Страх ночных улиц. Сумрачное безумия

Глава 3

Слякоть неприятно булькала под лапами, пачкая лапы двух иных кошек. Туман становился все гуще и гуще, и уже не был похож уже на безобидное облачко, а скорее становился белой дымовой завесой. Маленькие капельки дождя капали на кошек и барабанили по асфальту. Их окружали самые разные деревья: от дубов до маленьких березок, а ветер начинал становится сильнее и сильнее, развивая с бешеной скоростью шерсть кошечек.

Милашка принюхалась над очередной кучкой грязи, и нагнулась мордочкой почти вплотную. Вмиг Милашка повернулась к Лакриме, держа в зубах что-то маленькое и красное.

Мордочка Милашки была запачкано от грязи, прямо как ее лапы, а шерсть, что когда-то была блестящей и переливающийся на солнышке, стала вся мокрая от дождя, но несмотря на это, синие глаза искрились от счастья.

– Вот этот, кажется, красивый! – Ели проговорила Милашка, и на ее усы капнули еще пару капелек дождя. Когда синяя озорница подбежала ближе, Лакрима смогла разглядеть трофей, что держала в зубах Милашка: этот жук имел красную спину, с белыми, как молоко, пятнами, и черной головой, лапками и усиками. – Это Пятножук (Божья коровка).

– А ты точно помнишь дорогу назад? – Лакрима с сомнением посмотрела на пасмурное, туманное и серое небо, которое полностью закрыла облака, и тут же из неба на голову Лакриме упало еще пару капелек дождя, которых с каждым разом становилось все больше, как будто они становились более уверенными.

– Конечно! – Милашка уверенно повернулась к своей лучшей подруге спиной. – Нам всего лишь нужно свернуть направо и… – Последняя фразу Милашка не договорила. Она увидела отдаленный город, который из-за миража казался призрачным. Свою роль еще и сыграл туман, все больше пряча город за собой.

Милашка опустила куцый хвост от увиденной картины, и ее шерсть немного встала дыбом.

Тут же Лакрима почувствовала исходящую от подруги тревогу и страх.

Она повернулась к Лакриме, и глаза Милашки округлились от страха, и вмиг та надежда и уверенность пропала. И не нужно было слов, чтобы понять, что случилось.

– Прости, я так была увлечена процессом, что и не заметила, как мы заблудились. – Грустно промямлила Милашка, все также держа в зубах подарок для Бабочки.

Лакрима глубоко набрала воздух в легкие, и выдохнула.

– Сейчас не время нам грустить. Нам нужно найти укрытие, чтобы переждать дождь и подождать пока уйдет туман, так будет легче найти дорогу обратно. – Улыбнулась Лакрима подруге, из-за чего вторая немного развеселилась, и улыбнулась в ответ.

– Тогда вперед! – Уверенность вернулась в тон Милашки, из-за чего Лакрима стало немного смешно от ее слов. – Вперед! Уйди Злой туман! – Уже крикнула кошка, и сделала шаг вперед, а затем не спеша побежала.

– Ты знаешь куда идти? – Лапы черной кошечки сами понеслись за синей озорницей, и тут же Лакрима почувствовала, как ветер из-за ее бега стал сильнее, и он, как будто находился в самих ушах Лакримы. Не отставая от Милашки крикнула Лакрима, чтобы подруга услышала ее через ветер.

– Да! – Пытаясь перекричать дождь и ветер, крикнула лучшая подруга Лакримы. Ее силуэт то отдалялся, скрывая Милашку в тумане, то приближался, делая ее видимой в поле зрении Лакримы.

Камни, палки и ветки, то и делали что попадались на пути, больно царапая подушечки лап молодым кошкам, а иногда кошки нагибались, дабы палки над их головой не сбили их с пути.

Асфальт сменял траву, а трава асфальт, и наоборот, а ветер не переставал дуть, создавая неприятные ощущения Лакриме, но и в то же время он придавал ей чувство свободы и независимости. Периодически подруги наступали на лужи, что также булькали под лапами и делали лапы мокрыми. Деревья, такие же казавшийся в тумане призрачными, постоянно мелькали перед глазами, а впереди был тот же белый, очень густой туман, скрывающий за собой новые деревья.

Внезапно, Лакрима почувствовала, как лапы стали тяжелыми и немного подкосились. Лакрима уставала, и энергия покидала ее.

Но тут, через белую дымовую завесу Лакрима увидела дома, что были так долго скрыты за туманом.

Милашка ускорилась, бежав с последних сил, то же самое сделала и черная кошечка.

К счастью, железная, ржавая дверь оказалась открытая, и вмиг подруги сделав один прыжок, оказались в здании, а пол стал холодным, твердым.

Только забежав, Милашка нелепо рухнула на холодный пол без сил, тяжело дыша.

Лакрима же также быстро набирая в легкие воздух и выдыхая, без сил легла на пол, чувствуя, как болят подушечки лап от царапин, и как лапы становятся ватными и тяжелыми.

– Н-нак-конец-цто. – Глотая воздух, сказала синеглазая кошечка с задержкой.

Лакрима сама не смогла заговорить, прежде чем как следует не отдышалась.

– Вот нам и приключение. – Недовольно пробормотала Лакрима, обернувшись назад и видя, что за выходом непроглядная белизна, из которой проникал лунный свет. Дождь барабанил по асфальту.

Милашка глубоко вдохнула воздух и выдохнула.

– Идем, а то тут прохладно. – Муркнула кошечка, подняв что-то с земли, по всей видимости, Пятножука.

Силуэт подруги почти скрылся в темноте, что заставило Лакриму подорваться, и последовать за ней. И тут же черная кошечка почувствовала под собой небольшие, холодные подъемы.

Лакрима напряглась и сделала прыжок, и тут же раздалось ее эхо, а затем и еще одно эхо, по всей видимости это было эхо Милашки.

Подруги были как два хищника в темноте, которая хорошо маскировала их от любопытной добычи.

Запах сырости ударил в нос Лакриме. По всей видимости и по запахам, тут давно не ступала кошачья лапа. Перед глазами мелькали силуэты разных штук и голые, обшарпанные стены.

Вдали показался небольшой, тусклый свет, а приблизившись ближе, Лакрима поняла, что это было окно, за которым был белый непроглядный туман.

Только когда Милашка подошла ближе к окну, Лакрима смогла разглядеть уже давно привычную ее синюю шерстку. Она остановилась, и посмотрела куда-то в сторону.

Лакрима посмотрела в ту же сторону, и увидела, белую, порванную подушку, что лежала в углу. Долго ждать не пришлось, и синяя кошечка тут же кинулась к ней.

– Смотри-ка, нам удача улыбнулась! – Раздался радостный голос Милашки, а затем к нему прибавилось какое-то шарканье, и тут же Лакрима увидела, как ее подруга уже успела залезть на подушку.

Лакрима повторила ее действия, и она оказалась рядом с подругой.

Обе кошки сложили лапы под себя, и приобняли себя хвостом.

И в тот же миг, бок Милашки коснулся бока Лакримы, и их шерсть смешалась. Так Лакрима отдавала свое тепло Милашке, а Милашке свое Лакриме.

Наступила гробовая тишина, что аж Лакрима могла слышать каждый вдох и выдох подруги, как и свой.

– Как думаешь, другие будут нас искать? – Раздался голос Милашки прямо над ухом Лакримы.

Этот вопрос заставил сердце черной кошки екнуть в груди. Тут же она вспомнила, как дала обещание своему отцу быть осторожной. Тревожные мысли пробрались в голову к Лакриме, не давая ей покоя.

– Будут. Скорее всего мы тут до утра, ибо ты видела какое туманище на улице. – Лакрима заставила себя ответить спокойно, но в то же время почувствовала, как ее мышцы напряглись под ее шерстью.

– Да… – Согласилась Милашка

– Кстати, хотела спросить, а ты знаешь где мы находимся?

– Нет… – Через небольшую паузу раздался голос лучшей подруги над ухом Лакримы. Ее голос звучал так смешно, что Лакрима не смогла сдержать смех, хоть и понимала, что в такой ситуации нужно плакать, а не смеяться.

Вслед за смешком черной кошечки последовал и смех Милашки.

Только Милашка могла поднять настроение в такой ситуации. Милашка была из тех, кто сможет рассмешить Лакриму в любой ситуации. Еще с самого детства, как только подруги познакомились, Милашка всегда старалась развеселить свою подругу, когда та грустила. Лакриму никогда не мучили сомнения о том, что их дружба с Милашкой будет не вечна.

Казалось, даже после смерти они продолжат свою дружбу. Никто и никогда не посмел бы разлучить их дружбу.

Лакрима зевнула, потянувшись.

– Нам надо набраться сил и хорошенько выспаться. Не факт, что туман завтра уйдет, так что приготовься к любому раскладу этого приключения. – Сонно сказала Лакрима, чувствуя, как ее глаза слипаются от усталости и желания поскорее уйти в сон.

– Ты права. – Замурлыкала Милашка. – Сладких снов

– Сладких снов. – Почти шепотом проговорила Лакрима, чувствую, как ее тело постепенно расслабляется, а веки закрываются. Долго ждать не пришлось, и как только Лакрима закрыла глаза, тут же провалилась в сон.

Неожиданная вспышка перед глазами и раскат грома, заставил юную кошку вскочить на лапы, и нервно начать оглядываться по сторонам. Оглядываясь, Лакрима подметила, что уже наступает рассвет, судя по бледному свету из окна.

В панике, кошка и не смогла заметить одну важную деталь: она не почувствовала тепло, исходящее от бока Милашки, да и в такой ситуации, ее подруга давно бы поспешила бы успокоить Лакриму.

Кинув взгляд на подушку, Лакрима вновь почувствовала приступ паники: сумрачные глаза Лакримы расширились от страха, сердце бешено забилось у нее в груди, а сотню маленьких иголочек как будто пронзали ее шерстку.

Милашки не было.

Белогрудая кошечка хотела бы думать, что сейчас Милашка выбежит с радостным смехом к Лакриме, но в глубине душе черная кошечка понимала, что такое навряд-ли случится.

Лакрима кинулась к подушке, и приблизила голову к ней.

Принюхавшись, она почувствовала свежий запах Милашки, который вел вниз.

Черная кошечка поплелась вниз по холодным ступенькам, ее шаги раздавались эхом. С каждой новой ступенькой тревога Лакримы нарастала. Только одна мысль о том, что Милашка где-то на улице, заставляло новую волну мурашек пробегаться по всему телу Лакримы, сжигая горячим жжением волнения. Да и сам факт того, что Лакрима находится непонятно, где, скорее всего далеко от остальных, да и еще и одна, заставляло кошку еще больше нервничать.

Внезапно вдалеке показался свет, и звуки капель дождя, то и дело падающих на асфальт, заставили Лакриму содрогнуться.

Свежий след Милашки вел на улицу.

«Она совсем с ума сошла!»– подумала про себя сумрачноглазая кошечка, переступая порог, и чувствуя, как дождь падает на ее шерсть, холодный воздух дует в морду, пропитывая каждую шерстинку потерявшейся кошки своим зловещим холодом.

Туман стал менее густым, но все-таки разглядеть что-то было не так уж и легко.

– Милашка, ты здесь?! – Как можно громче закричала Лакрима, пытаясь перекричать ветер. Но ответом стало ей лишь завывание ветра. – Милашка, это не смешно! Выходи! – Повторила попытку Лакрима, надеясь, что кто-то ей ответит.

Но и эта попытка была неудачной.

Черная кошечка зашагала вперед, и тут же почувствовала, как твердый пол сменился бульканьем под лапами и травой.

Черная кошечка выпрямила голову, и открыла пасть, пытаясь уловить запах подруги. Она почувствовала ели слышный запах своей синеглазой подруги, который из-за дождя и ветра начинал выветрятся.

Отчаянье сковало Лакриму, заставляя хвост опуститься, а страх проникал глубоко в сердце.

Милашка была ее единственной лучшей подругой. Они вместе проводили время, вместе росли, даже Бабочку Лакрима не ценила так, как Милашку.

Свою радость и счастье Милашка буквально излучала, передавая своей подруге, да и не только Лакриме, но даря позитив и другим.

Вновь послышался раскат грома и вспышка, но Лакрима почти не обратила внимания.

Из глаз выступили слезы, и они стекали по щекам черной кошечки, падая на траву и сливаясь с дождем.

Почему-то гром придал уверенности и сил Лакриме, поэтому она поспешно зашагала вперед, принюхиваясь и идя по почти незаметному следу Милашки, пробираясь через туман. Лакрима не будет сдаваться так просто. Она любой ценой найдет свою синюю подругу и доберется до жилища.

Лакрима долго петляла туда-сюда, стараясь уловить след Милашки, но она так и не смогла найти свою подругу.

Вокруг черной кошечки мелькали дома, деревья, разные растения и трава. Начинало смеркаться, и тьма понемногу начинала окутывать город и все вокруг. Туман постепенно начал отступать, забирая с собой непроглядную белизну. Дождь в свои очередь, давно прошел, однако оставил за собой след в виде росы и луж.

Лапы черной кошечки ужасно ныли и зудели, давая понять, что пришло время отдохнуть, но Лакриме было не до отдыха.

Глубоко в душе кошечка надеялась, что еще немного и она сможет найти свою подругу.

Периодически Лакрима останавливалась под деревом, давая немного уйти усталости, но, когда кошечка приподнималась, лапы вновь желали отдыха, и начинали болеть.

Внезапно, в дали Лакрима увидела дерево, и котячий силуэт.

В груди кошки вспыхнула надежда, и лапы ее сами понесли к дереву.

Однако, приблизившись, радость сменила удивление. На траве валялась небольшая березка, ее листва была рассыпана по всей траве, окружая дерево и маленький черный силуэт, что лежал почти под деревом.

Услышав шуршание травы, маленькое ушко повернулось к Лакриме.

– Горчица, это ты?! – Вялым голосом мяукнул котенок, пытаясь повернуться, но из-за дерева ему это не удалось.

– Нет, меня зовут Лакрима. – Сказала кошечка, с каждым шагом подходя все ближе и ближе к черному малышу. И тут же Лакрима почувствовала, как маленькое тельце содрогнулось, и невольно начало дрожать, заполняя каждую свою волосинку страхом.

Длинная тень Лакримы нависла над котенком, заставляя черного малыша еще больше дрожать.

Лакрима опустила голову, и начала оценивать ситуацию, в то время котенок испугался еще больше, и беспомощно заскреб лапками, пытаясь вырваться из-под дерева. Березка придавила ему заднюю лапу, не давая возможности двигать ею.

Его черные клочки шерсти были повсюду: возле малыша, возле дерева

Черная кошечка как следует оценила ситуацию, и перешагнула дерево.

Только дотронувшись до дерева, Лакрима почувствовала зловещий холод в носу, и маленькие капельки от дождя. Упершись о ствол дерева, кошечка начала двигаться вперед, и тут же дерево с хрустом подалось вперед, освободив лапу черного котенка.

Черный котик вскочил на свои маленькие лапки, и встал перед Лакримой, распушив свою шерсть, походя на ежика.

– Нарушительница! Что ты тут делаешь? – Поблескивая зелеными глазками-щелками, рявкнул защитник территории.

Та самая усталость, что читалась в его голосе минуту назад, испарилась, уступая место решимости и уверенности. Но страх и волнение не покидали котенка.

Лакрима уставилась на него удивленными глазами, но быстро очухалась.

– Почему это нарушительница? – Удивленная грубостью котенка, спокойно ответила кошечка, сделав шаг вперед, от чего котенок сделал шаг назад, и встал в боевую стойку, якобы готовясь к драке. – Я не желаю никому зла. Я просто проходила мимо и искала свою подругу.

Черная кошечка сделала еще шаг вперед, от чего котенок вскочил, и кинулся наутек.

Лакрима лишь молча смотрела в его удаляющийся силуэт, недоуменно хлопая глазами.

«И что это сейчас было?» – недовольно про себя подумала Лакрима.

«Даже не поблагодарил». – Встряхнув шерсть, Лакрима легла на землю, мечтательно посмотрев на розовато-оранжевое небо, за горизонтом которого уходит солнце.

Вновь Лакриму окутало беспокойство за Милашку.

«Интересно, куда же пропала Милашка?» – размышляла кошечка, лежа на мокрой траве. Постепенно усталость взяла вверх, и глаза Лакрима начинали слипаться, а затем и закрываться.

Открыв глаза, первое, что увидела Лакрима, это ночное небо, на котором уже появились звезды. Звуки сверчков и гуков совы сладко убаюкивали Лакриму, заставляя ее глаза вновь слипаться, но кошечка нашла в себе силы подняться на лапы.

Лакрима подметила, что воздух стал немного теплее, а ветер стал спокойным. Вдруг, у путешественницы заныло в животе, давая понять, что кошечка проголодалась. Лакрима была настолько занята поисками подруги, что не обратила внимания, что не ела почти весь день.

Осмотревшись по сторонам, черная кошечка заметила вдали на фоне темноты маленький огонек белого света, из-за чего Лакрима сощурила глаза.

Потянувшись, кошечка зашагала в сторону того загадочного фонарика. Трава хрустела под лапами, а свежая роса впитывалась в лапы. Разные сверчки и жучки пролетали мимо Лакримы, а трава щекотала живот юной кошечке.

Приблизившись, кошечка разглядела тонкую, черную железяку, на которой мерцал тот самый белый огонек.

Переведя взгляд на дорогу, Лакрима увидела дорогу, которую окружали по сторонам фонари.

Под лапами Лакримы теперь оказался привычный ей мокрый от росы асфальт, и не спеша кошечка пошла по асфальту вперед. Пройдя немного вперед, показался красный дом, окруженный забором.

Как- то Луч ей рассказывал, что обычно крысы и мыши обитают в домах двуногих, особенно заброшенных.

Недолго думая, Лакрима кинулась к забору.

Выпустив когти, черная кошечка, сливающаяся с темнотой мрака, сделала прыжок, вцепившись когтями в забор и карабкаясь вверх. Вскарабкавшись, кошечка спрыгнула и оказалась на земле.

Молниеносно Лакрима бросилась к зданию.

Оказавшись в нем, для себя кошечка подметила, что он совсем отличается от тех, которые она видела.

Под лапы попадались камни, непонятные железяки.

Шагнув на ступеньку, вопреки ожиданием Лакримы, эхо не раздалось.

Поднимаясь все выше и выше, чувству страха нарастало глубоко внутри Лакримы. С Милашкой ей было не так страшно, а сейчас Лакрима была совсем одна. Поднявшись, Лакрима почувствовала приятный бархат под лапами.

Лакрима не чувствовала себя в безопасности, так как ощущала, что кто-то пристально на нее смотрит.

Но тут за спиной Лакримы раздался шорох.

Сердце кошечки бешено застучало, а шерсть невольно стала дыбом.

Обернувшись, кошечка увидела два силуэта, злобно смотрящие на нее. Лакрима уже обернулась, чтобы сорваться и побежать, но обернувшись она увидела еще силуэты и светящийся глаза, выходящие из темноты.

Так же из темноты вышло еще двое котов.

Силуэты сгрудились над Лакримой и окружили.

Лакрима застыла от ужаса, ей хотелось бежать, но лапы стали будто каменными, а в горле все сжалось от страха.

Глаза, самого разного цвета, смотрели на Лакриму: зеленые, желтые, голубые, все были с явной враждебностью. Лакрима была буквально парализована, и не посмела даже вздрогнуть шерсткой.

Глава 4

Благодаря лунному свету, проникающему из окна, Лакрима смогла увидеть шкуры, мелькающие перед глазами.

Они были самые разные: и трехцветные, белые, черные, золотистые.

Внезапно, силуэты прекратили свое движение, и Лакрима увидела кошку черепахового окраса с темно-зелеными глазами, блестящими в темноте, что остановилась перед ней.

– Что ты делаешь на территории банды Черной Розы?! – Зашипела черепаховая кошка, выпустив когти, и своими округленными глазами смотря на Лакриму.

Черная кошечка от страха сжалась в пол, не смея даже громко дышать.

«Банда черной розы?!» – замерла Лакрима, только при одной мысли о том, кто сейчас стоит перед ней. Она вспомнила как Снежный рассказывал о них, говоря, что они воры и являются самим страхом города.

– П-п-прост-тите… Я не зна-л-ла-а что это в-ваша тер-р-ретори-ия. Я сл-лучайно – Заикаясь тихо сказала Лакрима, не смея отводить глаз от пожирающего взгляда кошки.

– За случайно, убивают отчаянно – Рявкнула черепаховая кошка, оскалив свои белые зубы, и прижав уши от злобы.

Черная кошечка почувствовала, как лапы предательски начинают дрожать, а мышцы сжиматься. Нарушительница территории прекрасно понимала, что справится с около пятью котами ей не получится, учитывая то, что многие из них мускулистые и сильные.

Один из силуэтов шагнув вперед, и лунные свет попал на того кота, мерцая на его шерсти. Это был большой, белоснежный, пушистый кот, с желтыми глазами.

– Да брось ты, Горчица. Это всего лишь котенок. Она не навредит нам. – Грозно смотря на темный силуэт Лакримы, сказал кот, пытаясь рассмотреть нарушительницу.

– Но это не имеет значение, Снегопад. Она зашла на нашу территорию, значит, ее надо наказать. – Ответила Горчица, краткой посмотрев на белоснежного кота, а затем вновь перевела взгляд на гостью. – Покажись! – Обратилась черепаховая кошка к Лакриме, внимательно вглядываясь в темноту.

На ватных лапах, Лакрима сделала пару шагов вперед, и вмиг свет, поступающий из окна, упал на Лакриму, давая ее хорошо разглядеть.

Горчица и белоснежный кот застыли, непонимающе глядя на черную кошечку.

И тут же, все удивленно вылупили глаза на кошечку.

Послышались оханья и аханья.

К страху Лакримы прибавился интерес и непонимание, так как такой реакции котов и кошек она никак не ожидала.

Самые разные вопросы крутились в голове Лакримы, но придумать оправдание, почему коты банды Черной Розы себя так странно повели, кошечка не смогла.

– Мираж?! – Выкрикнул один из силуэтов. И тут же из тени вышла еще одна кошка, протискиваясь среди Горчицы и Снегопада.

На этот раз это была черно-бурая кошка, с сверкающими от лунного света, желтыми глазами.

«Мираж? Да кто же это?» – недоумевала Лакрима.

Перед глазами мелькнуло то самое воспоминание, когда, идя по улице с Милашкой, черный котенок назвал ее точно также.

Это загоняло еще больше черную кошечку в оторопь.

– Да какая же она Мираж? – Наконец, изумление прошло с морды Горчицы, становясь той же яростной. – Посмотрите повнимательней, это не может быть она. Мираж намного больше, да и хвост у этого котенка не такой пушистый и большой как у Мираж. – Указывая носом на хвост Лакримы, досадно зашипела озлобленная кошка.

Тотчас силуэты котов и кошек содрогнулись, приблизившись к Лакриме.

Лакрима поняла, что коты всматриваются в нее.

Почти моментально после этого, они как по команде досадно отодвинулись, и их глаза заблестели в темноте от раздражения и злобы.

Черная кошечка переключила свое внимание на рядом стоящих напротив нее черепаховую кошку и белоснежного кота, и ужаснулась, видя, как Горчица приподнимает лапу с выпущенным когтями, и уже вот-вот ударит Лакриму.

Лакрима закрыла глаза, чувствуя, как холодок пробегает по ее шерсти, пропитывая каждый ее волосок диким ужасом, а вся жизнь проносится перед глазами. Само понимание того, что она умрет тут так просто, из-за своего любопытства и наивности, заставляло угасать надежду у кошечки.