Потомок для аншиасса. Книга вторая

– Просто? Господи, да здесь же столько растений, что это… это, Самлеша, вовсе не просто, вы такие молодечики, у меня просто слов нет! – Покачала головой Елизавета с мыслью, что цисаны на здрадов молиться должны, а вон как у них всё – шиворот-навыворот, а отсюда следует вопрос:

– Самлеш, а чем цисаны занимаются?

– Эм, много чем: они и защищают, и управляют всем, и учёные среди них есть, и…

– Политики, – буркнула Лиза, про себя продолжила: – «бюрократы».

– Ой, да много чем, – махнула ручкой здрада, а Лиза отогнала от ограждения балкона сына, который, увлёкшись, подошёл к балюстраде вплотную. – А вы не бойтесь, – тут же затараторила здрада: – там сеть, она тонкая, её мало заметно, но она очень прочная и аншиасса Егора и вас выдержит.

– То есть – упасть невозможно? – Лиза тут же подошла к краю балкона и за ограждением заметила еле поблёскивающую паутинку.

– Нет, отсюда нет. Там с вашего уровня ведут ходы на другие балконы – там сети нет, а здесь везде растянута защита.

Как бы ни было интересно осматривать всё, но после дороги и сама Лиза, и Егор очень устали. Проводить до цело́ма Егора она в этот раз не могла, потому что на этаже в открытых комнатах сидели воины. Поэтому передав попечение над Егором Уаншихану, с которым они встретились на лестнице, Лиза отправилась к себе отдыхать.

* * *

Проснулась Елизавета в хорошем настроении. Быстро ополоснулась, оделась и, узнав у здрады, что воинов на третьем уровне не наблюдается, поспешила к сыну. Только вот там её ждало разочарование: наставник предложил Егору показать город и тот естественно с радостью и блеском в глазах согласился. Лиза же вынуждена была остаться. Как бы ей не претила мысль – отпрашиваться у предводящего, но она бы наплевала на свою гордость ради прогулки, только вот даже этого она сделать не могла, потому что тот отсутствовал в цело́мине.

Поцеловав сынишку перед их уходом и строго наказав Уаншихану глаз с него не сводить, она отправилась к себе. Посидела с ноутбуком, почитала статьи по здоровью, по обучению детей, покрутилась на этаже, опять села с ноутбуком. Через некоторое время, выключив его, с тоской уставилась в стену.

Лиза уже хотела тайком отправиться на нижние этажи, заранее предупредив Самлешу, там хоть движение и много интересного, но тут она сама явилась и огорошила, что Лизу зовёт к себе предводящий.

Самлеша быстренько её расчесала, уложила волосы, и Елизавета отправилась, как она сама считала в логово дракона, а попросту – злобного ящера!

Поднявшись по винтовой лестнице, подошла к пологу, у которого её ожидал здрад. С поклоном тот, откинув ткань, пропустил женщину внутрь, провёл по шикарным комнатам в кабинет, где за столом сидел предводящий.

Стоило ей войти, как Махарадж цепко обежал её взглядом.

– Приветствую, заан-аншиасс.

– Приветствую, Элиссавет. Я думал у вас с памятью лучше, – холодно проговорил он, а от его слов Лизу передёрнуло:

– Никогда на память не жаловалась, аншиасс. – Она старалась спокойно стоять, не сжимая кулаки, и смотреть на мужчину, словно сквозь него, но вот внутри просто кипела от возмущения.

– Да неужели? – усмехнулся предводящий. – Я вам говорил: когда мы наедине вы можете называть меня по имени и без сословных приставок.

– Можете и желаете, аншиасс – разные вещи. Вам так не кажется? – Ехидно спросила Лиза, но постаралась при этом сдержать маску отчуждённости.

– Даже так… – протянул предводящий, а Лиза решила выяснить вопрос, что её в данный момент интересовал больше всего:

– Ведающая предупреждала, что по прибытию в цело́мнище Ашурук мы переходом отправимся к Владеющему. Позвольте узнать: когда это произойдёт? – Теперь она сосредоточенно посмотрела в глаза мужчины, отмечая в них искры недовольства.

– Позже, аншиасса, может ночи через четыре, может пять, а может и завтра. Не думаете же вы, что Владеющий специально отведёт вам время. Как у него возникнет желание лицезреть вас, так и вызовет. – Махарадж словно специально старался уколоть Лизу, но она держалась. Сама не понимала, каким чудом, но даже глаз не дёрнулся.

– Я хотела бы осмотреть город. Могу я это сделать?

Предводящий задумался, забарабанив пальцами с отросшими когтями по каменной столешнице. От этого звука Лиза, всё же не сдержавшись, передёрнулась: уж очень неприятным он был.

– Я подумаю, аншиасса, – ответил предводящий задумчиво, явно заметив её реакцию, а Елизавета больно прикусила язык, чтобы не высказать этому гаду всё, что о нём думает. «Подумаю! – кричала она мысленно, – Ага, подумает сволочь! Посмотрю на ваше поведение и подумаю!»

– В чём причина того, что меня сюда пригласили? – Эмоции всё же сорвались, и Лиза задала вопрос раздражённо.

– Собственно, – Махарадж, поднявшись, прошёл к одной к стене и взял с одной из каменных полок уставленных всевозможными кристаллами маленький мешочек. Подошёл, встав рядом с Елизаветой, облокотился на стол.

– Вытяните руку, – попросил он.

– Зачем? – Тут же насторожилась Лиза, сразу заметив, как недовольно он на неё при этом посмотрел. Видимо не понравилось то, что она сразу же не исполнила его не то просьбу, не то приказ.

– Просто вытяните. У меня для вас подарок.

Лиза пару мгновений подозрительно смотрела на него, но всё же руку вытянула. Махарадж, развязав мешочек, вытащил оттуда браслет, который тут же застегнул на её запястье.

Браслет был красив, очень: крупные синие камни похожие на сапфиры сидели в золотых гнёздах и сияли гранями. Полюбовавшись на него, Лиза, хмыкнув, расстегнула замочек и, чуть наклонившись, положила браслет на стол.

– Благодарю, но…

– Это украшение не входит в стоимость выплаты по контракту, – самодовольно заметил Махарадж. – Это просто подарок, так что на выплату после окончания контракта это не повлияет. Как и это, – он достал из мешочка колье и, встав, шагнул к женщине, чтобы одеть, но Лиза тут же отшатнулась от него:

– Благодарю за внимание, заан-аншиасс, но я предпочитаю подобные украшения не носить, а любоваться ими. Причём мой интерес быстро угасает к вещам такого рода. – Елизавета сделала шаг назад, глядя в яростно сверкнувшие глаза предводящего.

Она действительно не любила вешать на себя такие драгоценности и искренне не понимала – зачем женщины носят такие баснословно дорогие побрякушки, которые к тому же символизируют по её мнению ошейники и кандалы. Мужики ведь подобного не надевают, зато с радостью навешивают подобное на своих, именно своих женщин, словно клеймя их этим – была её позиция в этом вопросе.

Ну а то, что Махарадж при этом её ещё и купить собрался после всех оскорблений, задело женщину сильнее, чем она могла даже предположить.

– Значит не любишшшшшь, – прошипел Махарадж, в то время как на его лице и шее проступили чешуйки, и Лиза сделала ещё один шаг назад, затем ещё. – Отказываешшшшшься?

– Аншиасс, успокойтесь! Вы скоро обратитесь в… в… – Она не знала, как закончить: в зверя? в чудовище?

– Ну жжжже, продолшшшшшай, Элисссссавет, – шипел предводящий, надвигаясь на женщину, и не успела она даже мявкнуть, как он схватил её и, прижав к себе, уткнулся в её макушку, глубоко при этом дыша.

Лиза застыла и боялась сделать вдох, но при этом сильно, ужасно злилась на себя! Да, она испугалась! Но сейчас, чувствуя, как одной рукой Махарадж удерживает её, а другой шарит по спине, постоянно спускаясь на ягодицы, как он тяжело дышит – она испытала дикое возбуждение.

Когда мужская ладонь уже активно начала не только наглаживать ягодицы, а сжимать, она чуть не выгнулась навстречу ему.

«Да очнись же ты, дура! – вскинулось в её голове, – он же тебя шлюхой назвал, а ты уже лужицей растекаешься!». Эта мысль придала ей сил, чтобы упереться ладонями в грудь мужчины и хоть сил у неё всё равно не хватило бы его оттолкнуть, но она активно начала пытаться из его объятий освободиться.

Некоторое время потрепыхавшись, Елизавета всё же выскользнула из цепких мужских рук и то, только потому, что Махарадж сам разжал их. Она, даже не оборачиваясь, не глядя на него, выбежала из его кабинета и понеслась в свой цело́м.

Быстро стянув с себя вещи, юркнула под водопад, где и расплакалась. Лиза не могла никак понять – за что он её унизил? Не могла понять того, что просто, не объясняя причин, можно вот так оттолкнуть женщину, с которой делил ложе и после этого чего он хочет? Чтобы она тут же легла опять под него?

– Не дождёшься, гад пластинчатый! – Зло пробормотала Елизавета, поднимаясь на ноги и смывая слёзы под потоком тёплой воды. – Сволочь, козлина! – Ругалась она, вытираясь и злясь на своё либидо, которое тут же подстегнуло в ней желание, и сколько бы она не пыталась отнекиваться, понимала, что она желает именно его и никого больше.

Махарадж после ухода Элиссавет – а это скорее было похоже на бегство – некоторое время, ещё тяжело дыша, стоял на том же месте, просто боясь, что если сдвинется, то помчится за этой упрямой иномирной женщиной. Кое-как продышавшись, он сразу отправился в купальню и, стоя под холодными потоками воды, упершись лбом в стену, думал о том, что ничего не понимает в её поведении.

Да, он совершил ошибку, оттолкнув её, но он пытался исправить её – лечил, дал возможность отдохнуть и набраться сил, подарил украшения…

– Да чтоб тебя шканехи утащили! – С рёвом он ударил в стену. – Не нравится ей! Хорошшшшо, – прошипел он и тут же опять ударил в стену кулаком.

Он чувствовал её тело, чувствовал то, как она немного, но поддалась на его поглаживания, слышал биение её сердца и совершенно не ожидал того, что она оттолкнёт его и он никак не мог понять причину.

Прибыв в город, Махарадж тщетно пытался переключить своё внимание на саанцишисс, полагая, что дело только в его взбунтовавшемся организме, в его звериной части, которой требовалось женское тело. Но только когда он несколько раз взял тела саанцишисс, причём двоих, предводящий понял, что больше не желает их. Он не желает никого, кроме сладкой Элиссавет! Именно она ему нужна! А значит…

– Я подожду, Элиссавет. У тебя осталось в запасе одна ночь, и ты должна будешь исполнить обязательство по контракту, – усмехнулся Махарадж, и уже успокоившись, поднял лицо, подставляя разгорячённую кожу под прохладные потоки влаги.

* * *

Здрада еле разбудила Елизавету:

– Аншиасса, аншиасса Элиссавет, проснитесь, – тормошила она её за плечо.

– Самлеша, ну дай поспать, – Лиза отвернулась и уткнулась в подушку.

Накануне она, с трудом успокоившись, дождалась сына и посмотрела фотографии достопримечательностей, что он сделал на её телефон. Послушала за ужином его рассказ о том, как прошла прогулка и так как у Егора выдалась насыщенная ночь, то он быстро начал клевать носом.

Проводив сына, Лиза долго не могла уснуть и крутилась на матрасе, размышляя обо всём на свете. Зато вот сейчас здрада не даёт ей выспаться.

– Аншиасса, – не отставала Самлеша, и Лиза повернулась, легла на спину и хмуро на неё посмотрела:

– Ну вот, какой толк, что я встану вовремя, а? Пойти никуда не могу, Егор скорей всего опять с Уаншиханом отправится, а я, ну вот зачем…

– Аншиасса, хозяин передал, что сегодня состоится приём, и вы тоже пойдёте.

– Что? – Лиза тут же села и удивлённо посмотрела на здраду: – Приём у Владеющего? – Сипло уточнила она, но Самлеша покачала головой:

– Нет-нет. Приём у управляющего цело́мнищем. А наставник, вашего сына уже разбудил, они и правда, собираются гулять по городу, так что за него не беспокойтесь.

– Что за управляющий? – Спросила Елизавета, вставая. – И когда начнётся приём?

– Начнется через семь дыханий и…

– Да что же ты меня тогда так рьяно будила? Ещё куча времени! – С раздражением выпалила женщина.

– Да как же много-то? – всплеснула ручками здрада. – Столько сделать надо! Вы же после похода, а мы не ухаживали за вашим телом, – Самлеша шла сзади за Лизой, которая направлялась в купальню. – Вот пока я буду вас готовить, вы и отдохнёте.

– Ладно-ладно, не ругайся, – вздохнув, Лиза посмотрела на здраду. – Проводи, пожалуйста, Егора сюда, пока они не ушли. Хоть поцелую сынишку, потом уже искупаюсь.

Быстро пообщавшись с сыном, проводив его, Елизавета направилась в купальню, где здрада уже набрала воду в каменную чашу-бассейн. И Самлеша приступила к активным действиям: сначала распарила Лизу, где она чуть не уснула, но сон, как рукой сняло, когда началась та самая пытка – эпиляция.

– Это неприлично когда так много волос, аншиасса, – проговорила здрада, пережидая вскрик и ругательства Лизы, потому что перед этим оторвала полосу, пропитанную какой-то гадостью и приклеенную к её подмышке.

– Уууу, садюга! – всхлипнула Лиза, но тут же боль отступила, поскольку здрада нанесла, на уже чистенькую, без единого волоска кожу, охлаждающий состав, после которого болевые ощущения и краснота сходили минут за пять.

Лиза когда-то давным-давно, ещё живя с мужем, делала эпиляцию ног и то несколько раз, а потом и вовсе пользовалась просто бритвой. Здесь же оказалось процесс удаления волос идентичен земному и такой же болючий, хорошо хоть мазь быстро помогала.

– У цисанок вообще нет нигде волос на теле! Ну, кроме бровей и головы, разумеется, – вещала Самлеша. – Это считается очень неприличным, так что потерпите, – и в купальне вновь раздался вскрик, потому что здрада продолжила своё истязательное дело.

После всех испытаний Самлеша, уложив Лизу на специальный каменный постамент, на деревянную мелкоячеистую решётку, сначала чуть ли не оттёрла её тело до скрипа, а потом долго и тщательно втирала ароматные масла в тело, которое сейчас действительно было лишено всякой растительности, причём во всех местах.

Лиза под умелыми и очень сильными ручками здрады, чуть ли не мурлыкала от удовольствия. Её отскребли, втёрли масло в кожу, отчего она сейчас в буквальном смысле сияла, на голове красовался тюрбан, под которым волосы были тщательно растерты и обмазаны специальной маской, и Лиза в буквальном смысле растеклась по матрасу:

– А может, я никуда не пойду? – Пробормотала она, в то время пока здрада делала ей педикюр, при этом с боем отвоевала у Елизаветы это право. – Ну их, всех этих предводящих, управляющих. – Зевнула Елизавета под смех Самлеши:

– Так управляющий тоже предводящий, – сказала она.

– Кстати ты мне так и не объяснила: что он собой представляет, да и как так? Предводящий и управляющий в одном лице?

– А это потому, что управление городом переходит между теми цисанами, которым принадлежит земля вокруг него. Каждое цело́мнище стоит в центре между землями. Допустим Ашурук, – здрада аккуратно нанесла что-то клейкое на ноготок пальца ноги и, посыпав его блёстками, подула на него, – Ашурук окружают четыре сектора и земля предводящего с северной стороны города. Раз в десять шахазов управляющий меняется и так по кругу.

– Нормальная система управления, – обронила Лиза. – Каждому всё равно выгодно чтобы город процветал, ведь так?

– Кончено, – кивнула здрада, опиливая следующий ноготь, придавая округлую форму. – В город сходятся торговые пути, и отсюда идёт равное распределение товаров между землями предводящих, и они собирают по равной сумме для оплаты товаров.

– А кто соберётся на приём?

– Там будут все предводящие, ещё вроде двое прибыли по делам, их помощники и контрактные цисанки. Так что сегодня познакомитесь с другими аншиасами, да и цишиссы там тоже будут.

– Хорошо, ты мне перечисли: что можно делать, что нельзя – чтобы я по незнанию кого-нибудь не оскорбила, они же все здесь таааакие рааанимые, – протянула Лиза зло.

– Первое: нельзя прикасаться к другим мужчинам, вообще. Они не имеют права прикасаться к вам.

– А если я начну падать? Так и будут все вокруг столбами стоять? – Усмехнулась Лиза.

– Нет, что вы! Вам подадут руку, но чтобы вы ухватились за ткань кафтана. И это очень крайний случай. Когда приветствуют друг друга цисаны одного сословия – то кивают, ну если вы приветствуете аншиасса, так как вы сама аншиасса – вы киваете друг другу, если вам представят цишисса или цишиссу – вам поклонятся.

– Ага, поняла, я только киваю.

– Агм, что ещё? Ну а так всё вроде… А, нет! Все прибывают врозь, и вас будут сопровождать воины и обратно тоже. Там будут отдельные, но открытые цело́мы, где могут сидеть только женщины или только мужчины, будут открытые цело́мы где могут сидеть и отдыхать и те и другие.

– Ну, а культурная программа: танцы там, песни, музыка? – Поинтересовалась Лиза.

– Да, будут, но каждый принимающий решает сам: как будет развлекать гостей. Вам понравится, – улыбнулась Самлеша, рассматривая ногти Лизы и явно любуясь своей работой.

«Вот это я думаю: вряд ли», – подумала Елизавета и тут же спохватилась:

– А в чём пойду? Надо же подготовить или ты…

– Не-е, – мотнула головой здрада: – предводящий распорядился вам подготовить, так…

– Предводящий? – Тут же перебила здраду Лиза, явно чувствуя, что после случившегося ничего хорошего ждать от него не стоит. – Самлеша, а ты видела: что мне подготовили?

– Ещё нет, но могу узнать: готово ли?

– Узнай, пожалуйста, – попросила Лиза.

Опасения женщины оправдались: едва Самлеша явилась с вещами, укрытыми тканевым чехлом и они, развернув их, разложили на матрасе, то обе застыли, рассматривая то, что по приказу Махараджа ей подготовили.

Грязно-коричневого цвета шаровары, горчичного цвета безразмерная блузка с длинными рукавами и коричневого цвета удлинённый кафтан, фалды которого достигали пола, такого же горчичного цвета обувь… И все вещи были явно шиты неумёхами: потому что были мешковатые, даже жилет не облегал, а висел на Елизавете, которая его накинула на себя.

– Это наверно ошибка, – растерянно пробормотала Самлеша. – Я сейчас всё узнаю, подождите, – она тут же юркнула в переход.

– Да нет, девочка, – пробормотала Лиза, накинув на себя жилет и подходя к отражающему камню во весь рост осматривая себя. – Это не ошибка, эта сволочь знал, что делал! – Зло выдохнула она.

Самлеши не было минут пятнадцать, а когда она появилась, Лиза тут же бросилась к ней:

– Что случилось? Самлеша, ну же, посмотри на меня! – Елизавета обхватила маленькие, подрагивающие плечики здрады и та подняла на неё глаза наполненные слезами, губы дрожали так, что было понятно: сейчас начнётся потоп: – Ну же, расскажи, что случилось?

– Это… это не ошибка, – выдавила из себя здрада и, не выдержав, расплакалась, через рыдания рассказывая:

– Я… я пришла и к… здраду обратилась, а он, – всхлип – и Лиза протянула ей полотенце, в которое Самлеша тут же высморкалась: – он, здрад пошёл и узнал у… хозяина и хозяин знает, он видел, понимаете? Он сказал, что именно это вы и должны надеть! – Самлеша опять разрыдалась.

– Ну что же ты, а ну посмотри на меня, ну же! – Лиза приподняла подбородок здрады и улыбнулась ей: – А скажи-ка: даже если это нужно надеть, есть ли запрет на то, как я могу украсить себя? И что из украшений можно использовать сверху?

– Н-н-нет, – заикаясь, выдавила та и уже заинтересованно спросила: – А что?

– Ну, значит, попытаемся исправить этот кошмар, это конечно тяжело, но хоть немного улучшить его мы можем? Не так ли?

– Н-н-не знаю, я н-н-не… – пыталась выговорить та.

– Где наша не пропадала, Самлеша? Правильно: наша не пропадала – везде! Принеси-ка мне ножницы и иголки с нитками.

* * *

Махарадж, откинувшись на подушки, отхлебнул кошун и рассмеялся над шуткой друга. Они удобно расположились в мужской комнате: он, его друг и соратник Фуихоран, тот, кто на данный момент управлял городом и одновременно его сосед по землям – Цишузин и брат не по крови, но по жизни – Исдажин.

С его ракурса прекрасно обозревалось помещение, и даже женская комната, с весело щебетавшими в ней цисанками, просматривалась. Среди них Махарадж увидел Эсихаину, ту, с которой хотел заключить контракт до того, как появилась Элиссавет, но как-то не сложилось – уж слишком тогда завышенные требования выдвинула цисанка. Хотя потом позже призналась, что Махарадж сам виноват: ведь мог настоять, но не сделал этого.

Сейчас она была не свободна, но Махарадж с мужским интересом скользил взглядом по её смуглой блестящей коже, длинным волосам, которые были украшены разноцветными каменьями, полюбовался на то, как она грациозно изогнувшись, поставила бокал, при этом подняв глаза, натолкнулся на её прищуренный довольный взгляд.

Улыбнувшись цисанке, и отсалютовав ей бокалом, отвернулся, чтобы не упустить нить беседы.

– Махарадж, брат, когда уже явится твоя аншиасса?

– Должна была уже прийти. – Предводящий показательно чуть нахмурился, хотя в душе рождалась тревога, смешанная с раздражением.

В последние ночи Элиссавет если и смотрела на него, то словно на пустое место, холодно, отчуждённо. Он даже старательно выводил её на злость, чтобы не было в её глазах пустоты, но и тут потерпел поражение: она всё так же старательно замыкаясь в себе, не проявляла никаких эмоций, которых ему безумно не хватало. Он прекрасно понимал, что Элиссавет может просто не явиться на приём и уже много раз пожалел, что вытворил этот финт с одеянием.

После её отказа от украшений, от которых любая цисанка пришла бы в восторг, его обуяла злость, раздражение на женщину, теперь же он понимал: насколько глупо поступил, но изменить что-либо было уже невозможно.

– Что, Исдажин, не терпится взглянуть на иномирную женщину? – С усмешкой поинтересовался у брата Цишузин.

– Почему бы и нет? – Пожал плечами тот. – Махарадж, насколько она необычна? – Повернулся он к нему.

Предводящий пожал плечами:

– Внешность увидишь, а так – как и все женщины: со своими вирухами в обнимку.

– Ну, так зачем контракт заключал с ней? Это же… как заглянуть в тёмное ущелье: никогда не знаешь, что оттуда выползет! – Прокомментировал Фуихоран.

– Так с иномирной женщиной в комплекте и иномирные сведения в придачу получил, – усмехнулся управляющий городом Цишузин. – Поделись Махарадж, что за сведения? Много ли их, и каким способом осуществляется хранение?

Три пары глаз вперились с интересом в предводящего.

– Цишузин, ты же прекрасно понимаешь, что до её представления Владеющему, я не имею права распространяться об этом, – пожал плечами Махарадж, с отстранённым выражением лица отхлебнул кошун, при этом цепко следя за реакцией каждого. – Да и тем более иномирные вещи упакованы и стоит печать Ведающей, так что я и сам мало что видел и знаю.

– Жаль, но потом то…

– Ого-о-о, – протянул его соратник Фуихоран, перебивая управляющего и привставая.

– Что? – Тут же отозвались мужчины, поворачивая в ту же сторону головы, а Махарадж едва не поперхнулся, потому что в сопровождении его воинов в помещение вошла Элиссавет.

Одежда, которую ей подготовили, сейчас была не похожа на то, что он видел. Но это были всё те же вещи! Только эта женщина непостижимым образом изменила их вид так, что теперь они подчёркивали и облегали все её достоинства!

Махарадж, заметив, как все взгляды мгновенно приковались к Элиссе, скрипнул зубами. Отвернулся и подхватывая кувшин и налил себе щедрую порцию кошуна. Выпил залпом и наткнулся на заинтересованный взгляд соратника:

– Что? – недовольно спросил Махарадж.

– Да нет, ничего, – мотнул головой соратник. – Ты кстати говорил, что степняков в одиннадцатом секторе видел, в каком количестве? – Увёл он в сторону разговор, за что Махарадж был ему безмерно благодарен.

Спустя некоторое время Цишузин поднялся:

– Пойду, побеседую с твоей контрактной аншиассой, – обронил он, удаляясь. Махарадж пересел на его место, с которого открывался отличный вид на общую комнату, где на пуфе сидела Элиссавет. Зато его самого было фактически не видно из-за резной ширмы.

Элиссавет разговаривала с одной из цисанок, но стоило подойти Цишузину, встала и, улыбнувшись, кивнула. Её огненные волосы, казалось, танцуют соблазнительный танец, привлекая внимание. Хотя нет – её соблазнительная грудь подчёркнутая тонкой тесьмой приковывала взгляд. Но что более всего раздражало, что не только его взгляд, а всех присутствующих мужчин!

Элиссавет рассмеялась, слегка откинув голову, и повернулась к нему спиной. Махарадж, понимая, что сейчас точно сорвётся и натворит уйму того, о чём будет впоследствии жалеть – заставил себя отвернуться. Натолкнувшись на взгляд соратника, он хмуро мотнул головой в сторону и они, поднявшись, направились в сторону кабинетов, что со стороны выглядело нормально: во время приёмов обсуждалось множество дел. Сейчас он сможет остыть и надеяться на то, что у него хватит выдержки на весь оставшийся приём.

* * *

Двое воинов сопроводили Елизавету до дома Управляющего. В этот раз она так же передвигалась с помощью «стрекозы» – ифира. Только, оказалось, есть летающие насекомые, а есть те, которые таскали за собой маленькие удобные повозки, рассчитанные на одного ездока.

Воин помог Лизе устроиться на мягком сиденье и объяснил: как управлять ифиром, сами же они уселись в отдельные подобные повозки. Первые полчаса они двигались медленно, пока Лиза не приноровилась, а дальше уже помчались быстрее.