Располнела? Возьму вторую!

Я лежала и смотрела в потолок. Грудь сдавливало, дышать было тяжело. Но слёз не было. Вместо них внутри поднималась странная бодрость.

Я больше не позволю ему считать меня пустым местом.

Зафар спустился на кухню ближе к обеду. Я готовила детям завтрак, убирала со стола лишние вещи и вытирала руки полотенцем.

– Нам нужно поговорить, – сказала я спокойно.

Он тяжело вздохнул, бросил телефон на стол и потёр лицо ладонями.

– Опять? Что на этот раз?

– Мы переезжаем, – спокойно ответила я.

Он нахмурился:

– Куда это?

– В квартиру, которую ты купил пару лет назад. Помнишь?

Лицо у него изменилось. Он прищурился, откинулся на спинку стула.

– Это ещё почему?

– Потому что я больше не собираюсь жить в этом доме. Пусть твоя новая жена терпит твою мать, сестру и тебя. А я и дети будем жить отдельно.

– Ты что несёшь?

– Ты хотел поселить её туда, да? – усмехнулась я. – Всё уже продумал? Хотел наслаждаться жизнью с новой женой, а я должна была остаться здесь и дальше терпеть твою семью?

– Хватит, Хаджар.

– Нет, Зафар. Это тебе хватит.

Он сузил глаза:

– Ты сама выбрала эту жизнь.

– А ты выбрал взять вторую жену, – я скрестила руки на груди. – Думал, тебе всё сойдёт с рук?

Он молчал.

– Ты думаешь, справедливость – это просто делить своё время между двумя женщинами? Ошибаешься. Справедливость – это обеспечивать нас, защищать от унижений и не бросать ради новой игрушки.

– Ты жена, Хаджар. Ты должна выполнять свои обязанности.

– А ты муж. Ты должен защищать свою семью.

Он хотел что-то сказать, но я перебила:

– Ты думал, что построишь новую жизнь, пока я тут тяну всё на себе? Нет, Зафар. Так не будет.

Он шагнул к двери, но я остановила его:

– Думаешь, я это так оставлю?

Он обернулся и посмотрел на меня холодно.

– Ты уже всё сказала.

– Нет. Я ещё не закончила.

Он молчал. Глаза сузились.

– Думаешь, я буду молчать дальше? Думаешь, я позволю тебе строить новую семью, пока твоя первая семья рушится?

– Ты знала, что это возможно, – тихо бросил он.

– А ты знал, что возможен развод?

Он побледнел:

– Ты угрожаешь мне разводом?

– Нет. Я просто открываю тебе глаза. Или ты переселяешь нас в квартиру и обеспечиваешь по-человечески, или я подаю на развод. И тогда ты будешь платить мне алименты и содержание.

Он усмехнулся:

– Думаешь, меня это пугает?

– Думаю, тебя злит, что я больше не молчу.

Мы долго смотрели друг на друга.

– Делай как знаешь, – наконец бросил он и вышел, хлопнув дверью.

Я осталась стоять посреди кухни. И вдруг поняла: мне больше не страшно. С плеч упала тяжесть.

Теперь всё будет иначе.

***

Я молча складывала вещи в сумку. Детские куртки, сменные ботинки, книги Айдара, любимые игрушки Халифы. Каждое движение было чётким и уверенным. Я больше не дрожала от злости или обиды. Больше не теряла голову от горечи.

Теперь я знала, чего хочу.

Пока я собирала вещи детей, в дверях спальни появилась свекровь.

– Хаджар, ты что делаешь? – её голос резанул воздух, как нож. – Куда это ты собралась?

Я даже не посмотрела в её сторону. Разворачиваю сложенный плед, укладываю в сумку. Всё должно быть аккуратно, чётко, ничего лишнего.

– Я тебя спрашиваю! – повторила она, на этот раз громче. – Ты совсем с ума сошла?

Затягиваю молнию на сумке и откладываю её в сторону. Перехожу к следующей.

Она шагнула ближе, её взгляд сверлил меня.

– Если ты думаешь, что можешь уйти вот так просто, то ты ошибаешься. Ты куда детей тащишь? К своим родителям? Они же ничего тебе не дадут. Только позор принесёшь.

Я взяла одежду Халифы, аккуратно свернула её и уложила сверху.

– Куда ты собрала вещи? Хаджар! – её голос стал пронзительным.

– Мы уезжаем, – сказала я наконец, не отрываясь от дела.

Она ахнула.

– Уезжаете? Куда? Зафар в курсе?

– В курсе.

Её лицо побелело.

– Ты не имеешь права! Это его дом! Его дети! Ты не можешь взять и уйти!

Я закрыла сумку, подняла на неё взгляд и спокойно произнесла:

– Могу. И уйду.

Она открыла рот, чтобы возразить, но я резко подняла руку, останавливая её.

– Хватит, – сказала я чётко и уверенно. – Я слишком долго слушала ваши упрёки. Слишком долго терпела и молчала. Теперь всё иначе.

Свекровь шагнула ко мне ближе, её глаза метали молнии.

– И как ты собираешься жить? Ты думаешь, Зафар будет тебе что-то должен? Он взял вторую жену, потому что ты сама довела до этого! Ты…

– Пусть теперь она терпит, – перебила я её холодно. – Мне уже всё равно.

Я взяла сумки и вышла из спальни, оставив её стоять посреди комнаты, растерянную и злую.

В коридоре меня встретил Айдар.

– Мам, мы точно уезжаем? – спросил он тихо.

– Да, сынок. Мы уезжаем.

Он кивнул серьёзно, как взрослый.

– А папа будет нас навещать?

– Если захочет, – ответила я и почувствовала, как сердце защемило.

Но этот момент слабости прошёл быстро.

Больше никаких сомнений. Больше никаких слёз.

Теперь я управляю своей жизнью.

Сумки стояли в холле, выстроенные ровным рядом, словно точка в конце предложения. Я собрала всё, что могла: одежду детей, лекарства, книги, игрушки. Всё, что нужно, чтобы начать с чистого листа.

Халифа сидела на полу, обнимая любимого зайца, а Айдар, прислонившись к стене, внимательно наблюдал за мной.

Свекровь шепталась по телефону в своей комнате. Я слышала её приглушённый, раздражённый голос:

– Да, она собралась. Вещи в холле. Зафар ничего не сказал… Да кто её знает! Совсем голову потеряла!

Я выпрямилась и ещё раз проверила замки на сумках. Всё готово. Теперь оставалось самое сложное.

Зафар был наверху, в кабинете. Я поднялась по лестнице, чувствуя, как каждое слово, которое мне предстоит сказать, застывает где-то в груди. Но я больше не позволю себе молчать.

Я постучала и вошла, не дожидаясь разрешения. Он сидел за столом, листая телефон. Поднял на меня взгляд, хмурый и усталый.

– Что теперь? – спросил он без интереса.

Я закрыла за собой дверь и, глядя ему прямо в глаза, сказала:

– Мы уезжаем.

Он нахмурился сильнее.

– Уже собрала вещи?

– Да, – кивнула я. – Теперь вопрос за тобой. Ты отвозишь нас на квартиру, или мне вызвать такси? Мы можем поехать к моим родителям. Ты уже решил, куда нам ехать?

Его челюсти сжались. Несколько секунд он молчал, смотрел то на меня, то в телефон, будто искал способ уйти от разговора. Потом резко встал, вытащил из кармана ключи и бросил их на стол.

– Забирай.

Я подошла к столу и взяла ключи.

– Мне вызвать такси? – спросила я ровно. – Или в этот раз ты удосужишься отвезти нас сам? Обычно ведь я всё делаю сама.

Он нахмурился ещё сильнее, губы сжались в тонкую линию.

– Не усложняй, Хаджар.

– Я? – я усмехнулась. – Это ты решил усложнить нашу жизнь. Думаешь, я буду молчать и терпеть дальше? Ты привык, что я всё делаю сама. Но теперь так не будет.

Он молча схватил куртку и направился к двери.

– Идём, – бросил он через плечо.

Я остановилась в дверях кабинета и посмотрела на его широкую спину. Ещё недавно я бы почувствовала вину. Ещё недавно я бы подумала, что слишком давлю на него. Но сейчас нет.

Теперь всё иначе.

Мы спустились вниз. Зафар молча взял одну из сумок, я взяла другую. Дети вышли следом за мной, тихие, внимательные, будто всё понимали.

Он открыл багажник и с силой бросил туда вещи.

– Это всё?

– Всё, – кивнула я.

Мы уселись в машину.

Я посмотрела на дом, который ещё вчера казался мне клеткой. Теперь я смотрела на него с лёгкостью.

Мы больше сюда не вернёмся.