Вектор прорыва
- -
- 100%
- +
– О том, что здесь всё, мягко говоря, пошло не так, президенту расскажут генерал Аббас и его люди, – с точкой зрения Лиса я был совершенно не согласен. – Детали, которые сможет сообщить Зыков, позволят понять причину произошедшего, но принципиально картину не изменят. А вот отправляться в такой путь на практически безоружном транспортном корабле без всякого прикрытия – это почти наверняка означает найти на свою умную голову и другие части тела совершенно ненужные приключения. Или ты думаешь, Федерация не пыталась провести разведку подступов к нашей звездной системе? Наверняка пыталась, вот только не получилось. И что, те корабли Роя, которые помешали небольшим и неплохо оснащенным разведчикам Федерации, спокойно пропустят здоровенный и маломаневренный войсковой транспорт?
– Считаешь, капитан второго ранга Зыков всего этого не понимает?
– Да всё он понимает, но слишком уж он правильный. Я думал, таких больше не делают. Похоже, ошибся, а стоило вспомнить, как он вел свой эсминец в атаку на легкий крейсер Роя, и сделать соответствующие выводы. Зыкова гонит вперед чувство долга, а огромный риск, связанный с попыткой прорыва из системы на транспортном корабле, для него глубоко вторичен.
– Достойно уважения, – немного помолчав, выдал заключение Лис.
– Несомненно. Вот только, скорее всего, он погибнет сам и угробит наш единственный космический корабль межзвездного класса, а у меня на него совершенно другие планы.
– «Скаут» мог бы сильно повысить его шансы на успех, – с некоторым сомнением произнес Лис.
– Естественно, но отдавать его федералам я не хочу. У нас слишком разные цели, и по пути нам только временно. Хотя этому Зыкову я бы, пожалуй, помог. Очень достойный офицер, вот только, к сожалению, он не производит впечатления человека, склонного к гибкости мышления. Мою помощь он примет, но, если узнает, что «Скаут» уцелел, непременно сдаст меня своему командованию всё из того же чувства долга.
– Не буду спорить, – нейтрально ответил Лис, однако мне показалось, что с моими словами он согласен лишь отчасти.
– Ладно, закроем пока эту тему. На ремонт транспортного корабля уйдет не меньше трех недель. При аварийной посадке он знатно приложился кормой о посадочное поле, так что время на принятие решения у нас еще есть. К тому же многое будет зависеть от заседания Совета и его решения по кандидатуре мэра. Шансы у Анны неплохие, но всякое может случиться. Впрочем, от меня сейчас уже почти ничего не зависит. Процесс выдвижения взяли в свои руки главы Синдиката и торговой гильдии, а у меня возникло время спокойно обдумать ситуацию. Подключай к беседе Призрака, мне нужно с вами кое-что обсудить.
– На связи, – немедленно откликнулся искусственный интеллект «Скаута». – Добрый день, командир. У меня без происшествий, к моему острову никто интереса не проявлял.
– Привет, Призрак. Давай сразу к делу. Вы с Лисом явно немало знаете о некоем протоколе «Выживание расы». Лис несколько раз мне о нем говорил, но в голове у меня так и не сложилось цельной картины. Пора этот пробел ликвидировать.
– Что конкретно вас интересует, командир?
– Всё, что вы знаете об этом проекте. Насколько я понял, он рассчитан на помощь выжившим в случае поражения человечества в войне с Роем. Если это так, то кроме готовности боевой техники подчиняться первому встречному, лишь бы он был человеком, должно быть что-то еще. Ну, к примеру, какие-то хорошо замаскированные и надежно законсервированные военные базы, архивы с научной и технологической информацией на надежных физических носителях а, если уж совсем не ограничивать свою фантазию, то и автоматические заводы и верфи или укрытые где-то в космосе боевые корабли.
– Всегда знал, что у тебя богатое воображение, – невесело прокомментировал мои слова Лис.
– Нет никаких заводов и кораблей, командир, – не обратив внимания на слова Лиса, ответил Призрак. – Не было в тот момент у Федерации ресурсов на создание подобных секретных баз и отправку неизвестно куда крейсеров и линкоров. Всё до последнего корвета сразу шло в бой. Ну, почти всё.
– Значит, что-то всё-таки есть?
– Есть. Но это совсем не те горы оружия и техники, которые ты нам расписал. Почти во всех звездных системах, остававшихся на момент начала проекта под контролем Федерации, есть секретные склады разного уровня доступа. В некоторых из них находятся очень ценные по нынешним временам единицы хранения. Созданы они были, когда стало ясно, что шанс поражения людей в войне с Роем слишком велик. Информацию об их координатах ни я, ни Лис тебе дать не сможем. Она есть в нашей памяти, но доступ к ней закрыт безусловными директивами протокола «Выживание расы». При попытке добраться до нее без соблюдения жесткого списка условий данные будут немедленно уничтожены.
– Что за условия?
– Оператор должен обладать реальными возможностями применить эти единицы хранения для достижения целей, предусмотренных протоколом, но это только часть требований. В пакет безусловных директив встроен эвристический алгоритм оценки личности оператора. Доступ к складам может быть получен только человеком, имеющим достаточную мотивацию добиваться реализации целей проекта «Выживание расы».
– И как алгоритм оценивает меня?
– Положительно, причем с изрядным запасом – ответил вместо Призрака Лис. – Для принятия решения алгоритму потребовалось немало времени на сбор необходимого объема данных о твоих действиях в различных ситуациях. После сражения за город их накопилось достаточно. Если бы оценка оказалась отрицательной, мы бы просто не стали отвечать на твои вопросы на эту тему. Вот только радоваться тебе рано. Первому критерию ты, к сожалению, не соответствуешь.
– И что во мне не так?
– Для получения доступа даже к объектам уровня Б-3, низшим в иерархии проекта «Выживание расы», ты не обладаешь достаточным уровнем власти и контроля над ситуацией, – пояснил Лис. – Ты индивидуалист. Да, сейчас у тебя есть команда, но она очень мала и слаба. Ты слишком сильно зависишь от решений других людей, обладающих реальными властными полномочиями. Велик риск, что ты потеряешь контроль над оружием и ресурсами, которые получишь, вскрыв один или несколько складов проекта, и тогда они достанутся людям, не имеющим мотивации восстанавливать Федерацию в том виде, в котором она сможет вышвырнуть Рой из нашей галактики. Ситуация со «Скорпионами» и «Странником» – яркое тому подтверждение. Да и мы с Призраком пока остаемся у тебя только потому, что ты скрыл нас от властей города. Капитан второго ранга Зыков, скорее всего, не поверил твоему заявлению о нашей гибели во время сражения за город, но не стал настаивать на более тщательном расследовании. Он знает, кому обязан жизнью, и пока это его останавливает. Что произойдет, когда сюда прибудет новый экспедиционный корпус и новый полномочный представитель Федерации, предсказать невозможно, но шанс, что тебя очень серьезно возьмут в оборот более чем велик.
– Неприятно, но в логике не откажешь, – вынужденно признал я. – А если Анна Койц станет главой колонии, это изменит ситуацию? Она ведь входит в мою команду.
– Не факт, что это поможет. Власть мало получить, ее нужно еще удержать, а положение Анны Койц на позиции мэра в любом случае будет нестабильным. Кандидатуру мэра выдвигает Совет колонии и утверждает полномочный представитель Федерации, а Антон Зыков в роли координатора вербовщиков выглядит фигурой временной и неустойчивой, и это не может не сказаться на отношении властных элит Бриганы-3 к утвержденному им мэру. Анну Койц будут воспринимать, как проходную фигуру. Проще говоря, новый представитель Федерации запросто может начать с того, что снимет ее с должности, и все заинтересованные стороны это отлично понимают, так что власть у нее будет во многом номинальной.
– Хорошо, давайте зайдем с другой стороны. Если бы вместо меня вашим оператором стал бы, к примеру, господин Нобутомо, он бы получил доступ к объектам проекта «Выживание расы»?
– Нет. Он бы однозначно не прошел по второму критерию, – без колебаний ответил Призрак. – Глава торговой гильдии слишком хорошо вписан в существующую систему власти и заинтересован в ее сохранении и стабильности, а Федерация, в том виде, в котором она сейчас существует, категорически неспособна победить в этой войне. Мало того, почти все шестьдесят с лишним лет после завершения активной фазы Вторжения руководство Федерации даже цели такой перед собой не ставило.
– Оставим пока второй критерий в стороне, – отмахнулся я от возражений искусственного интеллекта. – По первому критерию Нобутомо мог бы пройти? Или не Нобутомо, а, скажем, дон Сенг.
– Скорее всего, да, – после довольно длительной паузы ответил Лис. – И у того, и у другого есть хорошо отлаженные организации с жесткой иерархией и дисциплиной, и своих людей они очень неплохо контролируют. Но главное тут в другом. Синдикат и Гильдия – это государства в государстве. Они во многом изолированы от властных структур колонии, и лишь опосредованно подчиняются вербовщикам Федерации. В результате они довольно долго, иногда неограниченно долго, способны сохранять в тайне некоторые аспекты своей деятельности, а значит, смогли бы удержать под контролем и ресурсы, полученные со складов проекта «Выживание расы». Хороший пример – покупка доном Сенгом и господином Нобутомо боевых скафандров времен Вторжения. Они вполне успешно скрыли эту сделку от вербовщиков, да и сейчас никто не предъявляет к ним никаких претензий по этому поводу.
– А вот это уже интереснее, – усмехнулся я мелькнувшей в голове идее. – То есть если я смогу создать некую закрытую организацию, неподконтрольную или лишь частично подконтрольную властям колонии, есть шанс, что мне откроется доступ к складам проекта?
– Это будет зависеть от конкретных обстоятельств, – немного подумав, ответил Лис, – но шанс действительно есть.
– Уже неплохо. Тогда еще один вопрос. На Бригане-3 есть объекты проекта «Выживание расы»?
– Командир, вы слишком торопитесь, – невозмутимо ответил Призрак, – пока мы не можем ответить на этот вопрос.
– Но я ведь не прошу назвать мне конкретные координаты.
– Не имеет значения, – всё так же спокойно пояснил искусственный интеллект. – Любая информация о местонахождении упомянутых объектов для вас пока недоступна. Для нас с Лисом, впрочем, тоже.
Глава 3
Руины преобразились до неузнаваемости. Посреди единственного континента Бриганы-3 зиял огромный кратер, хорошо видимый с орбиты, а вокруг на десятки километров лежала зона сплошных разрушений.
Раньше вся эта местность была скрыта плотными маскировочными полями противника, и представление о том, что там находится можно было получить только по довоенным картам, которые, естественно, к настоящему моменту имели мало общего с действительностью.
Мощнейший взрыв в центре Руин разрушил критически важную инфраструктуру анклава Роя на планете. Ущерб от падения пятой орбитальной крепости оказался столь значительным, что уцелевшие ремонтные роботы Роя не смогли бы восстановить ее до изначального состояния даже при полном отсутствии противодействия со стороны людей. А противодействие имело место, причем весьма интенсивное.
Несмотря на понесенные потери и значительные разрушения, жизнь на подземных уровнях человеческого мегаполиса начинала постепенно возвращаться в обычное русло. Да, связь с Федерацией прервалась, но подавляющее большинство жителей города были твердо убеждены, что это лишь временное неудобство. В конце концов, в их жизни ничего принципиально не изменилось. Представители центральной власти на планете присутствовали, причем в прежнем статусе, мэра должны были назначить в ближайшие дни, армия, полиция и гражданская администрация продолжали выполнять свои функции, а различные службы мегаполиса вели достаточно интенсивные восстановительные работы. Ну а рядовым гражданам требовалось как-то зарабатывать на жизнь, и они начали возвращаться к своим обычным занятиям, втягиваясь в привычный образ жизни.
Нельзя сказать, что изменений не было вообще. Прежде всего, резко снизилась активность Роя. Обстрелы города тактическими ракетами прекратились полностью, но подниматься на поверхность или покидать территорию мегаполиса по-прежнему имели право только военные. Ну, теоретически. На самом деле всё естественно, обстояло совершенно иначе. Уцелевшие артели Синдиката и остатки черных старателей развернули бурную деятельность. Такого благодатного времени для добычи артефактов в Руинах на памяти жителей города не было никогда.
Бывшая нейтралка и всё пространство километров на пятьдесят от города перешли в безраздельное владение старателей. Роботы Роя там почти не появлялись. Противник даже не патрулировал эту территорию с помощью беспилотников, а колониальной армии и немногочисленным федеральным военным было совершенно не до пресечения деятельности несознательных граждан за пределами города. Их сил едва хватало на более или менее надежный контроль границ мегаполиса. Впрочем, и артели, и старатели-одиночки дальше тридцати километров от города заходили редко. После завершения сражения вокруг города скопилось столько подбитой техники обеих сторон, что ходить далеко не имело никакого смысла, тем более что ближе к месту падения пятой орбитальной крепости добывать артефакты из-под завалов становилось всё труднее, да и сами трофеи встречались реже и находились в удручающем состоянии.
Как ни странно, Анна всё еще формально сохраняла за собой пост директора интерната имени сержанта Загорского, но по факту все его дела теперь вел я, и по сути, это еще недавно весьма специфическое учебное заведение быстро превращалось в полноценное военное училище.
Нагло пользуясь прямым выходом на координатора вербовщиков, я выбил для себя множество преференций. Воспитанникам интерната вновь официально разрешили ходить в рейды за границы города в рамках учебно-боевой подготовки. Мало того, бывший полковник, а теперь уже генерал Руф, утвержденный Зыковым с подачи Анны на посту командующего колониальной армией, без звука выделил в мое распоряжение десантный бот, так что теперь Массуду и его бойцам даже не приходилось терять время на пешие переходы, а, учитывая то, какие именно зоны Руин нас интересовали больше всего, это стало очень неплохим подспорьем. К тому же мне удалось выпросить обратно во временное пользование одного из переданных армии «Скорпионов» и «Странника», чему весьма обрадовался Лис, всё время ругавшийся на неповоротливость и слепоту «Каракурта». Впрочем, без вопросов со стороны Зыкова всё же не обошлось.
– Зачем тебе всё это, Рич? – спросил координатор вербовщиков, которого я отвлек своими просьбами от решения множества текущих вопросов и забот по организации скорейшего ремонта транспортного корабля. – Сейчас главное – восстановить связь с Федерацией. Без поставок из центра колония просто не сможет существовать, да и продавать артефакты, добытые в Руинах, вам будет некому, а ты предлагаешь распылять силы на какие-то сторонние проекты.
– Не придется ничего распылять. Ресурсы, которые мне нужны, никак не смогут ускорить отправку вашей экспедиции, а обороноспособность колонии повышать необходимо. Армия понесла слишком большие потери. Новых бойцов и операторов боевых машин нужно срочно обучать, и, насколько я знаю, это уже делается, а вот с техникой всё обстоит гораздо хуже. Тех же «Питонов» в строю осталось не больше двух десятков. В легкой бронетехнике, роботах поддержки и беспилотниках потери тоже очень велики, а для производства новых машин нужны компоненты, добываемые из роботов Роя, так что сейчас внутренний рынок колонии способен переварить практически любой поток артефактов из Руин, и их всё равно не будет хватать. Да и для ремонта транспортного корабля кое-что из трофеев может пригодиться.
Последний аргумент, похоже оказался самым действенным, и Зыков махнул на меня рукой, подписав разрешение на возобновление наших рейдов и дав указание генералу Руфу оказывать поддержку интернату Анны Койц в объемах на его усмотрение, но, естественно, не в ущерб безопасности города. Руф помощь оказал и, думается мне, дал бы и больше, но я предпочел ограничиться пределами разумного.
Новый расклад пошел на пользу и Синдикату, и гильдии серых скупщиков. Дону Сенгу я регулярно передавал координаты наиболее перспективных мест, где его артели могли найти весьма ценные артефакты. Летающий разведчик Лиса висел над бывшей промзоной почти круглосуточно и исправно снабжал меня необходимой информацией о местонахождении ценных трофеев. Господин Нобутомо от этого, естественно, тоже выигрывал, поскольку артефакты продавались через его скупщиков. В общем, пока всё всех устраивало. Ну, может быть, кроме не успевших сбежать с генералом Аббасом чиновников городской администрации, мимо карманов которых со свистом пролетала львиная доля этих финансовых потоков. Впрочем, они сейчас были заняты грызней за место мэра, и им было откровенно не до окраинного интерната и моих махинаций.
О своих интересах и планах я, естественно, тоже не забывал. Все координаты, которые я сбрасывал Синдикату, лежали в зоне между городом и воронкой от взрыва, оставшейся после падения пятой орбитальной крепости. Меня же интересовала дальняя часть материка, практически не пострадавшая во время сражения. Там сохранилась некоторая часть производственных комплексов Роя, и именно туда отступила основная масса уцелевших в бою роботов противника.
Скорее всего, где-то там же находился и вычислитель, взявший на себя управление остатками анклава Роя на планете. Конечно, это был совсем не тот мощный искусственный интеллект, которому удалось сбежать с планеты перед падением орбитальной крепости, но для меня он тоже представлял немалый интерес. Я всерьез собирался изучить наработки Декарта, которые Лису и Призраку удалось вытащить из носителей информации, оставшихся в разрушенных бункерах черных старателей. Пока я не знал, что буду делать с этими очень опасными знаниями, да и моего уровня подготовки на данный момент не хватало для того, чтобы хотя бы приблизиться к их пониманию, но в том, что когда-нибудь они мне могут пригодиться я ни секунды не сомневался.
– Рич, мы на месте, – доложил Массуд. – Противодействия со стороны противника нет. Жду приказа на выдвижение.
Сегодня нашей целью стал частично разрушенный бункер, в котором Рой разместил стационарный комплекс радиоэлектронной борьбы. По какой-то причине он полностью отключился после взрыва в центре Руин, хотя, судя по полученным бункером повреждениям, должен был сохранить хотя бы ограниченную работоспособность. Однако ни сканеры, ни генераторы маскировочных полей не подавали признаков жизни, что было странно и оставляло надежду заполучить это оборудование в довольно приличном состоянии.
Уцелевшее оборудование Роя я искал не просто так. Предотвратить самоубийственную попытку Антона Зыкова добраться до центральных областей Федерации на одиночном войсковом транспорте я не мог, но увеличить его шансы на успех было всё-таки возможно. К тому же я хотел максимально задержать вылет и надеялся, что мои идеи заставят бывшего командира эсминца «Корсар–35» потерять дополнительное время на дооборудование корабля.
Кроме нас эта часть континента никого особо не интересовала. Сил и средств на ее разведку у колониальной армии просто не было, а несколько атмосферных истребителей экспедиционного корпуса, оборудованных неплохими сканерами, Зыков берег и предпочитал не использовать их для полетов над территорией с неподавленной ПВО. Так что небо над центром и западной частью Руин было относительно чистым, и я не боялся задействовать для разведки «Скаут» с его мощными сканерами. Да и прикрыть своими пушками десантный бот или отряд Массуда Призрак тоже мог весьма эффективно, случись в развалинах бывшей промзоны что-то непредвиденное.
– Сами вперед не лезьте, – приказал я Массуду. – Пусть сперва ремдроны там всё проверят.
– Принято.
На самом деле процедура грабежа подобных бункеров была у нас уже неплохо отлажена, и в моих командах особой необходимости не было, но порядок есть порядок. Старатели замерли, укрывшись в развалинах, а к расчищенному роботами-проходчиками пролому в перекрытиях неспешно выдвинулись ремдроны в сопровождении «Скорпиона». Мы с Лисом, снова пересаженным в грузовой контейнер «Странника», играли роль резерва.
Проблемы начались, когда мы их уже почти и не ждали. Ремонтные дроны медленно продирались сквозь нагромождения оптоэлектронных блоков, выглядевших на удивление целыми, и я уже почти поверил, что всё это добро достанется нам без боя. Вот только отдавать приказ Массуду лезть в бункер я не спешил. Не нравился мне этот аттракцион неслыханной щедрости…
Стая «Шершней» вынеслась из узкого прохода между блоками генератора маскполя, когда ремдроны прошли три четверти пути к центральному отсеку второго подземного уровня, где располагались модули главного вычислителя комплекса РЭБ. Два ремонтных робота третьего послевоенного поколения погибли почти мгновенно, ничего не сумев противопоставить десятку летающих боевых дронов времен Вторжения.
К счастью, действовать противнику пришлось автономно, связь надежно глушил зависший над бункером «Скаут», так что «Шершни» вели бой по вполне предсказуемому алгоритму, заранее заложенному в их не слишком продвинутые оптоэлектронные мозги. Трудно сказать, зачем эта небольшая стая тварей Роя затаилась в частично разрушенном бункере. Возможно, засада была подстроена заранее, мы ведь за последние дни выпотрошили уже несколько подобных объектов, и вряд ли противнику это могло понравиться, а может, они просто укрылись здесь, получив общую команду на отход из города, да так и сидели тут, пока на них не нарвались наши ремдроны. Теперь этого не узнать, но действовали «Шершни» почти как настоящий рой насекомых, в чье гнездо кто-то опрометчиво сунул палку.
Твари Роя вынеслись из пролома в стене бункера и сходу попытались атаковать выпущенный «Скорпионом» оптоэлектронный фантом, грозно выдвинувшийся им навстречу.
– Массуд, не стрелять! – выкрикнул я, но, похоже, лидер артели и сам отлично понимал, что с «Шершнями» лучше не связываться. Легкая пехота – любимая цель этих быстрых созданий, так что пусть лучше с ними воюют калибры покрупнее.
Летающие роботы Роя довольно быстро разобрались, что призрак «Скорпиона» – это пустышка, но было уже поздно. Под перекрестным огнем пушек настоящего контрабордажного робота и резко снизившегося «Скаута» они заметались, пытаясь выйти из боя, но лишь бессильно осыпались на землю дождем раскаленных обломков.
Еще недавно я бы немедленно отдал Массуду приказ уводить отряд как можно дальше от места боя, ожидая неизбежного ракетного удара, но сейчас необходимости в этом не было. Тактические ракеты стали для Роя непозволительной роскошью. Его производственная инфраструктура настолько сильно пострадала при взрыве рухнувшей в центр Руин орбитальной крепости, что восстановить производство столь сложных боеприпасов противник оказался просто не в состоянии. Да и сообщить о произошедшем «Шершни» никому не могли. Генераторы помех «Скаута» – слишком серьезный аргумент в этом споре.
Тем не менее, просто так отдавать территорию и позволять нам безнаказанно потрошить поврежденные бункеры Рой не собирался, вот только ситуация сильно изменилась, и противник больше не мог диктовать нам свои условия. По крайней мере, здесь и сейчас.
– Высылаю вторую пару ремдронов, – доложил Массуд, и я лишь молча кивнул головой, одобряя его действия. Вряд ли в бункере остались роботы Роя, но лезть туда самим всё равно было пока рано. Лучше проявить немного терпения, чем платить кровью за оптоэлектронное барахло, которое мы всё равно скоро вытряхнем из этих развалин.
* * *О том, на что я трачу весьма значительную часть своего времени, я пока не рассказывал никому, даже Анне. Впрочем, ей сейчас всё равно оказалось несколько не до меня. Её плотно взяли в оборот дон Сенг и господин Нобутомо, а точнее, их юристы, адвокаты и аналитики. На заседании Совета Анна Койц должна была появиться с абсолютно непробиваемой позицией, от которой бессильно отскакивали бы любые обвинения в нарушении местных и федеральных законов. Создать её оказалось очень непросто. Я даже не подозревал, сколько мелких дыр и нестыковок осталось в составленной нами легенде. В общем, Анна погрузилась в процесс подготовки с головой и, похоже, он доставлял ей немалое удовольствие.
Я же занимался ликвидацией собственной безграмотности. Меня давно тянуло выкроить время и плотно заняться содержимым памяти инженерного планшета, найденного мной в зале управления энергостанцией разрушенного металлургического комбината. Там хранилась очень серьезная база знаний, а именно их мне сейчас и не хватало для реализации множества планов. Я давно решил, что становиться техником, вживив себе в мозг чип и получив вместе с ним доступ к знаниям о некоторых довоенных технологиях, не мой путь. Слишком много побочных эффектов влекла за собой эта процедура, причем зачастую эффектов, несовместимых с жизнью.