- -
- 100%
- +
Глава 1. Даша
Замок на входной двери наконец-то щелкнул, и Вета, отбросив в сторону мобильник, вскочила с дивана. Прислушалась и замерла, стоя посередине темной и тесной, как гроб, комнаты. Несколько минут она ждала, что мать вернется, позабыв ключи, документы или пропуск. Но нет, все в порядке, она ушла на дежурство, а испугавший девушку шум оказался всего лишь очередным движем соседей сверху, которые постоянно путали по пьяни день и ночь.
Вета включила свет, и скудная неприглядная обстановка резанула даже ее привычный взгляд. Стоя в центре комнаты, Вета могла свободно притронуться рукой к каждому из предметов. Видавший виды диван, на котором в прошлом году отдала богу душу бабушка Катя, а теперь спала сама Вета, занимал бо́льшую часть комнаты. Дверцы платяного шкафа, помнившего еще советские времена, открывались с трудом и упирались в диван. Письменный стол, давно уже не нужный самой Вете, ведь она закончила девятый класс два года назад, притулился в углу. На столе скопилась горка модных журналов и арсенал косметики.
Вета потянула створку шкафа, раздался скрип, и девушка испуганно замерла. Но Дашка в соседней комнате не проснулась, и Вета облегченно перевела дух. Она задумчиво уставилась на глубокие полупустые полки. После недолгих размышлений надела свои единственные джинсы и вытащила из-под стопки чистого постельного белья широкую белую рубашку. Застегивая пуговицы, усмехнулась: как орал, теперь уже бывший, приятель матери, когда обнаружил пропажу! Худосочный, ростом от горшка два вершка, а злой, как черт! Зато его рубашка оказалась Вете совсем впору!
– Оригинальный «Хуго Босс»! – передразнила она шепотом, завязывая длинные полы на поясе.
Откуда взяться настоящей брендовой вещице в гардеробе фармацевта из маленького захолустного городка, в котором всего-то десяток крупных торговых центров?
Вета наскоро пригладила ладонями выбившиеся русые пряди и схватила со стола сумку. Выключила свет и, дав глазам снова привыкнуть к темноте, открыла дверь. Осторожно ступая по коридору, возле самого выхода она наклонилась, чтобы, подхватив босоножки, неслышно выскользнуть наружу, но ее остановил слабый голос из соседней комнаты.
– Веточка!
Вета зажмурилась, крепко прижала босоножки к груди, но сестра вновь окликнула ее по имени. Девушка вздохнула и, бросив босоножки на пол, пошла на зов.
– Дашка, ты почему не спишь?
Она присела на краешек кровати и осторожно сжала в ладони тонкие прохладные пальчики сестры.
Темноту комнаты разбавлял яркий лунный свет из незашторенного открытого окошка. Прохладный ночной воздух освежал душную комнату. Пока была бабушка Катя, Вета тоже жила тут, вместе с сестрой и матерью. А после смерти бабушки она с радостью переселилась в ее крохотную комнатку. Жить там, где все еще лежали вещи умершей и хранили ее запах, было жутковато. Но оставаться рядом с больной сестрой, слушать ее стоны, видеть, как мать пичкает ее лекарствами, но все равно девочка угасает на глазах – это еще страшнее.
– Ты же знаешь, чтобы выздороветь, нужно спать, – ласково сказала Вета.
– Не могу, – прошептала Даша и села, отложив в сторону небольшую, размером с ладонь, пластиковую куклу. – А ты уходишь? Мама опять ругаться будет. И снова поколотит тебя!
– А она узнает? – Вета поправила ее сбившуюся набок косынку, нежно провела ладонью по впалой щеке.
– Нет, конечно! Если ты раньше неё вернешься, – добавила девочка. – А ты куда идешь? На свидание, да?
– Нет, – усмехнулась Вета.
– А он красивый? Ты его любишь? Приведешь к нам, чтобы я тоже могла на него посмотреть?
– Не придумывай, – улыбнулась Вета, – нет у меня никого! И люблю я только тебя! – шутливо воскликнула она и в порыве нежности обняла хрупкое тельце.
– Врешь ты все! – Даша легонько оттолкнула сестру и откинулась на подушку.– Ты слишком красивая! Не то, что я, – с горечью добавила она.
– Дашка, – Вета посмотрела на нее с укоризной, – ты еще маленькая. И болеешь к тому же! Вот поправишься, повзрослеешь, и станешь супер! Супер-пупер!
– И волосы вырастут? – в голосе девочки прозвучала надежда.
– Конечно!
– Такие же, как у тебя?
– Лучше!
– Хорошо бы… А чужие ты мне принесла?
– Блин, Дашка, – всплеснула руками Вета, – как я по-твоему это сделаю?!
– Просто заберешь и все! – прорвались капризные нотки. – Ты обещала! Обещала!
– Слушай, ну представляешь, как я буду выглядеть, ползая по полу в парикмахерской и подбирая чужие волосы?
– А ты незаметно, пока стрижешь какую-нибудь тетку!
– Дашка, ну нет у тех теток, которые ко мне приходят, длинных волос!
Вета снова попыталась взять ее ладонь в свою, но Даша спрятала руки под одеялом. Она отвернулась и обиженно уставилась в ковер на стене.
– Ну, хорошо, – сдалась Вета. – Подожди минутку.
Она поднялась и прошла в ванную комнату. Стоя перед зеркалом, стянула с волос резинку. Русые кудри рассыпались по плечам тугими волнами.
– Ты никогда не простишь себе, что не выполнила обещания! И тебе это важнее, чем ей! – Вета строго посмотрела в глаза своему отражению.
Потом взяла ножницы и безжалостно отстригла несколько прядей у виска. Аккуратно устроила их на выщербленном краю раковины, снова взялась за инструмент и начала ровнять волосы. Через несколько минут она отложила ножницы и пробежалась пальцами по новой, такой непривычной прическе.
– Сойдет! – Тряхнула она головой.
Не став дольше рассматривать себя, подхватила срезанные локоны и вернулась в комнату.
– Держи!
– Ой, Веточка! – воскликнула Даша, когда сестра отдала ей срезанные локоны. – Так даже лучше! Они ведь твои, значит, связь будет крепче!
– Ты о чем, Дашенька? – Вета снова присела на край кровати.
Крепко сжав в кулачке мягкие темно-русые пряди, Даша восхищенно смотрела на старшую сестру.
– Что? – смутилась та.
– Ты еще красивее стала!
– Глупости! Теперь ложись и спи. Ты все лекарства приняла?
– Конечно. Разве мама уйдет на работу, не проверив? – Девочка скривила бледные тонкие губы и пожаловалась: – Знала бы ты, какие противные эти таблетки!
Вета посмотрела на часы возле допотопного, похожего на ящик, телевизора. Четыре зеленых ноля ярко светились в полутьме.
– Иди, – заметив ее взгляд, сказала Даша. – Он ведь тебя ждет, да? Ну, признайся!
Наверху опять зашумели. Сквозь потолок слышался женский визг, звуки ударов и звон разбитой посуды.
– Каждый вечер попойка! Когда они уже успокоятся? – покачала головой Вета.
– Скоро, – с уверенностью сказала Даша и добавила чуть тише: – навсегда успокоятся.
– А тебе не страшно оставаться одной?
– Не волнуйся, за мной бабушка Катя присмотрит, – улыбнулась Даша. – И я тоже буду присматривать за тобой, когда… когда… я обещаю!
– Прекрати! Будешь так говорить, останусь тут и не пойду никуда!
– Ты такая смешная, когда боишься, – снова улыбнулась Даша.
В лунном свете ее улыбка выглядела так жутко, что Вета быстро дернула нитку настенного бра. Теплый желтый свет полукругом упал на лиловые колокольчики пододеяльника, и Вете стало стыдно. Ее сестра – просто больная маленькая девочка, а вовсе не призрак с пугающей ухмылкой, притаившийся в темноте.
– Не бойся, Веточка, – теперь уже Даша накрыла прохладной ладошкой руку сестры. – В этом нет ничего страшного! Надо только принять то, что вокруг нас есть и другие.
– Какие другие? – Вета непроизвольно огляделась.
– Непохожие на нас. Сущности. Я про это передачу по телевизору смотрела, пока мама программу не переключила.
Даша взяла с одеяла маленькую пластиковую куклу, достала из-под подушки тюбик с клеем и стала прилаживать к кукольной голове локоны, которые отдала сестра. Она сосредоточенно приклеивала их и продолжала рассказывать:
– Мама сказала, что это все ерунда и нечего голову забивать. А это вовсе не ерунда. Я точно знаю! И бабушка Катя знает. Она ведь никуда не делась! И теперь у нас в квартире она, вроде как, хранительница.
– Почему же я ее не вижу?
– Не знаю, – Даша приподняла острые плечи.– Но, если бы захотела, то смогла. Ведь у тебя глаза колдуньи! У них у всех зеленые глаза, как у тебя!
Вета рассмеялась, пытаясь этим смехом заглушить тревогу.
– Дашенька, – осторожно сказала она, – ты ведь понимаешь, что никаких призраков не существует?
– Конечно, – кивнула Даша, и косынка снова съехала набок. – Но бабушка Катя не призрак. Она сущность, душа. Тело остается, а душа отделяется. Ты что, не понимаешь?
– Разве души не отправляются на небо?
– Те, у которых остались на земле дела, нет, – уверенно произнесла девочка.
– И что же бабушка Катя забыла у нас в квартире?
Вета снова тихонько засмеялась, вспоминая тихую, безобидную бабушку, которая только и мечтала, чтобы сбежать от властной, подавляющей дочери. Но некуда было, вот она и выбрала умереть. Зачем же ей оставаться тут?
– Не смейся! – Даша нахмурила едва заметные на бледном лице редкие брови и протянула Вете куклу. – Она за мной присматривает!
– Пускай так, – согласилась Вета, беря куклу в руки.
– А ты все о другом думаешь! Да?
– Это для меня? – сменила тему Вета, разглядывая куклу.
– Да. Она будет тебя защищать, когда меня не станет.
– Дашка, не надо… прекрати!
– Ты сама прекрати! Это важно! Она твой ангел-хранитель. Когда я умру, я буду в ней, я присмотрю за тобой. Хорошо?
– Хорошо, – со вздохом согласилась Вета.
Она не хотела спорить с несчастной девочкой. Ведь та утешается, чем может. Вета зябко поежилась, представив себя на месте больной сестры. Она бы тоже, наверное, фантазировала, что не навечно покидает этот мир. Но вряд ли мама так же беспокоилась о старшей, как о младшей дочери! Запретив себе мысли о матери, Вета предложила:
– Принести тебе воды?
– Не надо. У меня все есть. Иди, – вздохнула Даша. – Только знаешь что?
– Что?
– Пока я еще тут, не бросай меня, пожалуйста!
– Ну что ты! Я вовсе…
– Я знаю, что у тебя за диваном сумка с вещами и деньгами спрятана, – прервала ее Даша.
– Как ты узнала?!
– От бабушки Кати. Не бойся, я тебя не выдам и маме не скажу, – прошептала Даша. – А теперь уходи, я устала, спать буду.
Вета помогла сестре лечь и поправила подушку под ее головой. Положила рядом пластиковую куклу.
– Нет-нет! – встрепенулась Даша. – Обязательно бери ее с собой! Ты к ней привыкнешь, и так я всегда буду рядом.
Последние слова Даша пробормотала сонным голосом, проваливаясь в дрему. Вета натянула на худенькие плечи одеяло и крепко сжала в кулаке подарок сестры.
– Когда ты придешь, – сквозь сон прошептала Даша, – я тебе еще расскажу про сущности, про бабушку Катю, про души. Только ты обязательно возвращайся.
– Я люблю тебя, – тихо сказала Вета и погасила ночник.
Закрыв за собой входную дверь, она спрятала ключи в сумочку, поверх них положила маленькую пластиковую куклу и проверила, плотно ли застегнута молния на сумке. Ведь там, куда она идет, соберутся не только знакомые и приятели, но и совершенно посторонние люди. Кто знает, на что они способны?
Глава 2. Гаражи
Пряча в сумочку подарок сестры, Вета стояла на площадке возле квартиры. Как вдруг сверху раздался пронзительный женский визг, а потом грохнуло, будто упал шкаф. Мелкой пылью с потолка посыпался мел, и Вета брезгливо передернула плечами.
– Чтоб вы сдохли, уроды!
Она не успела сделать и несколько шагов к лестнице, как дверь соседней квартиры приоткрылась, и на площадку выскользнула Аля.
Вета с удивлением оглядела соседку. Девушка была в огромной, не по размеру, серой толстовке и спортивных штанах. В этой одежде совсем не заметно, что у нее точеная фигура и изящные руки и ноги. А ведь раньше Аля всегда носила только короткие юбочки, шортики, полупрозрачные блузочки, благо теплый климат позволял щеголять в соблазнительных нарядах с самой ранней весны до поздней осени. Что заставило кокетливую красотку напялить несуразный костюм?
– Не жарковато? – ухмыльнулась Вета.
Аля только махнула рукой и двинулась следом вниз по ступеням.
– Как твоя сестра? – спросила она.
– Хуже, – коротко ответила Вета, поправляя сумочку на плече.
– Жаль. Так долго болеет! Я уж и не помню, когда она в последний раз на улицу-то выходила. Целый год, наверное?
– Угу. Еще и эти твари наверху орут, как резаные! Спать не дают, – добавила Вета. – Задолбали, скорее бы сдохли от своего паленого пойла!
– У нас тоже слышно. Отчим даже грозился в полицию позвонить.
– Позвонил?
– Нет, конечно. Он же ссыкун, только и может матери мозг выносить!
Девушки спустились на первый этаж, вышли на улицу, и теплый ночной воздух, напоенный густым ароматом цветов, принял их в свои объятия.
Аля вытащила из кармана безразмерных спортивок одноразовую электронную сигарету.
– Будешь? – предложила она.
– У меня на ашку денег нет, – усмехнулась Вета.
– У меня тоже! – Аля звонко рассмеялась.– А я покупаю, пускай отчим платит, скотина! “Будь благодарна, что вы с матерью не на помойке живете”, – передразнила она.
Вета с удивлением смотрела на соседку. Покинув дом, та преобразилась, разговорилась и словно освободилась от гнета. Аля превратилась в девчонку, которую Вета помнила еще со школы: веселую, живую и болтливую. Вот только цинизма в ее речах стало чуть больше, чем несколько лет назад, когда они вместе ходили в школу. Аля на два года младше, и ее мать по-соседски просила Вету за ней присматривать. Вета не отказывалась, и, когда могла, помогала с уроками. Но теперь Але шестнадцать и она сама справляется со своими заботами.
– А ты сейчас куда? – Аля, так и не закурив, убрала сигарету в карман растянутой толстовки.
– В гаражи.
Вета зашагала по улице. Аля увязалась следом. Девушки шли мимо таких же, как их родная, обшарпанных пятиэтажек, убогость которых маскировал роскошный темно-зеленый плющ на стенах. Взор отдыхал на его густой зелени и на цветах, которые в изобилии росли на клумбах возле подъездов.
– А кто сегодня в гаражах собирается? – спросила Аля.
– Да как обычно, все, – пожала плечами Вета. – А тебе разве можно так поздно?
– А кто мне теперь запретит? – в ее голосе Вета уловила отчаянные нотки и снова с удивлением взглянула на нее.
– А тетя Наташа?
– Мама в больнице. – Аля смотрела прямо перед собой. – У нее угроза, а это очень опасно на таком сроке. А с этим козлом я не могу в одной квартире находиться. Возьмешь меня с собой?
Аля жалобно взглянула на Вету.
– Веточка, миленькая, возьми! – она забежала вперед и умоляюще сложила ладони перед грудью. – Я хоть одну ночь с нормальными людьми проведу!
– Это ты их называешь нормальными?! – Вета расхохоталась. – Если бы не Дашка, уехала бы я из этого чертова городишки с его долбанутыми жителями!
– И Данчик тоже долбанутый? – заискивающе улыбнулась Аля.
– Он – в первую очередь, – проворчала Вета и ускорила шаг.
– Ой, ну мне-то можешь не рассказывать! – Аля подхватила Вету под руку.
– Долбанутый, – упрямо повторила Вета. – Еще и малолетка к тому же.
– Всего на полгода тебя младше.
– Все! Заканчивай! – рассердилась Вета. – Ты хочешь со мной?
Аля быстро-быстро закивала.
– Тогда шагай и помалкивай!
– Хорошо. Но он такой милый!
Вета остановилась как вкопанная, и не ожидавшая этого Аля споткнулась и едва не упала на растрескавшийся асфальт.
– Все-все, Веточка! Молчу! – Двумя пальцами Аля показала, как закрывает свой рот на молнию, и помотала головой.
Вета не горела желанием болтать, после прощания с сестрой настроение у нее испортилось. Хотелось забыться, и она рассчитывала, что вечеринка поможет ей в этом. Так, в молчании, девушки добрались до места. Аля послушно семенила рядом, не издавая ни звука. Слышался лишь равномерный стук каблуков по асфальту, шелест листвы и далекий ритм ударников, который нарастал с каждым шагом.
Окруженные забором гаражи стояли обособленно, надежно укрывая тех, кто внутри от посторонних глаз. Днем в одном из гаражей работал мастер-механик Константин Михайлович. Он обслуживал малочисленных автовладельцев города. Ночью его племянник Жека принимал в соседнем, брошенном законным хозяином гараже, всех желающих хорошенько повеселиться.
Найдя проторенную тропинку между бетонных плит, девушки пробрались в щель в ограде.
– Веточка, – Аля потянула ее за рукав, – только ты не оставляй меня, ладно?
Вета непроизвольно дернула плечом: еще одна обуза! Она собиралась в гаражи, чтобы отдохнуть, выбросить из головы то тяжкое, мрачное, что окружало ее дома. И тут снова за нее цепляются, опутывают, не дают вздохнуть полной грудью!
Она почувствовала, как гнев поднимается, заполняет ее сознание, и тут же устыдилась своих мыслей. Дашка вовсе не обуза! И не жажда доказать матери, что она достойна ее любви, заставляет Вету ухаживать за сестрой и оставаться в этом городе!
– Идем, – резко выдохнула Вета, – и не слишком напивайся! А то как я потом в глаза тете Наташе посмотрю?
– А кто сегодня будет? – Аля быстро стянула через голову толстовку и осталась в обтягивающем ярко-розовом топе.
– Сказала уже, что без понятия! – жизнерадостность соседки начала напрягать. – Точно только одно: Жека никуда не денется, он тут живет!
– А я и не знала, – Аля пробиралась следом за Ветой по узкой тропинке сквозь высокие, почти в человеческий рост, стебли кипрея с темно-фиолетовыми метелками макушек. – Почему он в гаражах живет? У него дома нет?
– Есть! Когда из армии вернулся, в свою квартиру сунулся, а там притон. Предки его – нарики – совсем с катушек слетели. Что ему оставалось? Вот он у дядьки в гараже работает и живет там же.
– А ты откуда все так подробно знаешь? – хихикнула Аля.
Вета промолчала. Не будет же она рассказывать, что Жека – лучший друг Данчика, а с Данчиком ее связывают давние отношения. Не станет объяснять, что Жека даром предоставлял им свою раскладушку в гараже, когда Вета и Данчик были вместе. Незачем сопливой Альке знать все эти подробности! Тем более, что отношения Веты и Данчика давным-давно разорваны в клочья.
– Можешь не отвечать! – хихикнула Аля. – Данчик ведь постоянно с Жекой тусит, да?
– Если ты не заткнешься, то, поверь, в таких зарослях тебя найдут только через месяц. А, может быть, и позже, когда трава завянет. И спишут все на местного маньяка! И я не шучу!
Вета сурово посмотрела на девчонку, и та осеклась на полуслове. Но тут невдалеке зазвучала модная мелодия, и Аля мгновенно позабыв о строгом взгляде подруги, потянула ее в ту сторону. Она шла, пританцовывая, а Вета искоса поглядывала на нее и презрительно кривила губы.
Они шагали бок о бок мимо заброшенных гаражей, заросших по самые крыши сорной травой. Вокруг, соревнуясь с популярной песенкой, звучавшей все громче, звонко стрекотали сверчки. На стенах некоторых гаражей мелькали граффити-рисунки. И чем ближе девушки подходили к источнику музыки, тем ярче и профессиональнее становились граффити.
Наконец Аля и Вета вышли из зарослей кипрея на утоптанную площадку. Возле распахнутых настежь дверей одного из гаражей стояли огромные колонки, из которых и неслась та самая развеселая мелодия. Посередине площадки танцевали парни и девчонки, одни держали в руках пластиковые стаканы, другие – бутылки с пивом. Вокруг на ящиках и пустых бочках сидели парочки и одиночки. Единственный фонарь подслеповато освещал вечеринку, но ему помогала ярко мерцающая новогодняя гирлянда.
Оставив Алю танцевать на площадке, Вета уверенно вошла в широко раскрытые железные двери.
– Привет, Жека! – сказала она высокому, крепкому парню в камуфляжных штанах и черной майке. – Народу много сегодня! Да?
Он стоял у стены с мобильником в руках, и сосредоточенно и быстро нажимал кнопки. Он играл.
– Ага, есть повод, – улыбнулся краешком рта.
Но эта улыбка совсем не украсила его широкое лицо. Кивком он предложил Вете заглянуть в холодильник в углу и снова склонил большую бритую голову над телефоном. Вета шагнула вглубь.
– А со мной поздороваться не хочешь?
Данчик полулежал на раскладушке возле стены напротив и смотрел ехидно и вызывающе. Впрочем, как обычно.
– Привет, – делано равнодушно бросила Вета.
Она открыла холодильник и сжала в ладонях холодную запотевшую бутылку. Данчик живо подскочил с раскладушки и встал перед девушкой.
– Отстань, а? – Вета попыталась обойти парня.
– Да я не пристаю, – ухмыльнулся он, шагнув в ту же сторону, что и она.
Вета рассмеялась. За два года она научилась не уступать ему, но его выходки, как и прежде, забавляли ее.
– Потанцуем? – предложил Данчик.
Чуть помедлив, Вета согласилась. Но как только они двинулись на выход, дверь заслонила огромная тень, и в гараже появился парень больше похожий на шкаф, чем на человека. Почти квадратный, он был одет в черную широченную футболку с черепом и перекрещенными костями, и безразмерные черные брюки, подвернутые у щиколоток. Следом просочился еще один молодой человек. В отличие от своего товарища, стройный и подтянутый. В узких стильных джинсах и идеально выглаженной белой футболке.
– Пацаны, перетереть надо! – весело воскликнул он.
Его шкафоподобный приятель услужливо закрыл дверь прямо перед носом у Данчика и Веты.
– Что такое? – проворчал Жека, снова с неохотой отрываясь от телефона.
Холодильник издал рыкающий рев, а потом затарахтел гулко и ровно. С улицы доносилась, приглушенная, бодрая мелодия. Данчик оттеснил Вету обратно к холодильнику и заслонил собой.
– Изменились условия, и процент повысился, – стройный провел ладонью по темным волосам и вытащил из кармана пачку дорогих сигарет.
– Смуглый, коней на переправе не меняют! – выступил Данчик.
Высокий, действительно, обладал темным оттенком кожи и пронзительно-карими глазами. Смуглый нахмурился и резко повернулся к Данчику.
– Я маленькая лошадка, но стою очень много денег… – пропел он, прикуривая от зажигалки, заботливо поднесенной громилой.
Смуглый глубоко затянулся, выпустил в лицо Данчику струю сизого дыма и небрежным жестом отодвинул его в сторону.
– Приятно видеть в этой дыре столь очаровательное создание! – Он протянул руку Вете. – Максим.
Вета пожала сухую крепкую ладонь:
– Вета.
Данчик засунул руки в карманы своих обрезанных джинсов и отошел к Жеке. Громила склонился над Максимом и, быстро взглянув на Вету, что-то тихо прошептал ему на ухо. Тот кивнул и знаком отогнал прочь. Громила немедленно повиновался.
– Я, пожалуй, пойду, – Вета кивнула горлышком бутылки на дверь.
– Веселись. А я тебя потом разыщу, – пообещал новый знакомый и посторонился.
Вета улыбнулась и выскользнула в любезно приоткрытую шкафоподобным дверь.
Одна мелодия сменялась другой, и Вета, отбросив тревоги, которые снедали ее целыми днями, танцевала в такой же беззаботной с виду компании. Аля то появлялась, то исчезала из поля зрения, но ее ярко-розовый топ мелькал то тут, то там, и Вета не беспокоилась. Вдруг кто-то внезапно обхватил ее сзади за талию и приподнял от земли.
– Данчик, отвали! – она шлепнула его по рукам, и он, смеясь, отпустил ее.
– Слушай, Ветка, а давай свалим отсюда?
– С чего бы я с тобой пойду? – усмехнулась она, продолжая танцевать.
– Так будет лучше! – перекрикивая музыку, пояснил он.
– Тебе?
Глаза ее смеялись, и Данчик тоже улыбался. И тут улыбка медленно сползла с его лица. Вета оглянулась. Вальяжной походкой к ним приближался Максим.
– Я обещал, что найду тебя, – с нежной улыбкой хищника сказал он.
Позади, на расстоянии пары метров, маячил его шкафоподобный охранник. Вета снова оглянулась на Данчика, но того уже и след простыл.
– Выпьем? – предложил новый приятель. – Или чего-нибудь поинтереснее?
– Нет, я не хочу, – тряхнула головой Вета и снова оглядела танцпол, разыскивая ярко-розовый топ.
– Значит, выпьем!
Максим снова улыбнулся и, не дожидаясь согласия, обнял за талию и повлек в открытые двери гаража. И не успела Вета опомниться, как они оказались внутри.
– Свали-ка по-быстрому! – приказал Максим Жеке.
Тот пристально посмотрел на Вету, она испуганно покачала головой, но Максим не дал выбора, подтолкнув Жеку в плечо.
– Давай, не телись, – приказал он.
– Ок, – нехотя подчинился Жека.
Максим отпустил девушку и остановился возле стола, задумчиво разглядывая ряды початых бутылок.
– Водку или… – брезгливым жестом он приподнял одну, вглядываясь в этикетку, встряхнул содержимое и хрипло рассмеялся, – … или водку?
– Давай, – неуверенно согласилась Вета.
Под ложечкой засосало, тревога острыми иглами пробежалась внизу живота. Вета оглянулась. Из уличной темноты выступил тот самый громила, его не могла скрыть даже массивная дверь гаража, за которой он прятался. У Веты сжалось горло, и гадкое предчувствие холодным липким комком застыло в груди.