- -
- 100%
- +
Во избежание смертоубийств Академия магии три сотни лет назад издала запрет на причинение вреда морским жителям. Но в забитых селениях, вроде деревни Голле, до сих пор верят, что русалки едят неугодных им. Или скармливают своим ручным чудовищам.
Есть еще племя очень необычных существ – уннури. Раса очень сильных физически существ. Их кожа подобна камню, ранить их очень сложно, почти все а-магичны, то есть магия на них либо не действует вовсе, либо очень слабо. Нанимаются к людям на тяжелую работу, в телохранители. Простодушны, но легко впадают в гнев. Судя по портрету, они схожи с троллями. Не дай боги, один из них тот самый! Я просто удавлюсь!
Шиассы. Раса полулюдей-полузмей. Живут в большой горе, северном окончании Уадду, Лооданну. Кланы названы и ранжированы в зависимости от силы, ядовитости, телепатических способностей и количеству женских особей, которые неизменно в дефиците. Есть к примеру, Клан Бирюзовых змей, они все юркие, быстрые и очень ядовиты. Укусы этих особей не могут излечить маги. Эти считают белокожих, беззащитных людей не более чем букашками.
Оно и понятно! Если ты с самого рождения так силен и ядовит, то вырастешь со стойким убеждением в своей исключительности. Надеюсь, они будут игнорировать отбор… Только змея мне и не хватало! Кто там дальше?
Тайерри или «лунные дети». Высокие, стройные, красивые, беловолосые, но их волосы снежно-белые, посему их к пророчеству не приплетали. Долгожители, маги, воины, их шпионы неустанно собирают информацию для своего правителя. Он считает свою расу расой свидетелей, летописцев. В их библиотеке, в свитках и кристаллах памяти записана история на тьму веков назад. Женщин мало, берут в жены людских магичек.
Правитель – Деилли Тоидзё, дочь – Пио. И это все, что о них известно? Ничего себе они скрытные! А дальше рании.
Один из кланов оборотней, поселившихся на Уадду. Оборачиваются в самых разных существ, некоторые могут становиться деревьями и частью гор. Их триста две особи, чрезвычайно закрытый и консервативный клан. Правит вождь – Абнни Серый Ветер.
За окном уже совсем стемнело, но вот в дом стал литься яркий свет! И не с одного места, а с нескольких. Маг тоже поднял голову от свитков, притушил лампу и пригласил меня полюбоваться лунами, которые должны стать знамением моей судьбы. Мы вышли из дома, да так и замерли на пороге.
– Какая красота! Рошотт, это невероятно!
Сейчас луны расположены хаотично, но вот уже видно, что голубая и сиреневая встали в ряд. Зеленая, золотистая, алая – одна над другой. И каждая испускает ровное, прелестное, загадочное свечение! Это выглядит как радуга, только ночная, а от того еще более необычная!
– Да, в такие ночи на их сияние можно любоваться бесконечно долго. Можете посидеть на пороге, госпожа, а я устал и пойду спать, – Рошотт достал плетенный коврик и уложил его на ступеньку. Потом зевнул и с прощальным поклоном ушел почивать.
Я пока спать не хотела, поэтому запрокинула голову к лунам и долго всматривалась в них. На Земле мы знаем, что наша луна – это одна из планет Вселенной, а здесь что же представляют собою звезды? Мой прагматизм хотел докопаться до правды, но по тут же заболевшей от раздумий голове, я поняла, что нужно принять все таким, какое оно есть. Здесь существование богов – истина, а значит, все планеты и звезды тоже нужны им для чего-то.
Уснула я с легким сердцем, отогнав все тревоги и отложив борьбу с ними на последующие дни.
На следующий день, позавтракав и поговорив с Рошоттом, который суетливо перебирал свои вещи, решая, что взять, а что оставить, я захотела пройти в село. Маг не стал меня отговаривать, только предупредил, чтобы не провоцировала местных. Я сказала, что лезть к ним специально и не собираюсь, просто пройдусь, рассмотрю подробнее их жилища.
По правде, смотреть было и нечего. С того момента, как Жанд привел меня в Голле, ничего не изменилось: те же колья, те же сети. Мужчин сейчас не было, рыбачили наверное. Дети не сидели без дела: строгали свежие колья, кто плел с матерью новую сеть из жил. Одна ватага детишек обступила что-то или кого-то и зло выкрикивала угрозы. Чего они?
– Отродье! – шипел тощий и черный, как цыган, мальчишка лет десяти, – Из-за тебя нас съедят до бури!
И, словно он дал команду, все резко бросились на жертву! Кто с палкой, кто с камнем. Тот, кого они били, крутился волчком, раздавая тумаки, но силы были неравны. Пора вмешаться! Инстинкт воспитателя требовал от меня наведения порядка. Магия воды, послушная моим желаниям и мыслям, растащила участников побоища.
– Что здесь происходит?! Я вас спрашиваю! – я глянула на мальчика, который вызвал такую ненависть у сородичей, и узнала того малыша, которого бросили в мой первый день здесь, – Что за безобразие! За что вы так с ним?
– Не лезьте! – прошипел было наглец, но его друзья одёрнули его, намекая на мой статус, – Он – выродок снуя!
– Что? Снуя?! А такое возможно? – удивилась я.
– После последнего набега родился! – сказал другой мальчик, с большим родимым пятном на щеке, – И не подох даже от голода!
Мое сердце на миг замерло, а потом полоснуло болью! Как же можно так поступать с живым существом?! Он им ничего не сделал, а они травят его и говорят такие ужасные вещи! Маленький снуй уже встал и теперь рассматривал всех своими огромными черными глазами. Он вытер кровь с разбитой губы, но она лилась не только оттуда, а ещё и с ссадины на лбу, скуле, были раны и на руках, плечах.
– Я забираю его! – сказала я твердо, – А вы… вы получите сполна за свою жестокость!
– Чего? – выщерился предводитель этих мелких пираний.
– Я позабочусь, чтобы сюда больше магов не присылали! И вам придётся самим отбиваться от любых нападений! – я подошла к малышу, вода, послушная мне, омыла нежно его раны, которые тут же затянулись на глазах, – Идём! Рошотт, наверное, уже сделал что-то вкусное на обед!
Неверие, настороженность, боль и надежда – в глазах снуя промелькнула целая круговерть эмоций. Никому не позволю тебя обидеть! В мою руку легла маленькая, худенькая ладошка. В душе плеснулось тепло и радость. Как же я люблю детей! Только не таких, как эти хищники! Игнорируя возмущение на их лицах, шипение угроз и предостережений, что снуй меня сожрёт сегодня же, я потянула мальчика к дому мага. Он шел неохотно, точнее, ему будто было все равно. Возможно он думал, что я, прекратив изображать благородство и доброту, снова верну его, а не стану заботиться о нем.
– Как тебя зовут? – глаза-агаты полоснули меня болью и снова опустились в песок, – Ясно. Они не дали тебе имя. Идиоты! Ты не думай, что я брошу тебя! Я заберу тебя с собой! Хочешь со мной в столицу? Скоро мне предстоит долгое и увлекательное путешествие. Мы с тобой увидим город Имэннари, столичную Академию магии, сходим в Оперу. А? Хочешь попутешествовать?
Да, он хотел! Еще как! Глаза сверкали, кажется, я вижу алый отблеск. Но он ведь наполовину снуй, так что это понятно. Он прижался ко мне, задышал так часто! Он плачет! Боги… Я присела и прижала его к себе, погладила спину, ласково шептала, что буду ему мамой, что не брошу его. Какой же он худенький! Ребрышки можно пересчитать, а локотки и ключицы такие острые! Как же ты выжил, бедный?
– Рошотт! – позвала я с порога, опасаясь входить со снуем в жилище мага, ведь неизвестно, что в доме за заклятия против незваных гостей.
– Да, госпожа! Что случилось?
– Как бы тебе сказать? – озадачилась я.
Маг вышел на порог и остановился. Неужели и он боится мальчика?! Но Рошотт меня удивил. Он выдохнул облегченно и заулыбался.
– Я так и думал, что вы его заберете. Вы такая добрая, госпожа Виторрия! Еще тогда вы хотели к нему подойти, так ведь? – я кивнула согласно. Ладошка мальчика грела меня изнутри теплым светом материнской любви и заботы, – Значит, это воля судьбы! Заходите! Обед уже на столе!
Малыш доверчиво жался ко мне, ел все, что я даю, не жадно, но и подозрительно охотно. Сколько же он уже голодает? Вот ведь эти рыбаки гады! По рассказам мага, малыш был немым, хотя возможно, что это от стресса, в который обернулась вся его жизнь.
– Я даю ему еду, но он и меня сторонится, – сказал Рошотт, – Вы первый человек на моей памяти, который пожалел снуя. Они вызывают ненависть у всех людей без исключения, ведь исчезновения не прекратились по сей день.
– Снуи? Но ведь это невинный малыш! Он рожден от чудовища, но это совсем не означает, что он тоже будет таким же! В моем мире много разных людей, не все из них добры и законопослушны, но детей не травят из-за родителей. Я воспитаю его так, чтобы он был полной противоположностью тому, кто породил его.
– А как же ваше возвращение домой, в ваш мир? – спросил меня маг.
– Я заберу его с собой! – твердо сказала я и улыбнулась пораженно раскрытым черным глазкам, – Я не оставлю тебя… верь мне!
Маг не хотел показывать, но он тоже растроган, видимо, участие его в мальчике куда глубже простого подкармливания. Мы решили выбрать нашему приемышу достойное имя, чтобы все увидели, что он тоже имеет статус аристократа. А что? Теперь я его мать, пусть и приемная.
– Маенн! – вдруг выдал маг, – Это имя носил один из выдающихся магов земли. Это был доблестный муж, полный доброты и сочувствия. Его очень любили простые люди. Как вам?
Мы переглянулись с мальчиком. Он просто молчал и глядел на меня. Я еще раз обняла его и пообещала не оставлять никогда.
– Мы согласны! – объявила я и благодарно глянула на мага блестящими от слез глазами, – Маенн Славский! Такое теперь у тебя имя. Рошотт? Это все или я должна какую-то процедуру с ним пройти? Чтобы у нас было полное родство?
– Магия уже обо всем позаботилась! – кивнул маг на мои руки. Я опустила взгляд и увидела голубые, бликующие жилки, соткавшиеся в ажурную вязь, – Это ваша с ним связь. Никто не усомнится, будьте спокойны!
Я убедилась, что у Маенна тоже такие же жилки на руках. Мой маленький! Он с таким ошарашенным видом их разглядывал, гладил. Я улыбалась и ждала… Наконец, глазки-вишни, поднялись и устремили на меня такое. Я ощущала любовь племянников, сестры и матери, но то, что сейчас излилось на меня… Я долго держала в руках плачущего снуя, сама рыдала в три ручья, да и маг там, слева от нас подозрительно ерзал на стуле и шмыгал носом.
– Нам… – сглотнула комок в горле, – Нам здесь не купить ему одежду, да?
– Сожалею, госпожа. Разве что вытребовать ее у местных, – задумчиво сказал Рошотт, – Хотя… лучше не надо. Мы отобьемся если что, но оставлять здесь трупы я бы не хотел. Пойдем поищем в сундуках моего предшественника. Он вроде был субтильнее вашего покорного слуги.
Маг с энтузиазмом рылся в сундуках, а мы с Маенном за ним наблюдали. В вещах предыдущего мага Голле осталось не так много целого. Возможно, он был скуп, возможно беден, но так или иначе найти удалось лишь пару приличных рубашек и двое штанов. Маг пообещал ушить это или же уменьшить заклинанием под мальчика уже сегодня к вечеру.
– Погуляйте в саду, мне пока нужно сделать кое-что, пару дел, – засуетился он, – Или к скалам сходите!
– Пойдем к скалам? – обратилась я к своему воспитаннику. Маенн готов был идти за мною на край земли, о чем красноречиво свидетельствовали горящие любовью и доверием глаза.
Поскольку я дороги в точности не знала, малыш сам вывел меня. Мы спустились по тропинке за домиком мага. Мудро, а не то пришлось бы встретить жестоких и таких темных, дремучих жителей Голле. Пляж был пустынным, на нем были только несколько крабов да две чайки.
– Знаешь, а я ведь не отсюда, – сказала я. Маенн внимательно слушал, – Я из другого мира. А сюда меня забрал бог Зуэн. Нет, я не его почитательница! Я… вот, гляди!
Я решила показать ему жемчужины. Мальчик пораженно на них уставился. Я тут же их спрятала под мантию.
– Никто не должен о них знать, Маенни! Мы с Рошоттом договорились, что представим меня простой девушкой, которую бог привел на обряд. Ой! А теперь тебя ведь тоже могут прочитать! – вспомнила я предостережение Рошотта.
Маенн прижал руку к своему лбу, примяв чудесные черные волосы. Потом помахал руками, показывая, что он защищен от этого.
– Правда? – удивилась я, – Но правитель, то есть император, сильный маг! Все равно? Выдержишь? Мой милый! Если будет тяжело – зови меня! Я им всем…
Мы сидели на берегу, пытаясь наладить контакт. Это я предложила. Я догадалась, что малыш владеет телепатией. Пусть его уровень не столь высок, как у того же императора с отпрысками, или же снуев, тех, что чистокровные, но его должно быть достаточно для общения со мной. Я мысленно попросила помощи у богини, и тогда дело ускорилось в разы! Мы начали с образов, постепенно переходя на целые предложения, мы захлебывались в информации и эмоциях друг друга, но были так счастливы, что не обращали внимания на сильный ментальный поток.
Маенн рассказал о своей жизни, о том, что не знает своего отца, хоть и почувствовал однажды приближение кого-то кровного. В ту ночь исчезли трое жителей деревни. Тогда малыша чуть было не убили в отместку. Спас его маг, да еще и наказал тех, кто поднял руку на мальчика. Я преисполнилась горячей благодарностью к Рошотту. Теперь я верю, что он действительно хочет мне помочь. Не может быть плохим человек, спасший моего маленького снуя!
– Я постараюсь выжить. Милый, я заберу тебя в свой мир, или же мы будем жить здесь. Где бы ты хотел поселиться? Я видела, что на обоих континентах есть красивые места.
– К драконам! – ответил он мысленно.
– Они жестокие, милый. Но да, я тоже хочу их увидеть.
Внезапно в тишине, то есть в обычные звуки пляжа, ворвался громкий плеск волн. Что-то подплыло почти к самому берегу. Я вскочила, закрывая собою мальчика, но снуй спокойно и с улыбкой вышел вперед. А когда он побрел к океану, мне пришлось идти с ним. Я опасливо подошла к воде, удержала Маенна от последнего шага.
– Это друг! – уверил он меня.
Этот самый друг был никто иной как змей! Большой морской змей! И, кажется, он разумный. Он поднял узкую морду над водой и стал меня рассматривать. Такому же пристальному вниманию он подверг и наши руки, вязь на них. А потом я услышала его мысли.
– Значит, ты дева из пророчества! – констатировал морской дракон. Поглядел на малыша, который сейчас укрывал меня своим хилым тельцем, – Я ничего ей не сделаю плохого, малыш! Твоя названная мать – истинная жрица? Вот как… Я должен рассказать клану! Не бойся! Больше никто о твоих отметинах не узнает. Мы будем на отборе, там поговорим подробнее. А пока вот!
На берег выкинули мелкого драконыша. Он то становился прозрачным, то лазурным, то наливался синью неба. Я пораженно на него уставилась, не понимая, зачем нам младенец из морских змиев.
– Это не мой сородич, Заэдар! Это наши тиоро, связные. Если нужна будет помощь – скажи ему плыть к нам! А пока он побудет с вами. Ему нужна будет вода, да ты и сама понимаешь. Богиня дала тебе власть над водами, видно, ты – ее последняя надежда.
– А… а вы кто? И откуда знаете Маенни? – решилась я на вопрос.
– Маенни? Вы дали имя мелкому? Хорошее имя! И ты тоже. Тоже хороша… вся… – змей смущен? А полностью ли он змей? Или он может становиться человеком? – Я патрулирую эти воды, вот и увидел его. Он всегда тут прячется. Ну я ему то рыбку выброшу, то ракушек.
– Вы что-то вроде стражи?
– Да. Страж в этих водах, – подтвердил змей, – Маг уже послал сообщение императору?
Откуда он только все знает? Мальчик сказал, что мое появление уже давно для змея не секрет. Они меня видели в воде, могли даже спасти, если бы я не стала русалкой самостоятельно. Ясно теперь. Значит, в этом мире я не одна со своей бедой! Это радует.
– Да. Ему ответили, что до нас доберутся за двое суток. Первые уже на исходе.
– Мы будем готовы. Не открывай свой истинный статус! Не показывай никому свое тело, пусть думают, что ты просто очередная жертва Зуэна, – инструктировал меня так же, как и Рошотт, страж морских драконов, – Держись подальше от наследников Ченнатов! Они выросли такими… хуже шиассов!
– А как вас зовут? – как-то неловко говорить с тем, кого не знаешь.
– Лаларри Дунно. А вас Виторрия, – мне показалось, или на моем имени змей того, мурлыкнул? Я улыбнулась ему, хотя весь его облик был мне чужд и странен. Нет, змей был очень изящный и красивый, его чешуя переливалась на солнце яркими красками, лазурью и синью, но он первое такое существо в этом мире, отличное от человека.
– Очень приятно, Лаларри! Мне так и Рошотт сказал сделать. В смысле притвориться обычной пустышкой. Я так волнуюсь перед этим отбором… – я присела у воды, опустила глаза на толстые кольца хвоста морского дракона.
– Ничего не бойся! Мы поможем и защитим тебя! Если среди пришедших на отбор не найдется истинного избранного, мы сговоримся с теми, кого не было в Имэннари, мы найдем всех, кто может им быть! Положи руки на мой бок, Заэдар!
Я помедлила немного, а затем несмело коснулась его шкуры. Как и ожидалось, она такая прохладная и гладкая! Змей завибрировал под моими ладонями. Я подождала минуты три и отняла руки.
– И что это было? Зачем? – спросила я.
Змей жмурил глаза, подрагивал всем телом. Да что это с ним? Я стала отступать от воды, утаскивая с собой мальчика. Но Маенни стоял спокойно, уверяя меня, что все в порядке, мне ничего не грозит. Ничего? Тогда почему змея так выворачивает? Он… станет таким же как мы?! Я с открытым ртом следила за превращением стража-змея в стража-человека. Голубоватая кожа в синих жилках, высокий и изящный, скульптурной лепки торс, длинные ноги. И совершенно, бесстыдно голый! Я возмущенно вскрикнула, но страж не испытывал по поводу своей наготы ни малейшего смущения, так что пришлось сделать вид, что так и должно быть. Хотя его искристые глаза сказали мне о его полном понимании ситуации.
– Это проверка, Виторрия! Я должен был убедиться, что я не избран богиней!
– Если бы вы… ты был избранным, то у тебя была бы жемчужина внизу живота! – возмутилась я такому коварству.
– Здесь? – бархатно спросил Лаларри, опустив ладонь на бедро. Да что ж ты делаешь, бесстыдник! Не при ребенке же! Довольная улыбка, и бедра коварного змея окутались куском шкуры в цвет самого змея, – Да, у меня ее нет, но…
Пока он заплетал мне мозги заигрыванием, я не услышала довольно громкий топот ног. А! Это Рошотт к нам бежит! Да еще как! Не добежав до нас каких-то пару метров, он от волнения растерял свои туфли, поднял едва ли не выше колен мантию! Борода растрепалась, глаза безумные.
– Госпожа! – он долго пытался отдышаться, не в силах сказать хоть слово. Тогда Лаларри взял его за руку и осуществил что-то вроде передачи сил, как я поняла благодаря внутреннему чутью и магии воды, – Благодарю, господин Лаларри! Госпожа! Делегация с минуты на минуту будет здесь!!!
Я обмерла. Я еще не готова, да и вообще. Воспоминания мага нужно спрятать! Мы переглянулись, маг кивнул мне и закрыл глаза. Через три минуты он открыл их, и выражение в них было уже другое, немного растерянное.
– Госпожа Виторрия… А что вы…
– Мы ходили прогуляться с Маенни! – уверила я мага с ласковой улыбкой, – Вот, встретили этого удивительного юношу! Оказывается, он настоящий морской дракон, представляете? Его зовут Лаларри. Но он не мой суженый.
– Сожалею, – растерялся Рошотт, – А что я хотел сказать?
– Что делегация уже здесь? – вопросил дракон, глядя за наши спины.
Мы медленно обернулись, встречая пристальные взгляды троих человек. Двое были возрастом почти как Рошотт, но третий был молод. Волшебной, сказочной красоты мужчина! Я на миг ощутила все прелести юношеского увлечения понравившимся парнем: у меня загорелись щеки, дыхание сбилось, ладони вспотели, а еще захотелось быть не в линялой фиолетовой тряпке Рошотта, а в красивом платье, которое будет грациозно развеваться в такт моим шагам. Юноша сощурил свои чернильные очи, тряхнул роскошной агатовой гривой и усмехнулся слегка и так снисходительно, что с моего лица мигом сошли все краски, в том числе и те, которые знаменуют девичье смущение. У него, такого прекрасного, должно быть целая армия поклонниц!
– Почему вы не в доме, Рошотт? – спросил он, глядя при этом только на меня. Но я уже в эту ловушку не намерена попадать! Так что просто опустила взгляд и ждала, пока делегаты представятся или озвучат своё решение.
– Мы… гуляли? – несобранность мага не понравилась его коллегам. Брюнет мазнул по мне жгучим взором напоследок и повернулся к магу. Рошотт что-то бормотал, лепет его ставал все тише и запутаннее.
– Директор Динерро! – позвал стоящего справа от себя пожилого мага брюнет, – У него удалены почти сутки из памяти! И сделал он это сам. Что здесь произошло? Говори, смертная!
Он за миг преодолел расстояние в десяток метров до меня, протянул было руку к моему затылку, намереваясь считать мою память, но на его пути встал Лаларри.
– Прошу вас не трогать избранную златую деву, наследник Ченнат! Она простая девушка, ничего не смыслящая в магии разума. Если Рошотт считал нужным что-то сделать со своим сознанием, то это его дела. Госпожа Виторрия здесь явно не виновата, – они долго стояли друг против друга. Лаларри готов был ко всему, в том числе и к похищению нас обоих из-под носа делегации.
То, что в числе прибывших такие высокие люди империи, должно было мне польстить, но только испугало до дрожи. Маг предупреждал меня, что наследники у правителя очень властные и сильные магически, но такого даже я не ожидала. Морского змея мучительно клонило к земле, а наследник только гнусно ухмылялся. Но видимо, он все же опасался реакции целого клана морских драконов на этот конфликт, так что сделал вид, будто поверил Лаларри и разорвал их поединок взглядов и магии.
– Вижу, ты уже воспользовался случаем и прошел процедуру отбора? – красивые губы принца цинично скривились. Я не решалась поднять глаза, опасаясь нового плена и волнения, но он сам решил все за меня. Подошел, остановился в шаге от меня. Презрение, с каким он окинул мой балахон, обожгло меня, – А я подожду… Пусть ее вымоют как следует, приоденут, – рука принца пропустила прядь моих волос сквозь пальцы, он поднес ее к губам, я затаила дыхание, – А потом я докажу ей, что истинный избранник должен быть сильным, властным, решительным…
Не знаю, чары ли это, но запах сильного и такого идеального тела кружил голову, туманил разум, заставляя желать несбыточного и запретного для меня. Я должна остаться девой до обряда, иначе не вернусь! Если бы не те маги, что пришли с принцем, то он бы меня тут же и раздел наверное. Но их голоса стали звать его, напоминая о том, что время идет, нужно возвращаться, пока оставшиеся члены делегации держат портал к эллиям. А мой малыш, мой Маенни звал меня не переставая, он уверял, что защитит меня. Милый! Нам нечего противопоставить таким как принц! Мы должны выжить! Если со мной что-то случится, ты должен вызвать морских драконов с помощью их связного. Маенни кивнул и прижал к себе переливающееся тельце маленького змея.
– Наследник! У нас нет времени на это. Если избранная готова, то мы отправляемся немедленно! – сурово сдвинул широкие, угольного цвета брови второй мужчина. Директор Динерро, стоявший рядом с ним, кивнул согласно и стал чаровать. Э-э нет! Так они разлучат меня с моими друзьями!
– Нет! – закричала я громко. Все обернулись ко мне, в том числе и сволочной наследник. Он рассматривал меня будто я говорящий стул, пристально и слегка недоуменно, – Я не уйду без них! Этот мальчик – мой сын! – брови всей троицы взлетели ко лбу, – Приёмный! А маг… мы с ним договор заключили! О взаимопомощи. Он должен опекать меня и помогать.
– Не хотите ли вы забрать еще и господина Лаларри? – пропел принц, склоняясь к моему виску. Он вдохнул мой запах, глаза сверкали злостью и жаждой.
– Я-а… не знаю, захочет ли он… – пролепетала я под таким напором неприязни и презрения ко мне.
– Захочу! – твердо заявил нам морской дракон и вырвал меня из лап порока, то есть взял за руку и задвинул себе за спину, подальше от принца. Я тряслась, не переставая, за ним – напряжение и попытки выдержать напор наследника не прошли для меня бесследно, – Я иду с вами! А мои вещи потом привезут родичи.
Принц только усмехнулся и молча ждал, пока мы по очереди войдем в портал. Рошотт, бедный, так и ушел в одной мантии. Одна надежда, что его вещи уже собраны и отправлены магией по месту назначения. Иначе ему придётся просить о ссуде этих напыщенных индюков. У меня их тоже немного, но памятные вещи я бы хотела сберечь. А интересно, мне положено содержание? Или я буду работать за еду, так сказать?
Я нырнула в черный овал, крепко сжимая руки Маенни и Лаларри. Иначе не решилась бы – до того страшно было идти в неизвестность. Ничего ужасного не произошло, мы просто вышли у каменных стен какого-то города. Или это дом среди пустыря? Я огляделась. Позади нас вообще ничего не было, лишь степь, сейчас пожухшая и высушенная жарким летом. Как и сказал Рошотт, сейчас середина осени.