Цена равновесия. Узник чёрного камня 3

Команда для эвакуации, а если сказать точнее – для мародёрства, прибыла на базу ровно через двое суток. Возглавлял эту миссию майор Деротли, направленный сюда полковником Патраном. С первых же минут, после того как майор передал мне послание от полковника, он решил допросить персонал базы, но наткнулся на полное молчание с их стороны.

– В чём дело, почему они молчат? – его вопрос был адресован мне, и в какой-то степени Адэру тоже. Самому Адэру сейчас этот майор был абсолютно безразличен, он уже вторые сутки не мог переварить полученную от меня информацию. Я, как и обещал ранее, рассказал ему о себе всё, ну или почти всё, некоторые подробности всё-таки скрыл, но и того что рассказал, ему хватило с избытком.

– Не понимаю, почему вы спрашиваете меня, я к их молчанию никакого отношения не имею. Возможно, что они хотят говорить только с полковником Патраном, всё-таки информация, которой они владеют очень важная, и я бы даже сказал секретная. Не доверяют они вам, вот и вся причина. К тому же служба обеспечения, к которой вы относитесь, не имеет полномочий для этого, так что не лезьте не в своё дело.

– Капитан, а вам не кажется, что вы слишком много себе позволяете? Я старше по званию, и могу вас арестовать.

– Да никаких проблем, можете попытаться и получить пулю в лоб. А по поводу вашего звания, так мне на это наплевать, будьте хоть генералом, это ничего не изменит. Мы подчиняемся только полковнику Патрану или тому, кто выше его в СБС.

Майор не привык получать, от нижестоящего по званию, открытого негативного отношения к собственной персоне, и сейчас покраснев от злости, сверлил меня взглядом. Я за свои действия не переживал, в сообщении от полковника было чётко написано, что майор исполнительный, но иногда бывает заносчив, поэтому его можно послать прямым текстом далеко и надолго. Ещё полковник Патран отдал приказ оставить часть моего подразделения на базе, до завершения миссии эвакуации. Майору Деротли было поручено собрать здесь всё самое ценное с точки зрения науки и секретности, после чего базу нужно взорвать. Мои ребята должны за этим проследить, так как команду майора полностью проверить на надёжность не успели. Причину такой спешки я уже знал, произошло вторжение, и сейчас Патрану уже точно не до этой базы. Я также должен, лично доставить в генштаб СБС всех учёных и особо секретную информацию, причём в кратчайшие сроки. Показав майору, приказ полковника, с прилагающимися к нему нашими особыми полномочиями, я отправился к профессору. Нужно было выяснить, какую именно информацию считать особо секретной, не весь же склад нам на яхту переносить. Адэр молчаливой тенью ходил за мной, просматривая на меня с подозрением, чувствовалось, что он не всему поверил из того что я рассказал о себе.

– Адэр, скажи прямо, что тебе не ясно из того что я рассказал? – его подозрительные взгляды стали меня раздражать, и с этим нужно было что-то делать.

– Всё!

– Тебе что, ещё раз повторить? Нет проблем, но только после того как улетим с этой планеты. Извини, сейчас нам не до этого.

– Ладно, но есть один вопрос, который хотелось бы прояснить прямо сейчас. Почему ты так удивился, услышав слово Катари? Мне показалось, что оно тебе уже знакомо, откуда?

– Просто послышалось другое, оно созвучно паккари, вот и всё, – Адэр на какое-то время отстал от меня, но я знал, что на этом он не успокоится и позже продолжит спрашивать обо всём, требуя подробностей. Я уже сам был не рад тому, что рассказал ему о себе, одно неосторожно сказанное слово, через какое-то время может стать известно всем. Адэр, разумеется, умеет держать язык за зубами, но кто даст гарантии, что мой рассказ больше никто не слышал. За время короткого разговора мы добрались до кабинета профессора, и я открыл дверь в его кабинет, не соизволив предварительно постучать.

– Профессор, у нас очень мало времени, а сделать предстоит очень много. С вашей помощью мы могли бы ускорить процесс и покинуть эту планету гораздо раньше.

– Что от меня требуется?

– Указать, где находится самая важная информация, которую необходимо забрать с собой.

– Я как раз этим и занимаюсь, составляю список, но думаю, что делаю, пустую работу. Нужно забрать все информационные кристаллы и некоторые виды образцов. Поломанных вами дроидов, я бы тоже забрал, некоторые прорывные технологии, могут навредить всему союзу, если они случайно попадут в чужие руки.

– Тогда чего сидим, кого ждём? За работу!

За три часа мы собрали и упаковали всё, что профессор решил взять с собой. Набралось восемь контейнеров, размером метр на два и высотой полметра. Майор Деротли в наши дела больше не лез, его команда занималась демонтажем оборудования и минированием базы.

– Гром, возьми десять десантников, останешься с ними здесь, проконтролируете вывоз груза и уничтожение базы. Заметите что-нибудь подозрительное в действиях майора или его команды, можете смело арестовать всех. Будут сопротивляться, разрешаю открыть огонь на поражение. Это приказ, дело серьёзное. Если будет попытка захвата извне, базу уничтожить со всем её содержимым. Надеюсь, что до такого всё-таки не дойдёт. Желаю, удачи и жду вашего возвращения.

Перемещение учёных и груза на нашу яхту, заняло около пяти часов. Гражданские учёные – это не десантники, быстро перемещаться не умеют, а некоторых вообще пришлось вести, чуть ли не за руку. Эти некоторые, видите ли, боялись выходить за пределы базы, где дышать нужно через кислородные конденсаторы. К счастью таких трусливых было всего двое, точнее две, женщины, что с них взять, не оставлять же их здесь.

Подъём с поверхности планеты прошёл спокойно, но только не для меня, я переживал за своих ребят, которые остались на базе. Не хорошо это, оставлять их там, но приказ есть приказ, и вскоре яхта легла на курс ведущий домой. Ученые, почувствовав себя в безопасности, расслабились, и стали лезть везде, куда их не просят. Пара мужиков, неопределённого возраста, долго грузили голову Адэру научными терминами и предлагали, принять участие в испытаниях новых образцов брони. Сам Адэр вначале внимательно их слушал, а потом послал куда подальше, становиться подопытным кроликом, он не захотел. Отбившись от ученых, он стал посматривать на меня, вопросов ко мне у него было много, и с каждой минутной их количество в его голове только прибавлялось.

Переместившись в рубку, куда всем гражданским вход был закрыт, я занял место первого пилота. Вскоре появился Адэр и занял место второго пилота, попутно выпроводив из рубки троих десантников, контролирующих работу всех систем в момент разгона яхты. Он хотел продолжить меня расспрашивать, но не успел.

– Господин капитан, получено сообщение от полковника Патрана, – доложил десантник-связист, перед тем как покинуть рубку. Сообщение он мне тут же перебросил на личный коммуникатор, и оно имело гриф особо секретно.

– В связи с началом вторжения пришельцев, красный сектор закрыт для перемещения всех судов. Приказываю сменить курс и прибыть в синий сектор, координаты конечной точки прилагаются. Смену курса сохранить в тайне, на связь до момента прибытия не выходить.

– Мда, дело дрянь, – подумал я и поймал на себе встревоженный взгляд Адэра, он уже догадался, что сейчас происходит что-то не очень хорошее. Пока наша яхта не набрала достаточной скорости для гиперпрыжка, я ввёл новые координаты.

– Что, в самом деле, всё так серьёзно? – Адэр не пытался попросить прочитать сообщение от полковника, он знал, что я не буду скрывать от него эту информацию. Мы всегда действовали сообща и должны оба хорошо знать, что происходит вокруг нас.

– Наверное, полковник ничего не сообщил, только отдал приказ сменить курс, – чтобы он больше не задавал вопросов, я сам показал ему сообщение от Патрана.

– Ого, синий сектор! Это же на другой стороне, нам через четыре сектора перелететь придётся, – Адэр вывел на большой экран карту освоенного кусочка бескрайнего космоса. – Это вот тут! – он ткнул пальцем в то место, где появилась конечная точка нашего пути. – Я даже не знаю что это такое, в этом районе нет обитаемых планет. А, у нас топлива хватит, чтобы туда добраться?

– Бортовой компьютер говорит что да, по объёму у нас сейчас чуть больше пятидесяти процентов. Мы на две посадки потратили много, а забирать себе топливо у команды эвакуации мне не хотелось, там же с ними наши ребята остались. Адэр, я знаю, что тебе очень хочется ещё кучу вопросов мне задать, но тебе придётся потерпеть, отвечать сейчас не буду. Не хочу просто, настроение какое-то поганое.

– Да, я и не собирался, если только чуть-чуть, кое-что прояснить, но если не хочешь, я могу подождать.

Следующий час мы просидели, молча, яхта достигла необходимого ускорения для гиперпрыжка и ушла в подпространство. В момент перехода к горлу подкатила тошнота, быстро перешедшая в лёгкое головокружение. Вскоре эти оба не очень приятных состояния организма исчезли, и я решил сходить проверить, как у нас себя чувствуют учёные. Большая их часть расположилась в грузовом трюме, переживали они почему-то за целостность вывезенных с базы образцов. Моему возмущению не было предела, после того как я увидел, что почти все находящиеся в трюме учёные мягко говоря пьяны. Где только смогли алкоголь взять, если на яхте у нас его просто не было.

– Для хорошего учёного, добыть сто грамм спирта плёвое дело, его практически из любого пищевого продукта можно вытащить, – пояснил один из учёных, размахивая пробиркой с остатками спиртосодержащей жидкости.

– А из опилок тоже выгнать сможешь? – я провёл ботинком по полу, где неизвестно откуда появились металлические опилки.

– Из металлических? – мужик на несколько секунд задумался. – Нет, из металлических, точно не смогу, ик.

– Вы не ученые, а сборище анонимных алкоголиков. Всем покинуть грузовой трюм, до прибытия на место, будете по каютам сидеть, под замком! Встали, пошли! – я, чуть ли не пинками выпроводил полупьяных учёных из грузового трюма, и приказал десантникам выделить для них каюты, в которых и запереть, до тех пор, пока не протрезвеют. Вернувшись в рубку, обнаружил там профессора Кешера, и сходу высказал ему всё, что думал о его коллегах.

– Капитан, не нужно так сильно возмущаться по этому поводу, люди больше десяти лет просидели на базе без возможности вернуться домой. Появились вы, и они получили свободу, эмоции зашкаливают, вот они и решили немного расслабиться.

– Профессор, а вы-то тут что делаете, в рубку управления посторонним вход закрыт.

– Я вас искал, хотел попросить включить терминал общегалактической информационной сети. Я почти десять лет просидел без возможности получить хоть какую-то информацию о жизни за пределами базы.

– Связь не работает в подпространстве.

– Да, да, я знаю, но мы же не всё время в нём будем находиться, – профессор состроил жалобную физиономию как малолетний пацан.

– Ворон, сколько осталось до выхода?

– Сорок семь минут, потом коррекция курса около часа и снова гиперпрыжок.

– На первый раз мне и этого будет вполне достаточно, если вы, конечно, позволите войти в сеть.

– Будет вам доступ, самим хотелось бы узнать, что происходит, – я подошёл к панели управления, и настроил связь на скачивание файлов новостных каналов за последние три дня.

– А что происходит? – профессор ухватился за мои слова, поняв, что за последнее время произошло что-то явно не очень хорошее.

– Вторжение профессор, вторжение. Кто они и откуда, я пока не знаю, точнее о том кто, догадываюсь, но от этого не легче.

– И кто это? – профессор явно передумал покидать рубку, и устроился в кресле оператора связи.

– Некто Катари, большего сказать не могу, потому что сам почти ничего не знаю.

Кешер оставшееся время до выхода из подпространства, просидел в рубке, умело заговаривая нам с Адэром зубы, лишь бы остаться с нами. Правда, ему пришлось провести это время, стоя, так как наш связист занял своё место, выпроводив профессора из кресла оператора связи.

– Три, два, один, выход из подпространства! Получены первые файлы новостных каналов за последние три дня, – связист, быстро вводил всё новые и новые запросы, на поиск информации о вторжении пришельцев из другой галактики.

– Всё подряд скачивать не обязательно, оставь десять самых популярных каналов, – посоветовал я, облегчив задачу.

– Всё, есть временный доступ к прямому эфиру, включить видеосигнал?

– Давай, только выведи на большой экран все десять каналов без звука.

Через несколько секунд, большой экран, используемый для навигации, разделился на десять квадратов с трансляцией новостей. Выбрав из них самый по моему первому мнению интересный, я включил звук.

Корабли враждебно настроенных пришельцев, называющих себя Катари, по-прежнему находятся на краю белого сектора. Захватив одну из наших планет, они требуют, чтобы им отдали ещё шесть, пригодных для жизни миров. Это недопустимо, наше правительство до сих пор хранит молчание, не предоставляя жителям никакой информации. Единственное что нам стало известно, это только как выглядят пришельцы. (Картинка) Согласитесь, это монстры, у них по четыре руки, а на голове рога. (Картинка Катари крупным планом) куда смотрят наши войска? Почему они позволили захватить планету с пятидесятимиллионным населением? Что произошло с этими жителями, мы, к сожалению, пока тоже не знаем.

Я выключил звук, слушать истерику больше не было никакого желания. Всё самое важное я уже, и увидел, и услышал. Да, это действительно были Катари, четырёхрукие и рогатые представители другого мира, но не с теми отсталыми технологиями, какие у них были в том мире, а уже вполне современными. Можно даже сказать, что их технологии слегка опережали достижения местной науки. О количестве представителей этой разумной расы, и размере их флота, ни один канал информацией не располагал, на экранах мелькала картинка только одного корабля. Именно этот корабль, размером не меньше крейсера, приблизился к другой обитаемой планете и вышел на связь, предъявив ультиматум.

– Как вам новости, профессор?

– Уж лучше бы я этого не знал. Откуда только они такие взялись?

– Об этом нужно будет у Патрана спросить, он должен знать. Остальные новости в записи доступны по внутренней сети, а сейчас, я бы вас попросил покинуть рубку управления.

Профессор немного смутился, понимая, что я догадался о том, что он не очень желает уходить отсюда, но попросить меня остаться, не решился, и вскоре ушёл.

– До перехода в подпространство осталось семь минут, – доложил Адэр, нарушив наступившую гнетущую тишину в рубке управления.

– Сколько осталось нам сделать прыжков до места назначения?

– Четыре вместе с этим, – ответил он, посмотрев на экран с проложенным курсом.

Появлению катари в этой галактике я не удивился, во многих мирах живут люди, так почему же и катарианцев не должны быть где-нибудь ещё, кроме того, известного мне мира. Для людей и других разумных рас в этой галактике, раса катари очень опасный противник, они сильнее, а если посмотреть на уровень их развития, то они ещё и умнее. Чтобы их победить, придётся для начала научиться их понимать, попробовать думать как они, узнать, по каким законам они живут, и так далее, до самых мелочей.

– Они ещё и людоеды, – сказал я вслух, вспомнив о том, что видел много человеческих костей во время посещения их посёлка.

– Чего? Людоеды?! Откуда ты это знаешь? Опять что-то от меня утаил? – Адэр услышал, что я сказал и теперь смотрел на меня, ожидая пояснений.

– Я не знаю, просто предположение, думаю, мы для них ещё один источник пищи. В их внешнем виде есть что-то такое, я бы сказал звериное, короче говоря, хищники они.

Очередной гиперпрыжок получился каким-то странным, словно нашу яхту в подпространство кто-то не пускал. Мы всё-таки совершили переход, но всё время нахождения в нём, нами были слышны странные звуки, раздававшиеся за бортом. Их слышали все, а не только мы с Адэром и наш связист, отслеживающий поступающие сигналы о близком прохождении около планет.

– Это что? Ты слышал? Будто зовёт кто-то, а потом воет, словно голодный зверь, – Адэр даже привстал с кресла, пытаясь найти положение тела, при котором звуки станут слышны лучше.

– Да, слышу, но что это, я не знаю, может нашего профессора спросить, у него голова умная, должен много знать, – только я успел это сказать, как профессор сам явился в рубку управления, и задал нам тот же вопрос.

– Что это за звуки, у нас, что, проблемы с нашим транспортным средством?

– Мы как раз вас хотели об этом спросить, может, есть какие-то предположения?

Профессор ещё какое-то время стоял, прислушиваясь, но так ничего вразумительного нам сказать и не смог. Списал всё на причуды подпространства, которое на данный момент было изучено всего на десять процентов. Люди научились им пользоваться, преодолевая огромные расстояния, но что происходит с кораблём в это время, так и не узнали. Были версии, что в подпространстве время сжимается, кто-то утверждал, что сжимается само пространство. Предположения даже доходили до того, что люди якобы вторгались в мир богов, пользуясь их силой для быстрого перемещения. Профессор смотрел на гиперпрыжок как на обычное ускорение, до скорости равной свету или даже больше неё, но он не физик, а генетик, почему при такой скорости люди выживают внутри корабля, он тоже не знал, не занимался такими вопросами.

Гиперпрыжок почему-то длился больше положенного времени на целых восемь минут, и вышли мы из него, совсем не там где должны были.

– Координаты, быстро! Где мы сейчас? Карта звёзд не та, что должна быть.

Десять секунд, которые понадобились для установления координат, показались мне несколькими часами, я словно застрял во времени как в киселе.

– Ну?! – не выдержал я, и прикрикнул на связиста.

– Белый сектор, впереди по курсу неопознанный объект, движется параллельно нашему курсу, – дрожащим голосом доложил десантник, испуганно всматриваясь в экран сканера космического пространства.

– Вот чёрт, пусть это будет астероид! – я тоже прилип взглядом к экрану, всматриваясь в помеченную красным квадратом точку. Сканер с бешеной скоростью высчитывал массу объекта и его форму, выдавая на экран пока только цифры. Звук окончания сканирования, ударил по ушам как выстрел, после чего сканер выдал изображение того, что двигалось впереди нас. Это был корабль пришельцев, а не астероид, как я надеялся. Большой корабль, по полученным данным, больше наших новых крейсеров, а они были в двадцать раз больше нашей яхты.

Через несколько секунд сканер пометил ещё несколько точек на карте космоса, но уже без пояснений, что это такое.

– Это корабли катари, думаю, что всего лишь малая часть от их флота, – выдвинул версию Адэр, с которой мы все молчаливо согласились. – Вопрос, они нас что, совсем не видят или мы для них угрозы не представляем?

– Кто же их знает, что у них там на уме в их рогатых головах, – пробормотал я, не отрывая взгляда от экрана и ожидая, что вот-вот, и они за нами погонятся или того хуже, просто прихлопнут как муху.

– Командир, у нас с яхтой что-то не понятное происходит, – десантник-связист быстро перебирал пальцами на виртуальной клавиатуре, пытаясь проверить работу систем.

– Что именно?

– Вокруг нас словно энергетическая сфера образовалась, и теперь мы можем их видеть, а они нас нет.

– Проверь силовой экран защиты.

– Отключен, к тому же он у нас не такой плотный как эта сфера. Что делать?

– Ничего не делать, сидим тихо, наблюдаем, при первой же возможности уносим отсюда ноги.

Наблюдая за кораблями катари, я в какой-то момент понял, что мы к ним приближаемся, вместо того чтобы пролететь мимо. Я, не веря собственным глазам, проверил курс нашего корабля, вдруг он изменился. Все показатели приборов навигации показывали, что мы от курса не отклонялись. Тем временем, наш маленький корабль по сравнению с кораблями катари, уже приблизился практически вплотную к их флагманскому кораблю. Сейчас мы шли с ним одним курсом и с одинаковой скоростью, находясь к нему левым бортом. Громада флагмана внушала уважение, и я запаниковал, поняв, что уничтожить нас, они могут за долю секунды. На лбу выступил пот, мне стало жарко, пришлось расстегнуть верхнюю пуговицу своего кителя.

Пока это делал, ощутил неприятное покалывание кончиков пальцев на обеих руках. С моим телом что-то происходило, потому что после голова стала кружиться, а вскоре и в глазах потемнело. Я почувствовал, что лишился своего тела, а моё сознание самостоятельно поплыло к кораблю катари. Никакие преграды в виде силовых полей и брони корпусов, для меня не явились преградой, я с лёгкостью всё преодолел, и оказался внутри флагмана пришельцев. Я не выбирал направление, по которому перемещался, сознание летело по коридорам огромного корабля само, явно к намеченной кем-то цели.

Полёт был быстрым и не долгим, после чего я остановился в огромном зале, где в нескольких метрах над полом, поддерживаемый антигравитатором, висел металлический куб. Вокруг этого куба было расставлено много всякой аппаратуры, возле которой суетились четырёхрукие катари, одетые в костюмы радиационной защиты. Зеркальные плоскости сторон куба отражали всё, что происходило вокруг, но, несмотря на близкое к нему нахождение, в этом отражении я не увидел себя. Там где я должен был отражаться, было мутное пятно, абсолютно круглое и маленькое. Это пятно на пятиметровой стороне зеркального куба никто не замечал, катари продолжали заниматься своей важной работой. Чем ближе я приближался к кубу, тем лучше начинал себя чувствовать. Появилось ощущение огромной силы, проникающей в меня из самого центра этого куба. Эта сила пьянила, давая чувство не реального для простого человека могущества.

Вскоре я стал удаляться от куба, а он сам стал таять, словно был сделан изо льда, и вскоре исчез совсем, вместе со всеми кораблями катари. Боль в голове вернула меня в реальный мир, и я вновь ощутил своё тело.

– Димон, эй Димон, ты что? Профессор, что это с ним? – голос Адэра напомнил мне, что я по-прежнему нахожусь в рубке нашей яхты. Струйка тёплой крови пробежала из моего носа по подбородку, и через секунду на панели управления появилась красная клякса. Покалывание в пальцах постепенно затихало, и я смог наконец-то зажать ими нос. Профессор на вопрос Адэра ничего не ответил, он молчал, и смотрел на панель управления. Там, на её стеклянной поверхности, остался вплавленный в стекло отпечаток моей руки.

– Нормально всё со мной, голова что-то не вовремя разболелась, – покосившись на отпечаток, я собрался выйти из рубки, но громкий голос по каналу связи заставил меня остановиться в полном недоумении.

– База вызывает борт ЯВР-15-НВ-7. Борт ЯВР-15-НВ-7, Вы там что, уснули?

– База, говорит борт ЯВР-15-НВ-7, слышим вас, – ответил Адэр, покосившись на меня, так и не дождавшись от меня никакого действия.

– Высылаю коды прохода минных полей.

– Поняли, ждём.

Я перевёл взгляд на экран, где застыла карта космоса с проложенным по ней курсом. Мы прибыли к конечной точке, и сейчас диспетчер секретной базы СБС вышел с нами на связь. Как мы тут оказались, я понятия не имел, последнее, что я помнил, это то, что нам нужно было совершить ещё как минимум три гиперпрыжка.

– Командир, полковник Патран на связи, – доложил десантник-связист, посмотрев на меня каким-то ничего непонимающим взглядом. Судя по выражению его лица, он сейчас тоже не совсем понимал, как мы тут оказались. Адэр с профессором Кешером вели себя как обычно, словно были уверены в том, что наша яхта совершила все положенные переходы в подпространство.

– Капитан Демон слушает, – перед тем как ответить, я засунул в ухо наушник, чтобы профессор не мог услышать, что говорит Патран.

– С прибытием, яхту в ангар, учёных в карантин, а сами быстро ко мне. Как понял?

– Понял вас господин полковник, куда девать груз?

– Пусть пока на яхте побудет, что с ним делать, потом решим.

Глава 2

Для того чтобы пройти минное заграждение, пришлось снизить скорость, иначе никакие коды не спасли бы нас от уничтожения. Наш радар вообще никаких мин не обнаружил, но мины – это ещё не всё что нам угрожало. Чтобы попасть на базу, которой тут в принципе быть не может, ещё требовалось пройти поле астероидов и избежать столкновения с ними. Они располагались почему-то подозрительно близко друг к другу, словно их намеренно так сблизили.

– Что-то я не могу понять, а где база-то, радар только одни астероиды показывает? – Адэр попеременно смотрел, то на экран радара, то в панорамный иллюминатор, который мы временно освободили от защитной бронеплиты. Я тоже во все глаза палился в огромный иллюминатор, но базу тоже не видел.

– Маргас, где эта база? – спросил я у связиста, который только что ввёл в систему навигации полученный маршрут, вместе с полученными кодами прохождения через минное поле.