ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ (научно-фантастическая повесть)
- -
- 100%
- +
В лаборатории повисла выразительная тишина.
Через минуту другую её прервал Авкуб.
– Есть идея!…Пошли к Колотуру. Ван, включай его многоканально на все наши биополя. Пусть анализирует нас на своем детекторе лжи, если он такой недоверчивый и скупердяйный гений.
И обращаясь, к уже активированному Колотуру, продолжал,
– Ну! Наш Великий и Умнейший, я выслушал твои претензии и почти полностью с ними согласен. Я действительно поражен твоим интеллектом, поскольку с великим трудом понял суть твоего изобретения. Сейчас мне стало ясно, что ты правильно и радикально изменил направления наших исследований. Вместо приемов конвергенции биополя, которое требовало сверх высоких энергетических затрат модулирующего электромагнитного поля, ты нашел альтернативное безэнергетическое решение проблемы, основанное на частичной дивергенции этого биополя. При этом дивергенция идет с автоматическим восполнением дефицита энергии из космического пространства. И главное, что в этом случае достигается та же цель – перемещения нашего пространства в смежное трехмерное пространство, только не за счет энергетического «вдвига» в него, а, наоборот, путем рассеивания плотности нашего пространства и проникновение в него более плотного, смежного с ним.
Конечно, нам не ясна физическая модель модуляции спирали его раскрутки, которые ты зашифровал в своем чипе, но смею утверждать, что мы вскоре всё это узнаем и без твоей помощи.
Мне думается, что вместо модернизации твоего содержимого, мы закажем более совершенный агрегат с самонастраивающимися под любую программу отражателями и суперсовременными расчетным центром, полностью, а не частично, как у тебя, функционирующим по голографическому принципу работы человеческого мозга.
Конечно, часть твоих собственных устройств будет использована на сооружение этого супермонстра и ты должен гордиться такой судьбой. Нам всем будет очень жалко расставаться с тобой, поскольку мы давно привыкли к тебе и считаем самым способным сотрудником нашей лаборатории, но у нас есть план исследований и мы не можем его не выполнить. А поскольку ты не хочешь нам в этом помочь, я вынужден буду исполнить свою, неприятную мне, миссию по твоей утилизации…
Впрочем, если у тебя имеются другие предложения, мы готовы их обсудить…
Колотур, за все время речи шефа, беспрестанно мигая красно-зелеными индикаторами, сменил в конце её их цвет на желто-оранжевый, потом на пурпурно – голографическую трель:
– Я автор, я автор,…автор,…автор…автор…
Вся лаборатория, пораженная такой стойкостью прибора, в своей правоте, замерла с открытыми от удивления глазами и ртами.
Но Авкуб, приказав перезапустить автомат, как ни в чем не бывало, продолжил…
– Однако, у меня имеется и другое предложение. Я могу представить тебя в качестве соавтора патента, если ты согласишься вписать в это число, хотя бы тех сотрудников, на базе биополей которых ты сделал свое открытие. Дело в том, что формально в патентном законодательстве России нет конкретных указаний на морфотип физического лица, являющегося автором. Из анкеты не ясно кто он: человек, собака или святой дух. Имеются только стереотипные сведения о его полном имени, местожительстве и реквизитах страны заявляющей патент. Про то, что ты являешься автоматом, там не сказано ничего. Поэтому мы в заявку включаем твое имя (в алфавитном порядке) – «Колотур», страну заявитель – «Россия» и постоянное место проживания – «НИИ Временных Связей (НИИВС)» с указанием почтового адреса. Этот список в основном нужен для камуфляжа, чтобы тебя не вычислили в ФИПСе, а также для назначения лица, ответственного за прохождение заявки. Юридическим лицом патентодержателем является наш НИИВС, который, естественно, обязуется сохранять и поддерживать существование коллектива нашей лаборатории, основным членом которого мы единодушно считаем тебя.
Вдохновленные такой патетикой сотрудники всеми своими моральными силами стремились показать искреннее и полное единодушие со сказанным, поскольку Колотур просканировал каждого из них на своем детекторе, и «лжи» не обнаружил…Задумчиво помигав сине-зелеными индикаторами, он выдал, как выдохнул:
– Согласен!…
И в пространстве лаборатории повисла коротенькая голограмма физической формулы торсионной раскрутки пространства, основанная на принципе всеобщего симметричного подобия…Пораженные её простотой физик Соколов и математик Крус, еще долго стояли, тупо уставившись друг на друга…
Между тем, как все прочие уже переживали случившееся, каждый в одиночку, у себя дома.
Глава 5
Прорыв
По прошествии нескольких месяцев после установления «мирных» отношений с Колотуром, жизнь в лаборатории эволюционной экологии била ключом. Авкубу удалось, представив колотуровский патент в качестве доказательства, убедить членов Ученого совета в перспективности дальнейших исследований в дивергенционном (безэнергетическом) направлении исследовании структуры и функций смежных пространств Вселенной. Особых возражений не было ещё и потому, что всех больше интересовали, наоборот, энергетические конвергенции, позволяющие в принципе, получать из «ничего» новые элементы таблицы Менделеева, вообще отсутствующие в природе.
Экологические и исторические параллели в развитии человеческих и космических цивилизаций их мало интересовали. Даже, наоборот, они заинтересованы были убрать прыткого конкурента, озадачив его «посторонней» проблемой, по известному принципу: чем бы дитя не тешилось, лишь бы не мешало. Поэтому Авкуб получил не только свободу действий, но целый ряд современного оборудования в придачу, к примеру, так необходимые ему электронно-динамические аккумуляторы и гравитомагнитные преобразователи полей.
Однако первоначальный всплеск энтузиазма постепенно стал сходить на нет…
Конкретного продвижения по «гениальному» колотуровскому патенту никак не наблюдалось.
Авкуб чувствовал, что эффект фактического совмещения пространств был спровоцирован извне, другой стороной, а Колотур только уловил важность момента в нужное время и в нужном месте. Но повторить его самостоятельно с нашей стороны никак не удавалось.
Физик и математик лаборатории утверждали, что суть процесса состояла в том, что при рассеивании плотности поля нашего пространства «гармоника» – физический комплекс частот, длин и амплитуд торсионных полей, – должна совпадать с гармоникой энергетически стабильного поля смежного пространства. Только при точном совпадении спирали нашего пространства со спиралью смежного возможен физический переход и возращение обратно любого объекта. Однако в настоящем своем состоянии Колотур не был способен контролировать процесс схождения спиралей. И никакие операторские ухищрения программистов не давали нужного результата. Голограммист Сидоркин всякий раз в голограмме Колотура фиксировал разнообразные, разбегающиеся друг от друга красные и зеленые спирали. И наилучший вариант совмещения, зафиксированный автоматом и представленный Авкубу в виде голографического мраморного блока, сейчас лежал на столе и шеф рассеянно взирал на две расплывчатые воронки, задумчиво закручивая и раскручивая прядь своих жестких, как щётка волос.
Очевидно, что конфигурация спиралей была не симметричной. Центры закручивающейся (красной) спирали и раскручивающейся (зеленой) не выражены и нестабильны. Они сами по себе описывают сложные траектории и совместить их может только случай, вероятность которого, была плачевна.
Но шеф недаром крутил свои вихры, он «нутром» чувствовал, что дело тут не в технике эксперимента. Сидоркин под мудрым руководством Круса загружал Колотур все возрастающими по объему зависимыми и независимыми переменными, с которыми уже не справлялась его мощнейшая вычислительная машина…И как всегда просто, глядя в корень, эту ситуацию дядя Саша определил:
– Бедный Колотур уже не может отделить мух от котлет и
огурцов от валенок.
Авкуб улыбнулся точности древне русского афоризма и подумал, что действительно никаким наскоком эту задачу не решить, не разобравшись в теоретических закономерностях и случайностях.
– Если использовать колотуровскую формулу симметричного подобия и известные нам нетрадиционные философские концепции формирования Вселенной, – пробурчал он себе под нос,
–-То простейшую схему процесса возможно изобразить так…
Его левая рука не перестала закручивать вихор, когда как правая начала «задумчиво» рисовать в воздухе голограммы окружностей, спиралей, аннигиляционных взрывов…
В конце концов, проявилась простая и логическая картинка, которую он зафиксировал в сознании и стал обдумывать.
– Вот это в начале знакомый нам новый – старый амер.
Но он не представляет собой атом пространства, как у Демокрита, а должен быть абсолютно безэнергетическим и, таким образом, существовать бесконечно долго.
Однако из этого безинерционного вращательного движения ничего не может возникнуть…
Что-то или кто-то должен нарушить синхронность вращения первобытного торсиона…
Недаром же Колотур в своей картинке изобразил два альтернативных спектра солнечного света. Красный свет – наиболее энергоносный спектр, а зеленый – практически «всепоглощающий» – оба наиболее биологически ценные спектры.
Тут у природы есть своя философия.
Вот только в чем конкретно она заключается?…
Этот вопрос он переслал Соколову.
– Сергей Сергеевич, что Вы скажите по поводу моей физической философии?
– А скажу, Алексей Алексеевич, что для эколога она и не так уж непрофессиональна. Она частично совпадает с нетрадиционными теоретическими гипотезами прошлого века о происхождении материи из физического вакуума. Ещё тогда советский физик-теоретик Зельдович поставил вопрос о том, куда подевалось огромное количество антивещества, появляющегося одновременно и в равном количестве с веществом из НИЧЕГО. На этот вопрос никто ему не смог ответить, поскольку физика исходит из того положения, что из Ничего Чего-то получиться не может, а все возможные гравитационные и антигравитационные Вселенные возникают только с появлением электронно-позитронной пары, ни весть откуда взявшейся.
Эту тайну мироздания искать в данный момент на нашей Земле бесполезно. Видимо огромная теоретическая сложность концепции выводит её за рамки понимания здравого смысла.
– А мне, находясь в здравом уме, кажется, – откликнулся математик Крус, который, как и вся лаборатория, задолбанная рутинной работой, живо следил за происходящим.
– Если мы оставим действительно неразрешимую проблему о происхождении Вселенной, а сконцентрируемся на альтернативных пространствах, то кое-что станет понятным. Гравитация формирует сжимающееся пространство, её действие направлено от периферии к центру – это наша Вселенная.
Антигравитация формирует расширяющееся пространство, которое можно себе представить как вывернутое «шиворот на выворот» наше пространство. Эти две вселенные не аннигилируют только потому, что находятся в разных измерениях и окружены физическим вакуумом.
Как возможно себе это вообразить…Я сейчас нарисую…
И в воздухе, у всех перед глазами, появилась извивающаяся двухцветная лента.
Ползущий по ней жучок, не сходя с ленты, может переходить с одной поверхности на другую, с внутренней на внешнюю, с внешней на внутреннюю и так по цепочке без конечно…..
– И бедняга жучок – хамелеон, двигаясь по одной поверхности, вынужден всякий раз менять свой цвет на противоположный, когда он пересекает четкую линию раздела двух альтернативных поверхностей, – посочувствовал Крус путешественнику в бесконечном его странствии, которое Колотур вставил в голограмму для наглядности.
– Теперь нам осталось только представить себе, как трехмерная сфера должна вывернутся наизнанку, чтобы мы могли прейти из нашего пространства в параллельное. И самое главное, определить место этого перехода, – он на минуту задумался и продолжил…
– Это конечно примитивная композиция, но соприкасания сферы и антисферы в математике решаются весьма сложно и не однозначно. Для того, чтобы доказать соприкасание сферы Эвклида со сферой Вселенной придуманы две неэвклидовы геометрии – Лобачевского и Римана.
В III веке до нашей эры греческий учёный Евклид привёл в систему известные ему геометрические сведения в большом сочинении «Начала». Эта книга более двух тысяч лет служила учебником геометрии во всём мире. В нем Евклид изложил основы геометрии в двадцати трёх определениях, пяти постулатах и девяти аксиомах. Опираясь на них, люди с достаточной степенью точности измеряли и продолжают измерять и вычислять пространственные отношения и связи на плоскости и сфере.
И заметьте не только на листе бумаги или в своем огороде или городе, но и в Космосе! Однако пытливому уму человека было тесно в рамках «ограниченной привычности».
Его постоянно терзала запредельность очевидных прописных истин.
Одной из этих туманных истин был пятый постулат Эвклида, а именно – «недоказуемость» его в том, что две параллельные линии при их бесконечном продолжении не пересекаются. Отсюда следовало предположение, что и сумма углов треугольника в бесконечных пространствах не равна 180о, а больше или меньше этого. Поэтому для космологии расчеты «первобытной» геометрии признавались неточными. Как указывается в справочниках, при измерениях на участках земной поверхности, малых в сравнении с размерами земного шара, можно с успехом применять обычную планиметрию, однако результаты измерений на больших участках обнаруживают существенное отклонение от законов планиметрии, – привел цитату Крус и ухмыльнулся.
─ Мне такие прямые измерения не известны. Сам Лобачевский пытался измерить угловые параметры пространства Вселенной между отдаленными звездами, но у него ничего не получилось кроме постулатов Евклида. Это было объяснено неточностью инструментальных измерений того времени. Но и сейчас подобные измерения нм к чему не приводят. С моей точки зрения это неизбежно, поскольку мы проводим измерения не в фактическом пространстве, а измеряем, в значительной степени, его двухмерную проекцию, которая не признает изменения суммы углов треугольника.
Однако в 1868-м году итальянский математик, профессор римского университета Эудженио Бельтрами построил модель пространства для неевклидовой геометрии. В своей работе «Опыт интерпретации неевклидовой геометрии» он показал, что наряду с плоскостями и сферическими поверхностями, на которых «законно» осуществляется евклидова геометрия, существуют и другие реальные поверхности, на которых частично действует планиметрия Лобачевского.
Представьте полукружие, которое вращается вокруг своего диаметра, и вы получите сферу. А теперь взгляните на рисунок, на котором вместо полукружия изображена очень любопытная кривая, называемая «трактриса».
Вращая трактрису вокруг прямой, к которой стремятся её свободные концы, мы получим модель пространства, которая получила название «псевдосфера». Формально эта пространственная фигура может быть названа «сферой», ибо она образована путём вращения кривой, то есть тем же способом, каким образуется сфера. И эту сферу действительно можно назвать «мнимой», поскольку образована она вращением не дуги, которая имеет так называемую «положительную кривизну» («выпуклость»), а вращением трактрисы, имеющей отрицательную кривизну, или «вогнутость».
Добавим, что трактриса обладает свойствами гиперболы, поэтому геометрию Лобачевского называют ещё и «гиперболической».
Если провести ещё одну параллель со словом «гипербола» в значении «преувеличение», то мы вновь вернёмся к тому, что законы псевдосферы начинаются там, где привычное замкнутое пространство сферы «преувеличивается» до размеров Вселенной.
─ Довольный своим юмористическим парадоксом ухмыльнулся математик.
─ Как видим в этой «преувеличенной» математической фантазии сумма углов треугольника, нарисованного на поверхности псевдосферы, значительно меньше двух прямых.
В неэвклидовой геометрии имеются попытки сопряжения пространства Вселенной с ограниченным пространством Эвклида. Идея, конечно, стоящая, если только пространство Лобачевского и Римана не геометрическая фантазия. Однако формальная математическая замена нормальных прямых линий на «геодезические», и касательные плоскости на «частично соприкасающиеся со сферой» не дают никакого реального представления о таком контакте. Весь эффект соприкасания остаётся погребенным « в премудрости» простых математических формул.
─ Обращаю ваше внимание на то, что справочные материалы дают лишь такое, достаточно примитивное, визуальное изображение контакта двух гиперпространств.
Из всего выше сказанного можно сделать только один достоверный вывод – контакты различных по форме пространств должны иметь место в виде точек, линий или плоскостей. Я мог бы и далее развивать известные теоретические концепции, но как математик практик, не вижу в этом никакой пользы для наших работ. Другими словами абсолютно не нужно придумывать себе удобные для математических расчетов псевдосферы, нужно только вообразить себе, что внешняя и вогнутые поверхности одной сферы ЕСТЬ ОДНА И ТАЖЕ ПОВЕРХНОСТЬ.
Или, во всяком случае, они расположены бесконечно близко друг другу. Впрочем, я могу быть абсолютно неправ, поскольку стереотипно понимаю измерение расстояний в стандартных единицах: метрах, километрах, световых годах и прочее.
Он улыбнулся пришедшей на ум мысли и продолжил:
– Я всегда с удовольствием смотрю старые российские мультики. В одном из них слоненок, мартышка и попугай пытаются измерить удава в своих собственных единицах измерения. И всякий раз, к их чрезвычайному удивлению, длина последнего здорово разнилась, хотя сам по себе удав оставался в «норме». Правда ему больше пришлась по вкусу размерность в попугаях, поскольку в этом варианте он был «всё-таки длиннее».
Понимаете в чем тут дело?
Для Вселенной совершенно безразлично, какими стандартами мы её измеряем. Ей, в отличие от удава, это не интересно.
С другой стороны, если мы принимаем безразмерный амер за единицу и структуру пространства, то это самое пространство резонно измерять в амерах, которые могут, видимо, быть и ничтожно малыми и бесконечно большими. Оттого переходная зона может иметь любые размеры, в том числе и Вселенские.
В этом плане меня всегда удивлял парадокс неэвклидовых геометрий, утверждающий, что кривизна пространства возрастает с увеличением его размеров, читай – радиуса. В тоже время соприкасание евклидова и неэвклидова пространств (по этой же теории) возможно при уменьшении «тензора кривизны», то есть кривизны окружности при увеличении её радиуса. Такой нелепости эвклидова геометрия не допускает (смотрите рисунок).
Окружность при бесконечном увеличении радиуса трансформируется
в бесконечную линию.
Вот такой парадокс!
Но, а если совсем уж просто, то этот рисунок показывает и путь достижения бесконечно далекой цели. Для этого не обязательно долго, долго двигаться от точки А ″ через А′ , А до В, В′,В″, следует повернуть назад (см. как они фактически замыкаются на окружностях) и ты уже дома. И не только в этом столетии, по летоисчислению теории относительности, а уже просто напросто завтра, а и того лучше – мгновенно…
Крус, сам не ожидая от себя такой залихватости, почесал затылок.
– Я не уверен, что приведенный мною примитив имеет какое-либо фундаментальное значение, но в плане точки отчета и как вариант для проектирования эксперимента принять схему можно.
Авкуб, довольно улыбнувшись рефрену в выступлениях физика и математика, заключил.
– Ну, да ладно, давайте, исходя из предложенных «примитивных» вариантов для проектирования эксперимента, подведем итоги…
Что мы имеем?
Во-первых, мы установили, что все происшедшее не плод «ушибленного» воображения Вана, которое вполне могло возникнуть при падении с высокого операторского кресла.
Во-вторых, самодеятельность Колотура, не самотключившегося (как ему было положено по инструкции) при попытке внешнего воздействия на программу, позволило нам, если не убедиться в существовании параллельного мира, то как – то его себе вообразить.
В-третьих, мы уже кое-что конкретно себе воображаем о конфигурации нашего и смежного пространства.
Вспомните синтез контура первичных «умозаключений» Колотура, посмотрите на его первый рисунок. Красный и зеленый человечки стоят на соответственно окрашенных сферах – плоскостях. Вероятно, мы имеем намек на возможные проявления эффектов гравитации и антигравитации в смежном пространстве, что Колотур представил нам в альтернативных цветах солнечного спектра – красным и зеленым.
В-четвертых, мы, вполне вероятно, наблюдали картину возможного материального перехода (депортации живого существа) между смежными мирами.
И наконец, в-пятых, «Снежный» своим, мягко говоря, не ординарным поведением предостерег своих сограждан, и попутно нас с вами, от чего-то смертельно опасного. Обратите внимание на (как мне представляется) «аннигиляционную вспышку» Колотуровской голограммы при пресечении (переходе) двух альтернативных (по каким–то признаком) пространств друг в друга, через нуль пространства.
И чтобы всем было понятно, что я имею в виду, посмотрите на эту голограмму, которую Колотур выдал в пояснение своим прежним аллегориям,
– Авкуб надел шлем сенсора и в воздухе появилась следующая фигура.
– То, что только «кажется» нашему математику, Колотур, без всякого сомнения постулирует, – продолжал шеф…
– Если поверхность сферы в бесконечности превращается в плоскость, то бесконечное сферическое пространство должно представлять собой безмерный куб, с чем я не могу не согласиться. Это бесконечное пространство Колотур разбивает, исходя из прямоугольной системы координат, условно, на восемь кубов.
С его точки зрения для этого достаточно трех обычных, пересекающихся в одной точке осей. Никакой четвертой оси «времени» для этого не требуется.
Посмотрите!
Каждый из кубов имеет (по смежным плоскостям) по три смежных пространства.
Может быть, переход через одно из них мы и наблюдали. Кроме того, вероятно, возможны какие-то перемещения и по смежным внутренним граням. Их у каждого куба также по три. Заметьте, что в этих случаях переходы осуществляются или по плоскости (двух мерному пространству), или по линии (одномерному пространству) и, видимо, нет «радикального» перехода только через точку нулевого пространства, через точку, на которую проецируется вся наша Вселенная
Это тоже логично, если мыслить «железной логикой колотуровской безмерности» – ведь точка в этом случае есть ноль!
А таких, предположительно «смертельных» для депортации материи из любой массы переходов по четыре пары (1-8, 2-7, 3-6 и 4-5). Это единственный случай четырехмерности у Колотура.
Другими словами, по Колотуру, депортация возможна в трёхмерном измерении (для пространств различной геометрии) и невозможна в четырехмерном, что вполне вероятно связано не с конфигурацией пространства, а с течением времени или с чем-то ещё. Видимо полная депортация возможна только при плоскостном переходе и частично в линейном.
В этом случае депортируется только «дух» материи, а именно, её торсионное биополе.
Остается надеяться, что мы наблюдали не линейный контакт…
В лаборатории наступила задумчивая тишина и в воздухе повис общий вопрос:
– Что будем делать?…
– А мы все вместе будем делать НИЧЕГО, – парировал всеобщее недоумение Авкуб.
– Кто из вас может интерпретировать формулу пространственного перехода Колотура в физическом эксперименте, даже использовав его заявку на патент?
Есть желающие?… Так, желающих нет!
Поэтому, по принципу «мы посоветовались и Я решил», принимаем такое постановление: каждый из вас (профессионалов) предлагает план эксперимента по форме передачи символов связи с той стороной, которые были бы понятны «параллельным» и вызывали бы у них интерес.
Всё остальное перепоручаем Колотуру без всякой цензуры с нашей стороны. Надеюсь, что автомат нас не подведёт и сможет «сдвинуть», хоть на миг, на наши «подарки» пространство параллельного мира…
Сергейчину предлагаю «накачать» самоанализ автомата до такой степени, чтобы он и помыслить не мог, что мы его «используем».
После загрузки «посыла» всем и каждому в отдельности следить за элементами и и этапами осуществления эксперимента. Особенно за представленными вами лично. Фиксировать любые мелочи. Никаких дополнительных поправок в первоначальный эксперимент не вносить и результатами не обмениваться.