Падение Драйсдейла

Мигель задумчиво провёл взглядом по толпе, впитывая детали: туристы с картами, уличные музыканты, продавцы сувениров.

— В том‑то и дело, что никто. Они считаются выдуманной сказкой писателя, — ответил он, слегка пожав плечами.

Ричард, не теряя оптимизма, достал из рюкзака яблоки и раздал их друзьям. Хруст сочного фрукта прозвучал в тишине.

— Всё равно тут должно быть что‑то, что указывает на местонахождение королевства, — откусив яблоко, произнёс он. — У Кая и Герды должны быть внуки.

Троица выглядела настолько рассеянной и взволнованной, что к ним невольно подошла женщина. На вид ей было чуть за пятьдесят. Её оранжевое платье с цветочным узором обтягивало широкую фигуру, придавая ей вид жизнерадостной хозяйки жизни. Низкие каблучки громко постукивали по брусчатке, а маленькая красная сумочка то и дело скользила по руке — от запястья до предплечья, будто была живой.

Женщина окинула их внимательным взглядом, задержавшись на необычных чертах Мигеля (тот как раз повторно съел конфету превращения), затем улыбнулась — широко, искренне.

— Вам помочь? Потерялись? — на удивление, она заговорила на общем языке без малейшего акцента.

— А… — Элизабет переглянулась с Мигелем, ища поддержки. — Нам нужно попасть к Каю и Герде… — решилась она. Попытка не пытка!

— Ох, так они совсем рядом! — улыбнулась женщина, и в её голосе прозвучала такая уверенность, что троица невольно вздрогнула.

— С‑серьёзно?! — воскликнули они хором, не веря своим ушам.

— А? Вас было трое? Простите, совсем старая стала, не вижу ничего, ха‑ха, — рассмеялась женщина, уставившись на Ричарда.

— Можете вы нас провести? — Элизабет шагнула вперёд, привлекая внимание к себе.

— А? Да‑да, конечно. Просто внешность у твоих друзей… как будто из рекламы вышли, — женщина окинула Ричарда и Мигеля оценивающим взглядом, затем махнула сумочкой в сторону широкой улицы. — Идём.

Путь оказался недолгим. Элизабет пыталась вспомнить, как они с мамой гуляли по этим улочкам, но воспоминания были размытыми после всего случившегося в Драйсдейле она едва помнила свою прошлую жизнь. Единственное, что осталось в памяти, — эта площадь и фонтан.

— А вот мы и на месте! — воскликнула женщина, взглянув на наручные часы. — Ой, я же опаздываю! До свидания, удачи вам! — она послала воздушный поцелуй Ричарду и стремительно удалилась, цокая каблучками.

Перед ними красовалось кафе с огромной красочной голубой надписью: «В гостях у Кая и Герды». Вывеска переливалась на солнце, словно покрытая инеем, а окна были украшены снежными узорами.

— Забавно, — улыбнулся Ричард, рассматривая фасад.

— Очень… — вздохнул Мигель. — Похоже, они решили поставить кафе в честь персонажей сказки. Но мы можем хотя бы поесть. Диана ведь дала деньги?

— Да, — кивнула Элизабет. В подтверждение её слов живот тихо заурчал, напоминая о том, что завтрака не было. Они переносились, когда у Дианы был поздний вечер, а здесь, в Копенгагене, уже наступило утро.

Они вошли внутрь. Обстановка оказалась весьма уютной: мягкие диваны, тёплые лампы, создающие приглушённый свет, и лёгкий аромат свежей выпечки. Лишь пара столиков выделялась — они словно застыли во времени, покрывшись тонким слоем инея, будто прямо из сказки.

Помещение напомнило Элизабет кафе в Драйсдейле, только здесь всё было крупнее, просторнее, с налётом европейского шарма. Меню подавали в виде книги сказок Андерсена — каждая страница была украшена иллюстрациями, а названия блюд звучали как строчки из волшебной истории. Удобно, что названия были на двух языках. Видимо, для туристов.

Команда села за первый попавшийся столик и погрузилась в изучение меню

— А тут мило, — оценила Элизабет, листая страницы. Её пальцы скользили по рельефным буквам, а глаза жадно впитывали каждую деталь.

— Не считая тех двух столов, — Мигель кивнул в сторону замороженных столиков, и его голос прозвучал слегка настороженно.

— Так, не знаю, как вы, ребята, а я бы отведал рагу от Снежной королевы и кристальное кофе, — заявил Ричард с энтузиазмом, закрывая меню.

— Hallo! Har du valgt noget? — к ним подошёл официант, улыбаясь.

Элизабет обратилась первая.

— К сожалению, мы не местные.

— О! — парень мгновенно переключился на другой язык. — Прошу прощения, не сразу приметил. Здравствуйте, ещё раз. Меня зовут Джеспер. Вы определились с меню?

— У вас всё сделано в стиле сказки Андерсона, Джеспер, — Элизабет попыталась завязать разговор. — Говорят, что Кай с Гердой действительно существовали. Вы знаете что‑нибудь об этом?

Официант посмотрел на них как на дурачков.

— Если вам интересно подобное — можете посетить замок Снежной королевы, это парк развлечений. Находится по улице Frederiksgade.

— Нам скорее интересно что‑то пореалистичнее, — улыбнулся Ричард.

— Понимаете, мы не просто туристы. Мы пишем статью про Кая и Герду для газеты, — Элизабет принялась сочинять на ходу. — И мы более чем уверены, что можем найти ответы здесь.

Парень почесал голову, посмотрел на свой блокнот.

— Конкретно здесь вы можете разве что вкусно поесть, — он вздохнул. — Вы прямо как моя бабушка Софи. Она помешана на этой сказке, знает её наизусть от строчки до строчки. И утверждает, что Кай и Герда жили здесь, в Копенгагене, и Кая украла королева. Ха‑х, ну что за бред?

— А ты не думал, что это может оказаться правдой? — спросил Ричард.

— Конечно же, нет, — Джеспер посмотрел на троицу. — Хотя… это смотря во что верить. Ладно. Я дам вам небольшую наводку, но вполне вероятно, что там вы ничего не найдёте.

— Мы слушаем, — девушка благодарно посмотрела на официанта.

— Я скажу, но обещайте, что сделаете заказ. Не хочу потом получать нагоняй за болтовню с приезжими, которые ещё и ушли, не сделав заказа.

— Сделаем, мы очень голодны, не сомневайтесь, — ответил Ричард.

— Хорошо, — официант пригнулся к ним. — Вы можете сходить к заброшенному особняку, что на краю юга города.

— Заброшенный дом? — переспросил Мигель.

— Там раньше жила богатая семья Киргстонов, но их род закончился, как говорят, на брате и сестре. Вышло так, что семьи у них не было. Поговаривают, что там вообще кроме них никто и никогда не жил. А их могилы стоят прямо рядом с особняком, что и отпугивает прохожих. Есть легенда, что теми братом с сестрой были Кай и Герда.

— Но по сказке они были соседями, — не понимала Элизабет.

— Такие вопросы не ко мне. Бедный Ханс уже в могиле вертится от того, сколько раз переврали его сказку и напридумывали историй. В любом случае дом — единственное, что не является бутафорией.

— Спасибо вам большое, Джеспер! — воскликнула Элизабет.

— А теперь, будьте добры, сделайте заказ.

Плотно пообедав, троица отправилась блуждать по городу, спрашивая у прохожих, как пройти к тому страшному особняку. Не все говорили на общем языке, не все отвечали. Пришлось потратить полдня, чтобы выйти на нужный особняк.

Когда они наконец увидели его, солнце уже клонилось к закату, бросая длинные тени на мощёную улицу. Особняк возвышался мрачной громадой — стены, поросшие плющом и мхом, окна, заколоченные досками, дверь, перекосившаяся на ржавых петлях. Воздух вокруг казался густым, словно пропитанным тишиной прошедших лет.

— Выглядит… зловеще, — прошептал Мигель, невольно делая шаг назад.

— Но именно это нам и нужно, — твёрдо сказала Элизабет, хотя внутри всё сжималось от необъяснимого страха.

Они обошли здание вокруг и увидели то, о чём говорил Джеспер: две каменные плиты, почти скрытые под зарослями крапивы и чертополоха. Надписи на них стёрлись от времени, но очертания букв ещё можно было различить.

— «Никси Киргстон» и «Регин Киргстон», — прочитала Элизабет, проводя пальцем по выцветшим буквам. — Это же латынь?

— Может, просто совпадение? — Мигель всё ещё сомневался, но его голос звучал неуверенно.

— Совпадений не бывает, — резко ответил Ричард. — Особенно когда речь идёт о сказках, которые оказываются правдой.

Ветер пронёсся по двору, взметнув сухие листья и заставив ветви старого дуба заскрипеть. Жутко. Словно сейчас из кустов кто-нибудь на них выпрыгнет.

— Надо зайти внутрь, — решительно произнесла Элизабет.

Ричард уже шагал к двери, его рука потянулась к ржавой ручке.

Дверь со скрипом отворилась, открывая тёмный проём. Внутри пахло сыростью и пылью.

— Ну что, идём? — Элизабет глубоко вдохнула и шагнула вперёд.

Зайдя внутрь, Ричард кинул горсть рассеивающей пыли света, чтобы было что-то видно и посмотрел на брата.

— Тоже это чувствуешь?

— Да. — Ответил лекарь.

— Вы о чём? — спросила Элизабет. Она ощущала только пыль.

— Видишь? — Ричард указал под ноги. — Может показаться, что это обычная пыль, но если всмотреться — ты увидишь, что она движется и искрит.

Элизабет пригляделась — и подпрыгнула. Найдя ближайший диван, она встала на него, будто это могло спасти её от невидимой угрозы.

— Значит, мы прокляты? Сколько этого проклятия уже на наших ногах?

Ричард подошёл к девушке и, взяв её за талию, мягко опустил обратно на пол.

— Проклятия работают не так. Дом заговорен — кто‑то пытался что‑то скрыть.

Элизабет выдохнула. Она подошла к рабочему столу в гостиной, на котором лежала запылённая книга с закладкой.

— «Сказка „Снежная королева“ Г. Х. Андерсена», — прочитала она, осторожно открывая страницы.

Книга рассыпала облако пыли, но Элизабет не отступила. Она покрутила её в руках, надеясь, что из неё выпадет что‑то важное. Безрезультатно.

Больше комнат на первом этаже они не нашли — лишь ванные и туалеты, покрытые паутиной и плесенью. Пришлось осыпать рассеивающей пылью и второй этаж.

На втором этаже команду встретил второй большой зал — судя по книжным шкафам, он служил когда‑то библиотекой или гостиной. В воздухе витал запах старой бумаги и тления. На стене висела большая потёртая картина, но разглядеть что‑либо на ней было невозможно — время стёрло все детали. Троица прошла мимо, не задерживаясь.

Далее следовал ряд комнат.

— Давайте разделимся. Я пойду дальше, вы осмотрите комнаты здесь, — предложил Ричард, его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась настороженность.

— Хорошо, — Элизабет взяла Ричарда за руку, будто это могло удержать их вместе, несмотря на расстояние.

— Эй, ребята, вам это понравится, идите сюда! — закричал Мигель из соседней комнаты.

Ричард и Элизабет прибежали к нему.

— Кто‑то явно не хотел, чтобы сюда заходили, — лекарь указал на тройной замок на полу. Затем он протянул Ричарду пожелтевшие бумаги.

Ричард прочёл вслух:

— Дело № 256. «Загадочная смерть близнецов Никси и Регин». Если хотите узнать, что на самом деле произошло 8 декабря 1976 года в 16:19 вечера, то прочтите эту статью.

Они сели на пыльный диван, чьи пружины протестующе скрипнули под их весом. Воздух был густым от пыли и духоты. Ричард продолжил читать, его глаза скользили по выцветшим строкам:

«Похороны прошли гладко, как по мне — слишком гладко. И я начал расследование: что‑то мне не давало покоя. То, что Никси и Регин были внуками Кая и Герды, это уже было точно известно. Оставалось раскрыть тайну их смерти.

Почему же она показалась мне странной? Да вы сами прочтите вердикт: „Близнецы Никси и Регин попали в аварию и разбились насмерть, тела были найдены и похоронены, как подобает“.

Что ж, тогда пусть они объяснят мне, по какой причине их гробы ПУСТЫ! Да, вы сочтёте меня грубияном и богохульником, но мне взбрело в голову осмотреть их тела. Но я ведь был прав: они не разбивались насмерть!

Тогда куда же они делись? Это я выяснил тоже. Представляете, карты, что были нарисованы руками близнецов, оказались правдивы! Я нашёл королевство Снежной королевы! И у меня есть доказательство — в углу статьи вы найдёте фото рядом с замком!

Многое я не расскажу, ведь я заключил контракт о молчании с королевой. Но одно я вам сказать могу: Никси и Регин находятся в самом что ни на есть Зазеркалье!»

В углу статьи и правда находилась фотография: человек в старомодном плаще стоял на фоне громадного ледяного замка.

— Как же хорошо он промолчал, что аж статью написал, — усмехнулся Мигель.

— Зазеркалье? — воскликнула Элизабет, её глаза расширились от потрясения. — Так они в Зазеркалье?! Но как?! Рик, ты же говорил, что это иллюзионный мир!

— Да, Зазеркалье — это ненастоящий мир. Но это место затягивает души и не даёт им уйти на покой.

— Так, ясно… А что там насчёт королевы?

— Никси и Регин, — произнёс Ричард, его взгляд был прикован к снимку.

— А? — не поняла Элизабет.

— Никси и Регин. Никсирегина на латыни — Снежная королева, — пояснил Мигель.

— Серьёзно?! — ещё больше изумилась Элизабет, её голос дрогнул. — Значит, им их дали… или сын, или дочь Кая и Герды?

— Именно, — кивнул Ричард.

Элизабет задумалась. Её взгляд рассеянно скользнул по комнате, пока не остановился на собственном кроссовке, чей шнурок развязался. Она нагнулась, чтобы перевязать его, её пальцы дрожали от волнения.

— Проклятие может скрывать проход к замку? — предположил Мигель.

— Снять не снимем — не знаем источника. Но можно попробовать разрушить. Бет, что думаешь?

Ричард повернулся к девушке, но внезапно бумаги выпали из его рук.

— Где она?!

***

Элизабет выпрямилась и оступилась. Голова слегка закружилась — ощущение было странным, ведь анемией она не страдала. Она огляделась: в комнате загустел серый туман, а эльфов и вовсе не было.

— Ричард? — позвала она. — Ричард! Мигель!

Сердце застучало чаще. Главное — не паниковать. Что произошло? Она всё ещё в доме, это было ясно.

Элизабет прошла к выходу из комнаты, но вдруг остановилась. Из тёмного угла донёсся звук чьих‑то глотков — размеренный, спокойный.

— Кто здесь? — спросила она, тут же пожалев о своём вопросе. В фильмах после таких слов обычно следовала неминуемая гибель.

Умирать девушка не планировала. Более того, она поняла, что ей на самом деле очень не хочется знать, кто же там, в углу, делает эти медленные глотки — будто из чашки, будто из чего‑то куда более зловещего.

Элизабет вышла, сделала шаг в коридор — и едва не сорвалась вниз, громко вскрикнув. Ей повезло: она сумела ухватиться за дверную ручку и перекинуться назад.

Девушка всмотрелась сквозь туман. Да, это определённо была она, Элизабет имела небольшое представление о таком — прямо на выходе из комнаты была огромная, бездонная пропасть. А это значит…

Элизабет повернулась и посмотрела в угол комнаты.

— Здравствуйте?

Глотки прекратились. Стоит ли активировать магию? Разумеется, да! Элизабет сосредоточилась — и когда её ладони загорелись изумрудными искрами, стало чуть спокойнее. Она сможет дать отпор. Не факт, что это спасёт её от ужасного монстра, пьющего так громко — то ли чай, то ли кровь врагов, — но она хотя бы поборется за свою жизнь.

— Зачем вы явились сюда?

Голос из угла был неприятным — будто сам дом, полный пыли и грязи, открыл рот и заговорил. Стоило ли его обманывать?

— Мы ищем проход на Южный полюс. К Снежной королеве.

Голос засмеялся — приглушённо, будто кашлял. Но Элизабет точно поняла: это был смех.

— Снежной королевы нет. Она в Зазеркалье.

Определить возраст по говору, как это обычно делала девушка в Драйсдейле, ей не удалось. Даже в поле существа Элизабет сомневалась. Голос был одновременно недостаточно низким для мужского и недостаточно высоким для женского.

Врать ему она не решилась, но и оглашать весь план целиком было неправильно — вдруг существо связано с феями или иными врагами Драйсдейла?

— Мы знаем. Нам нужна её… — Элизабет сглотнула, вспоминая имя. — Нам нужна Снежка.

— Такая есть, — прокряхтел голос, снова что‑то отпив. Элизабет очень не нравилось, что она не видит его!

— А где мои друзья? Они были здесь.

Голос снова засмеялся.

— Они мужчины! Не хочу разговаривать с мужчинами.

— А вы… женщина? — И зачем Элизабет это спросила? Ей нужно выбираться, а не уточнять, с кем из‑за угла она общается!

— Я не женщина и не мужчина. Я проклятие. И с женщинами никогда не общался. Хотя судя по твоему визгу ты скорее девчонка.

Элизабет сделала шаг назад и едва опять не провалилась в пропасть. Она нахмурилась и со всей силы закрыла дверь.

— Получается, вас наложили на этот дом?

— Меня создали для охраны портала.

Девушка подошла ближе, но, увидев в тени бесформенные очертания, остановилась.

— Портала? Куда?

— Ты уже догадалась куда, девчонка. Не задавай мне глупых вопросов, иначе я тебя прокляну.

— Разве проклятие может проклинать? — Элизабет это показалось нелогичным, но она пожалела, что спросила: тень шелохнулась.

— О, я не только могу тебя проклясть! Я сделаю так, что тебе изменит твой мужчина, твои близкие тебя предадут, а ты потеряешь все свои силы!

Элизабет старалась не показывать страх, но дрожь рук проконтролировать не смогла.

— Раз ты пожелал говорить со мной — значит, хочешь пропустить к порталу, — девушка осеклась. — Нет, не хочешь. Ты должен пропустить нас. Но как и любое проклятие, тебя нужно снять.

Полагаясь на лор сказок, Элизабет посмела предположить, что проклятие — как хранитель и страж портала — обязано пропускать достойных.

— Я правда могу вас пропустить к порталу. Меня создал один сын Небес. Неприятный мужчина. Посчитал, что мне будет приятно жить в этом пыльном доме. А здесь, знаешь ли, нет очереди желающих попасть к замку. Поэтому я и решил поговорить с тобой, девчонка, с мужчинами у меня опыт уже был. Крайне неприятный.

— Так ты пропустишь нас? — время шло. Элизабет некогда было слушать это обезумевшее существо.

— Просто так не пропущу. Это слишком скучно. Мне после вас ещё двадцать лет здесь сидеть, пока кто-то не набредёт.

— Внимательно слушаю твои условия.

— Я задам тебе три вопроса. И ты обязана ответить правду. Учти, что я сразу пойму, если ты лжёшь. Тебе нужно ответить хотя бы на два вопроса правильно.

Элизабет сглотнула.

— И что будет, если я совру?

Она не хотела врать, но что, если Элизабет не будет знать ответа на вопрос? Она много чего не знает!

— Я прокляну тебя, и через несколько часов у тебя остановится сердце.

Услышав, чем ей угрожает существо, сердце забилось в грудной клетке так больно, будто пыталось сбежать.

— Спрашивай.

Она снова услышала звук глотков.

— Ты готова убить, чтобы защитить того, кого любишь?

Элизабет сжала кулаки.

— Кого именно?

— Вопросы здесь задаю я! Отвечай! Кого угодно! Способна ли ты на убийство, Элизабет Мария Морган?

Девушка не стала спрашивать, откуда оно узнало её имя. Она отвела глаза.

— Нет. Лишить кого‑то жизни — ужасный поступок. Я могу навредить обидчику своих любимых. Но на убийство я не способна.

Тень встрепенулась. От неё поползли щупальца, и дверь в комнате вдруг открылась — с другой стороны дунул сильный ветер. Элизабет понесло к пропасти.

— Ложь! — закричало проклятие.

— Я не лгу! — противилась Элизабет, хватаясь за косяк. — Я не убийца!

— Если ты ещё ни разу не убила — это не означает, что ты не сделаешь этого! Помяни моё слово, девчонка, ты убьёшь и не раз!

Ветер прекратился, и Элизабет выдохнула, расслабив руки. Теперь она сидела на пыльном полу, прижимаясь к стене, её сердце всё ещё колотилось, а в ушах стоял гул.

— Второй вопрос: готова ли ты умереть за любовь?

— Чёрт бы подрал твои вопросы! — вырвалось у Элизабет. Она сжала кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах.

— Отвечай!

— И опять окажусь неправа! Какой бы вариант я ни сказала, ты скажешь, что я лгу!

— Я не могу фильтровать твои ответы, глупая девчонка! Я вижу твои колебания, твои глаза, дёрганье рук и даже покусывание щеки! Твой язык может лгать, но тело — нет. Отвечай честно! Отдашь ли жизнь за любовь?

Элизабет зажмурилась. Если она ответит неверно, то умрёт — и унесёт за собой тысячи, миллионы других жизней. Но если на кону будет жизнь Ричарда… её Ричарда…

— Да, — чётко ответила она, выпрямив спину. — Да, я умру за него.

Проклятие засмеялось — звук был похож на скрежет ржавых цепей, но ветра не последовало.

— Ты не ценишь ни свою жизнь, ни жизни других. Убийца и самоубийца в одном флаконе!

Элизабет закатила глаза. Проклятие успело порядком её достать, но впереди был третий вопрос — решающий.

— Я жду третий вопрос, — прервала она хохот Проклятия, стараясь говорить твёрдо.

— Чего ты боишься больше всего, девчонка?

Голова загудела. Чего она боится? Да всего! Начиная от лифтов и заканчивая смертью близких. Но что для неё самое страшное? Элизабет взглянула на свои светящиеся руки и вдруг вспомнила фей Лодосса — их глаза, полные ненависти и обиды, когда они осознали, что утратили свои силы.

— Больше всего я боюсь… — она посмотрела прямо в угол, словно желая, чтобы Проклятие увидело её глаза, — себя.

Элизабет много чего боялась. Боялась ездить в лифтах и пауков. Она могла вскрикнуть, даже если к ней подкрадывались сзади, даже когда она точно знала, что это Ричард. Она боялась высоты и червяков в яблоках. Боялась эльфов и гномов, которые забивали её до смерти. Боялась стрел и ядов. Но с того самого дня, как Элизабет узнала, что в её жилах течёт кровь разрушения — она стала бояться самой себя. На время этот страх отошёл, спрятался в угол — как это Проклятие. Но когда Элизабет воочию увидела, на что способна магия в ней, когда поняла, что может лишить бессмертия и силы даже таких существ, как феи, — стало по-настоящему страшно.

Она испугалась за Ричарда, за Мигеля, за Лена и остальных. Что, если в один ужасный день она не сможет сдерживать свою силу и навредит им? Её сила действительно способна на ужасные вещи, и в последнее время Элизабет чувствовала себя заведённой тикающей бомбой. Одно неверное движение — и всё взлетит на воздух.

— У тебя тяжёлая судьба, девчонка. — Ей показалось, что Проклятие вздохнуло.

— Это ты так проклинаешь меня? — ухмыльнулась Элизабет, понимая, что прошла испытание.

Проклятие закряхтело — девушка не смогла разобрать, смех это был или плач.

— Мне не ведомо будущее. Но про твоё точно нельзя сказать ничего хорошего.

— Главное — оно есть. Это уже, знаешь ли, неплохо, — Элизабет поднялась и отряхнула себя от пыли, стараясь не обращать внимания на дрожь в коленях.

— Внимательно смотри на обои.

— Что? — она обернулась, но в углу уже ничего не было.

— Элизабет! — услышала она голос Ричарда, и в следующую секунду её окутал приятный запах мяты и морозной свежести.

— О боги, Ричард! — девушка прижалась к эльфу, чувствуя, как напряжение покидает её тело. Только сейчас она поняла, как же сильно испугалась.

Мигель подошёл к ним.

— Мы поняли, что тебя забрало Проклятие этого дома. Нужно было рассказать тебе об этом раньше. Проклятия могут оживать и создавать иллюзии. Оно тебя не тронуло?

Элизабет выбралась из объятий Ричарда и поставила руки в боки, гордо вздёрнув нос.

— Пока вы здесь прохлаждались, я проходила испытание от Проклятия! И чуть не умерла! Зато теперь мы можем пройти сквозь портал без проблем.

— Ты невероятная, Морган, — в его глазах читалась неподдельная гордость.

— Так где портал? — спросил Мигель, оглядываясь по сторонам.

Девушка осмотрелась. Элизабет подошла к углу, где сидело Проклятие. Она дотронулась до оборванного куска обоев и сорвала его. Пустота. Она содрала кусок побольше — и под ним на стене показалась алая линия, словно нарисованная раскалённой иглой.

— Это то, о чём я думаю? — лекарь провёл пальцем по линии и упёрся в обои. Стена была большой, а обои отходили плохо, цепляясь за штукатурку, будто не хотели открывать тайну.

— Отойдите, — скомандовал Ричард, активируя магию.

Эльф взмахнул правой рукой, вытянул указательный палец и резко дёрнул ею вниз. Обои со скрипом отделились от стены, обнажая древнюю кладку, и с шелестом упали на пол.

— Так вот как выглядят порталы… — Элизабет подошла к стене и провела руками по красным, слегка выпуклым линиям. Они пульсировали, будто живые, излучая едва уловимое тепло. — И как его открыть?

Стоило Элизабет это произнести — красные линии вспыхнули ослепительным светом. Спустя секунду в стене появилась дыра, обрамлённая пульсирующим синим сиянием. Внутри портала клубились вихри ледяного тумана, переливаясь всеми оттенками ультрамарина и аквамарина. От него задул сильный холодный ветер.

— Пыль тепла! — крикнул Ричард, передавая Элизабет мешочек.