Волчьи пляски

«Интересно, как она поступит дальше? – задался вопросом Грач, ясно осознавая, что эта пигалица сейчас готовится встретиться с четырьмя взрослыми людьми, находящимися внутри дома и готовыми, при случае, порвать ее в клочья, – Соваться туда будет для нее верхом неблагоразумия.

Девушка, однако, об этом так не думала. Разглядев что-то для себя интересное, она скользнула за угол строения и скрылась из виду, оставив Костю гадать о том, что произойдет в самое ближайшее время.

Словно сговорившись с неведомой освободительницей, в эту самую минуту на сцене разворачивающегося для наблюдателя спектакля снова появились действующие лица задействованного «актерского состава». Дверь дома приоткрылась и через нее не крыльцо вышли сестры Барцевы, о чем-то горячо переговаривавшиеся друг с другом. Ангелина, вышедшая следом за сестрой, выглядела хмурой и недовольной.

«Было бы странно, если бы она выглядела радостной после нескольких дней полного воздержания от наркоты, – посудил Грач, – Теперь, если она получила свои вожделенные пилюли, Ангелина будет стремиться поскорее выпроводить гостью за ворота. Наркоманам, как правило, чужды родственные чувства. Им бы дозу, да поскорее.

К вящему изумлению Кости, неизвестная, словно как-то определила, что людей охранения подле заложника убавилось. По крайней мере, выстрелы, глухими резкими хлопками раздавшиеся внутри дома в следующий момент застали беседующих на повышенных тонах сестер врасплох. Изменившаяся в лице Ангелина бросилась, было в дом, однако вдруг застопорилась на месте, словно окаменев, а затем отступила назад, медленно сходя с крыльца и тесня находящуюся позади нее Нелли.

«Черт возьми, оперативно! – восхитился снова Костя, наблюдая за тем, как с пистолетом наперевес, держа на мушке опешивших женщин, на крыльцо выступает давешняя незнакомка, – Пять с плюсом за смекалку и быстроту!

На лице девушки, неожиданно оказавшемся в поле обозрения, блуждало выражение совершенного бешенства. Грач, за исключением единственного раза, не бывавший внутри дома, где содержали заложника, мог только догадываться о том, что послужило причиной для такой злобы.

«Кажется, Ангелине не придется ждать пощады, – подумал он, взглянув на пистолет в дрожащей от возбуждения руке незнакомки, – Конечно, если эта бестия не припасла для своей защиты ничего экстренного. Это было бы в ее духе.

Последнее обстоятельство пришло в его голову в связи с тем, что по обыкновению, Ангелина не ограничивалась огнестрельным оружием, носимым в подмышечной кобуре. Мастер спорта по стрельбе из спортивного лука, женщина всегда тяготела к подобному оружию и зачастую применяла его наравне со стрелковым. Обычно на ее запястье присутствовал своеобразный браслет, представлявший собой стилизованную декоративную обойму для ручных дротиков, а уж с ними она управлялась с такой легкостью, что могла дать фору любому снайперу. Интересно, состоится ли эта дуэль? Успеет ли Геля применить свой коронный трюк? О том, чтобы самому вступить в происходящие на его глазах события, Грач не думал. Точнее, делать этого не хотел. По своим причинам. Как бы ни сложилось, ему все будет на руку. По крайней мере, нынешнее положение вещей может подстегнуть развитие интересующего его процесса. И чем круче будет происходить это самое «развитие», тем благоприятнее для него.

В такт ожиданиям, разговор у крыльца оказался коротким, вместив в себя, по всей видимости, лишь по несколько реплик с каждой стороны. Затем, словно получив сигнал со стороны, противники подняли оружие. Но выстрел прозвучал только один. Понадеявшись на свою реакцию и на отвлекающий маневр с пистолетом, выхваченным ею из кобуры, Ангелина предпочла сделать свой коронный бросок дротика из запястной обоймы. В то же самое время, заставив вздрогнуть перепуганную Нелли, выглядывавшую из-за плеча сестры, незнакомка произвела выстрел из своего пистолета, одновременно прыжком сместив свое положение в сторону.

И, кажется, этим маневром, выиграла поединок. Со своего места Костя не видел, куда угодил дротик, однако остался в полной уверенности, что своей цели он не достиг. Напротив, выстрел, произведенный со ступенек высокого крыльца, свою цель нашел и поразил наповал. Ангелина зашаталась, поднесла руки к груди и свалилась к ногам сестры, оцепенело смотревшей на ее предсмертные корчи.

«Наверное, сейчас придет и черед близняшки, – отстраненно подумал Грач, следя за победительницей, – Сейчас все в ее власти.

Скорее всего, так подумала и Нелли. По крайней мере, это понимание ясно отразилось на ее побелевшем от ужаса лице. Подняв взгляд от агонизирующего тела своей сестры, та посмотрела вперед и помимо своей воли зажмурилась.

«Сейчас…

Однако вопреки ожиданиям Кости, незнакомка стрелять не стала. Вместо этого, она опустила пистолет и что-то отрывисто произнесла, адресуя слова застывшей в ожидании смерти женщине. Нелли, словно очнувшись от ступора, послушно кивнула застывшим лицом-маской, развернулась и пошла прочь из двора на непослушных плохо подвижных ногах.

«Браво! – проникся уважением к ней наблюдатель, – Ты все больше и больше мне нравишься, голуба моя. Будет очень жаль, если ты сложишь голову в той каше, которая заварилась.

Девушка выждала, пока от двора отъедет синее такси, увозящее с собой залитую слезами Нелли Барцеву, после чего вернулась в дом. Там она пробыла следующие пять минут, а затем вернулась, ведя за руку наспех одетого худого десятилетнего мальчика. Тот следовал за своей спасительницей со странным выражением на мокром заплаканном лице. Словно находился не в себе.

«Кажется, мальчик пережил достаточно, чтобы свихнуться, – сделал вывод Грач, – Любопытно было бы узнать, что делала с ним Ангелина, получив в свое распоряжение такую игрушку. Фантазия наркоманов, судя по всему, очень извращена.

Далее рассуждать он не стал. Главным образом из-за того, что девушка вместе с заложником двинулась со двора через задний ход. Так было ближе добраться до своего автомобиля. Однако, одновременно с этим, ей предстояло пройти в непосредственной близости от притаившегося под деревом наблюдателя.

Костя не выдержал, поддавшись соблазну, и вышел из своего укрытия.

– Я восхищен вашей храбростью, – произнес он, появившись чуть в стороне от тропинки, по которой следовала незнакомка, – Нужно обладать хорошо развитыми навыками, чтобы вот так легко нейтрализовать трех вооруженных людей, готовых к сопротивлению. Одно неверное движение и…

От неожиданности девушка остановилась на месте, как вкопанная, машинально потянувшись к поясу. Мальчик, напуганный появлением еще одного человека, судорожно спрятался за ее спиной.

– Не советую, – показал Костя глазами на руку, которую она тянула к пистолету, – Не успеете. В отличие от Ангелины, я стреляю куда более профессионально. Уберите руку, и я не причиню вам вреда. Более того, не стану препятствовать вам, убраться отсюда вместе с мальчишкой. Видите, моя кобура даже застегнута?

– Ладно, – устало кивнула незнакомка, тряхнув хвостом темных волос, – Кто вы и зачем следили? Почему не вступились, если это ваши товарищи?

– Я бы не сказал, что это мои товарищи, – заметил на это Грач, проследив за тем, как рука собеседницы возвращается в исходное положение, – Хоть мы и работаем на одного человека. Номинально.

– На Козина?

– На него, – кивнул Костя, – Вас это может удивить?

– Я уже устала удивляться, – коротко бросила на это девушка, – Если не хотите крови, то зачем вы здесь?

Грач усмехнулся.

– Хотел увидеть, что здесь произойдет. Вы ведь узнали меня, не так ли?

– Узнала. Вы тот человек, который разговаривал с Барцевой у ворот.

– Точно, – коротко похвалил он ее за наблюдательность, – Я самый. Воспользовавшись короткой дорогой, прибыл сюда и просмотрел весь спектакль от начала и до конца. Нужно было решить, как поступить правильнее.

– И решили?

– Решил. Мне по душе дать вам и мальчику шанс доказать, что ваша игра не проиграна. И ежу понятно, что сделать это будет тяжело. Не боитесь?

– А есть из чего выбрать? – в тон ответила незнакомка.

– Именно поэтому я решил не вмешиваться, – сказал Костя и отступил в сторону, – Идите, у вас теперь есть фора. Пусть небольшая. Минут пятнадцать – двадцать, но все-таки. Потом, как человек Козина, я обязательно подниму шум. Только, прошу, если попадетесь, не выдавайте меня. Хорошо?

– Странно все это, – медленно протянула девушка, не сводя с него глаз, – Но все равно спасибо. Прощайте.

Она снова взяла мальчика за руку и повела к ожидавшей машине, однако взгляд ее остался прикованным к странному человеку. Тот продолжал стоять в прежнем положении, не выказывая никакого намерения к агрессии.

– Еще один совет, уважаемая, – произнес он ей вослед, – Не пытайтесь выручить своих друзей. Даже если вы с ними в одной связке. Момент форы может быть упущен.

– О чем вы?

– О той группе, которая по наводке нашего человека уже несколько дней утюжит окрестности заимки. Разве вы не действуете заодно?

Незнакомка неопределенно пожала плечами.

– Действуем заодно, но каждый своими путями.

– Тогда ваш путь должен лежать стороной от них. Это сейчас может быть опасно. Ваш сегодняшний подвиг может оказаться напрасным.

Она поняла и сверкнула взглядом.

– Что с ними?

– Они погибнут, – просто объяснил Костя, – Это уже не изменить. Сами понимаете – война.

– Они сейчас тоже где-то здесь?

– Полчаса назад группа, о которой мы с вами ведем речь, выехала в сторону заимки, где вы были, следя за Барцевой. Они намерены попытаться неожиданно захватить объект. Неразумное решение, даже если кто-то их к этому решению подводил. Им этого сделать, естественно, не дадут. На дороге, по которой вы проезжали в поселок, устроена засада. Не уцелеет никто. Я бы посоветовал проявить благоразумие и не совать голову под пули.

Незнакомка остановилась, о чем-то размышляя.

– Я подумаю, – пообещала она, после чего снова направилась к машине, – Прощайте. В благодарность за этот совет обещаю не сдавать вас, если кому-то посчастливится нас с Даней изловить живыми.

Грач продолжал оставаться в амплуа неподвижного наблюдателя ровно до того момента, пока «Нива» не скрылась за углом улицы. Только потом он сошел со своего места и направился во двор, где только что произошел скоротечный бой одиночки против троих. Все-таки молодец девчонка! Сумела выиграть бой без единой царапины! Заслуживает глубокого уважения!

Любопытство, прежде всего, толкнуло его войти внутрь дома. Поймав себя на этом желании, Грач прошел по двору, аккуратно обойдя лежащее ничком тело и, неторопливо поднявшись по ступенькам крыльца, заглянул в дверь. Внутреннее пространство большого старого дома пахнуло в его лицо затхлостью. Костя поморщился от стойкого запаха и шагнул внутрь, щурясь в полутемном пространстве.

Глаза привыкли не сразу, однако, когда стали различать внутреннее убранство жилища, то чувство брезгливости только усилилось. Сколько хватало глаз, валялся хлам и истлевшая ветошь, какие-то битые черепки и изломанная мебель. Грач сделал несколько шагов вперед и споткнулся о батарею какой-то стеклотары. От движения ноги, эта тара, оказавшаяся грудой пустых бутылок, расползлась по сторонам, звонко забренчав по половицам.

– Черт побери, – вырвалось у него в то время, когда он перешагивал через это немое свидетельство чьего-то пристрастия к спиртному, – Склад какой-то.

Впрочем, он догадывался, кто приложился к замеченному им бутылочному Монблану. По мере продвижения от проветриваемых сеней в воздухе все сильнее разливался сивушный дух. Похоже, что троица надзирателей изрядно попьянствовала во время своего безвылазного сидения в этой норе.

– И как не сгорели с такого количества отравы? – вслух изумился Костя, отворяя дверь во внутренние покои, – От одного запаха закусить тянет.

Внутренние комнаты убранством не отличались. Все тот же хлам и полуразрушенная мебель за тем исключением, что здесь уже чувствовалось некое, пусть и скрытое человеческое присутствие. Грач заглянул в первую комнату, однако ничего там интересного для себя не обнаружил. В соседней комнате тоже. Он двинулся дальше и оказался в большой комнате, по всей очевидности, облюбованной надзирателями заложника для постоянного пребывания. Здесь сивушный дух стал просто непереносим, несмотря на то, что дальнее окошко, небольшое и двустворчатое, явно предназначенное для вентилирования помещения, оказалось распахнуто настежь.

– Наверное, – предположил Костя, – Именно через него девчонка забралась вовнутрь. Если так, то здесь же должны находиться два трупа…или почти два трупа.

Трупы он обнаружил здесь же. Один лежал у самой стены, повалившись подле вороха тряпья, словно специально нагроможденного в самом углу. Другой, полураздетый, в тренировочных штанах и майке лежал ничком на продавленном диване, небрежно накрытом старой простыней, теперь щедро пропитавшейся кровью. Грач наклонился и рассмотрел рану в груди у оскалившегося на диване мертвеца. Сразу и в сердце. Наповал. У бойца не было и шанса.

– Неплохая прицельность, – отметил он, мимоходом оглянувшись в сторону окна, от которого, очевидно, и был произведен выстрел, – Явно тренированная особа.

Он прошел к другому трупу и обнаружил ту же картину. Сразу и наповал. Только здесь пуля угодила в висок, разворотив черепную коробку с другой стороны. Впрочем, с такого расстояния…да при условии, что бойцы в этот самый момент смотрели в другую сторону…

– Удачно зашла, – подвел общий итог Костя, – Если бы они ее заметили, то не они, а она здесь полегла. У этого самого окна.

Как бы то ни было, но девушка победила и добилась того, чего не смогли сделать ее товарищи, может быть в этот самый момент уже уподобившиеся бывшим охранникам похищенного мальчишки. С этой мыслью Грач отвернулся от покойника и обратил взгляд на груду тряпья. Кажется, он теперь догадывался, для какой цели она была здесь воздвигнута. Здесь лежал заложник. Зарывшись в дурно пахнущее тряпье словно звереныш.

Грача передернуло, когда он угадал в слежавшейся ветоши контуры продавленного от постоянного лежания маленького силуэта. Кровь. Пятна крови. Нет, это не кровь убитого бойца. Слишком далеко. Скорее всего, это кровь мальчишки. Стоит только догадываться, что ему пришлось вынести, находясь здесь, рядом с постоянно пьяными людьми, потерявшими человеческий облик.

– За это их действительно стоило убить, – произнес Костя, вспомнив бешеное выражение лица незнакомки, когда она появилась не крыльце, – Мрази!

Высказавшись, он отвернулся от трупов и вышел вон, борясь с приступом невольной тошноты. Останками займутся те, кому это дело поручат. Он же увидел все, что хотел и более оставаться здесь не намерен.

Оказавшись во дворе, он огляделся по сторонам и глянул в сторону улицы. Какой бы подозрительный шум здесь не произошел, сельчане не очень-то спешили разузнать, что случилось. Правильно. В нынешние неспокойные времена может быть себе дороже. Утвердившись в этом выводе, Грач сошел с крыльца и приблизился к телу Ангелины, застывшему на тропинке лицом вниз.

– Кажется, кому-то сегодня не повезло, – сказал он вполголоса, схватив тело женщины за шиворот и с усилием перевернув его на спину.

На удивление, та оказалась еще жива. Серое лицо еще дергалось в мимических судорогах, из приоткрытой щели посиневших губ пузырилась темная кровь. Глаза, подернутые мутной дымкой, вдруг слабо дрогнули, и на секунду в них появилась осмысленность.

– Мар…га…ри…та, – с трудом выдохнула умирающая, – Корнеева… Это… она…

Это оказалось последним, что смогла произнести Ангелина Барцева перед своей кончиной. Через минуту она закончила агонизировать и упокоилась окончательно. Серое лицо стало светлеть, пока не налилось мертвецкой восковой желтизной.

Грач следил за этим процессом со спокойствием человека видавшего всякое. Затем, убедившись в факте смерти Ангелины, поднялся с колен и тщательно отряхнул штанины. Теперь он знал имя отпущенной им незнакомки. Маргарита Корнеева. Где-то он слышал это имя.

Он достал из кармана мобильный телефон, однако звонить и делиться новостями не спешил. Обещал. Пройдет пятнадцать минут и Костя обязательно наберет номер Крутого, чтобы сообщить горестное для всех известие и имя той, кому это удалось осуществить. Но это потом. А пока… Пока он посидит в этой мертвой тишине, вслушиваясь то ли в шелест листвы деревьев, то ли в немой вой грязных душ отлетающих в преисподнюю.