Счастье, разорванное надвое

Многие мужчины обращали внимание на стройную молодую женщину в салатово-розовом сарафане и широкополой шляпе, несущей на плече мольберт. Вера уже подходила к беседке, когда поняла, что совсем не устала, так как её ноша была очень лёгкой. Писать не получалось, почему-то дрожали руки и подкашивались ноги. Женщина села на лавочку и задумалась. Здесь на их месте, ей вдруг ярко вспомнился образ Виталия. Его золотисто-карие глаза казалось, смотрели в самую душу. У Юры глаза были её, серо-голубые, а в остальном он был очень похож на отца. У Веры часто замирало сердце, когда она наблюдала у сына эти плавные, гибкие, кошачьи движения, такие же, как у Виталия. Пожалуй, Юрочка был немного стройнее и плечи у сына были поуже, чем у отца, хотя он с детства наматывал километры в бассейне. Виталий рассказывал ей тогда, что плавал даже в шторм. Интересно, почему сынок с детства был также неравнодушен к воде, может быть какая-нибудь генетическая память?

Как получилось, что я всю жизнь прожила монашкой? – Подумала Вера. Да, конечно удар, который она получила в семнадцать лет, был слишком сильным. Первое время, после пережитой боли её пугали даже комплименты. Верочка не хотела и не могла общаться с противоположным полом. Позже, когда Юрочке было три года, девушка как-то отошла, и ей даже понравился парень с её курса. Игорь говорил, что развод не проблема. Он познакомил Веру с родителями, и они одобрили выбор сына, несмотря на то, что у неё был ребёнок. Она долго уговаривала себя и почти убедила в том, что Виталий её бросил. Вера приводила себе доводы, что он мог бы прилететь за ней на самолёте и всё объяснить или написать письмо. Мог бы просто позвонить…. Не было сделано ни первого, ни второго, ни третьего. Игорь настаивал на близости, а девушка всё оттягивала этот момент. Наконец она решилась и пообещала пойти к Игорю домой, пока его родители были на работе, но жизнь всё решила иначе.

Вдвоём они должны были забрать Юрочку из детского садика и отвезти его домой, а потом поехать к Игорю. Сынок ходил в ясельную группу всего неделю и поэтому его оставляли там ненадолго. Увидев маму, Юра бросился к ней, а к Игорю отнесся неприязненно. Всю дорогу ребёнок плакал и кричал:

– Уйди дядя, ты пахой! Это моя мама!

Дома он устроил истерику, вцепившись в Верин подол. Ни бабушка, ни дедушка не могли уговорить ребёнка. Расстроенная Вера сказала Игорю, что она сегодня никуда не пойдёт, а тот, рассердившись, заявил, что она потакает капризам сопляка. После этого они перестали встречаться. Примерно через год Игорь женился на Светлане с их курса, но это не вызвало у Веры уже ни каких эмоций.

Второй раз она могла устроить свою судьбу с Павлом. Он ещё в школе был влюблён в Веру, но у неё были балет, живопись…. Потом умерла мамочка, и девушке опять было не до него. Узнав о её беременности, Павел приходил и звал Веру замуж, но безрезультатно. В то время она была как страус, который прячет голову в песок, пытаясь от всех защититься.

Павел вновь появился в её жизни, когда Юре было лет десять. Он подружился с сыном, стал приходить и помогать по дому. К тому времени он развёлся со своей женой и вновь пытался завоевать любовь Веры. Бабушка Зина и дедушка Костя стали наперебой убеждать внучку, что это хорошая для неё партия, что она ждала достаточно и нужно наконец-то подумать о себе и сыне.

Вера ничего для себя не решила, но стала подумывать о совместной с Павлом жизни. Возможно на этот раз, она бы вышла за него, но вдруг ей стал сниться Виталий. Он приходил почти каждую ночь, они обнимались и занимались любовью. Вера часто просыпалась, измученная сладкой истомой, и ещё долго ощущала его руки и губы. К Павлу она ничего подобного не испытывала и в конце концов сказала, что не сможет полюбить его. После этого девушка пообщалась с его женой Наташей и убедила помириться с мужем. Сейчас их дочке Риточке уже одиннадцать лет. Она дружит с семьёй Павла, но иногда ловит на себе более чем дружественные взгляды бывшего одноклассника.

Виталий стал приходить к ней реже, с тех пор как заболела бабушка. Её, как и маму сильно беспокоило сердце. Врачи, скорая помощь, постоянный запах лекарств, теперь постоянно присутствовали в доме. Пока Юрочка был маленьким, и Вера нуждалась в помощи, бабуля держалась, а потом силы её покинули. Бабушка Зина умерла от второго инфаркта, Юрочка тогда уже заканчивал школу. Следом за ней угас и дедушка, мысли о личной жизни ушли на второй план. Затем Веру назначили главным бухгалтером, забот и проблем стало намного больше. Всё своё свободное время она посвящала сыну, а теперь у неё были девочки. Вера была очень благодарна Галине, которая вернула её к балету. Когда-то она танцевала, чтобы у мамы было хорошее настроение, а теперь по воскресеньям она занимается со своими маленькими куколками и с удовольствием танцует сама. Прекратив тогда занятия в студии, Вера каждый свой день начинала с комплекса балетных упражнений. Пропустив хоть один раз, она испытывала дискомфорт. Вера часто с любовью вспоминает маму, так как благодаря балету она и сейчас имела стройную фигуру и лёгкую походку.

Женщина встала, подошла к мольберту и критически осмотрела свою работу.

– Мазня! – Сказала она вслух. – Да, такие паузы не проходят даром. Похоже вы девушка теперь художница так себе.

Соскоблив краску с холста, Вера пошла к морю вымыть руки, затем она сбросила сарафан и закинула его подальше на песок. Тёплая вода ласкала и нежила тело женщины. Выходя на берег, Вера вздрогнула, ей показалось, что среди деревьев мелькнула седая голова. Она подняла сарафан и вновь посмотрела в сторону рощи:

– Галлюцинации? Или, правда, там кто-то был? – Думала женщина, собирая краски и кисти.

Недалеко от тети Светиного дома, Вера встретила Владимира Ильича. Он шёл от моря, помахивая шортами.

– О, Верочка! Искренне рад вас видеть! Прекрасно выглядите. Вы у нас, оказывается, ещё и художница? – Широко улыбаясь, спросил он, глядя на мольберт.

– Ну, художницей я была давно. Рисовать хочется, но Муза меня сегодня не посетила. – Грустно ответила женщина, поджав губы.

– Женщины они такие, могут посетить, и побрить тоже могут, чаще конечно мужчин. – Захохотал Владимир.

Сейчас, под лучами яркого солнца, мужчина был особенно хорош. Высокий, красивый, с хорошо развитой мускулатурой и правильными чертами лица, он просто сиял белозубой улыбкой. Проходящие мимо две молодые девушки громко захихикали, явно привлекая его внимание. Владимир расчесал пятернёй свои мокрые чёрные волосы, и, не обращая на них внимания, спросил:

– Домой?

Вера только успела кивнуть, и мужчина ловким движением снял ремень с её плеча и перевесил на своё. Женщина хотела возразить, но передумала и пошла рядом.

– Я жутко голодный. – Давайте заглянем вон в ту шашлычную?

– Ну, вообще-то можно. – Согласилась Вера. – Продуктов в холодильнике много, но в жару готовить совсем не хочется. – Подумала она, шагая рядом с мужчиной.

Владимир Ильич усадил Веру за столик, поставил мольберт рядом и бросил свои шорты на пластиковое кресло, стоящее напротив.

– Сейчас… – Сказал он, направляясь к восточному мужчине, который помахивал вокруг мангала картонной коробкой. Вера посмотрела по сторонам. Раньше этого кафе здесь не было. Небольшое одноэтажное здание, стоящее недалеко от забора санатория было окрашено в яркие цвета. Видимо готовили там, а здесь на летней веранде находились с десяток белых пластиковых столиков, половина из которых была занята. Она перевела взгляд на Владимира, который словами и жестами что-то объяснял восточному мужчине и красивой темноволосой девушке в национальной одежде.

– Красавец, наверняка избалован женским вниманием. – Подумала про своего жильца Вера. – Тело как у спортсмена, видимо не вылезает из качалок. Лицо Владимира тоже притягивало взгляды. Голубые глаза контрастировали с загорелой кожей и чёрными волосами. Прямой нос, резко очерченные губы, волевой подбородок – всё это говорило о том, что он привык подчинять себе людей. Особи женского рода, видимо подчиняются с радостью. – Ухмыльнулась женщина и увидела, что он возвращается.

– Ну, всё, дело в шляпе! Сейчас нам принесут шашлык из молодого, вымоченного в белом вине барашка. Пальчики оближешь! – Говоря это, он собрал пальцы в щепотку, поднёс к губам и изобразил поцелуй. Затем он улыбнулся своей суперобоятельной улыбкой и сказал. – Вы такая тоненькая, так и хочется вас накормить.

– Ветром пока не качает. – Усмехнулась Вера. – При росте один метр шестьдесят четыре сантиметра, мой вес пятьдесят семь килограммов. Для балерины это уже много. – Возразила женщина.

– А вы что, ещё и балерина? – Как-то очень удивился её собеседник.

– Нет. – Ответила она. – Моя подруга Галочка – балерина. И хотя она уже закончила танцевать, но продолжает следить за своим и моим весом. А я – вздохнула Вера – просто стараюсь поддерживать себя в форме, а танцевала давно, в детстве, потому, что моя мама очень этого хотела.

К ним подошла девушка с разносом, и выставили на стол чайник, пиалы, большую лепёшку и блюдо с овощами и травами. Владимир разлил чай по пиалам и предложил:

– Угощайтесь, чай зелёный, с бергамотом, невероятно ароматный. – И продолжил разговор. – А я, при росте один метр восемьдесят два сантиметра, имею вес почти девяносто килограммов. Что бы сказала ваша подруга? – сказал он немного кокетливо.

– Моя подруга? – Переспросила Вера. – Она бы сказала, что для балета вы тяжеловаты, а я вам скажу, что у вас красивая фигура. Вы и сами это знаете, и наверняка не обделены женским вниманием. – Сказав это, Вера внимательно посмотрела мужчине в глаза.

Неожиданно лицо Владимира вдруг стало грустным, немного помолчав, он сказал:

– Вообще-то я приехал сюда зализывать душевные раны. Меня бросила жена.

Эти слова изумили женщину.

– Знаете, несчастным и брошенным вы не выглядите. – Растерянно проговорила она.

– Очень на это надеюсь, слабаком я никогда не был. – Уже значительно бодрее ответил собеседник. – Я и сам не ожидал, что расставание с женой будет для меня таким болезненным. Мы прожили вместе восемь лет. Первые два года мы любили друг друга, затем нам было просто комфортно вместе. Каждый из нас жил своей жизнью. Я не был идеальным мужем и часто изменял жене, но знал, что имею дом, и там меня ждут. – Владимир смущенно улыбнулся, а затем продолжил говорить. – Я вкалывал как лошадь, мотался по командировкам и достиг многого, но однажды вернулся домой, а там пусто. Она сказала, что если уж ей суждено жить без любви, то тогда уж пусть муж будет очень богатым. У него и, правда денег было больше чем у меня, но раньше её это не волновало, да и я жене, ни в чём не отказывал. Я думаю, что она просто хотела сделать мне больно. Нужно сказать у неё это получилось. – Владимир расчесал пятернёй свою чёрную шевелюру и виновато улыбнулся. – Простите Верочка, что я тут распустил слюни, но вы такая простая и настоящая, что с вами хочется разговаривать. Чаще меня окружают силиконовые куклы, но в этом виноват, конечно, я сам.

– Да. – Согласилась Вера. – Люди почему-то делают такие ошибки, которые круто меняют их жизнь. Я сама сделала большую глупость, о которой сожалею уже двадцать четыре года. Даже сейчас я не готова об этом рассказывать. – Добавила женщина, поймав заинтересованный взгляд собеседника.

– Ну и не нужно, на сегодня исповедей хватит, тем более что нам несут шашлычки. – Радостно сообщил Владимир.

Вера, глядя на него, поразилась, как часто может меняться настроение этого человека. Возвращаясь, домой, они увидели студентов из жёлтого номера. Парни шли в обнимку с двумя девушками.

– Неугомонные! – Засмеялся Владимир Ильич. – По полночи кроватями скрипят. Вам спать не мешают?

– Да нет. – Смутилась Вера. – Моя комната находится ближе к саду. Тётя Света не разрешает жильцам шуметь и напиваться, а это их дело, раз ребята так отдыхают.

– Может быть, Верочка мы зайдём к вам, и вы напоите меня тем черносмородиновым чайком, о котором вы говорили. – Предложил Владимир, многозначительно посмотрев на женщину.

– Я сейчас собираюсь поспать, потому что нахожусь на отдыхе, тем более что чаю, мы уже выпили достаточно. А вот часов в восемь подходите под навес и действительно попьёте уникального сибирского чаю. – Категорически заявила Вера и направилась к железной двери, которая вела в хозяйскую часть дома. Защёлкнув замок на входной двери, она подумала и закрылась ещё и на задвижку.

После отъезда Вероники тётушка разделила свой большой дом на две половины. В меньшей части располагались два номера для жильцов – “Оранжевый ” и “Жёлтый”. Большая часть дома начиналась с коридора, вначале которого стоял плательный шкаф и полка для обуви. Дальше по коридору слева и справа находились две двери, ведущие в спальни. Слева была комната тёти Светы, а справа гостевая, в которой сейчас проживала Вера. Комната была просторной и уютной, большое окно выходило в сад. Женщине тут было комфортно, особенно когда она вспоминала, что Юра со своей Леной тоже жили здесь, когда приезжали к тёте Свете погостить. Рядом с гостевой находилась ванная комната, туалет, небольшой чуланчик и широкая лестница, ведущая наверх – на чердак и вниз – в подвал. В конце коридора находилась общая комната с большим круглым столом, стульями, сервантом и двумя мягкими креслами по углам. Налево из неё был выход на кухню. Здесь было всё необходимое: шкаф, холодильник, электроплита, стол, мойка для посуды. И ещё один небольшой столик с двумя удобными стульями находился у окна. Здесь тётя Света, видимо обычно кушала. Светлые жалюзи скрывали сидящих за столом, а весь двор, обеденная зона и гостевой домик с пристройкой были видны отсюда как на ладони. В день приезда Веру поразили решетки на окнах, тяжёлая металлическая дверь с двумя замками и массивной задвижкой. На всех окнах кроме штор, были ещё и жалюзи. Наверное, тёте было страшно жить одной в большом доме. На кухне, возле стационарного телефона крупными цифрами были записаны номера телефонов Сашка, участкового Игоря, многих соседей. Ещё во всех комнатах появились кондиционеры, и температура в доме была всегда нормальной. Вера приняла душ и легла в постель. Женщина уже начала дремать, как вдруг услышала, что за окном кто-то прошёл. Вообще-то там никого не должно было быть, так как тётя Света запрещала жильцам заходить в сад.

– Ну, ладно возьмут немного фруктов, видимо того, что я наложила, им сегодня не хватило. – Подумала Вера засыпая.

Печенье в духовке поднялось и зарумянилось, чайник закипел. Вера выкладывала из корзинки фрукты и в это время подошли Ирочка, Сергей и маленькая Вика из “Салатового” номера, приглашённые ею.

– Какой приятный запах! – Восхищенно проговорил Сергей.

– Надеюсь, что и вкус будет незабываемым. – Добавил внезапно появившийся Владимир Ильич.

Они сидели все вместе за столом и ели печенье, запивая душистым чаем.

– Какое вкусное печенье! – Восхитилась Ирина. – Так бы ела его и ела, если бы не боялась располнеть.

– Не переживайте Ирочка, оно низкалорийное на минералке, я вам потом дам рецепт, – Успокоила её Вера.

Вика попросилась в туалет, и они с мамой ушли. Сергей сказал, что ему тоже нужно ненадолго отойти. Оставшись вдвоём, Владимир погладил руку Веры и сказал:

– Вы уникальная женщина, я восхищён вашими талантами. Неспроста меня как магнитом потянуло к вам Верочка. Вообще-то я надеялся, что вы будете поить чаем меня одного. – Прошептал мужчина, гипнотизируя её взглядом.

Вера отдёрнула руку и проговорила, чётко выговаривая слова:

– Я рада, что ваши душевные раны затягиваются, но я не психолог и тут вам не помощник. Вы приятный, умный человек и поэтому с вами интересно общаться. Однако Владимир, если вам показалось, что я заинтересовалась вами как мужчиной, то вынуждена разочаровать вас, я замужем и люблю своего мужа. Моему взрослому сыну уже двадцать три года, а муж пока не может быть со мной из-за своей работы. Вокруг огромное количество молодых красивых девушек, многие из которых будут рады вашему вниманию.

– Мне не нужны эти пустышки…. – Раздраженно начал говорить мужчина, но увидев подходящих с разных сторон Сергея и Вику с мамой, замолчал.

У студентов в “Жёлтом” номере заиграла музыка. Девочка остановилась и стала танцевать, делая ручками красивые движения.

– Мы с Викой занимаемся танцами, она уже делает шпагат. – Похвасталась Ирина. – Доча, покажи.

– Подожди, моя хорошая! – Подскочила Вера. – Она подбежала к девочке и, не давая сделать ей упражнение, спросила. – Ты давно занималась?

– Пару недель назад, перед отъездом. – За Вику ответила мама.

– У детей всё более гибкое и эластичное, и всё равно таки упражнения нужно делать осторожно. Даже на отдыхе, нельзя полностью прекращать тренировки. – Предостерегла Вера.

– Ой, да я умею! – Успокоила её девочка.

– Хорошо, опускайся потихоньку. Если будет больно, говори “Ой”. – Сказала ей женщина, держа девочку за талию.

Все сидящие за столом изумлённо захлопали, когда Вика и держащая её Вера вместе опустились на шпагат.

– Ну, Вера Петровна, вы даёте! – Удивлённо протянул Сергей.

Смущённая вниманием женщина сказала:

– Дело в том, что по воскресеньям я занимаюсь с такими же девочками. Из-за слишком ретивых родителей бывают случаи разрыва связок, но если простое растяжение, это тоже больно. Я просто привыкла заниматься ежедневно, поэтому для меня это не сложно.

– Тётя Вера, тётя Вера, а так ты умеешь? – Дёргала её девочка за подол сарафана. – Держась за стол, она подняла ножку выше пояса.

– Умею. – Улыбнулась женщина.

– Просим, просим. – Театрально захлопал в ладоши Владимир.

– Ну, пожалуйста! – Попросили Ира и Сергей.

– Ну, тётя Верочка! – Запросила Викуля.

– Ну, хорошо. Сами напросились. – Улыбнулась Вера, а затем приподняла подол сарафана и заткнула его за пояс. Она замерла на несколько секунд, а затем, поймав мелодию, сделала несколько прыжков и поворотов. Посмотрев на восторженное лицо девочки, Вера повернулась ещё несколько раз и застыла на одной ноге, а вторую, вытянув носок, подняла высоко вверх. Женщина только успела встать на обе ноги, как к ней подбежала Вика и обняла за талию.

– А я так смогу? – Спросила она, глядя на Веру снизу вверх.

– Ты, Викуля, если захочешь, сможешь танцевать намного лучше. – Ответила ей женщина, гладя девочку по голове.

Посидев ещё немного, Ира увела ребёнка принимать душ перед сном. Посмотрев в глаза, Владимиру Вера отказалась от намерения пойти искупаться и сказала, что тоже идёт спать.

– Не знал Верочка, что вы такая засоня. – Пошутил Владимир Ильич, но женщине было не смешно. Его голубые глаза сейчас почему-то казались тёмными.

– Два года не была в отпуске. Отсыпаюсь. – Сухо сказала она и ушла в дом. Позвонил Юра, они проболтали минут тридцать. Вере показалось, что сынок хотел о чём-то спросить, но так и не решился.

Ночью ей снился странный сон. Она лежала на кровати, а по сторонам стояли два человека, одним из них был Владимир. Женщина изнемогала от желания, казалось, он имел власть над её телом. Вера чувствовала себя кроликом, который пойдёт в пасть удаву по первому зову. Она не могла пошевелиться, одновременно ощущая, страх и вожделение. Холодея от ужаса, она хотела попросить помощи у того, кто стоял с другой стороны, хотя видела там только светлое пятно. Голоса не было, не получалось произнести ни слова. От испуга Вера покрылась холодным потом, и в это время, она услышала голос Виталия:

– Не бойся девочка, я не дам тебя в обиду.

Она проснулась очень рано в жутко измятой и влажной постели, несмотря на работающий кондиционер. Выпив стакан воды, Вера, как всегда около часа занималась растяжкой. Закончив занятия, она приняла душ, позавтракала и решила, что сегодня будет писать. Женщина вышла со двора и свернула направо, к большой горе. Пройдя вдоль посёлка, она стала подниматься по крутой извилистой тропинке. Немного не дойдя до вершины, Вера остановилась, обозревая окрестности. Перед ней открылась сказочная картина, это была спокойная мощь бесконечного моря. Его было так много, что у женщины перехватило дыхание. Белый корабль вдалеке казался детской игрушкой на бескрайней водной глади. Вздохнув полной грудью, она перевела взгляд на посёлок, а затем на санаторий. Отсюда была видна даже крыша их беседки, обычно скрытая дубовой рощей. Налюбовавшись всей этой красотой, Вера наконец-то повернулась и посмотрела на дом Виталия, который находился значительно выше посёлка. Сердце забилось сильнее. Иногда ей казалось, что всё забылось, ушло куда-то, но сейчас, здесь она вспомнила каждое мгновение. Хорошо был виден дом, утопающий в зелени, терраса и кусочек двора. Вере показалось, что она почувствовала губы Виталия на своих волосах и вспомнила как он первый раз слегка приобнял её там на этой террасе. Невероятное ощущение счастья охватило женщину. Она почувствовала себя той юной девочкой, которой хотелось летать. Вера ясно увидела сияющие глаза двух влюблённых, наполненные ничем не омраченным счастьем и грифель быстро забегал по холсту.

Она осознала, что находится здесь очень долго, только когда в пластиковой бутылке не осталось ни капли воды. Женщина собрала все свои художественные принадлежности и хотела спускаться вниз, но отяжелевшие ноги не слушались. Некоторое время она посидела на небольшом камне и тщательно растёрла икры. Спускаясь вниз, Вера решила, что очень хочет пройти мимо дома Виталия и повернула налево.

Дом и двор казались пустыми, но тут из пристройки вышла крепкая женщина с чёрными волосами, наверное, лет пятидесяти. Она остановилась от неожиданности и прижалась спиной к дереву.

– А чего ты хотела дорогая? Жизнь продолжается. – Шепотом проговорила Вера. – На вопросы о Виталии тётя Света отвечала уклончиво, его отец умер, может быть уже и дом продан? – Рассуждала женщина, приходя в себя и собираясь идти дальше.

Вера оттолкнулась от дерева, но почти сразу шагнула назад, ища в нём опору. Ворота открылись и выпустили седого мужчину. Он шёл прямо на неё, глядя в лицо женщине. Всё те же вкрадчивые кошачьи движения, всё тот же гипнотизирующий взгляд зелёно-карих глаз. Он возмужал, повзрослел, но всё ещё был красив. Вот только волосы, они стали абсолютно белыми.

– Здравствуй Вера! Ты была красивой девушкой, а теперь стала очень красивой женщиной. Зайдём в дом?

Она кивнула от неожиданности, а затем поняла, что сил идти дальше, у неё всё равно нет. Виталий усадил Веру под навесом и быстро принёс разнос, на котором стоял кувшин с морсом и два стеклянных стакана. Она выпила полный стакан и ещё несколько глотков, после того как он наполнил его снова.

– Очень хотелось пить. – Произнесла женщина, как бы оправдываясь. – Ты давно здесь?

– Уже около года. – Сказал Виталий, опустив глаза.

– А-а. – Протянула Вера и посмотрела куда-то за забор. Мимо прошла темноволосая женщина и как то неласково посмотрела в их сторону.

– Тамара, принеси что-нибудь перекусить. – Попросил Виталий.

– Щас…. – Ответила женщина и ушла, а на Веру навалилась усталость.

– Что я здесь делаю? Чего я ожидала через столько лет? – Думала она. После нескольких минут молчания, Вера сказала голосом, лишенным красок. – Я тебя видела в аэропорту, когда прилетела, но решила что это мне мерещиться.

– Ну да. – Кивнул Виталий. – Ты же художница, у тебя фотографическая память. Не учёл.

Женщина посмотрела на него удивлённо, но промолчала. Говорить, что в дубовой роще она тоже заметила его седую голову, не хотелось. Тамара принесла разнос с едой и не очень любезно стала шлёпать тарелки на стол.

– Это Вера. Мама Юры. – Сказал Виталий.

Лицо женщины расплылось в улыбке и стазу стало симпатичным.

– Верочка! – Пропела она с небольшим акцентом. – А я не узнала. Такая стала красивая…. Кушайте, кушайте, не буду вам мешать. – Проговорила она и удалилась.

– Почему она должна была меня узнать? А Юра? Откуда…. – Изумлённо пробормотала Вера, но Виталий остановил её, положив руку на узкую ладонь.

– Поешь, пожалуйста, ты очень голодная. Сейчас я тебе всё расскажу.

Женщина посмотрела на еду, и голодный спазм сжал её желудок.

– Да, действительно очень голодная, откуда он всё знает? – Думала Вера, принявшись за еду. Она рассеянно рассматривала двор, а когда взглянула на Виталия, то вздрогнула от неожиданности. Его взгляд был наполнен любовью и нежностью с примесью какой-то безысходности. Мужчина тут же опустил глаза и стал говорить:

– Тамара любила моего отца, а теперь опекает меня как ребёнка, хотя старше всего на семь лет. В посёлке у неё дом. Сейчас там живёт взрослый сын с семьёй, а она предпочитает находиться здесь в этой пристройке, как при отце. Я думал, что уеду на пару лет, а командировка слишком затянулась. Я очень виноват перед тобой Верочка. – Виталий поднял и вновь опустил глаза. – Шесть лет назад, я недолго был здесь, серьёзно заболел отец. – Тогда я и познакомился с сыном.