймать большую форель.
– У нас будет настоящий королевский ужин! – воскликнула она.
Форель томилась под золой, завернутая в листья, и пахла так аппетитно, что девушки были готовы съесть ее полусырой. Когда рыба наконец-то испеклась, они с трудом сдержались, чтобы не наброситься на еду, как семейство тетушки Мари.
– Мы же не дикарки какие-то, – хмыкнула Луна и, чинно взяв нож и вилку, принялась за еду.
6
Третий день встретил их неласково. Погода испортилась, моросил заунывный дождь. Наступившая осень решила заявить о себе и прогнала теплое солнце, пытавшееся всеми силами продлить лето. Луна проснулась оттого, что плащ, под которым она спала, стал сырым и холодным.
– У-у-у-у, ну и погодка! – пробурчала она и со стоном села.
Хотя идти стало несравнимо легче, чем в первый день, ноги все равно гудели, а спина после сна на твердой земле ныла.
Небо было серым, тяжелым, казалось, еще чуть-чуть, и оно прижмется к земле. Пахло сыростью и прелой листвой.
– Ай! – вскрикнула девочка, резко подскочив, когда целая струя воды хлынула ей за воротник.
– Извини, я случайно, – отозвалась Анита, нечаянно зацепившая ветку, под которой сидела Луна. – Зато вон как ты быстро встала!
– Ну да, и тебе доброе утро. Холодный душ в такую погоду – это же мечта! – хмуро отозвалась девочка.
Позавтракав на скорую руку, они закутались в плащи и тронулись в путь. Спрятавшись в капюшон, Луна старалась не поднимать голову, ведь при каждом неосторожном движении с листьев в лицо брызгала холодная вода. Задумавшись, она не заметила, как со всего размаху наступила в жидкую грязь. Нога тут же поехала, Луна отчаянно замахала руками, пытаясь восстановить равновесие, но это не помогло, и она плюхнулась прямо в лужу.
– Теперь я полностью помылась! – фыркнула Луна. – Видела бы меня бабушка Фифи, ее бы удар хватил!
Вся в грязи, но неожиданно в хорошем настроении, девочка сидела в луже и смеялась.
– Посмотрите на нее, это же поросенок! – проскрипела Анита дребезжащим голосом бабушки Фифи. – Да нет, это самая настоящая свинья!
– Кто свинья? Я свинья? – шутя вскричала Луна. – Ну держись!
Она зачерпнула горсть жидкой грязи и со всего размаху бросила в Аниту. Та увернулась, но жижа все равно забрызгала плащ.
– Ах так! Ну, держись!
Повеселившись и нахохотавшись вдоволь, они принялись отчищать друг друга. Это маленькое происшествие вернуло им хорошее настроение. Луна с удивлением заметила, что в лесу приятно пахнет дождем и мокрой хвоей, что листва и трава сияют чистотой. Дождь почти закончился, из-за туч выглянуло солнце. Дождевые капли вспыхнули так, что больно было смотреть, и заиграли всеми цветами радуги. Идти стало совсем легко. Душа пела и рвалась навстречу новой жизни.
– Анита! – робко произнесла Луна. – Ты рассказала о свадьбе моих родителей, а о том, что было дальше, почему-то молчишь. Кажется, потом что-то случилось. Что-то, о чем тебе тяжело говорить?
Анита вздохнула.
– Да нет, рано или поздно все равно придется. Но ты права, говорить об этом тяжело. Слишком прекрасной была наша жизнь до и слишком ужасной стала после. Весь мир будто раскололся. И, кажется, уже никогда не будет прежним…
Луна тоже вздохнула, но ничего не сказала.
– Свадьба была просто волшебная, – продолжала Анита. – Молодые, красивые, бесконечно влюбленные, твои родители моментально покорили сердца драгомирцев. Все праздновали и веселились, повсюду раздавались поздравления и пожелания счастья… На свадьбу явилась и Жадеида. Наивный Алекс пригласил ее как своего лучшего друга. Она оделась во все черное, будто пришла не на свадьбу, а на похороны. Села на противоположном краю стола и демонстративно уставилась на Алекса, всем своим видом показывая недовольство. Но тот был слишком поглощен невестой и не обратил на нее никакого внимания. Постепенно гости стали шептаться. Все знали, что мы дружны, и никто не понимал такого открытого выражения неприязни.
В конце торжества, когда настала пора вручения подарков, Жадеида медленно подошла к молодой паре и произнесла речь, от которой кровь застыла в жилах у каждого, кто ее слышал. А услышали все. Ее слова, усиленные чарами, разносились далеко и достигли всех уголков Драгомира. С непроницаемым лицом, не выражавшим никаких эмоций, в полной тишине она сказала:
– Вам все желают счастья!.. Я вам его не желаю!.. Вам все желают любви!.. Я вам ее не желаю!.. Вам все желают долгой жизни!.. Я вам ее не желаю!.. Вам все желают умереть в один день!.. Вот этого я вам желаю, и этот день наступит так скоро, что вы будете все удивлены!.. Ненавижу, будьте вы прокляты… – договорив, она вручила остолбеневшей невесте непонятный сверток, перевязанный черным бантом, и исчезла. Ее издевательский смех еще долго стоял в ушах…
Анита содрогнулась и обхватила себя руками.
Луна не могла пошевелиться. Воображение рисовало ей страшную ведьму, изрыгающую проклятия вместе с черным пламенем ненависти, вырывающимся изо рта.
– Нефелина, разглядев, что сунула ей Жадеида, с криком отбросила сверток, – продолжала Анита. – Это оказался скелет мелкого животного. Мы сначала и не поняли, в чем дело, но потом Нефи признала в нем свою собачку, которая жила с ней во дворце Кристаллиума. Переезжая в Манибион, Нефелина оставила свою любимицу маме, чтобы хоть как-то скрасить той разлуку. Вскоре собачка пропала, но Криолина[15] ничего не сказала дочери, чтобы не расстраивать ту перед свадьбой… Все были в ужасе. Я пыталась хоть как-то разрядить атмосферу. Позвала музыкантов, и они заиграли веселую мелодию. Люди постепенно разбрелись по залу, а ошеломленных Алекса и Нефи я тихонько увела в комнату, приготовленную для подарков. Нефелина никак не могла успокоиться, она плакала и все пыталась отмыть руки. Я отправила слугу похоронить скелет. Алекс с ошарашенным видом топтался возле жены.
– Не понимаю, что на нее нашло? – удивлялся он. – Откуда столько ненависти и что все это значит?..
Мы постарались забыть об этом случае, и жизнь пошла своим чередом. О Жадеиде ничего не было слышно. В день свадьбы она пропала и больше не вернулась в свой дом. С собой она забрала только сына. Куда они исчезли, никто не знал. Мы пытались найти ее, но нам не удалось.
– Зачем она это сделала, Анита? – прошептала потрясенная Луна. – Зачем испортила свадьбу? Зачем прокляла лучшего друга? А бедная собачка? В чем она-то виновата?
– Вот так. Жадеида решила во что бы то ни стало выйти замуж за твоего отца. Ведь он уже был назначен преемником правителя. К тому же Алекс всегда помогал ей, прекрасно относился к ее сыну. Думаю, она уже спланировала дальнейшую жизнь рядом с ним. И вдруг – появляется какая-то девушка и уводит у нее из-под носа то, что она уже считала своим.
– Но почему? Ты ведь говоришь, папа никак не отвечал на ее чувства.
– Твой отец бесконечно добрый человек. Всегда выслушает, утешит, поможет. Он ко всем относится с одинаковым участием. Но Жадеида приняла его теплоту за ухаживания и была уверена в скорой свадьбе.
– Как ужасно, она же просто была несчастна! – печально вздохнула девочка.
– Погоди ее жалеть, сейчас немного передохнем, и узнаешь почему.
Девушки, сбросив рюкзаки, опустились на землю. Луна с удовольствием вытянула уставшие ноги и вновь вздохнула, глядя на бодрую Аниту.
«Вот попаду в Драгомир и сразу же начну тренироваться, а то всего тринадцать лет стукнуло, а я как старушка, еле ноги таскаю», – пообещала она себе.
Перекусив и сверившись с компасом, они двинулись дальше.
– После свадьбы будто что-то испортилось в нашем мире. Начали появляться недовольные жители, – продолжила рассказ Анита. – Они возникали поодиночке, а иногда целыми группами. Чего хотели? Неизвестно. Они были недовольны всем. То вода слишком холодная, то еда невкусная, то груши нынче кислые, то ночь темная. Все эти претензии были смешны, но их количество неуклонно росло. Словно кто-то заразил людей неведомой болезнью всепоглощающего недовольства. Правители петрамиумов сбились с ног, наводя порядок в своих владениях. Смутьяны нарушали покой остальных граждан, и уставшие от беспорядков правители приняли решение изгнать их. Сейчас я понимаю, что это было роковой ошибкой. Изгнанные заняли окраину Драгомира, их количество с каждым днем росло. Что их туда манило? Бросить благополучную, сытую жизнь, уйти в серость и уныние, жить впроголодь, в грязи, в нищете. Уму непостижимо!
Анита недоуменно развела руками.
– Но этих людей становилось все больше, и вскоре появился шестой петрамиум. Петрамиум отверженных. Он, словно черная туча, возник на горизонте. Вот тогда-то правители схватились за голову. Отверженные начали набирать силу. Среди них были выходцы из всех четырех петрамиумов, а следовательно, у них появилась еда, вода, они стали делать себе доспехи и оружие, отгородились от всего мира и сделали свою территорию неприступной.
Только петрамиум целителей остался неизменным. Никто из наших не перешел к отверженным, что сильно злило их лидера. Заполучив хотя бы одного целителя, она бы стала всесильной и неуязвимой. Но наш клан был непоколебим.
– Кто – она?
– Я не сказала? Разумеется, Жадеида! Это она в два счета умудрилась создать целую армию послушных озлобленных марионеток с фанатичным блеском в глазах. Заражая людей ненавистью, она сама становилась все сильнее. К тому же ей удалось завладеть черными магическими книгами, которые должны были быть уничтожены много лет назад. Не знаю, где она их взяла. В нашей истории есть постыдные страницы, когда в Драгомире жили ведьмы и колдуны и поощрялись занятия черной магией. Они свергли правителей, подлым образом убив их, захватили петрамиумы и держали простых драгомирцев в постоянном страхе. Но летописи гласят, что все колдуны потом были пойманы и заточены в башни, а книги уничтожены. Видимо, летописи знают не всё. Пользуясь могуществом книг, Жадеида начала нападать на петрамиумы, пытаясь захватить власть и подчинить жителей. Ее стражники, не таясь, нагло шныряли повсюду, до смерти пугая мирных жителей. Они топтали посевы, отбирали урожай, поджигали дома. В разных местах Драгомира постоянно вспыхивали мелкие конфликты. Уверившись в своей силе, Жадеида не постеснялась даже заявиться в дворец целителей, прямо на совет Стеллиума. Правители пытались решить, как противостоять этой напасти. И вдруг откуда ни возьмись появилась громыхающая, сверкающая молниями и плюющаяся дождем туча. Когда она рассеялась, в центре зала стояла Жадеида во всей красе. Все оторопели от неожиданности.
В черных доспехах, с черной диадемой на лбу и нелепой белой фатой, она производила ужасное впечатление. Будто это была не обычная девушка из Смарагдиуса, а самая настоящая ведьма. Даже волосы ее потемнели, из изумрудно-зеленых стали иссиня-черными с зеленоватым отблеском, словно шкура ядовитой черной мамбы. Пряди, как живые, извивались вокруг лица, а на плече сидел огромный паук – бессменный хранитель черных книг. Вот тогда-то все и поняли, что книги у Жадеиды. Ведь паук никогда не появлялся без них. Ошибки быть не могло: паук-хранитель был в два раза больше самых крупных своих собратьев. Очень глубокого черного цвета, в оранжевую полоску, с четырьмя парами волосатых ног, громадными паутинными бородавками на толстом брюхе и нагло блестевшими глазами, натыканными буквально везде: и впереди, и сверху, и на боках. Эти жуткие глаза, казалось, заглядывали в самую душу, гипнотизируя и подчиняя себе. Человеку стоило многих усилий отвести взгляд или хотя бы просто моргнуть.
Во время разговора Жадеида, развлекаясь, постоянно подкармливала паука полуживыми птицами и мышами. Он подхватывал их и убивал, впрыскивая яд. Сначала бедняжки еще трепыхались, потом затихали. А паук вгрызался в жертву, высасывал ее и отбрасывал, как мусор. От этого зрелища всех мутило, только Жадеида хохотала, запрокинув голову.
– Что тебя привело сюда? – строго спросил Сардер[16], правитель Смарагдиуса, высокий, зеленоволосый, немного суховатый, с вечно поджатыми губами, из-за чего казалось, что он постоянно чем-то недоволен. – Ты сама покинула наш петрамиум и не имеешь права здесь появляться.
– Да кому вы нужны, жалкие землекопы, – усмехнулась Жадеида. – Я теперь сильнее всех вас вместе взятых и ничего не боюсь! Вы прекрасно знаете, что не сможете меня остановить!
С этими словами, издевательски захохотав, она подняла руки. Окна распахнулись, и в зал влетел ветер. Подчиняясь движениям ее рук, он набирал силу и вскоре превратился в настоящий ураган. Жадеида направила руки в сторону фонтана. Вода мощным потоком влилась в ураган. А ведьма уже повернулась к камину и призвала огонь, который жидкой лавой влился в крутящийся вихрь, рассыпая вокруг искры. Правители пытались защитить находившихся в зале, туша огонь или осушая воду, но смерч был сильнее. Алекс, закрывая лицо, с трудом пробрался к Жадеиде и резко схватил за запястья.
– Немедленно прекрати! – прокричал он.
Неожиданно она согласилась:
– Хорошо, хорошо! – И опустила руки.
Ветер стих, будто его и не было, огонь и вода вернулись на свои места. Все успокоилось. Люди начали вставать с пола, отряхивая одежду. Слуги поднимали упавшую мебель, закрывали окна и с опаской поглядывали на Жадеиду.
– Я прекращу, но лишь потому, что ТЫ об этом просишь! – заявила Жадеида и медленно подошла к столу правителей.
– Значит, так! Слушайте все. Я требую, чтобы Алекс немедленно развелся с этой, – она ткнула пальцем в Нефелину. – И сейчас же женился на мне! – кокетливым жестом она поправила свою фату. – Я уже полностью готова! В противном случае я подниму восстание и уничтожу весь Драгомир.
В зале поднялся ропот, возмущенные правители вскочили со своих мест. Раздались выкрики: «Не бывать этому!», «Что она такое говорит?», «Не позволим!»…
– Ты сошла с ума! – спокойно ответил Алекс.
– Думайте что хотите! Я свое слово сказала!
Нефелина медленно встала, подошла к ним и тихо произнесла:
– Жадеида, очнись! Неужели ты хочешь разрушить нашу семью? Ведь ты столько лет была лучшим другом Алекса. К тому же он не любит тебя, он всегда относился к тебе как к сестре. Что с тобой?
Жадеида вытаращила глаза, брови ее поползли вверх, а рот перекосило в жуткой ухмылке. От неожиданности она начала заикаться.
– Т-т-т-т-ты!.. – дрожащей рукой она потянулась к Нефелине. – Как ты смеешь?!
И тут взгляд Жадеиды упал на сильно округлившийся живот соперницы.
– Ты носишь ребенка?!
– А что тебя удивляет? – спросила Нефелина.
Алекс встал между ними, загораживая беременную жену от разъяренной ведьмы.
– Да ты… да вы… вы все пожалеете!!! – захлебнулась Жадеида и исчезла.
Это была еще одна способность, приобретенная благодаря чтению черных книг, – эффектно появляться и неожиданно исчезать…
В ту ночь правители петрамиумов привели войска в полную боевую готовность и начали готовиться к осаде. И в эту же ночь ты решила появиться на свет! Твой отец отвез маму в Манибион, где уже все было готово к твоему рождению. Нефелина со служанками все девять месяцев шила для тебя маленькие платьица, кружевные чепчики, миниатюрные носочки. Во дворце была уютная детская со светлыми обоями и чудесной кроваткой с королевским балдахином. В комнате собрались знаменитые целители. Все с волнением ждали, когда произойдет чудо. Алекс сильно нервничал и, словно раненый зверь, кружил по соседней комнате, не в силах унять беспокойство. Да и было отчего. За стеной появлялась новая жизнь, а на окраине страны в своем черном дворце Жадеида готовила месть. На всякий случай он выставил охрану и у покоев Нефелины, и вокруг дворца. Но это его не успокаивало.
7
Ведьма металась по комнатам, круша все на своем пути. Перепуганные стражники попрятались по углам, боясь высунуть нос.
«Бабах!» – огромная ваза разлетелась на тысячи черепков.
«Бум!» – покатился стул.
Жадеида добралась до кухни и с остервенением стала швырять на пол посуду.
– Да как он посмел! – первая стопка тарелок.
– Он меня предал! – другая.
– Обманул! – третья.
– Ненавижу! Всех ненавижу! Я отомщу! – бушевала она.
– Жалкие целители, мерзкие людишки… Такие гордые, независимые, тьфу! Считают себя сильными, неуязвимыми… Я вам покажу настоящую силу! Я вас уничтожу!
Неожиданно Жадеида замерла посреди комнаты. Она вспомнила о пауке – хранителе черных книг, который пообещал ей огромную силу и власть в обмен на услугу. Жадеида должна была кое-что сделать для черных книг, но никак не решалась и откладывала ритуал на потом. А теперь, поняв, что Алекс потерян для нее навсегда, наконец решилась.
Жадеида развернулась и опрометью бросилась в кабинет.
– Черный Обсидиан[17], – позвала она паука. – Думаю, время пришло.
Паук, довольно потирая лапки, подтолкнул к Жадеиде самую большую черную книгу, украшенную черным камнем. Жадеида на мгновение задумалась, но паук, нетерпеливо пританцовывая на столе, настойчиво пододвинул книгу ближе.
– Помни о могуществе, – прошипел он. – Ты станешь самой сильной, и больше никто не посмеет отказать тебе.
Ведьма, словно впав в транс, медленно взяла в руки старую массивную книгу в потрескавшемся кожаном переплете, к которому с трепетом прикасались пальцы многих поколений колдунов. Она бережно смахнула невидимую пыль и взглянула на Обсидиана.
– Покорми ее, – еле сдерживаясь, подсказал тот.
Ведьма опустила книгу на стол и с почтением сказала:
– Приветствую тебя… О! Величайшая, мудрейшая и чернейшая из всех книг! – и низко поклонилась.
– Прими от меня дар и открой мне свои тайны, – с этими словами она проткнула себе палец и уронила каплю крови на огромный черный обсидиан, красующийся на обложке. Кровь, упав на камень, зашипела и испарилась, щелкнул замок, и книга со скрипом открылась.
Жадеида начала аккуратно переворачивать страницы в поисках нужного заклятья.
– Вот оно! – подсказал паук и добавил: – Помни о своем обещании. Книги сейчас дадут тебе силу, ты сможешь отомстить, но не забывай про услугу.
Ведьма решительно кивнула и начала нараспев читать:
– Я прошу помощи у тебя, величайшая из книг, самая могучая и сокрушительная. Дай мне неистовство урагана, гнев могучего шторма, дрожь мощного землетрясения, ярость страшного пожара, лютость неумолимой смерти… Отдай мне свою мощь, сделай меня сильнее… Я хочу уничтожить их, этих всесильных целителей, стереть с лица земли… Помоги мне…
Из книги донесся леденящий душу шепот:
– Жертва… Нам нужна жертва… Ты обещала жертву… Время идет, а жертвы так и нет… Дай нам жертву… И мы дадим тебе все, что ты хочешь…
От этого голоса волосы вставали дыбом, руки начинали дрожать. Ведьма, невзирая на всю свою решимость, побледнела. Ей хотелось заткнуть уши и бежать без оглядки, но она пересилила себя. Слишком велика была ее ненависть. Взяв себя в руки, она напряженно размышляла…
– Нам нужна огромная жертва… Мы научим тебя…
– Я готова, – решительно ответила ведьма. – Я сделаю все, что вы хотите. Принесу любую жертву, только укажите мне. Пусть это будет жертва, какой еще не видывал мир. Пусть все запомнят этот день… И станут еще больше бояться нас. Пусть все узнают, на что мы способны вместе…
– Тогда слушай… – прохрипела книга.
Жадеида внимательно выслушала требования книги. Тень сомнения промелькнула в ее глазах и тут же пропала, бесследно исчезнув в лабиринтах черных мыслей.
Ведьма выпрямилась и твердо сказала:
– Приступим…
В тот же миг в окно ворвался ураган и закружился вокруг Жадеиды, с треском ломая мебель. В воздух взлетели кипы бумаг, книги, склянки, стулья. У Жадеиды жутко удлинилось лицо, а вместо рта образовалась страшная черная дыра. В эту бездну с оглушительным ревом влетел ураган. На секунду все стихло. Потом огромная волна вторглась в комнату, на пол хлынула вода. Она бушевала, захлестывая все вокруг. Жадеида со свистом втянула в себя всю воду. Опять стало тихо. Через мгновение стены комнаты задрожали, пол начал ходить ходуном. Эти колебания передались и Жадеиде. Она, запрокинув голову, словно пила дрожь земли. Следом в окно с воем влетел огонь, пожирая все на своем пути. Раскаленные искры обжигали руки ведьмы, но она только смеялась, подзывая его к себе. С оглушительным треском пожар тоже исчез в черной бездне. Ведьма, шатаясь, обвела безумными глазами комнату.