Книга мудрости. Афоризмы, сентенции и суждения

Отчего помирают чиновники

В нашей стране в последнее время развелось очень много чиновников. Они везде – в телевизоре, в интернете, в новостях, в магазине, а гостях. Они везде очень беспокоятся о стабильности, нравственности, порядке и справедливости. Я даже, представляете, узнал, что средняя семья чиновника имеет минимум трех детей по закрытым социологическим опросам. И такое ощущение – они вечные: как не включишь телевизор – а там те же лица. Прямо вечность нескончаемая! Заглянул к классикам, чтоб узнать из авторитетных источников как кончается жизненный цикл у чиновников. Любопытно ведь! И на тебе! – Антон Чехов «Смерть чиновника»: здесь большего авторитета не найти! И что же пишет Антон Чехов! – предвестником смерти чиновника является прекрасный день и очевидное блаженство от происходящего в виде классической музыки, балета или на худой конец оперетты, и чтобы там присутствовал обязательно цвет чиновников, и чтобы у кого- то что-то заклинило в организме, и чтобы эта пробка внутренняя физическая изошла из организма и попала на вышестоящее лицо, и чтобы это лицо утерлось этим и промолчало. Все! – это смерть. Чиновник не знает еще, что он живой труп, ибо не удержал физическое внутри себя, а это смертельный грех для чиновника: из него ничего не должно выделяться. Чиновник еще бегает, волнуется, с женой советуются, так как жена должна собирать все выделения своего чиновника по внутреннему закону чиновников. В конце концов он бежит к тому, на кого выделил внутреннее. И что он там услышит? – конечно: «Пошел вон!» Все. Крышка гроба опущена. Смерть. Ведь нет ничего страшнее для чиновника любого ранга услышать этот надгробный клич: «Пошел вон!» Поэтому и на пенсию чиновники никогда не уходят. Умирают героически на рабочих местах. Антон Чехов, молодец! Рассказ в страничку рассказал о всей подноготной жизни этих государственных бедолаг.

Восстание стариков

В современном мире относительных стариков становится все больше и больше. Почему мы говорим относительных? – потому что человек после шестидесяти лет еще довольно бодрый человек. Ему еще жить в среднем двадцать пять лет – почти среднестатистическое поколение. Практически старики, коих общество не признает больше работающей частью общества и приносящей пользу этому обществу, становятся материальной обузой этому самому обществу. Их переносят в разряд тех, кого нужно материально поддерживать и обучать. Но государства видят пользу в таком положении дел. Все государственные функционирующие СМИ рассчитаны в основном на эту аудиторию: они обычно «консервируют» культурные достижения и цементируют реакционную составляющую данного поколения. Стоить отметить, реакционность стариков культивируется как положительный стимул для стабилизации структуры общественных устройств. Как правило, старики против восстаний, изменений, перемен, нововведений, но очень агрессивно настроены против любого чужого влияния, вплоть до уничтожения враждебного объекта. И совсем пропадает критичность мышления, а вместо критичности – ограниченный законсервированный багаж знаний и умений, который проецируется на все стороны социального общения и жизни. Намеренное использование государствами стариков для поддержания политической стабильности ведет к тому, что старики выдвигают в управление государством таких же стариков – часто ленивых, агрессивных, недальновидных. зацикленных на «вечном правлении». Нельзя сказать, что старость вся ни на что не способная. Мы говорим о другом – человек слабеет, острота ума снижается, падает способность к риску и новым достижениям. Процент способностей стариков быстрее уменьшается, чем хотелось бы. Самое удивительное, что старики всегда поддерживают любую войну, видя в ней только доброе и справедливое, подвержены радикальному религиозному влиянию, часто теряют чувство сострадания и становятся более равнодушны к себе и другим. Восстание стариков заключается в том, что сейчас у них появилась политическая возможность в силу быстрого старения человечества навязывать свои отрицательные качества человеческому обществу, делая их положительными. Многие молодые люди становятся «стариками» преждевременно, несмотря на возраст. И эта тенденция наблюдается во многих государствах, где улучшение жизни способствует продолжительности жизни.

Убийство как право

В средние века все представители государства, то бишь феодалы и их верные оруженосцы, были хорошо вооружены. Так они и разговаривали в полном военном облачении и при сборе налогов, и долгов, и просто мирных скоплениях граждан. Граждан били, жгли и убивали за долги, неподчинение, недовольство, неуважение и просто пренебрежение к власти. Попы-пропагандисты тоже, но отставали, хотя и без личного оружия, но у них наказание страшное всегда – людей просто резали публично по кусочкам на потеху толпы. В общем картина была жуткая. И как долго терпел забитый народ такое вооруженное противостояние им? Совсем короткое время. Восстания сменили послушание: рыцарей убивали рогатинами, попов вешали. Затем дошла очередь и до царей – их также народ стал убивать. В настоящее время функцию насилия во всех странах выполняет полиция и все служители государства, у которых есть право на убийство граждан. В некоторых странах государственных убийц больше, в некоторых меньше. Но без них никуда! Ведь граждане так и не научились полному послушанию, молчанию и дебильному раболепию. Они, как и прежде не согласны со своей ничтожной жизнью, которая на государственном языке означает счастье. Ведь правители до сих пор думают, что они знают, что нужно дать народу. И всегда ошибаются. Самое удивительное – каждый правитель осознает: его ненавидят и готовы убить в любую минуту. Поэтому даже плюнуть в него сложно – охрана везде из государственных убийц.

У нас все хорошо

Лучшего места для жизни просто не найти. Экономическое чудо уже продолжается в течение лет двадцати: мы стоим на месте и никуда не растем – живем стабильно, ничего не меняем, не торопимся. А зачем нам все эти волнения экономические – тут подрос, там упал! И вообще – картинка должна быть перед глазами одинаковая – открыл глаза, а перед тобой все знакомые лица. Вот Москву застроили и немножко изменили впечатление –хотя все в основном как и прежде: квартирки маленькие, места вокруг мало, народу много – как и раньше все вокруг кремля толкаются, к которому ведут большие дороги, чтобы пульс знакомый чувствовать. Но слава богу, незначительные изменения с глобальной точки зрения. Очень стабильно. И враги, и друзья всегда одни. Запад -враг, юг -брат. Только этим южным братьям не верим как всегда – нож в спину могут воткнуть басмачи. Вот и Африку любим – там бананы, золото и борьба с колониализмом – далеко от нас и никакого напряжения. Природа у нас везде стабильная – помойки рядом, рыба ненужная вымерла, пашни непригодные лесом заросли. А грибов и ягод много вырастает в государственных лесах. – И это все богатство, к счастью, государству принадлежит, которому кроме стабильности ничего не нужно: они даже бесплатно позволяют народу питаться в лесах из чувства стабильности. Благодать! Вот говорят, рожаем мало. А зачем стабильность нарушать! Меньше народу – больше кислороду.