Дворовая шпана

Воробей подсказывает дорогу

Кира уже запыхался, устал бегать. Да и Ки-пе то-же не си-дит-ся нор-ма-а-ально! Никогда верхом не ездил, первый раз сегодня.

Где живёт теперь утка Шутка, мы помним. В деревне. А где именно, предстоит понять Кипе и Кире.

– У лебедя спросим, видишь, сидит, – сказал верблюд Кира. – Надеюсь, подскажет.

– Ха-ха, – посмеялся Кипа, перебравшись на шею верблюду, – у тебя, Кира, и ноги, и глаза устали, приглядись.

Верблюд пригляделся. Действительно, тот, у кого он хотел спрашивать, был не лебедь. Верней ненастоящий лебедь, а изящно вырезанный из старой автомобильной шины и покрашен светлой краской. Да, такой лебедь, увы, не подмога.

Ладно, долго искать Шутку не придётся.

По дорожкам из щебня прыгал воробей. Он представился Агинком.

Воробей Агинк всё про всех знал, так как обитает здесь с тех времён, когда в деревне была одна улица. Но, несмотря на возраст, продолжал бодро прыгать, звонко щебетать. Вот и подсказал, где живёт старушка, у которой недавно появилась утка.

Он говорил и крыльями показывал направление:

– Идёте прямо, возле дома, где растёт яблоня с большими жёлтыми яблоками, видите, желтеют, повернёте налево, – при этом одно крыло было направлено налево, а второе – направо.

– Да, так короче. А дальше отсчитывайте четвёртый домик с крышей похожей на букву «д». Там их несколько, именно четвёртый. Хотя у третьего больше похоже на букву «и».

Кипа и Кира пошли туда, откуда желтели большие яблоки.

– Или, – вдруг сказал воробей Агинк негромко, но его услышали и остановились Кипа и Кира, – если по этой тропинке пойдёте, правда, она грязная, сразу увидите этот дом. Только крыша будет похожа, – воробей провёл по воздуху крылом, – тоже на букву «д», только пошире.

Кот и верблюд развернулись и пошли по тропинке, которая приведёт к дому с крышей похожую на пятую букву алфавита.

Небольшой забор из почерневших досок окружал этот домик. Домик был маленький по сравнению с домом учёного. Во дворе бродили в меру упитанный телёнок, кофейная курочка, лопоухий щенок и знакомая нам утка.

– Шутка!

– Ого! – все подняли головы и увидели серого кота, сидящего на незнакомом звере.

– Вы на меня, пожалуйста, не сердитесь, но вы кто? – сразу спросил телёнок.

– Кипа.

– Тяв, его интересовали вы, – обратился звонкий щенок к верблюду.

– Я Кира.

– А что это за зверь, тяв?

Курочка смутилась за щенка и дернула его за хвост.

– Тяв, – как колокольчик, прозвенел щенок.

Курочка помотала головой, показывая, что щенок начинает вести себя не так, как она его учила.

– Это имя такое. Я человек, не зверь. Да, сейчас я не человек, я верблюд, играю эту роль, – сказал верблюд Кира. – Чую обеими ноздрями, что сомневаетесь в моих словах и принимаете их за шутку, но…

– Шутка, беда! Тебя снова хотят превратить в кого-нибудь, – закричал Кипа, словно он находился в километре от утки.

У всех зверей появился испуг. Он пробежал мелкими холодными шажками от пушистого щенка до старенькой курочки, потом прыгнул на спину телёнку. Они стали переглядываться. Шутка похлопала крыльями, стараясь, испуг не подпускать.

– Кто это хочет превратить нашу уточку? И зачем, хотела бы я знать?– вслед за этими вопросами, вылетевшими из дома, на крыльцо вышла старушка. Она старалась держать спину прямо, но всё равно немного сутулилась. Седые волосы торчали в разные стороны и походили на лучи солнца с рисунка, нарисованного детской рукой.

Старушка поняла, что сказал Кипа, и это его удивило. Человек понимает язык зверей! Да и верблюд Кира тоже был в недоумении. Ведь верблюдом стал недавно, и только будучи верблюдом, сумел общаться на зверином языке. А раньше, как и все люди, слышал от кошек «мяу-мяу», а что это значит, разобрать не мог.

– Потому что я волшебница, – ответила старушка на немой вопрос Кипы. – Или колдунья. Разницы, честно говоря, нет. Я не обижаюсь, как меня называют.

В общем, Кипа и Кира ввели старушку в курс дела. Она удивлённо ахала и сочувственно охала.

Теперь нашим героям и нам с вами нужно перенестись в северную часть города, в дом учёного. Так было запланировано Кипой, и от своего плана он отступать не собирается.

На чём будем добираться?

– Спокойно, – старушка щёлкнула большим и средним пальцами левой руки, шмыгнула носом и хлопнула в ладоши.

«И что случилось?» – спросите вы.

– И что случилось? – спросил Кипа.

– И что изменилось? – спросил Кира.

– Здесь ничего. Там на улице. Выйдем.

Ого! За забором стоял, и ворчливо пыхтел в ожидании настоящий гоночный автомобиль с прицепом. Автомобиль блестел, и казалось, подмигивает. А в прицеп можно увидеть своё отражение, правда, волнистое, потому и смешное.

Кипа тронул коготками усы, и они прозвенели как струны гитары. И Кипа пропел неторопливо новую песенку:

– Вот так деревня, волшебники тут.

Кто не верит, не верит пусть.

Ножками топ-топ.

Устал. В ладоши – хлоп.

И перед тобой

Быстрое авто.

Вот так деревня, волшебники тут.

Кто не верит, не верит пусть.

Жаркий вот денёк.

В ладошечки хлопок.

И перед тобой

Кило эскимо.

Вот ты и не знал, а волшебники тут.

Кто не верит, не верит пусть.

Потерян твой дружок.

В ладошечки хлопок.

Он будет знать:

Ты бежишь спасать

В прицеп уселся верблюд Кира, в салон он бы не поместился. Старушка открыла, и Кипа с уткой Шуткой сели на задние сиденья.

– Подождите, – сказал Кира, боясь, что потом будет неуместно просить,– раз вы волшебница, не могли бы меня расколдовать. А то неудобно.

– Извини, одно дело волшебство, другое дело наука. С помощью опытов превращен, поэтому тем же путём вернуть облик придётся.

– Пожалуйста, заводите уже машину, и поедем, – поторопил старушку Кипа.

– Молодой человек, я понимаю ваше состояние, но торопится вредно, уж поверьте мне. Сейчас водитель придёт. Я не вожу, в нынешнее время столько лихачей, аж страшно, зажмуриться хочется. А с закрытыми глазами на дороге долго не поездишь.

Кипа удивился, он думал: старушка поведёт. За руль автомобиля села курочка. Зовут её, кстати, Руня.

– Я за очками бегала, – курочка Руня помахала очками, показывая, почему задержалась. – Зрением я слаба, а без очков ездить не разрешается.

– Почему-то не получается наколдовать, чтобы видеть лучше, – объяснила старушка. – Сколько раз пыталась помочь. То ли перепутала заклинание, то ли силы не те, что были двадцать лет назад. Эх, – она вздохнула, вспомнив о чём-то из прошлого.

Водительское сиденье было подстроено под курочку, и она легко доставала до педалей.

– Пристегнитесь! – сказала она, надевая очки.

Верблюд хоть и был пристёгнут, но всеми ногами вдавил в бортики прицепа, так будет вернее.

Теленок и щенок остались дома за главных. Старушка разрешила им самим определить, кто будет главнее.

Автомобиль медленно стал выезжать с узкой улочки, перекатываясь по бугоркам. Кипа глядел в окно, дома и деревья вяло текли. Даже похихикивали.

– Мне казалось от такой машины можно ожидать скорости, ого-го какой! – сказал Кипа. Это у него получилось уныло.

– Эх, молодой человек, – вздохнула старушка.

А теперь нужно сказать «держитесь!», потому что, выбравшись на шоссе, ведущее к городу, автомобиль с помощью подсказки курочки Руни (она надавила на педаль газа) радостно помчался, расправив невидимые крылья.

Давайте задержимся чуть-чуть, спросим у телёнка и щенка, как их зовут. А то нехорошо, что для нас остались безымянными.

– Я Мура, – сказал телёнок. – Говорят кошачье имя, а мне нравится.

– У него в детстве, тяв, вместо «му-у» получалось «му-ур-рр», тяв-тяв, – говорит щенок, как будто они с телёнком взрослые. Хотя щенок помладше будет. – А меня, тяв, зовут Тяв. Вот.

– Извините, – серьёзно сказал телёнок Мура, – нам нужно за хозяйством следить.

Хорошо, не будем им мешать.

Про Геру

Какое-то время понадобится курочке Руне, старушке, Кипе, утке Шутке и верблюду Кире, чтоб добраться до места. Нам это сделать легче, перенесемся сразу туда. Наш учёный с внучкой на неделю отправился к морю и попросил помощников проследить за домом. А Гере это на руку. Все идеи воплотит, и никто не помешает.

Можно сказать это первые его самостоятельные опыты, ведь он помощником всегда был, и ему говорили, что и как делать.

Чтобы испытать эликсир, он дал попробовать его Кире под предлогом, что просто угощает соком. Кира выпил, и, батюшки, его всего перекрючило, голова закружилась, казалось, что он на земле, а она в космос заглядывает на вытянутой шее. Потом видит верблюда рядом, настоящего и некрасивого. А через секунду понимает, он глядит на своё отражение в зеркале. И как ужаленный помчался, выбив двери, и ударившись головой, но боли не заметил. Побежал вперёд к дороге. Ой, что на дороге творилось! Лучше зажмуриться. Вот и Кира зажмурился. А дальше мы знаем: отвезли его добрые люди к ветеринару.

«Славно, – подумал Гера, – у меня всё получается». Убежал Кира, который стал верблюдом, ну и убежал. Догонять его Гера не стал, не собирался.

– Хотя верблюд не помешает для зоопарка, – размышлял Гера вслух. – Может, найдётся. Потом объявления почитаю, кто-нибудь да найдёт, скажу, что мой. А так… Э-э!

Гера с трудом входную поставил дверь на место, нижние и верхние шарниры немного сопротивлялись, так подурачились, скажем. Но на лбу у Геры появились капельки пота.

Как котов превратили обратно в котов

Автомобиль остановился и фыркнул, как бы спрашивая, довёз или ещё едем?

– Здесь? – обернулась старушка.

– Да, – сказала утка, как будто что-то хлопнуло.

– Ага, – и Кипа тоже подтвердил.

Раздался звонкий «шмяк!» Это упал верблюд, перевернув прицеп. Он забыл, что пристёгнут толстым ремнём безопасности. Верблюду Кире почему-то захотелось узнать со стороны в смешном ли он положении.

Старушка хлопнула в ладоши, шмыгнула носом и щёлкнула пальцами правой руки. Автомобиль исчез. А верблюд Кира подполз к забору, чтобы его не заметили из дома. Остальные не такие уж и высокие были.

Кипа, подпрыгнув, открыл защёлку. Калитка распахнулась с негромким скрипом, и, смутившись, что чуть не выдала наших друзей, замолкла.

Теперь необходимо проверить, здесь ли коты. И в каком они образе.

– Надо, чтоб нас не заметили, – сказала утка Шутка, двигаясь зигзагом за верблюдом. А верблюд Кира полз между кустами фиолетового крыжовника.

– Ам! – это он успевал большими губами захватывать сладкие ягоды.

– Легко. Сейчас мы станем невидимками, – старушка уже хотела щёлкнуть пальцами.

– Зачем? – говорит верблюд, вставая в полный рост. – Видите дверь на замок закрыта, там никого нет. В смысле Геры нет.

Хлопок, шмыг, щёлк! Механизм в замке послушно прокрутился по часовой стрелке два раза, разрешая входить внутрь.

– И где бы вы нас прятали? – Кипа обратился к верблюду. С его стороны получилось строго.

– Не знаю, я не успел стать полноценным злодеем. – Для себя Кира решил, что он давно не отрицательный герой. И будет обидно, если Кипа так этого и не понял.

– Не забудьте про подвал, – напомнила утка Шутка. – Там происходит превращение. Ой, вспомню! Неприятно.

– Но там места мало, чтоб оставлять животных в большом количестве, – сказал Кипа.

– Так, так, – старушка думала, какое волшебство сейчас подойдёт.

– Пройдёмся по этажам, – наметил план действий Кипа.

Вы слышите? Вот и герои наши услышали: сверху, со второго этажа кто-то кого-то позвал. Ноги и лапы быстро задвигались по лестнице, старушка немного, правда отстала, но на втором этаже оказалась раньше остальных. Голоса стали громче, и теперь понятно, откуда кричали.

Кипа вбежал в комнату, в которой обычно ночует внучка, когда гостит у дедушки-учёного.

– Ай! – верблюд Кира опять ударился головой.

В двух клетках, стоящих на полу возле кровати, которую перевернули на бок, сидели два зверя, и наперебой говорили знакомыми голосами. Гера успел их превратить, и сейчас скажу кто из них кто.

– Кипа! Шутка! Ха, молодцы. – Радовался, хотя это больше походило на зевание, лохматый ленивец, висящий на верхних прутьях клетки вниз головой. Это вот Эмиль.

– Ребята, спасибо, – говорила большая горилла. Вы поняли, это был Паштет.

– Рано ещё благодарить, – сказал Кипа, выпуская друзей из заточения. – А где Рыжий, вы знаете? Что с ним?

– Его в рыбу превратили, – сказала горилла.

– В рыбу? Тогда в ванной посмотрим.

Там-то и нашли Рыжего. Пока это был не совсем Рыжий. Гера превратил его в тетраодона. Это такая рыбка. Но аквариума Гера не приобрёл, и он решил пока держать рыбу в ванне. Когда тетраодоны волнуются, то сильно раздуваются, а Рыжий до этой минуты сильно был взволнован, поэтому и выглядел, как теннисный мячик. Рыжий обрадовался, увидев спасителей, обрадовался и успокоился, он бил по воде хвостом.

– Извини, Рыжий, – сказал Кипа, – пока тебя не будем вытаскивать из воды.

«Что?» – это Рыжий сказал взглядом, и уже начал снова раздуваться.

Кипа обернулся к верблюду, который стоял позади всех. Только его голова могла сверху заглянуть в ванную.

– Сначала мы поможем тебе, потом ты вылечишь остальных. Говори как?

На вопрос верблюд Кира ответит в подвале. Только сначала нужно туда влезть, а то он не рассчитал своих размеров. Застрял. Не страшно. Сейчас пролезет, так немного. Он глубоко вдохнул, втянул живот и уже внизу. Паштет решил не повторять ошибку верблюда. А Эмиль ещё не дополз до подвала.

– Я спешу, – зевнул он.

Можно сказать на корточках, верблюд Кира дошёл до стола.

– Берите шприц, втыкайте мне в руку, – объяснил старушке. – Ой, в ногу, сюда, и вытягивайте эликсир,

– Я всегда боялась уколов, – отнекивалась старушка, но кроме неё никто не способен сейчас превратить верблюда в человека. – Пробуем.

Щуря глаза, поднесла шприц к верблюду. Рука дрожала. Кипа запрыгнул на стол и обеими лапами поддержал руку старушки, направляя медицинский инструмент, и старушка легко выполнила свою обязанность. В шприце появился эликсир, а верблюд превратился в человека. Только сейчас это произошло с шипением, как будто сдувался воздушный шарик. Кира смотрел на руки, человеческие.

– Хорошо, прелестно, замечательно! – ликовал он.

Он может и станцевал бы, но достав новые инструменты, как доктор произнёс, отправляя своё послание в сторону выхода из подвала:

– Кто следующий?

Пши-пши-пши! И вместо гориллы и ленивца оказались знакомые и дорогие нам Эмиль и Паштет.

– Гера идёт, – крикнула утка Шутка, она стояла на столе между пустой чашкой и тюбиком с горчицей, и смотрела в окно.

Все подскочили к ней и прижались к стеклу. Гера, длинный и худой, а теперь и злой, вон как лицо скривил, в одной руке тянул тяжёлого Рекса, который как сонная муха, послушно плёлся, в другой крохотного котёнка Тигрёнка, который махая лапами, пытался освободиться.

– Будешь дёргаться, съем, – пообещал, рыча Гера.

– Он хочет и их превратить, – испугалась утка Шутка

– Мы можем ему помешать, – крикнул мокрый Рыжий, выбегая из ванной. За ним вышел недовольный Кира с полотенцем в руках:

– Чую обеими ноздрями, нас ждёт неприятная встреча.

– Подумать как, – Эмиль, потирая лапы, начал думать.

– Думать это долго, – сказал Паштет. – Ох, жалко, что сейчас я не горилла. Вперёд!

Кто ещё придёт на выручку

– Сто-ойте! – кричал кто-то сзади.

Гера без желания оглянулся. Это бежали мальчик и девочка, хозяйка Тигрёнка. Они хотели помочь котёнку и псу. Нельзя оставлять такое. Ничего себе, средь бела дня какой-то незнакомец похищает зверей, забирает силой.

Гера огляделся по сторонам: никого не было, – значит, и этих можно превратить. Ух, пополнится коллекция. Они маленькие, Гера справится голыми руками. Он хотел загнать за забор улов, а сам заняться детьми.

– Что это? – он запихнул зверей за забор. – Дверь забыл закрыть… А Кира ты их поймал.

Он увидел только Киру и утку с серым котом, но не понял ещё, что у него нет помощника. Гера повернулся к ним спиной и как хищник посмотрел на мальчика и девочку, вид которых был очень серьёзен.

– Притворюсь, что боюсь, – шептал Гера. – Пусть подойдут поближе.

Он сделал такое лицо, что нельзя не поверить в его страх.

– Мы его одолеем, – сказал мальчик и побежал – Аааа!

Гера вот уж протянул длинные руки и хотел схватить мальчишку, но вдруг со свистом что-то треугольное пролетело между ними. Геру закружило и раскрутило. Он упал, не соображая, что это было.

Эта была Бета на дельтаплане. Неожиданно для всех.

Бета выпрыгнула из летательного аппарата и шикнула на детей, как обычно шикают на кошек. Не нужно, чтоб они подходили ближе. На её лапе были часы с рацией, в которую она промяукала.

– Альфа, это Бета. Преступник на несколько секунд обезакуражен.

И через три секунды подъехал большой грузовик. Из кабины вышел такой же большой мужчина.

Давайте немного про него расскажу. Это папа девочки, хозяйки Тигрёнка, и дядя мальчика, у которого живёт Бета. Он спецагент. Ловит шпионов, всяких вредных и злых дядек. Мешает им, чтоб те не вредничали и не злодейничали. Несмотря на свой гигантский рост, широкие плечи, крупные руки, ему удаётся быть незаметным, и злодеи часто попадают впросак. Специальный агент возвращался с опасного задания домой. И вдруг Бета, а вы поняли, что и она служит в специальном подразделении, сообщила, что пропадают коты со двора, а ещё исчезли дочка и племянник. И спецагент бросился на помощь.

– Извини, Бета, опоздал. А ты молодец, – и он погладил кошку.

– Итак, господин злодей… – обратился он к Гере.

Гера был почти колдуном, подумайте, он мог заниматься превращениями. Но грозный вид спецагента, ой, как его напугал. И не знал, что хуже, превратиться в кого-нибудь или оказаться в руках такого здоровяка. И кажется выбор сделан. Гера побежал в дом, столкнув стоявших перед дверью. Старушка начала падать, но Кира не позволил этому случиться

Значит, вбежал Гера в дом. Раз, два, три, четыре и оттуда вылетела муха. И наутёк. Даже непонятно: это была муха редкого вида или обычная, которая залетает к нам в комнату и надоедливо жужжит. Никто не вздумал поймать её.

Всё. Потерялась из виду. Все перестали вертеть головами, выискивая беглеца.

Где он, что с ним, никто теперь не скажет.

Рекс вяло смотрел на людей, на котов, на утку. Зевал он, как будто его заставляют укусить большой невидимый торт.

– Снотворное, – дал пояснение Кира, – которое толком не подействовало. Скоро пройдёт.

Глава последняя

– Я развезу вас по домам, – предложил всем спецагент.

– Спасибо, мы на своей, – тихонько сказала старушка, подмигнув утке.

– Хо-ро-шо, – спецагент озирался по сторонам, смотрел, какой транспорт старушка имела в виду. Кроме грузовика ничего на колёсах рядом не было. Он не знает про гоночный автомобиль, а мы с вами знаем.

А Кира решил найти автомобиль учёного. Старый учёный с внучкой уезжали на такси, это Кира помнил. Кира обещался следить за автомобилем, ученый всегда ему доверял. А сейчас его, автомобиля, не видно во дворе, видимо Гера где-то оставил. Кира пожал все руки и лапы и пошёл на поиски.

Давайте здесь остановим наш рассказ. Котов Кипу, Эмиля, Рыжего, Паштета, пса Рекса, кошку Бету, дочку и племянника спецагент повёз на своём грузовике домой, на Весеннюю улицу. Старушка, утка Шутка и курочка Руня помахали и вслед. Когда грузовик был настолько далек, что стал точкой на горизонте, по волшебным действиям старушки появился гоночный автомобиль. Он радостно заурчал, что снова нужно ехать. Это для него главное.

– Подожди, Руня, – сказала утка Шутка, когда курочка стала заводить.

– Что такое, Шутка? – спросили курочка и старушка.

– Нехорошо в доме дверь оставлять открытой. Хозяин приедет, испугается, – объяснила утка.

Ключей от дома у них не было. А нужен он им? Старушка снова щёлкнула большим и средним пальцами левой руки, шмыгнула носом и хлопнула в ладоши. Дверь в доме захлопнулась, и замок заперся, тем самым сказал нашим героям и нам с вами:

– До свидания!

Друзья, подождите. Слышите? Кипа сочинил песенку, добрую и хорошую. Она вылетала из окна грузовика, и тонкие провода на серьёзных столбах, и лёгкие листочки на длинных ветках деревьев, да и всё лето старались запомнить слова:

– Волшебные страны, чудесные города.

Солнечные лучи, и капельки дождей.

Весенние дни, зимние холода –

Можно увидеть в сказке моей.

Едь. Иди. Плыви. Лети.

Пусть будут добрыми твои пути.

Не сердись, не злись, и если

Тебя обидел кто-то нечестный.

Волшебные страны, чудесные города.

Солнечные лучи, и капельки дождей.

Весенние дни, зимние холода –

Можно увидеть в сказке моей.

Ты не один, с друзьями вместе.

Улыбнёмся сердцем, сочиним песни.

Это просто и так прекрасно.

Что это за сказка, если нет нас там.

Волшебные страны, чудесные города.

Солнечные лучи, и капельки дождей.

Весенние дни, зимние холода –

Можно увидеть в сказке моей.