Вершитель судеб, или Записки провинциального рекрутера

Неделя на острове пролетела незаметно. Соседи по берегу оказались довольно сносными и в некоторых случаях даже приятными. В одной палатке жила семья с двумя детьми, и Маруське, Катиной дочке, было с кем играть. В другой палатке жили трое молодых людей, с которыми мы рыбачили и вечерами играли в карты под вино и песни у костра, а ночью купались в перегретой за день воде. К пятнице мы были уже практически родными людьми. Загар, до того ко мне не пристававший, лег довольно-таки ровно и радовал красивым золотистым оттенком. Подвел только нос – шелушился и облазил. Купальник цвета молодой травы сидел на мне изумительно, ни минуты не пожалела, что отвалила за него столько денег. Жаль, конечно, что мало кто видит эту красоту.

Я практически забыла, что ситуация у меня аховая. В пятницу, ближе к вечеру, сидя на теплом песке и ковыряя пяткой ямки, я потягивала вино из огромного бокала и наблюдала, как волны заполняют водой и камешками углубления от моих ног. Красотаааа. Неожиданно услышала звук своего телефона, что был заброшен за ненадобностью аж на целую неделю. Успела долететь до палатки и схватить трубку до того, как звонок прекратился. Незнакомый номер.

– Ольга, здравствуйте. Меня зовут Алина, я из кадрового агентства «Респект». Звоню вам уже третий день, а вы все время недоступны. Вам удобно сейчас говорить?

– Удивительно, что дозвонились, Алина. Говорите, я слушаю.

– Я по поводу вашего резюме, что прислали нам на вакансию. Хочу пригласить вас в понедельник на собеседование, сможете приехать?

– В понедельник? Дайте подумать.

То ли вино так на меня подействовало, то ли теплое море, то ли Катерина, откуда ни возьмись появившаяся рядом и напряженно слушавшая наш разговор, а может, совокупность факторов, но я ни с того ни с сего ляпнула:

– Да. Приеду.

До сих пор не понимаю, почему я это сделала. Катерина ухмыльнулась, выдохнула и потащила меня собирать дрова для вечернего костра. С нами вызвался Михаил, один из молодых людей, что жили в палатке в конце пляжа. Симпатичный и немногословный парень с внешностью военного летчика. Мне такие всегда нравились. А ему, судя по многозначительным взглядам, нравился мой купальник и я. Болтая и дурачась, мы собирали мелкие ветки, пока Мишаня шел впереди с огромным сухим стволом пересохшей березы. Уж не знаю, что его так заинтересовало, но он вдруг резко остановился, поднял с песка какой-то предмет и обернулся всем телом, желая показать нам находку. Дубина на его плече, конечно же, описала дугу. Катерина остановилась за секунду до этого, а вот я остановиться не успела и благополучно припечаталась правой стороной лица к древесине. С этого момента Михаил совершенно перестал мне нравиться. Через час я была с опухшей скулой, синяком под глазом и царапиной от внешнего угла глаза к носу. Парень пытался загладить свою вину, всячески извиняясь и предлагая варианты устранения фингала, но настроение, как и впечатление, было испорчено. Хорошее завершение отпуска.

Дома я была в воскресенье еще до обеда и оставшиеся полдня потратила на то, чтобы привести себя в порядок. Просоленная, местами покрасневшая кожа, волосы, не видевшие пресной воды и шампуня целую неделю, облезлый нос и симпатичный синяк под глазом, который только-только набрал цвет. Царапина завершала образ. А завтра собеседование. Да и ладно, я же не собираюсь там работать, правда?

В понедельник я проспала, открыв глаза за двадцать минут до электрички. Ну если не краситься и не пить кофе, то можно успеть. Натянув первую попавшуюся футболку (вроде свежая), я схватила приготовленную с вечера любимую юбку, в которой у меня волшебным образом появлялась талия, и побежала чистить зубы, пытаясь не забрызгать себя водой и пастой. Босоножки на высоком каблуке, прибавившие десять сантиметров солидности моему росту, не давали мне возможности быстро бежать, но на поезд «в новую жизнь» я все же успела. Толпа внесла меня в вагон, и двери тут же захлопнулись. Опыт не пропьешь, прошлой зимой я прошла отличную школу по выживанию. Уже подъезжая к Владивостоку, я поняла, что день у меня совсем не задался, – здесь лил дождь. Меня всегда удивляла разница в погоде во Владивостоке и в моем городе, что находился от столицы Приморья всего в сорока минутах езды. У нас солнечно и сухо, тут ливень и духота. В этот раз дождь лил всего десять минут, оставив после себя бурные ручьи и огромные лужи. Переждав водяной поток на железнодорожной станции, я пошла искать этот «Респект», по пути успешно перескакивая через потоки воды. Ливневка во Владивостоке не работает и по сей день, к сожалению, в этом плане в городе ничего не меняется. На подходе к нужному зданию я притормозила, сверяясь на ходу с бумажкой с адресом, и тут мимо меня пролетела машина, подняв столб воды и обрызгав с головы до ног. Воды в луже было немного, но ее хватило, чтобы нанести ущерб моей одежде, добавив крупных грязных пятен белой футболке и нежно-голубой юбке. Сволочь… Пока я ругалась, все же успела заметить последние две буквы номера на серой «тойоте» и ее помятый бампер. Машина вроде приостановилась, но потом снова рванула вперед, будто ее ужалили. Ну, тем лучше, откажут точно.

О моем первом посещении агентства наш директор рассказывает на каждом офисном застолье, веселя новичков и гостей офиса. И каждый раз легенда обрастает новыми подробностями, но суть от этого не меняется – мы обе были не в восторге от встречи. Маленькая, злющая, с грязными пятнами на неприличной одежде (ну очень короткая юбка) и подтеками на ногах, с синяком и царапиной под глазом. Облезлый нос и футболка шиворот-навыворот (да-да, с утра натянула и не заметила) завершали образ. Надо ли рассказывать, что пока я сидела в приемной зоне, заполняя дурацкую анкету, мимо меня прошли практически все сотрудники «Респекта». Всем интересно было посмотреть, что за кикимора пришла с некогда конкурентной компании. Проходящая мимо очередная работница оказалась сердобольной и предложила влажные салфетки, чтобы я могла хоть как-то оттереть грязь с обуви и ног. Спасать футболку было уже бесполезно, переодеваться – бессмысленно.