Посох Инорога

- Известно как, - усмехнулся Велимудр, - Как все убегают. Ногами. На первом же роздыхе, пока симураны ссорились, она в лес и сиганула. Поди-ка сыщи.

- Ай, молодец девка! - Ратибор радостно хлопнул себя по коленям. - Ай, да княжна! Поди-ка уж полдороги до Китежа прошла. А мы тута вот сидим.

- Не пошла она в Китеж. В другое место я её направил.

- Ты направил? - спроил Ратибор.

- Была она здесь, - кивнул волхв, - Две ночи тут обиталась.

- А куда ж она пошла-то тогда? - спросил молчавший до сих пор Ольгерд.

- Сказывай далее, дед, - потребовал воевода.

Велимудр обстоятельно стал рассказывать воинам, как убежала княжна, как леший привёл её к нему в избу. О том, что сам поведал ей, и куда направилась Марьяна. Воины слушали внимательно, не перебивая.

- Вот дела... - промолвил воевода, выслушав старика, - И что теперь делать? Нам-то как быть. К князю уже поздно. Битва всё одно уже закончилась. Куда идти-то теперь?

- Надо за Марьяшкой идти, - вступил в разговор Ольгерд, - Тяжко ей одной управиться будет, да и дорога обратная, чай, не близко.

- Тяжко, - вздохнул воевода. – Прав ты, княжич, надо княжну выручать. Стало быть, с утра за ней пойдём, авось, догоним.

- Это вряд ли, - задумчиво произнёс волхв. - С лешим- то они быстро пойдут. Хоть и кружным путём, но в лесу леший нам не чета. Да и день уже один отмахали, поди, из леса уж вышли. Надо напрямки идти.

- Это ж, через земли чудинов! – ахнул Ольгерд.

- И что? – спросил волхв.- Не такие уж и страшные чудские земли. Ходил я там и не раз.

- Так, то ты, волхв, – не согласился с ним воевода. – Ты с тамошним князем в дружбе. А нам туда соваться не след. Сам знаешь.

- А я вас тайными путями поведу. Есть там подземелья одни, чудинами давно заброшенные. Вот через них пройти можно.

- Так ты с нами собрался идти, волхв? – спросил Ратибор.

- А что мне тут сидеть? Раз Мрак послал ко мне своих воинов единожды, пошлёт и вдругорядь. Не успокоится, пока не изведёт меня. Чего понапрасну силы зря на ворогов тратить. Лучше уж вам подсоблю.

- А сдюжишь? – спросил воевода. – Чай не молод уже, а путь не близкий.

- Ты меня прежде времени не старь, воевода. Я ещё тебя научу, как в долгом пути ноги не стоптать.

- А чего ноги топтать-то. Зря, что ль, нам Китаврас воев своих дал. Верно, я говорю, други?

Ратибор подмигнул скифам. Те заулыбались и закивали головами. Велимудр же, усмехнулся в усы и погладил свою бороду.

- Это ты до меня верхом ехал, воевода. С земель россов тропа широкая. А далее троп уже не будет. Пешком идти придётся. А в подземельях чудских и подавно. Радоваться будете, что вовсе не на четвереньках брести придётся. Так, что с вами я пойду.

- Ну, что ж, - произнёс воевода. – Дело твоё. С нами, так с нами. Это даже и к лучшему. Твоя помощь может нам здорово пригодиться.

- Пригодится, пригодится.

- А если нас чудины обнаружат всё ж? – спросил Ольгерд. – Вдруг да, наткнёмся на них, чай они на своей земле?

- Вот тут-то я вам и сгожусь, - ответил старый волхв. – Только если вы за мечи хвататься не станете. Как-никак у чудинов с вами, росами, немирье.

- А ты, дедушка, - сразу ухватился за это Ольгерд. – Ты дедушка знаешь, что выкрал Мрак у них, когда моего отца убил? Воевода сказывал…

- После поговорим об этом, княжич, - перебил юношу воевода, многозначительно взглянув на старика. – А сейчас пора спать ложиться. Завтра долгий день будет.

- Да. Давайте-ка спать ложитесь, - Велимудр встал, - Утро - вечера мудренее. Да и роздых вам нужен. А я тут пока приберусь, а то вона скока тел нарубленных лежат. Да и мальца бера похоронить бы надо.

- Но как же... - начал, было, юноша, но Ратибор его остановил.

- Волхв дело говорит. Ступай отдыхать витязь, а я пока деду пособлю.

- Тогда мы все ему пособим, верно? - Ольгерд обернулся к скифам.

Всё это время скифские воины не промолвили и слова. Не их это дело решения принимать, Князь Китаврас послал их в помощь. В походе, в бою, а теперь они просто слушали, о чём говорят росы и не лезли со своими советами. Тем более, что места здесь не знакомые, сплошные леса, а не вольные степи.

- Мёртвых не трогайте, - сказал волхв, едва все вышли из избушки, - Лес их к утру сам приберёт. А вот оружие их соберите, авось, сгодится ещё.

Он огляделся в поисках бера.

- А, вот, мальца бы по обряду похоронить надобно, - продолжил старик и направился к телу медведя.

Оборотень лежал, широко раскинув лапы на груде вражеских тел на самом краю опушки. Вся его густая шкура была запачкана свернувшейся уже кровью, своей и вражеской.

Пока скифы собирали оружие, Ольгерд с Ратибором быстро соорудили носилки, на которые перевалили тело бера. Потом воины все вместе подняли его и понесли вслед за волхвом, который указывал путь. Волхв шел, освещая дорогу своим посохом, который теперь светился белым, слегка голубоватым свечением.

Деревья словно уступали дорогу людям. Ольгерду показалось, что они даже склоняли свои ветви, скорбя о ноше, что сейчас возлежала на носилках. А может, так оно и было. Ведь этот бер не захотел служить Мраку и идти к нему в рабство. Вместо этого он принял проклятие всего своего рода, а затем, не убоявшись, вступил в схватку с врагом, много превосходящим его числом. И пал, обороняя все, что было ему дорого. Свою свободу. И старого волхва, что не убоялся его, всеми проклятого, а доверял ему и приютил у себя.

Наконец они вышли на широкую поляну. Велимудр жестом показал, куда положить тело. Быстро набрали валежника и соорудили из него большое кострище. Потом осторожно положили на него тело оборотня. Волхв подошёл и сложил на груди бера лапы. Постоял немного, погладил бера по носу, а затем коснулся посохом ближайшей валежины. Быстро вспыхнуло пламя, и уже вскорости затрещал весь погребальный костёр.

Когда пламя коснулось тела оборотня, шкура начала сползать с него и взорам воинов предстало обнажённое тело человека. Совсем ещё юноши. Сына вождя.

- Вот и спало твоё проклятие, малец, - промолвил волхв, Теперь ты можешь смело идти в Вирий к своим предкам. Нет на тебе позора более.

Все молчали.

А пламя гудело, поднимая в небо снопы искр. Густой и, на удивление, белый дым уносил душу юноши к чертогам, где обитали души его предков. Там, в своём Вирии, его примут в объятия родичи и поведут по широким лугам в густые леса, где он сможет, наконец, обрести мир и покой. Где никакие чёрные колдуны, более не смогут посягнуть на его свободу и свободу его родичей.

Костёр, запалённый силой волхва, угас так же быстро, как и вспыхнул. На поляне не осталось даже пепла, только выжженный круг от былого костра. Волхв окинул взглядом место, где только что бушевало пламя, потом повернулся к спутникам и кивнул в сторону своего жилища.

Пора идти назад.

- Мох, братишка, очнись.

Леший с трудом открыл глаза. В голове отдавалось тупой болью при каждом шевелении. Здорово он приложился о землю-матушку, когда сверзился вниз. Он попытался приподняться, но боль стала ещё невыносимее. Крепкие руки Крапивы подхватили его и помогли сесть. Леший медленно поднял руки, прижал к вискам и стал прогонять боль.

Наконец боль затихла, и Мох сумел оглядеться. Он находился в жилище своего брательника. Значит, Крапива сам его дотащил. А где же княжна?

- А где княжна? - тут же и спросил леший.

- Княжна? - переспросил Крапива, - Та девушка, что шла с тобой? Так её эта... навья уволокла.

- Крапива, - леший вцепился в брата, - Мне надо идти выручать её.

- Куда ты сейчас пойдёшь? - полевой осторожно высвободился, - Ты грохнулся, почитай, саженей с двадцати. Прямо об камень башкой треснулся. Был бы ты человек, давно бы душа в Вирии обиталась. Отлежись малость, оклемайся.

- Ты не понимаешь! Я обещал дедушке Велимудру приглядеть за ней и в деле одном помочь. Только видишь, вот, как приглядел. Что теперь мне деду сказать? Да и княжна уж больно понравилась мне. Не могу я её бросить.

- Ладно, - проворчал Крапива, - Помогу тебе пока собраться что ли.

Крапива поднялся с лежанки, на которой сидел, приводя брательника в чувство, и стал укладывать вещи и снедь в котомку лешего.

- Ты чего из леса-то вышел? - спросил он, занимаясь упаковкой вещей в дорогу, - Чуял ведь, что навь там сидит.

- Да не учуял я её, - ответил леший.

Крапива удивлённо повернулся к нему.

- Как не учуял? - переспросил он.

- Вот так, - смущённо произнёс Мох, - Не учуял. Сам же знаешь, что за пределами лесными чуйка моя слабнет. У тебя в лесах-то тоже силушка убавляется.

Мох почесал голову и продолжил.

- Понимаешь, мы цельный день через лес шли. Мало что чуть на ворогов не напоролись.

- В заповедном-то лесу, - ахнул Крапива.

- В заповедном, - вздохнул Мох, - Да только где сейчас заповедные-то места остались. Ширится зло. Слыхал, поди, берегини вон, вообще свои леса покидают, под защиту людей уходят. А их-то леса, уж куда заповеднее.

Крапива кивнул, дескать, тоже слышал об этом.

- Вот и вышло, что устали мы за день с княжной, - продолжил леший, - Княжна так вообще без ног из лесу вышла, ну и я то ж, устал маленько. Беспокойство одно только и чуял, да всё на усталость грешил. Вот и не смог навь почуять. Я и тебя-то не учуял. Всё ждал, когда сам придешь. Ты-то должен был прознать обо мне.

- Так я и знал. Только навь эту оставлять без пригляду не мог.

- Что ж, не прогнал-то? - спросил Мох.

- Да на дуб она забралась, а сам же знаешь, с деревьями у меня не очень... То ли дело в поле.

- Так, а что ж меня-то не позвал! - в сердцах воскликнул леший, - Я б один вышел. Вдвоем-то мы её быстро с дуба сковырнули бы.

- Похоже, оба мы с тобой оплошали, - Крапива почесал голову.

- Да уж...

- Делать-то далее что думаешь, - спросил полевой, - Как княжну искать станешь?

- Да есть у меня задумка одна.

Леший почесал живот и сел, свесив ноги.

- Ты, лучше зверей, каких, ближайших, позови-ка, - сказал он и слез с лавки.

Лиса вылезла из своей норы погреться на солнышке. Утро уже наступило, и солнце неумолимо поднималось всё выше. Теперь можно и не опасаться. Навьи больше нет. Улетела она далеко на восход. Может сама улетела, а может полевой всё-таки выгнал проклятущую. Чтоб ей пусто было.

Пока она тут сидела, на старом дубе, никому покоя не было. Конечно, хозяин поля в обиду никого не давал, да что с того. Нос из норы всё одно высовывать опасно было. А ну как не поспеет полевой. Лучше отсидеться в глубоком жилище.

Лисе было покойно. Утром она поймала жирную мышь и теперь сыто развалилась на солнышке, прогревая свои бока. Ночью она снова выйдет на охоту. Только, чтоб филин из леса сам на неё охотиться бы не стал. Она уже решила немного вздремнуть. Ей нечего было сейчас опасаться. Чуткие уши слышали всё окрест и предупреждали её о приближающейся опасности даже во сне. Вот и сейчас они уловили тихий свист.

Вернее не свист.

Призыв.

Лиса встрепенулась. Это хозяин поля звал к себе. Лисавстала и, распушив хвост, потрусила в сторону жилища полевого. Она даже не обратила внимания на суслика прыгавшего неподалёку. Тот тоже спешил на зов хозяина.

Когда полевой зовёт к себе обитателей подвластной ему земли, все склоки и ссоры должно забыть. Здесь нет ни добычи, ни охотников. Все равны. И поспешать надобно всем кого зовут. Остальные же не мешайте и уходите с дороги.

Мох уже доедал завтрак, сидя за сплетённым из ивовых прутьев столом, когда услышал как по ступенькам на входе в нору Крапивы, стучат множество звериных лапок. Сразу же в норе стало тесно. Звери, которых призвал Крапива, гурьбой влетели в горницу и мигом расселись, кто, где мог.

Тут были и мыши и суслики и хомяки. Влетели несколько пичуг, и расселись на полках. Пришла даже лиса. Все уставились на полевого, но тот только махнул в сторону лешего и снова принялся за трапезу.

- Вона, - прочавкал Крапива, - Его слушайте. Он вам, что-то обсказать хочет.

Леший вылез из-за стола и, подойдя к зверям, присел на корточки. Звери послушно смотрели на него.

Мох долго им говорил, на понятном только зверям языке. Он, то щебетал, то цокал языком, то посвистывал и попискивал. Со стороны могло показаться, что леший просто балуется, пытаясь подражать языку зверей. Однако звери слушали его очень внимательно. Когда же он закончил, звери так же гурьбой бросились наружу. После чего все они, кто полетел, кто поскакал или запрыгал, помчались в заповедный лес.

Леший же тем временем вернулся за стол и деловито стал доедать свой завтрак.

Мелкая пичуга влетела в лес и, усевшись на ветке, стала отчаянно верещать. Наконец к ней стали слетаться другие птицы. Выслушав её они, одна за другой, стали покидать свои ветки и разлетаться по лесу, разнося вести только что услышанные от своей полевой товарки.

Лиса вошла в лес, осторожно ступая по опавшей хвое. Она принюхалась и остановилась. Покрутила ушастой головой и несколько раз пролаяла, глядя куда-то вглубь леса. Наконец из-за деревьев к ней вышел волк. Деловито обнюхал и сел на задние лапы напротив лисы. И хотя волк был извечный противник, лиса не боялась его. Да и волк сразу понял, что трогать рыжую сейчас нельзя. Он только выслушал, что передала ему дальняя родственница, а потом развернулся и умчался в лес.

Лес зашевелился и пришёл в движение. Сторонний наблюдатель ничего необычного не заметил бы. По-прежнему верещат птицы, жужжат комары, летают бабочки, да прыгают по ветвям белки. Но вести, которые передал леший, уже летели во все концы.

- Думаешь, симураны по-прежнему в лесу, - спросил Крапива.

Он слышал и понимал, что говорил леший зверям. И вот сейчас братья сидели на лавке попивая чай и ждали вестей из леса.

- А негде им больше быть, - ответил Мох, - К хозяину они не вернутся. Боязно. А посему будут искать свою беглянку. Они ж не знают, что мы с дедушкой помогли ей. Стало быть, думают, что она заплутала и прячется где-то в лесу.

- Но они-то тебе самому, зачем понадобились? Они ж колдуновы слуги.

- Колдун их всё одно пришибёт. Вот пусть помогут мне княжну из беды вызволить. Пешком-то мне до башни топать и топать. А у них крылья есть.

- А, ну как они не согласятся? Что делать будешь. Время уже сколько прошло.

- Согласятся, - уверенно ответил леший, - Ты-то их не видал, а мне вот довелось. Глупые они. Попробую ежели, что обманом их взять. Да, в конце концов, я ведь и колдануть их могу... Правда не хорошо это будет. Не по-лешьему.

Крапива в сомнении покачал головой, но спорить с братом больше не стал. Раз уж леший сталкивался с этими симуранами, то ему, стало быть, виднее. А пока они посидят да чайку попьют. Другого-то выхода всё равно нет.

Ждать пришлось не долго. В нору проскользнула лиса. Звери слетелись к жилищу полевого, но все собираться внутри не стали. Ни к чему. Достаточно одной лисы. Она и донесёт до гостя весть, тем более, что она у всех была одна и та ж. Симураны по прежнему в лесу. А дальше леший пусть сам разбирается с ними.

- Ну что, - полевой поднялся, - Пойдём, провожу тебя до леса, что ль.

- М-мы з-здесь уже п-п-проход-д-или.

- А то, я не вижу. Мы тут везде уже были. Ходим кругами.

- И, ч-что ж-же нам д-д-делать. Хо-х-хозяин нас уб-б-бьёт.

Два симурана, спотыкаясь, брели по лесу. Оба они уже устали, но всё равно продолжали поиски беглянки. Вот уже третий день они надеялись, что им удастся её отыскать и доставить к хозяину. Без неё возвращаться им не было смысла. Чёрный колдун, которому они служили, зараз не оставит от них даже мокрого места.

Они оба могли бы давно бросить всё и улететь, но боялись, что хозяин их найдёт, куда бы они ни пожелали спрятаться. В могуществе колдуна они нисколько не сомневались. Вот и продолжали обшаривать лес.

А так всё хорошо у них началось...

Симураны, выполняя приказ хозяина, незаметными пробрались в Китеж ещё за темно. Там они весь день прятались на крышах терема, наблюдая за суетой, которая творилась во дворе детинца. Им было не трудно оставаться незамеченными. Во дворе никто и не помышлял смотреть вверх. Даже если кто и поднимал голову, чтоб взглянуть на небо, симураны быстро прятались. Даже стража на угловых башнях старалась смотреть вовне крепости.

Когда уже стемнело, они стали передвигаться по крышам более свободно. Где находятся покои княжны, симураны выяснили ещё впервые часы. Княжна не раз возвращалась туда в течении дня. А с наступлением темноты Сим и Рагль подобрались поближе. Они и теперь не опасались. На фоне тёмной крыши их рыжая и серая шкуры практически не выделялись.

Симураны уже хотели ворваться в горницу княжны, выломав окно, когда та сама распахнула ставни. Опять им повезло. Можно без шума похитить девушку. Что они и проделали с большой ловкостью, буквально вытянув Марьяну из окна.

Но, девушка успела крикнуть, пока Сим лапой не закрыл её рот.

Но всё обошлось. Симураны взмыли вверх со своей ношей. Ратники стрелы вдогон пускать не стали, опасаясь за княжну. Только погоню в след выслали, но симураны уже летели над лесом. Они несли княжну всё дальше и дальше.

А потом всё и началось.

Сперва Рагль приглянулось янтарное ожерелье, что висело на шее пленницы. Симураны тогда первый привал сделали на опушке леса. А потом началась эта ссора из-за камушков...

Вот пленница и убегла.

Где вот теперь её искать?

А без неё возвращаться... Лучше уж сразу самим удавиться. Колдун их не задумываясь убьёт, а перед этим ещё пытать учнёт. Вона, темницы у него какие в подвалах башни. Нет! Искать надо.

- Ну, вот где сейчас её искать, - возмущался Сим, - А всё ты! Камушки, вишь, приглянулись. У-у!

Сим замахнулся кулаком. Рыжий симуран, втянув голову в плечи, прыскнул в сторону.

- А, ч-что я? - запищал рыжий, - Н-не н-н-надо б-было за м-мной б-бе-жать. Т-тогд-да б-бы она не уб-бегла б-бы.

- Не-не не уб-бегла бы-бы, - передразнил Сим, - Сразу делиться надо было. Тогда б и не погнался. Вот, что теперь делать?

Сим поскрёб затылок и стал вращать головой.

Симураны действительно плутали по этому лесу очень долго. Им казалось, что они исходили весь лес вдоль и поперёк. Каждый куст был им знаком. По крайней мере, они заметили, что постоянно проходят уже знакомыми местами. Вон ветка сломана - это Сим её ранее обломил. А теперь она снова перед ними. Такое ощущение, что они ходили кругами.

Временами, то один симуран, то другой взлетали над лесом, чтобы с высоты высмотреть беглянку, но толку от этого не было никакого. Из-за густых крон деревьев ничего не было видно. Оставив пустое занятие, симураны снова брели пешком. Только иногда они вспархивали на небольшие расстояния, если им казалось, что вон за тем или этим кустом, скрывается что-то подозрительное. Но обычно это была, либо коряга, какая, либо сами кусты принимали причудливую форму, будто за ними кто-то таится.

Так и блуждали они, потеряв всякую надежду. А покидать лес и пускаться в бега... Боязно больно.

- Пойдём хоть вон до тех сосен, - позвал рыжего Сим, - Там мы ещё не проверяли поди-ка.

- Б-были м-мы там, - ответил Рагль, - В-вона с-ссосна крив-вая. Т-там ещё д-дуп-пло есть.

- Да, верно. Помню я эту сосну. Ну, куда-то всё равно надо идти. Не век же тут стоять.

И серый зашагал в сторону сосны с дуплом. Рагль ничего не оставалось, как последовать за старшим.

И только рыжая белка, проследив взглядом за симуранами, развернулась и запрыгала с ветки на ветку в другую сторону.

Мох шёл по лесу, как умеют ходить только хозяева леса. Это с княжной он двигался, подстраиваясь под скорость человека, а сам он мог перемещаться очень быстро. Вот он только что был здесь, а через мгновенье леший уже скрылся за деревьями, растущими в двух десятках шагов. Он правильно выдерживал направление и шёл прямо к тому месту, где блуждали два симурана.

Мох услышал симуранов ещё издали и присел на пень у опушки леса, дожидаясь, когда они сами выйдут к нему. Оставаясь в тени растущих рядом деревьев, он был не заметен для тех, кто выйдет на опушку с противоположной стороны. Да и вблизи, леший скорее напоминал корягу настолько он сидел неподвижно. Только блеск зелёных глаз мог его выдать.

Симураны вышли на открытое место и огляделись. Они не видели замершего верхом на пне лешего. Мох, напротив, с любопытством разглядывал семарглов. А те, переругиваясь, шли прямо на него.

- Вот как мы сейчас перед хозяином объявимся? - ворчал серый, - Он точно с нас шкуру спустит.

- А м-может в-вообще не воз-звращаться к х-хо-зяину? - пропищал рыжий симуран.

- Да ты, что? Как можно!

- Д-давай п-просто у-улетим и всё.

- И что мы делать будем без хозяина? - опешил Сим, - Кому мы нужны?

- Золотые слова! - произнесла коряга перед ними и зашевелилась.

Симураны от неожиданности отпрыгнули в сторону. А коряга, тем временем, спрыгнула с пня и вышла из тени на свет.

- Ни кому-то вы не нужны, - Мох радостно оскалился, - Везде-то вас гонят.

- Ты кто?- насторожился Сим. Рагль благоразумно укрылся за спиной старшего.

- Я-то? – Мох почесал бороду. - Леший тутошний.

- Так это ты нас в лесу плутать заставил! - Сим зашипел и растопырил пальцы.

- Тихо, паря, – Леший поднял руку. - Не дури. Я хозяин здешнего леса.

Деревья, окружавшие поляну, зашевелились, задвигали ветками. Сразу стало темнее. Симураны попятились и испуганно стали оглядываться, наблюдая, как над опушкой смыкаются кроны, закрывая небо.

- Если я захочу, вы вовсе из леса не выйдете. - Мох упёр руки в бока и сурово посмотрел на испуганных симуранов.

- Ч-чего т-ты х-хочешь? - пропищал рыжий.

- Вы не выполнили волю хозяина, – Мох снова уселся на пень и загнул один палец. – Стало быть, возвращаться к нему вам нельзя.

- Нельзя, – закивали симураны.

- Вы похитили княжескую дочь, – Мох загнул второй палец. - Росичи на вас в большой обиде.

- В обиде, - снова закивали симураны.

- Княжна от вас убежала, – третий палец загнулся.

- Убежала, - новый кивок.

- Вы заблудились.

- Заблудились.

- Без моего разрешения вы из леса не выберетесь. Даже крылья вам не помогут.

Леший помахал сжатым кулаком перед мордами семарглов. Те заворожено смотрели на сжатые пальцы, мелькающие перед их глазами.

- Но! – Мох поднял палец другой руки.

- Что? – выдохнули Сим и Рагль.

- Вы оба, поможете мне, - леший разогнул один палец.- Я разрешу вам покинуть мой лес. Мы с вами спасаем княжну. Росы больше не станут таить на вас обиду.

Один за другим Мох разогнул четыре пальца. Симураны заворожено следили за оставшимся не разогнутым.

- А ещё один? – неуверенно спросил Сим.

- А ещё, - леший прищурился. – Я разрешу вам жить в моём лесу. Тут вас ни какой колдун не достанет.

Пятый палец, наконец, разогнулся. Растопыренной пятернёй леший снова помахал перед симуранами.

- Мы с-согласны! – закивал рыжий.

- Погодь, - Сим помотал головой. – Я не понял, а зачем нам спасать девку, если она и так убегла?

- Потому, что колдун её вновь поймал, - помрачнел леший. – И я должен её спасти.

- Вот ты и спасай, - оскалился радостно серый. – Раз хозяин её всё равно поймал, мы можем к нему вернуться.

Младший симуран радостно закивал башкой, подтверждая слова старшего товарища.

- Вот, дурни! – Мох, аж крякнул в сердцах. И снова начал загибать пальцы.

- Вы упустили княжну? Упустили! Колдун её похитил без вашей помощи? Без вашей! Он на вас в обиде? В обиде! Так, на кой вы ему нужны? Шкуры свои не жалко? Нет, если хотите с ними расстаться, то я неволить не буду.

Леший демонстративно зевнул и почесал живот. Симураны так и сидели с открытыми ртами, а Мох украдкой наблюдал, как эти два существа усиленно пытаются переварить всё то, что сказал им леший.

Наконец, серый тряхнул головой.

- А как мы её спасём?

- Вы ведь, знаете дорогу к башне колдуна?

- Знаем.

- Вот и полетим. Надеюсь, вы ещё не разучились летать, пока плутали по лесу?

- Ты больно тяжёлый, – проворчал Сим. – До башни мы тебя не донесём. Не осилим.

- Ну, княжну-то ведь вы осилили нести. Значит, и меня осилите.

- Т-так н-нам хо-хозяин зелье д-давал. – вмешался в разговор рыжий. – С-с ним мы, о-ох к-какие с-сильные б-были.

- Так и я вам зелье дам, - Мох вытащил баклажку и помахал ею перед симуранам. – Водица из моего леса дюже сильная. Посильней зелья колдовского будет. Где вы ещё такую испить сможете?

Симураны задумались, если они вообще могли думать. Моху даже показалось, что он слышит, как скрипят мысли в их недалёких мозгах. Наконец, Сим почесал затылок и, взглянув на своего младшего собрата, кивнул головой.

- Мы согласны!

Рыжий усиленно закивал, подтверждая слова старшего симурана.