Шёпот вакуума

– Что-то ты излишне осторожничаешь, – недовольно, пробурчал старший техник, комментируя мои действия. – С таким подходом мы здесь навсегда останемся.

– Не трогай его, Свен, – неожиданно поддержал меня навигатор. – Он, вообще-то счетчик, хоть и дерьмовый, а диггерами управляет вообще первый раз в жизни. Или ты хочешь, чтобы он их разбил о поверхность, а капитан потом вычел ущерб из твоей доли?

Такого техник точно не желал, поэтому предпочел немедленно заткнуться, чему явно поспособствовала неприятная усмешка, возникшая, после слов навигатора на лице Попеску.

– Диггеры на грунте, – не скрывая облегчения, доложил я, когда последняя группа копателей опустилась на поверхность. – Запускаю алгоритм поиска ливермория.

Пока всё шло неплохо. Роботы-бурильщики высадились в самом центре первого участка из моей таблицы и теперь должны были начать сканировать грунт, постепенно продвигаясь к краям исследуемой территории. В случае обнаружения кристаллов ливермория, диггер отправлял сигнал на корабль и по команде оператора запускал программный модуль, отвечающий за бурение и извлечение добычи с последующим размещением её в грузовом отсеке.

– На пару часов все, кроме счетчика и старшего техника, свободны, – вернувшись к своему обычному мрачном тону, заявил капитан. – Потом переместимся ко второму участку.

Мои коллеги по экипажу переглянулись между собой, иногда бросая на меня не слишком дружелюбные взгляды. И мне, и им фраза капитана сказала о многом. В перспективу собрать хоть какое-то количество ливермория в этой высадке Попеску не верил. Обычно на обработку стандартного участка уходило от двух до десяти часов, причем два часа требовалось диггерам только если он оказывался абсолютной пустышкой. С участками, на которых присутствовали хотя бы небольшие месторождения ливермория, копателям приходилось возиться гораздо дольше.

Навигатор, и второй техник неторопливо выбрались из своих кресел и направились к выходу. Правда, спокойно покинуть рубку они не успели. Мой терминал издал негромкий писк, заставивший их остановиться и обернуться.

– Капитан, сигнал с диггера–14, – доложил я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно равнодушнее. – Обнаружено гнездо из трех кристаллов ливермория суммарной массой около четырехсот миллиграммов. Алгоритм извлечения активирован.

Первая добыча оказалась, прямо скажем, не выдающейся, но главное, что мой участок – не пустышка. Хоть что-то диггеры отсюда обязательно вытащат. Окупится высадка или нет – вопрос второй, да это и не так уж важно. Попеску ведь сам сказал, что в систему Белоны-Б мы не за прибылью прилетели.

– Почти четыре часа работы и семь с половиной граммов стабилизированного ливермория, – задумчиво произнес капитан, внимательно просматривая мой отчет об объеме добычи на первом участке. – Казалось бы, результат средненький, но не стоит забывать, что мы в системе Белоны-Б. Считается, что здесь вообще невозможно что-то заработать, а эта высадка роботов-бурильщиков даже ухитрилась себя окупить, пусть и с минимальной прибылью… Навигатор, веди «Бекас» ко второму участку из списка нашего нового счетчика. Я всё ещё допускаю, что ему просто повезло, и он сорвал местное подобие джекпота, просто ткнув пальцем в небо. Впрочем, скоро мы это проверим.

На этот раз никто на время перелета рубку покидать не стал. Лететь нам предстояло не больше двадцати минут, так что ожидание не затянулось. Вторая высадка копателей далась мне намного легче первой. Рой роботов-бурильщиков по-прежнему представлял собой толпу разномастных и не лучшим образом взаимодействующих друг с другом машин, но теперь у меня имелось понимание, как ими управлять, так что посадка копателей на поверхность астероида прошла без происшествий. Правда, на этот раз быстрого результата им добиться не удалось.

Первый доклад об обнаружении кристаллов ливермория пришел только через пятнадцать минут после начала работ. Экипаж «Бекаса», собравшийся в рубке в полном составе, к этому моменту уже начал терять терпение, и я даже услышал пару пока негромких, но довольно едких замечаний в свой адрес. Однако короткий сигнал моего терминала мгновенно пресек эти разговоры.

– Диггер–03, – мой голос по-прежнему звучал подчеркнуто нейтрально. – Одиночный кристалл ливермория, оценочная масса двести пятьдесят миллиграммов. Приступаю к извлечению.

– Везучий пацан, – с непонятной интонацией прокомментировал мои слова старший техник.

– Да нет, – задумчиво качнул головой навигатор. – Не похоже это на везение. Хотя… Давайте немного подождем, пока рано делать окончательные выводы.

Ещё несколько минут в рубке стояла напряженная тишина. Я продолжал ловить на себе оценивающие взгляды, многие из которых всё ещё были полны скепсиса, однако высказывать свои сомнения вслух теперь никто не торопился. Тем не менее, услышав новый сигнал о получении информации с поверхности, я про себя выдохнул с облегчением.

– Диггер–09. Гнездо на два кристалла. Примерно триста миллиграммов.

– Похоже, у нас всё-таки есть счетчик, капитан, – обратился к Попеску навигатор.

То, каким тоном это было сказано, меня несколько удивило. До настоящего момента я сильно сомневался, что кто-то из моих, с позволения сказать, товарищей, способен радоваться успехам нового члена экипажа. Однако навигатор явно был доволен. Впрочем, причина улучшения его настроения выяснилась довольно быстро.

– А раз так, то, может быть, не стоит вести «Бекас» туда, где нам практически гарантированно поджарят задницы? – продолжил Бронски. – Капитан, этот парень наковыряет тебе немало ливермория и в более спокойных местах. Посмотри на коэффициент превышения. По мнению стандартной нейронки, эти участки – полный отстой. Там вообще ничего быть не должно, а он выгребает из них кристаллы, причем даже гнезда попадаются, хоть и довольно дохлые. Только давай не будем забывать, что мы в системе Белоны, а не где-нибудь у Терзора–2, где спутники и астероиды всяко побогаче будут.

Рассуждения навигатора прервал очередной сигнал, но слушать мой доклад уже никто не стал.

– Бронски верно говорит, – поддержал навигатора старший техник. – Если хочешь, капитан, можно тут ещё немного задержаться, чтобы окончательно убедиться в неслучайности полученных результатов, но как по мне, уже и так понятно, что счетчика ты нашел вполне годного. Не нужно нам лезть в аномалии, и так добыча будет вполне приличной.

Попеску обвел экипаж внимательным взглядом, и в его глазах я не увидел ничего хорошего, так что ответ капитана меня совершенно не удивил.

– Нет, парни, ни к Терзору, ни в другие подобные места мы не полетим, – в свойственной ему мрачной манере ответил Попеску. – Вы, видимо, плохо понимаете всю глубину возникших у меня проблем. Ну, так я вам расскажу, теперь уже можно. В прошлом рейде «Бекас» получил очень неудачное попадание. Не знаю, где тот гад, который в нас стрелял, взял такой качественный боеприпас, но повреждения оказались намного серьезнее, чем мы представляли, пока добирались до станции. Скажу честно, нам очень повезло, что энергетическая установка не взорвалась ещё на полпути домой. Повезти-то нам повезло, но из-за работы в экстремальных режимах пришла в негодность целая куча очень недешевого оборудования, так что ремонт обошелся мне совсем не в те деньги, на которые я изначально рассчитывал.

– Сколько, капитан? – явно уже понимая, к чему ведет Попеску, невесело поинтересовался старший техник.

– Если учесть проценты по займу, через тридцать восемь дней я должен отдать кредиторам почти восемь килограммов стабилизированного ливермория. В той же системе Терзора–2 мы за это время соберем раза в четыре меньше, причем в лучшем случае. И это если на нас опять не нападут. Пираты прекрасно знают, где работают вольные поисковики. Да и конкуренты от них мало чем отличаются, только действовать предпочитают более скрытно и осторожно. А прикрытие зон добычи у нас сами знаете какое. Три старых корвета на десяток звездных систем, вот и вся защита от беспредела, которую может обеспечить наша станция.

– И зачем ты на это подписался? – в вопросе оператора систем сканирования прозвучало искреннее непонимание.

– Других вариантов как-то никто не предлагал, – зло боднул его взглядом Попеску. – Или ты считаешь, я должен был продать «Бекас» на металлолом? Не дождутся! Так что восемь килограммов ливермория мне нужны, и я их получу. Или сдохну, пытаясь это сделать. Единственное, чем я могу вас порадовать, так это обещанием, что мы постараемся пройтись по самому краю области аномалий. Без нормального счетчика нам пришлось бы зайти в неё на несколько стандартных прыжков, но теперь есть шанс, что этого не потребуется.

– А если мы откажемся, капитан? – негромко произнес навигатор. – Проблемы у тебя действительно серьезные, но это только твои проблемы. Мы-то ради чего должны рисковать своими жизнями?

– А куда вы денетесь? – на лице Попеску появилась злорадная усмешка. – Хотите устроить бунт в космосе? Или забыли, что за это бывает? Вычислитель «Бекаса» отправит отчет о мятеже в службу безопасности любой ближайшей станции сразу, как только корабль окажется в зоне уверенной гиперсвязи, так что ангар вы будете покидать уже в наручниках. Ваши контракты официально зарегистрированы, и расторгнуть их можно только вернувшись из рейда, а пока они действуют, мои приказы для вас – закон.

– Зачем сразу мятеж? – на лице Бронски появилось задумчивое выражение. – Не будет никакого бунта. Но ведь свои обязанности каждый из нас может выполнять по-разному. Вот я, к примеру, иногда ошибаюсь при расчетах гиперпрыжков. Да, признаю, бывает такое. Так ты мне и платишь не как навигатору круизного лайнера. И это я в обычном пространстве регулярно косячу. А область аномалий… Туда с моей квалификацией можно и вообще не долететь.

– Вот-вот, капитан, – поддержал навигатора старший техник. – Ты ведь прекрасно знаешь, что всё оборудование «Бекаса» далеко не новое, и капризничать оно не только умеет, но и очень любит. А я ведь тоже не гений. Не всё и не всегда могу исправить и правильно настроить… Да и сканеры у нас далеко не идеально работают, правда, Виктор?

– Истинная правда, – деловито кивнул оператор систем сканирования. – Глючат просто отчаянно. Я ведь уже не раз докладывал, что и софт, и железо давно менять пора.

– Во-о-от… – удовлетворенно протянул Бронски. – Видишь, капитан, сколько сложностей нас впереди ждет. А теперь представь, что и наш счетчик, и он же диггер, тоже вдруг перестанет нормально ливерморий находить, а то и пару копателей об астероиды расквасит… Ну, чисто случайно.

– Саботаж, значит? – зло прошипел сквозь зубы Попеску.

Я был уверен, что сейчас на нас обрушится поток криков и ругани, но капитан неожиданно успокоился и предпочел воздержаться от эскалации конфликта, чем поверг экипаж в некоторое замешательство.

– Ладно, парни, где-то я вас даже понимаю, – кивнул капитан, обведя свою команду долгим взглядом. – Только и вам придется меня понять, потому что выхода у вас другого нет. Без нужного мне ливермория «Бекас» на станцию не вернется. Я лучше сгину в аномалиях или на пути к ним, но свой корабль этим свиньям не отдам. При этом не стану отрицать, что и ваша позиция заслуживает уважения. Готов согласиться, что вы должны знать, за что рискуете.

– Это даже любопытно, – навигатор откинулся в кресле, с интересом глядя на капитана. – И что же ты хочешь нам предложить?

– Я согласен изменить ваши контракты. Мне нужно восемь килограммов ливермория, это не обсуждается, но всё, что свыше, будет разделено поровну между всеми членами экипажа, включая меня, само собой. И это в дополнение к вашему обычному вознаграждению. Если в области аномалий нам повезет, каждый из вас может получить сумму, вполне достаточную, чтобы навсегда покинуть окраину и начать новую жизнь. Что скажете?

На какое-то время в рубке установилась напряженная тишина. Время от времени члены экипажа обменивались быстрыми взглядами, но никто не торопился дать ответ первым.

– Мне это подходит, – секунд через десять решил высказаться я, так и не дождавшись других мнений.

Возвращаться на нижние уровни станции я в любом случае не собирался, а как подсказывал мой невеликий жизненный опыт, если хочешь что-то изменить в своей жизни, за это всегда приходится платить. В разной форме, но приходится. Деньгами, изнурительной работой, разбитой физиономией, риском нарваться в темном коридоре на острую заточку или, как сейчас, немалым шансом не вернуться из области аномалий.

– Дурак ты… – беззлобно ругнулся в мой адрес старший техник. – Хотя… Да пошло оно всё! Я в деле.

Вслед за ним почти одновременно коротко кивнули оператор систем сканирования и второй техник, и только навигатор продолжал молча смотреть на Попеску, всё ещё обдумывая его предложение.

– Не глубже двух стандартных прыжков от границы зоны, – наконец выдвинул он дополнительное условие.

– Хорошо, Бронски, принимается, – после небольшой паузы ответил капитан. – Я и сам, знаешь ли, не горю желанием проверить на своей шкуре, правда ли всё то, что болтают об этих местах.

Корабль-разведчик корпорации «Кебре́ния» вышел из прыжка за орбитой шестой планеты Белоны-Б. Его сканеры и маскировочные поля на несколько поколений опережали давно устаревшие системы, установленные на вольном поисковике «Бекас», так что засечь появление в системе корабля Илона Шпее капитан Попеску не имел никаких шансов.

– Объект обнаружен, – уже через минуту доложил оператор систем сканирования. – Висит на низкой орбите над одним из астероидов Второго пояса.

На тактической голограмме вспыхнула оранжевая отметка. Попеску, похоже, экономил энергию, и его корабль не использовал маскировочное поле, так что засечь его оказалось несложно. Впрочем, даже включи он маскировку на полную мощность, против сканеров «Тени» это бы не помогло.

– Отправь к нему зонд, – приказал Илон. – Меня интересует, чем они там заняты.

– Думаю, как мы и предполагали, ковыряют пустую породу, проверяя навыки экипажа и работоспособность оборудования, – слегка пожал плечами майор Клюге.

– Мне сейчас нужны не предположения, а факты, – чуть более резко, чем сам того хотел, ответил младший сын главы корпорации и снова обратился к оператору систем сканирования: – Сколько времени понадобится зонду для сбора данных?

– Через пятнадцать минут начнем получать достаточно четкую картинку. Через двадцать будем видеть объект во всех деталях.

– Ждем.

Илон вновь перевел взгляд на тактическую голограмму. Ничего интересного на ней не было, да и быть не могло. Перед ним висело объемное изображение давно выработанной и никому не интересной планетной системы, ставшей причиной непредвиденной, но не столь уж критичной задержки на пути реализации его планов.

– Командир, объект посадил рой диггеров на поверхность астероида и ведет добычу ливермория, – вывел Илона из задумчивого состояния доклад подчиненного. – Зонд перехватил несколько сигналов от роботов-бурильщиков. Судя по всему, они реально добывают кристаллы, а не просто проверяют работоспособность копателей.

– Даже так? – Илон слегка изогнул бровь. – Здесь ещё что-то можно добывать?

– Считается, что нет. Тем не менее у них, похоже, получается. Вряд ли это приносит какую-то прибыль, но в каком-то количестве ливерморий на этом участке точно имеется.

– Занятно, – вновь влез со своими комментариями майор Клюге. – Значит, Попеску всё же смог найти приличного счетчика. Для нас это не очень хорошо. Капитан «Бекаса» может передумать лететь в область аномалий.

– Не передумает, – уверенно возразил Илон. – Слишком много он должен за ремонт корабля.

– Командир, капитан Попеску сворачивает добычу и возвращает копателей на корабль, – прервал обсуждение новый доклад оператора систем сканирования.

– Прекрасно. Скоро мы сами всё увидим, – кивнул Илон.

– Уходят, – констатировал очевидное навигатор, когда через тридцать минут «Бекас» покинул плоскость эклиптики и приступил к разгону.

Сын главы корпорации «Кебре́ния» и его экипаж терпеливо ждали, пока ветхий корабль капитана Попеску натужно набирал скорость. В данный момент торопиться им было совершенно некуда. До поступления данных о финишной точке прыжка «Бекаса» ничего предпринять они не могли.

– Объект совершил прыжок, – наконец доложил оператор систем сканирования. – Принят сигнал от гипермаяка. Судя по новым координатам «Бекаса», они направляются к границе области аномалий, известной среди местных вольных поисковиков, как «Облако желаний».

– Не лучший выбор, – сверившись с данными на своем терминале, заявил навигатор. – Вернуться оттуда удавалось единицам, да и то они ходили лишь по самому краю.

– Из аномалий вообще редко возвращаются, – равнодушно ответил майор Клюге, которому вся эта затея казалась не более чем бессмысленной блажью младшего сына хозяина.

– Эти вернутся, – недовольно поморщился Илон, в очередной раз испытавший приступ раздражения. – Интуиция редко меня обманывает. А если и нет, найдем других.