- -
- 100%
- +
– Поэтому вы такие маленькие, ― пробурчала Юлёна. ― А нам прикажете объявлять демонстративную голодовку? Надо решать!
– Иван, ― сказала Маша. ― Мы ещё можем вернуться на Землю?
– Конечно.
– И нас не собьют?
– Могу попробовать связаться с Землёй через радиотелескоп РТ-70 в Евпатории и передать сообщение: мол, свои ― возвращаемся.
– Мы уже отлетели на десятки миллионов километров.
– А планетарный радар в Евпатории передаёт сигналы на двести пятьдесят миллионов. У него радиус основного зеркала семьдесят метров, а угол излучения всего ноль целых шесть сотых градуса. Следит за астероидами и НЛО ― вполне вероятно, и за нами сейчас следит. Через него граждане России шлют поцелуйчики и приветы своим потомкам и внеземным цивилизациям.
– Куда шлют?
– К планете HD 85512b в созвездии Парус, она расположена от Земли на расстоянии тридцать пять световых лет, и ещё дальше ― к планете Kepler-22b ― та находится в шестистах световых годах от Земли. Мы сейчас летим рядом с направлением телескопа на Парус и можем настроиться на его частоту в пять ггц. Есть и другие средства аварийно связаться с Землёй. Надо решать!
– Командир, объявите совет! ― сказала повелительно Маша. Она успокоилась и взяла себя в руки. ― Несколько земных суток голода ― и мы ослабнем, перестанем соображать. Если сейчас же не выработаем жизнеспособное решение, повернём назад!
– Правильно! ― радостно поддакнула Юлёна и выразительно взглянула на Нибару. ― Не жарить же на вертеле самого слабого, как сбежавшие из колонии зэки в сибирской тайге.
– Объявляю совет, ― с неудовольствием выдавил из себя Бозо. ― Говорите, хранитель Мария.
– Что может решить Углас, ― не своим голосом начала Маша, ― зная от своей разведки: четыре его корабля сбиты пятым, этот пятый не выходит на связь с командованием и летит курсом на вход в кротовую нору?
– Только одно, ― сказал Бозо без колебаний, ― пятый корабль захвачен противником, который выполнил свою миссию на Земле.
– Будет ли Углас стремиться уничтожить наш корабль во время перелёта?
– Конечно! ― воскликнул Бозо. ― Его цель: не допустить возвращение кристалла и земного хранителя.
– А вот и не «конечно»! ― решительно объявила Церола. ― Цель Угласа могла измениться.
– Объясните мотив, ― страшно заинтересовался Иван. ― Кто такой Углас?
– Император и главнокомандующий, ― сказала Церола. ― Вы, мой командир, ужасно прямолинейны. Вы и магом были таким же. А Углас нетипичный для зортеков романтик и экспериментатор. Он виртуоз и себялюб. Углас скорее рискнёт интересами своей Империи, чем откажется от потакания своей прихоти. Если Тимберлитта жива и находится у него, он захочет не уничтожить, а отобрать кристалл Земли.
– Зачем ему кристалл? ― с обидой вскричал Бозо.
– Чтобы с его помощью управлять Тимберлиттой, сделать её игрушкой и продемонстрировать всему миру свою победу над общепризнанным межгалактическим маяком. Мой прогноз: Углас за нами следит и, вероятно, сопровождает, и хочет захватить невредимыми.
– Факт, что на Земле по нашему кораблю противник не произвёл ни единого выстрела, ― сказал Иван. ― А времени у него было достаточно, пока разворачивались зеркала над Сахарой.
– А если Тимберлитта не жива? ― не сдавался Бозо.
– И наша мама тоже? ― тихо сказала Нибара.
– Да какой кристалл?! ― взвилась Юлёна. ― Маш, твой, что ли? А у Джульетты кристалл где? Я своими глазами его видела! Ради простецких кулончиков такая вселенская склока?!
– Нам с тобой, Юль, что-то важное не договаривают, ― уже с раздражением вмешался Иван. ― Так нечестно, Маш! Сама говорила: мы на войне. Сидя в одном окопе, с боевыми товарищами так не поступают.
– Ванька нам государственный секрет выдал, а ты? ― наступала и Юлёна. ― Или ты в сговоре с этими недоразвитыми?
– Я сама узнала только в мире мавелов, ― сказала Маша. ― Не в сговоре, а в договоре на вере.
– Может быть, уважаемая Церола покажет нам, наконец, что происходит на Мероне? ― спросил Иван.
– Давно показала бы, да, увы: вирусы зортеков заразили весь изобразительный ряд. А увидь, вы, земляне, обрыдались бы все.
– А что именно у вас творится-то? ― спросила Юлёна. ― Эпидемия, что ли?
– Война, ― прошептала Нибара, подняв умоляющие глаза на Ивана.
– Тотальная война на уничтожение всего живого, ― сказал, набравшись мужества, Бозо.
Иван сжал губы, напрягся и обернулся к Маше:
– Ты знала?
– Да, ― сказала Маша. ― Там кошмар. И Заветный лес их погиб, но ещё не безвозвратно…
– Здрасьте вам! ― воскликнула Юлёна. В мире мавелов она насмотрелась красот и не очень-то желала лететь в чужую передрягу. ― Я думала: ну там где-то война, ну подерёмся немного… На Земле в кои веки на три поколения воцарился мир, а вы нас тащите в пекло!
– Земля входит в Союз колыбелей: вы обязаны нам помочь! ― грубо заявил Бозо.
– А мы не обязаны вам верить! ― с непривычной резкостью возразил Иван. ― Через минуту, как вы возникли в нашей жизни, я превратился в уродливое чудовище, остался без казённой аппаратуры и даже без трусов ― всего лишили! У вас враги ― какие-то неведомые нам зортеки, у нас ― врагами вполне можете оказаться вы. Сейчас мы сильнее: вот арестуем вас и будем с отцом изучать в лаборатории, как разумных морских свинок.
– Нас изучать?! ― воскликнул поражённый этой мыслью Бозо.
– Вас, как пришельцев! Земляне до сих пор не решили, что делать при встрече с пришельцами: поселить у себя дома, исследовать в закрытых лабораториях, поместить в зоопарк, набить чучело или съесть.
– При переходе у землян сила умножилась, у нас ― пропала… ― в полубреду бормотала Нибара.
– Да, Ромео, мы так не договаривались! ― сказала Юлёна и по доброй драконьей привычке вскинула свой крутой зад, чтобы ударить хвостом об пол. ― Лично я собиралась путешествовать. ― Она с надеждой посмотрела на свою подругу. ― Маш, мы ещё в мире карапубздиков не побывали: они милейшие существа! От добра добра не ищут: давай вернёмся! А этих героев из Вероны в плен возьмём ― и конец войне!
– Тогда меня выбросите в космос… ― прошептала Нибара. ― Я такого от вас, Иванечка, не ожидала…
– А почему вы решили, что земляне бросятся вам на шею? ― продолжал жёстко Иван, едва взглянув на Нибару. ― Своих кораблей межгалактического класса земляне не создадут ещё, может быть, полсотни лет. Как мы вернёмся? Предлагаете нам полностью зависеть от вас?
– Я дал слово: этот корабль ваш! ― резко сказал Бозо.
– Разрешите встрять, пока вы не переругались насмерть, ― сказала Церола.
– Пожалуйста, ― разрешила Маша.
– Опять слышу «Пожалуйста»… Мой капитан по неопытности решил, что слово хранителя на Земле имеет такую же ценность, как и на Мероне. Но в любом случае, теперь уже нам не обойтись без помощи земного хранителя и кристалла Седьмой колыбели.
– А при чём тут кристалл? ― спросил Иван.
– Кристалл! ― вдруг вскрикнула Маша. ― В нём живая вода! Лёгкая питьевая вода!
– В твоём камушке? ― протянула Юлёна, сощурившись и выпятив нижнюю губу, что означало высшую степень недоверия.
– Выйдут реки, моря, океаны… ― прошептала Нибара. ― Мы будем жить и любить…
Она сидела на Подлизе, безвольно прислонившись к брату. Большие глаза уже не были голубыми и не блистали, они подёрнулись дымкой и едва приоткрывались.
– Нужно уложить её в форму… ― сказал Бозо. ― Иван, помоги.
– У зортеков нет форм для сна и отдыха, ― сказала Церола. ― Знаешь же: они не спят и не отдыхают.
– На корабле где-то должны быть формы для пленных людей, ― возразил Бозо.
– Верно! ― удивилась Церола. ― Раненая старушка, похоже, умывает руки… Предупреждаю: мне не хватает энергии…
– Держи! ― сказал Бозо, переваливая сестру на Ивана. ― Я ещё раз попробую открыть схему корабля: найти формы.
Иван присел на корточки, и Нибара упала ему на плечо. Он инстинктивно обнял её за талию, прижал к себе, но старательно отворачивался, чтобы не видеть тусклого измождённого лица.
– Странно: нет схемы… ― бормотал Бозо. ― Её, может быть, ввели в память пилотов? Мы столкнулись с новой для меня полосой секретности…
– Я попробую добыть воду, ― сказала Маша, доставая кулон из кармана джинсов.
– Вряд ли выйдет, ― откликнулась Церола. ― Камень объединённый, а со стороны Мероны хранитель недееспособен. Земной хранитель находится сейчас только в статусе курьера для объединённого камня.
– Всезнайка! ― шикнула Юлёна. ― Давай, Маш, пробуй! Или нужно назад поворачивать: запастись всем, и тогда, как все нормальные люди, лететь ― вот и весь мой совет! Где это видано: лететь в чёрный космос без запасов, без тренировок?
– Назад мы долететь сможем, а вот повторно взлететь нам вряд ли позволят, ― сказала Маша и посмотрела на экран. Там по-прежнему висела чёрная штора с яркими дырочками горящих звёзд и разноцветными пятнышками далёких туманностей и галактик. ― Подытожим: вооружения у нас нет; запасов еды нет; вода под вопросом; маршрут движения не определён; если лететь к дальним норам, то может не хватить энергии, и мы превратимся в спутник, попросту ― в неуправляемый гроб; схема корабля не доступна, а мы не обследовали даже одного процента его объёма, и сам корабль может представлять неизвестную опасность; спать, лежать, даже сидеть негде; лекарств нет, кроме Юлиной автоаптечки; за нами следят или даже ведут… Ничего не забыла?
– Забыла многое, но это уже не суть, ― сказала со вздохом Церола. ― Суть ясна…
Маша обвела всех глазами:
– Предложения есть?
Все, опустив головы, молчали.
– Кто за то, чтобы… ― начала Маша.
– Мария! ― закричал Бозо, подлетел к девушке и схватил её за руку.
– Что, опять предложишь на лавочке посидеть?! ― вскипела Юлёна. ― На корабле все твои лавочки мы прикрыли!
– Мария, вы однажды уже голодали в таком точно полёте! ― выпалил Бозо как на духу.
– Проболтался… ― опять вздохнула Церола.
В рубке воцарилась мёртвая тишина…
Глава 8. Астероид-завод
― Нас атакуют! ― вдруг крикнул Иван.
– За работу, Ромео! ― ещё пуще взъярилась Юлёна. ― Объясненья потóм! Как только вы объявились, нас всё время атакуют!
– Имперский корабль, крейсер ударного класса, ― доложил Бозо, начав маневрировать. ― Вооружение в разы превосходит наше, зато менее маневренный: попробуем уйти…
– Надеюсь на тебя, командир, ― спокойно сказала Маша, прямо глядя в глаза Бозо.
– Ещё скажи: «Я давно мечтала, чтобы меня спас пришелец на белом НЛО», ― не удержалась от скалозубства Юлёна. Она не находила себе места, маясь от вынужденного безделья. ― Вот, прекрасный пришелец, удобный случай: спаси героиню романа ― потом просись к ней на лавочку!
– Приказывают выйти на связь, ― доложил Бозо, сделав вид, что не слышал Юлёну.
– Отставить связь! ― сказал Иван, глядя на экран, где из тьмы тёмной материи выплыл угол огромного корабля. ― Противник о нас, пилотах, догадывается, но не знает наверняка. Оставим его в сомнениях. Ну и махина! Небоскрёб какой-то!
– И это даже не линкор! ― покосился на землян Бозо.
– Церола права: они собираются нас вести, а не сбивать, ― заключил Иван. ― Давно бы уж разделались с безоружными…
– Теперь, если развернёмся к Земле, собьют, ― сказала Церола. ― Они высчитали, что я истратила весь огневой запас, и проследили, что мы нигде не дозаправлялись, поэтому так без опаски сблизились.
– Приехали! ― воскликнула Юлёна и, негодуя, вновь ударила о пол виртуальным хвостом. ― Что, «Зарнице» бесславный конец?!
– Без паники, Юль! ― сказал Иван. ― Не сбили сразу, значит, шанс уйти остаётся.
– Передают нам курс следования, ― опять доложил Бозо. ― Требуют поворота ко входу в ближайшую кротовую нору.
– А на выходе уже поджидают… ― сказал Иван больше для себя. ― Они могут захватить управление нашим кораблём?
– При ручном управлении, как сейчас, не могут, а если лететь на автопилоте ― вполне.
– А высадить десант?
– Не могут. У нас автономный боевой корабль, а не станция или платформа: к нему без нашего согласия не пристыкуешься. Только абордаж.
– Этот небоскрёб отрезал нам путь на Землю? ― спросила Маша, тревожно вглядываясь в экран.
– Да, и он наверняка не один, ― сказал Бозо. ― Имперские «ударники» отправляются на операции только группами.
– Если путь на Землю отрезан, остаётся отрываться и идти к одной из дальних нор, ― сказал Иван и посмотрел на Машу. ― Долго уговаривать они нас не будут.
– Я тоже считаю это единственным жизнеспособным решением, ― сказал Бозо и тоже посмотрел на Машу. ― Мы безоружны и почти без энергии. Поставим точку в нашем совете. Иначе смерть или плен.
Теперь уже Маша обняла расстроенную почти до слёз Юлёну и поцеловала её в макушку:
– Прорвёмся, подруга… Уходим к дальней норе!
– Одними манёврами нам не удрать! ― сразу воодушевился Бозо. ― Только топливо истратить. Бортинженер, найди попутный астероид: спрячемся за него.
– Есть, командир! ― с азартом включился Иван.
Воодушевлённый необычной работой, он открыл карты нужного сектора галактики, но сразу сообразил, что ничего там не найдёт. Астероиды ― шустрые ребята! Нужны текущие данные с какого-нибудь рабочего телескопа. Как бы сейчас пригодились данные с РТ-70!
– Пробую связаться с радаром в Евпатории, ― сказал Иван. ― РТ-70 специализируется на слежении за астероидами.
– С какой стати они отдадут нам секретную информацию? ― пробурчала Юлёна.
– Для аварийной связи у меня с отцом припасён специальный пароль. Попрошу РТ-70 связаться с институтом отца, передать пароль, а уж он договорится: папа теперь у меня, кроме прочего, генерал-майор и академик.
– Связь с Землёй на частоте радиотелескопа потребует от нас довольно много энергии, ― сказал Бозо. ― Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
– Когда оторвёмся, поищем на корабле батареи, ― сказал Иван. ― Солнечные батареи должны быть у всех ― на аварийный случай.
– Действуй! ― согласился Бозо. ― Да, наружные элементы питания должны где-то быть, но пока что я нашёл на корабле только отсек с зондами.
Иван отрешился ото всех.
– Если не добуду воду из камня, придётся терпеть, ― сказала Маша. ― Как в катакомбах Брестской крепости. Пришла очередь нашего поколения терпеть…
– Сравнила! ― воскликнула Юлёна. Она продолжала дуться на весь белый свет. ― Тогда была война: бомбили, стреляли, кругом убитые, раненые, эмоции через край. А мы здесь сидим, как в маленьком кинозале ― ещё кока-колу с попкорном подать. Ладно, потерпим… Чего не понятно?! ― резко обернулась она к скрипнувшему вдруг Подлизе. ― Ты мне больше без надобности: можешь складываться и отдыхать в уголке!
– Давай-ка, подруга, устроим где-нибудь Джульетту, а сами устроим экскурсию по кораблю, ― сказала Маша.
– Экскурсию?! ― от одного этого слова Юлёна ожила. ― Правда! Корабль здоровенный, как дом, «сталинка».
– Далеко не рассчитывайте уйти, ― сказала Церола каким-то подавленным голосом. ― Большинство секторов заблокированы: как открыть, не знаю теперь…
– Сваркой открыть! ― брякнула Юлёна первое, что на ум пришло. ― Эй, Подлиза, у тебя сварочный аппарат есть? Я отцу в гараже машины варить помогала.
– Сварка у Подлизы есть, но корабль сделан из сплава мервуда, ― сказала Церола. ― Ему сварка ― как вам лёгкое дуновение ветерка.
– Чем же открывать сектора? ― не адресуясь ни к кому, спросила Юлёна. ― Поищем кувалду.
– Только мозгами, ― тихо сказала Церола.
– Вы же с Подлизой смогли переналадить воздушную установку на корабле, ― вспомнила Маша. ― Газовая смесь для дыхания у вас получилась ― не Заветный лес, но вполне…
– Смогли… ― вздохнула Церола. ― Вероятно, мне повезло ― напоследок… А теперь все программы в памяти спутались…
– Открывать двери мозгами ― это к Ивану, ― сказала Юлёна. ― А куда нам эти живые консервы деть? ― подтолкнула она коленом едва сидящую на Подлизе Нибару.
– Юль, не начинай только хамить! ― строго сказала Маша и оглянулась на Бозо. ― Завтра мы сами можем оказаться в таком состоянии. ― Взяли!
Девушки подхватили Нибару и потянули к двери в соседний гигиенический отсек.
– Ни салфеток, ни полотенец, ни простой туалетной бумаги нет у этих зортеков, ― бухтела Юлёна, когда подруги занесли тело в соседнее помещение. ― Завоеватели тоже мне… На что мы её положим? Пол алюминиевый…
– Мервудный.
– Простудится ― виноватыми окажемся мы!
– На рюкзаки положим, ― сказала Маша. ― Снимай!
Они сняли и выпотрошили свои рюкзачки, разложили на полу.
– Наших двух ей не хватит, ― сказала Юлёна, отлавливая разлетающиеся по отсеку предметы. ― Мне бы и четырёх не хватило. Нужно у Ваньки ещё забрать. А на чём сами будем ночью лежать?
– В космосе нет ночи. У Ваньки нельзя тряпки брать: на него вся надежда, он в первую очередь должен питаться и спать.
– «Всё для фронта, всё для победы»?
– Именно! ― Маша сжала губы, нахмурилась и вдруг начала стягивать с себя джинсы.
– Чтó, а сама перед пацанами дефилировать будешь в трусах?! ― удивилась решительности подруги Юлёна. ― Ещё утром ты бы на такое не отважилась.
– Утро осталось в детстве. Сейчас не до церемоний. Ты сама перед публикой летала дракончиком без трусов, и Батону с гоблинами своё хозяйство напоказ выставляла. Обернуть тебя драконом?
– Пока не надо: не впишусь в габариты проходов. Хорошо ещё, зортеки высокие и здоровые, как наши морпехи: мне на корабле хоть не тесно. Лучше оберни их распрекрасный мервуд в простую еду и постели.
– Не могу, пробовала уже… Материал неземной природы, наверное.
Маша расстелила свои джинсы, подруги уложили Нибару и прикрепили её к полу магнитными полосками. Нибара не владела собой: она, закатив глаза, совершала невольные движения и что-то бормотала.
– Язык непонятный, ― сказала Юлёна, нагнувшись к самому лицу бредящей девушки. ― Шипящих звуков нет. А как тебе её видок?! Смотри, какие большие белки из-под век: как полумесяцы! Васильковые волосы ― натуральные, не крашеные! Как хочешь, Маш, а чужие они. О, теперь ещё и кровь пошла! Давай живо аптечку! Нам с тобою по жизни суждено быть медсёстрами…
Из носа Нибары выползла струйка крови. Она стала ветвиться и разделяться на длинные капли: одна затекла в приоткрытый рот, другая расползалась по щеке, ещё одна оторвалась с кончика носа и, извиваясь, полетела вверх, к потолку…
– Экономь! ― сказала Маша, когда Юлёна открыла пакет салфеток и принялась протирать лицо девушки.
Маша достала носовой платок и поймала им разлетающиеся в стороны капли.
– И на том спасибо, что кровь не голубая, ― бухтела недовольная Юлёна, остановив кровотечение. ― А куда выбрасывать салфетки?
– Не знаю, здесь так всё чисто и гладко.
– Ну и влипли! Пойдём скорее… на экскурсию ― что-нибудь да отыщем.
– Ты пока забери вещи и возвращайся в рубку. А я попробую ещё раз подобрать заклинания для воды. Чувствую себя ненормальной: вся магия от мавелов куда-то пропала, как дурной сон… Не вздумай съесть шоколадку с печеньем!
– Они меня не спасут, только пить больше захочешь…
Когда Маша вернулась в рубку, Юлёны в ней было: в сопровождении Подлизы, та отправилась шарить по кораблю.
– Есть астероид! ― вскрикнул Иван. Он с победоносным выражением на лице обернулся и наткнулся взглядом на Машу: она стояла в джинсовой голубенькой рубашке с длинным рукавом, из-под которой виднелись две широкие полоски белых трусов, в руке держала развёрнутый окровавленный платок. Абсолютное спокойствие девушки избавило Ивана от ненужных вопросов.
Обернулся от экрана и Бозо. Он посмотрел на Машу, сразу понял и благодарно кивнул.
– Я не смогла вызвать истечение вод, ― сказала Маша.
Она протянула Ивану ладошку, на которой лежал кристалл.
– Ромео рассказал мне про него, и про всё, ― сказал Иван, беря камень.
– В чуждом мире, похоже, земная магия исчезает, ― вздохнула Маша.
– Вы просто начинающий, слабый маг, ― сказал, не подумав, Бозо. ― Мы с Нибарой тоже стали на Земле обычными людьми. А вот Тимберлитта, когда явилась на Мерону, осталась сильной магиней и покорила новый для себя мир.
– Алмаз или квазикристалл внеземного происхождения, ― сказал Иван, рассмотрев камень. ― Будь у нас кристаллографическая лаборатории, я бы мог попробовать разобраться, а на глазок ― никак. От обычного кристалла квази отличается внутренней структурой: обладает осями симметрии разных порядков ― седьмого, восьмого и даже двенадцатого. В России квазикристаллы находят только в вулканических породах, где-то на Корякском нагорье. Квази входят в состав минерала хатыркит и состоят из меди, железа и алюминия. Естественным путём квазикристаллы образуются на Земле очень редко, обычно залетают к нам как части метеоритов. А из чего состоит твой, Маш, кристалл ― без аппаратуры не определишь.
– Вань, может быть, ты попробуешь извлечь из него лёгкую воду?
– Как, Машунь? Кувалдой бить Церола запретила, да и где взять кувалду? Квазикристаллы плохо изучены. Они открыты совсем недавно, в 1982 году ― это для землян, считай, новая форма существования твёрдых тел. Ничего, попьём тяжёлую воду: в небольших дозах она вызывает расстройства, но не смертельна. Похожа на океаническую воду ― в той тоже полно дейтерия.
– От морской воды, если пить, быстро с ума сходят.
– Воду на Землю занесли кометы, возможно из Пояса Койпера ― огромного кольца ледяных глыб за орбитой Нептуна. По крайней мере, содержание дейтерия в комете Хартли-два оказалось точно таким же, как в океанах Земли.
– Очень познавательно и успокаивающе, ― тихо, как не своим голосом, сказала Церола. ― Но, если не подбросите мне энергии, отключусь.
– Прости, Церола, ― откликнулся Бозо. ― Сначала уйдём от погони…
– Потом отыщем на корабле и выпустим солнечные батареи, ― подхватил Иван, не отрываясь от расчётов, ― тогда подадим на вас энергию.
– Спелись два капитана, ― ещё тише, без обычного выражения сказала Церола. ― Это хорошо. Я ваше решение одобряю. Но я машина ― не могу работать на пафосе.
– Церола! ― воскликнула Маша. ― Могу я вам чем-то помочь?
– Отключаюсь, ― мяукнула Церола и смолкла.
– Маш, ей нужен не косметический ремонт, ― сказал Иван. ― Какой-то недоразвитый спроектировал чёлн так, что для работы бортового биокомпьютера, нужно чтобы функционировали все основные системы. Церола ― неотъёмная часть челна. Дикое конструкторское решение! Энергетическая установка серьёзно повреждена, двигатель и корпус разбиты, остальные системы не лучше ― нужен ремонт всего челна. А подавать питание не на крошечный компьютер, а на весь чёлн ― недопустимая трата. Я займусь… позже.
– Этот недоразвитый ― наш с Нибарой отец…
– Занимался бы он лучше своим делом хранителя, а не лез в конструкторы. А то, получается…
– «Ни там, ни тут?» ― договаривай уж!
– Прости, командир, если обидел.
– Сейчас не до обид. Мы с тобою остались одни, ― сказал Бозо, сдержав себя. ― Я надеялся на помощь Церолы ― привык… А что она имела в виду ― про какой-то «пафос»?
– Это когда человек делает для других больше, чем может, ― сказала Маша, пряча кристалл в кармашек рубашки.
– Я и делаю, что должен, насколько хватит способностей и сил, ― сказал Бозо. ― Так по Кодексу.
– А с пафосом человек пытается сделать больше, чем в его силах, ― сказала Маша. ― Один за всех.
– Это энергетически невозможно ― по законам физики.
– У нас, похоже, ещё будет возможность не раз это проверить, ― усмехнулся Иван. ― Ввожу координаты астероида…
– Совсем рядом! ― обрадовался Бозо. ― Теперь погоняемся с твоим спецназом, император Углас! Торможу и закладываю вираж…
– А зортеки ничего сверхъестественного на поляне против нас и не применили, ― продолжая прерванный разговор, сказал Иван. ― В Советском Союзе ещё в восьмидесятые годы прошлого века планировали получить генерацию искусственных гравитационных волн верхней атмосферы. А ещё работали над созданием искусственного «динамо-эффекта» в земной ионосфере, пробовали получить крупномасштабные ионообразования в ионо- и плазмосферах.
– Такой у вас был серьёзный противник? ― удивился Бозо. ― А если бы он начал вас одолевать ― до угрозы полного уничтожения?
– Если бы нас внезапно начали давить с околоземных орбит, на такой случай мой отец предложил очень дешёвый способ вообще закрыть тему военных спутников и космических платформ: на орбите Земли взорвать вагон щебёнки.
– Себёнка ― это камень для дорог, не оружейный материал.
– Получится как выстрел шрапнелью во все стороны. Он сметёт с орбиты всё и закроет тему полётов в космос лет на пятьдесят. Заодно и обезопасит землян от нашествия пришельцев. Дёшево и сердито!
– Расскажу об этом отцу! ― загорелся Бозо. ― В критический момент, если мы дёшево и сердито сметём все корабли зортеков с орбиты Мероны, с наземными войсками как-нибудь справимся. Прости, друг: я считал землян недоразвитыми. Сближаемся с астероидом под углом…