Дорога лжи: вода и ветер

Только сейчас до меня дошло: а вдруг он женат?! Почему я раньше об этом не думала? Ведь в его возрасте мужчины редко бывают одиноки. Испытав приступ паники, я тут же успокоила сама себя: нет, мое сердце подсказывает, что он свободен. Именно поэтому, я за всю неделю знакомства ни разу об этом не подумала. От женатых несет за версту их женами. Нет, он не может быть женат, сказала я себе. Я всеми фибрами души чувствую, что он тянется ко мне. Он не может быть женат. И точка. Сделав для себя открытие о своем неравнодушии к начальнику, тут же решила позвонить Феодосии.

– Знаешь, не могу понять, что со мной происходит. Кажется, мне нравится мой начальник, – я произнесла робко, испугавшись своего признания вслух.

Подруга весело хохотнула и лукавым голосом ответила:

– Да? Ну, это же хорошо! Каждый день, наверно, легкое волнение, какая-то интрига, приподнятое настроение?

Она попала точно в цель.

– Точно, все так, как ты сказала. Как ты догадалась? У меня каждый день не просто радость, а какое-то состояние эйфории. Я как будто летаю, как будто влюбилась.

– Ну, ты подожди еще. Может это не из-за него, а из-за того, что тебя перевели.

И снова она сказала о том, о чем я сама думала. Феодосия продолжила:

–Может, получится так, что этот период у тебя пройдет. Скорей всего твой перевод с одной работы на другую наложился на отношения с начальником, и тебе кажется будто ты влюбилась. Подожди немного, эйфория пройдет, а там, глядишь, и чувства пройдут.

– Знаешь, Арсений ведь у меня свои вещи оставил, а я о нем даже не думаю. Все время думаю о Вячеславе Константиновиче. – Я наконец-то произнесла это вслух. Мне стало как-то легче, я продолжала, – Он предлагает мне выпить с ним кофе, предлагает зайти к нему в кабинет. Я не захожу, стесняюсь.

Дуся, кажется, развеселилась. Игриво спросила:

– Да? Это очень интересно! Ну, так зайди, а почему бы и нет?

– Да мне это как-то дико. Он же мой начальник. Я что-то не замечала, чтобы он с кем-то кофе пил в кабинете. Хотя, нет, один раз к нему Петрова заходила («волчара», начальница другого подразделения).

– Ты ему нравишься.

Вывод, сделанный подругой, ошеломил меня. Оказывается, это так просто: «Ты ему нравишься!». Одно дело самой себе что-то выдумывать, а другое – взгляд со стороны.

– Ты думаешь?

– А почему бы и нет. Все возможно.

На этом наш разговор окончился. В этот момент я стояла на улице около задних ворот своей работы. Погода была по-весеннему пасмурной. Я смотрела задумчиво вдаль. Разговор поставил все на свои места. Значит, мы нравимся друг другу. Он зовет меня пить кофе, потому что я ему интересна. И все-таки: он женат или нет? И тут же сердце в ответ – не женат. Весенний ветер ласкал мое серьезное, но умиротворенное лицо. Я зашла обратно в помещение.

Немного позже мы снова разговаривали с Вячеславом Константиновичем. К моему большому удивлению, как бы между слов, он вставил фразу: «Я не женат!». Он что, мои мысли читает? Сказав это, сделал небольшую паузу. Его рот при этом остался забавно приоткрытым, он словно осекся, задержав дыхание. Мне показалось, что он изучает мою реакцию. Я решила не подавать вида, что меня это волнует, на словах никак не реагируя на его фразу. Но я однозначно поняла, что в этот момент он хотел услышать и от меня признание – есть ли у меня парень или гражданский муж. Я сделала вид, что пропустила его слова мимо ушей, а на самом деле испытала облегчение. Я не была готова пока говорить о своей личной жизни (хотя уже жалела, что у меня есть парень). Спустя неделю, я пойму, что причина того, что я не хочу говорить о своем парне, кроется в моем страхе. Во-первых, я не хотела, чтобы Немиров знал, что мой парень в отъезде и думал обо мне, что я из тех девушек, которые гуляют и изменяют своим любимым людям в их отсутствие. К тому же я каким-то седьмым чувством понимала, что если он узнает, что у меня строится молодая семья, то он отойдет в сторону, как порядочный человек, и не будет мешать, попросту начнет отдаляться от меня. Он ведь не знает, что эта «семья» «строится» уже несколько лет и все неудачно. Ну а пока я ни о чем таком не думала. Пообщавшись с начальником, пошла в раздевалку на дневной перерыв.

До конца апреля я должна была работать без выходных, чтобы получить хорошую зарплату. Я практически валилась с ног, поясницу ломило от больших нагрузок на спину. Когда я зашла в раздевалку, Ольга уже была там. Сидела на теплом полу (с подогревом). Рядом с ней стоял вскипяченный чайник и кружка. Я села рядом и поставила свою кружку тоже на пол. Я испытывала огромное удовольствие, вытянув ноги, налив чай, принялась отдыхать. Мне было на все пофигу – главное есть вот эти несколько минут отдыха и Вячеслав Константинович в моей голове.

Первой нарушила тишину Ольга:

– Завтра у Вячеслава Константиновича юбилей, 50 лет.

Я молча переварила эту информацию, потом спросила:

– Наверно, надо как-то поздравить?

– Не знаю, мне никто ничего не говорил. Может, мужики чего придумали. Может, сами поздравят.

Я смутилась, представив, что не буду участвовать в поздравлении начальника.

– Как никто не говорил? Обычно все складываются деньгами на подарок, если день рождения, тем более это юбилей! У начальника юбилей.

Ольга пожала плечами, ей тоже было неловко, что она не в курсе, как мы будем поздравлять. Хотя, кто знает. Наверно, мужики поздравят без нас. Я знала, даже если они поздравят его без меня, то ничего страшного – ведь я новенький человек в коллективе. Но вот на следующий день, я узнала от Ольги, что они, сволочи, не поздравили его. Я спросила «почему», Ольга ответила, что они из-за чего-то на него обиделись. Он в последнее время много народа уволил, как говорили в коллективе – «кромсал и лютовал». Ольга разделяла со мной непонимание:

– Человеку 50 лет, юбилей как-никак. Я его сама от себя с утра поздравила.

– Да? А как ты его поздравила?

– Да просто. Подошла и сказала – поздравляю Вас!

Я с интересом посмотрела на нее. Она его уже успела поздравить, а я его еще сегодня не видела. Я догадывалась, что сейчас он где-нибудь в управлении, получает там поздравления. Шел обеденный перерыв (с двенадцати до часу), мы с Ольгой отдыхали и продолжили беседу. Ольга, будто услышав мои мысли, сказала:

– Он вот только перед обедом заходил, я в его кабинете мыла. Он зашел, поставил на стол сувенир. Сказал, подарили в управлении. Поздравляли его. Он был чем-то расстроен. И опять куда-то убежал. Потом зашел и нечаянно разбил подарок, представляешь?!

– Разбил?! Кошмар какой! А что за сувенир?

– Кораблик. У него один уже есть, на столе стоит. Ты видела?

– Нет, я у него один раз была в кабинете, не помню.

– Он его разбил, сматерился, сказал: «п…й». И опять уехал куда-то.

Мне было интересно слушать о нем. Весь обеденный перерыв он не выходил у меня из головы. Я так переживала, будто он мой муж. Ольга уснула на полу, а я, закрыв глаза, представляла, как подойду и поздравлю его от себя. Это было похоже на навязчивую идею – и так, и этак крутила в голове, не хотела выглядеть обыденно в его глазах. И тут меня осенило – я его поцелую!!! Точно! Я так и сделаю!

Но что он обо мне подумает? Подумает, что я дура, ненормальная, вешаюсь на него. Еще он может подумать, что я отношусь к категории людей, которые имеют в своем характере глупую (на мой взгляд) привычку при встрече обниматься и целоваться, говорить нелепые слова типа, зайчик, киса, котик. Подобные телячьи нежности были мне не свойственны, зато тактильные ощущения были необходимы как воздух. Так что в лучшем случае он отнесет меня к типу людей «телячьи нежности», а в худшем – подумает, что я ненормальная и навязчивая. Ну и пусть! Зато я смогу дотронуться до него. Я хочу воспользоваться тем, что у него День Рождения и прикоснуться к нему хоть разочек. Меня безумно влечет к этому мужчине, и мне хочется сделать ему подарок. Поцелуй молодой красивой девушки я расценивала, как самый лучший подарок.

Все эти мысли атаковали меня, в то время как обед давно прошел, а я подметала пол. Я думала так – и не узнавала себя: подобная смелость (решение поцеловать начальника) была мне не свойственна.

Я сходила с ума от одной только мысли, что скоро его поцелую. Лихорадочно искала его глазами, и заранее радовалась за него и за себя, какой подарок его ждет. Я надеялась, что это будет для него самый лучший подарок. Вячеслав Константинович, ты где! – мысленно звала его. Меня вдобавок не покидала мысль о том, что он был чем-то расстроен (со слов Ольги).

И вот наконец-то я его увидела, он зашел с улицы, по-видимому, пройдет мимо, если я его не остановлю. Но вот наши взгляды встретились. Он свернул в мою сторону. Я пошла ему навстречу. Через мгновение мы уже стояли напротив друг друга. Главное начать – успокаивала сама себя. Испытывая приятно возбуждающий страх, я сделала решительный шаг вперед.

– Говорят, у Вас сегодня день рождения?

– Да, – его глаза лучезарно сияли, обаятельный мужик! И весь излучает секс.

– Поздравляю Вас! – я пыталась улыбаться, но мешало волнение.

Он не успел сказать «спасибо», как я, не помня себя, протянула к нему руки, чтобы обнять:

– Давайте я Вас обниму, – на этих словах обняла его, в изумлении почувствовав, как его руки нежно притянули меня к себе. Он ответил мне на объятия! Какой же он теплый и мягкий! Я отчетливо почувствовала, как его руки полностью обхватили меня сзади: большей нежности, чем эта, в моей жизни не было. Какой он мягкий и теплый – еще раз пронеслось в моей голове. Я уже плохо соображала, когда через мгновение повторила невпопад дрожащим голосом:

– Обниму!

И добавила тихим успокаивающим голосом:

– Поцелую!

С этими словами дотронулась своими губами до его лица, ощутив его кожу около уголка его губ, на что он одновременно со мной очень нежно прикоснулся к моим уголкам губ, но с другой стороны. Еще несколько мгновений мы стояли так, обнявшись. Мы были совершенно изумлены, чувствовали тепло и нежность друг друга, нежность нашего поцелуя. Так же, как мы одновременно обнялись и поцеловались, так же одновременно отпустили друг друга. На расстоянии шага не могли вымолвить ни слова, находясь под впечатлением от пережитого.

Мы оба были в огромном шоке, от нахлынувшей на нас страсти. То, что в книгах пишут «между ними пролетела искра» – оказалось мелочью по сравнению с тем, что сейчас было между нами. А между нами сейчас сверкали молнии и пролетали снаряды, под ногами взрывался пол, а в ушах свистели праздничные фейерверки!

Мы оба задыхались не в силах говорить. Я с большим трудом произнесла:

– У меня первый раз такой…, – и тут я запнулась. Что я несу?! Первый раз такой – что? Поцелуй? Да! Именно это я хочу сказать – первый раз такой поцелуй. Боже, помоги мне! Вячеслав Константинович продолжил за меня:

– Такой начальник?

– Да! Такой начальник! – я радостно закивала, с восторгом глядя в его глаза, он пытался меня выручить, хотя его самого подкидывало от волнения! В его глазах была любовь.

– Такой хороший? – он спросил еще раз, понимая, что, как и я, несет полную чушь.

– Да! Такой хороший начальник! Поздравляю Вас!

– Спасибо! – он все еще был в шоке, и не меньше меня волновался и был смущен. Но мы поняли друг друга.

Спустя какое-то время, когда мы начали встречаться, он мне признался, что «был тогда под сильным впечатлением от нашего поцелуя». Он часто любит вспоминать наш первый поцелуй: «Я к тебе прикоснулся вот так» – и он снова целует около уголка моих губ со словами: «Нежно-нежно!».