Восход

Я поджёг факел, который почти уже прогорел полностью, и на его основе собрал небольшой костёр. Ван почти сразу принес разных сухих веток и сырого мха для дыма. Мы всё это собрали и получили сигнальный костёр, который дымил очень хорошо, а ещё ветер разносил всё это по всему каньону, так что нас должно быть видно изо всех точек.

Дальше мы попытались разглядеть тех двух людей. Это получилось у нас через минут десять – они ползли по одному из склонов на наш уровень. В этот раз они были поближе, и мы увидели, что это были двое мужчин. Ван сказал:

– У одного из них ружьё за спиной…

– Да? И что делать?

– Хм… Ничего. Что мы можем сделать-то? Ну на всякий случай держи наше ружьё наготове. Если они начнут, чё-то там базарить, то веди себя тихо, я сам всё порешаю.

– Ладно понял.

Мы подождали пока они зайдут на наш выступ и потушив костёр стали ждать пока они к нам подойдут. Когда это произошло, и они уже были метров за сто от нас, у меня появилось странное чувство тревоги. Раньше такого никогда не было, даже когда нас с Ваном заносило в незнакомые деревни к, по странному выглядящим, более подозрительным людям. Видимо, наличие огнестрельного оружия не только у нас, делало своё дело.

Мы аккуратно приблизились к ним, а они к нам. Стали видны очертания их лиц и вся их экипировка детально. Рост и телосложение у обоих были похожи – высокие, хорошо сбитые, широкоплечие. У обоих светло-карие глаза, узкие брови и прямые носы. По возрасту можно сказать, что им под тридцать, прямо как моему отцу. Пронеслась мысль что они родственники, уж сильно они похожи… Одежда у них была плотная, коричнево-зелёных цветов со вставками из прочной кожи – явно для скрытности. У них имелось большое количество подсумков и крепкие рюкзаки. Также мы заметили, что ружьё есть не только у одного, но и у другого, но в специальном чехле. Возможно они охотники…

– Так… И кто это тут у нас? Наёмники? —спросил тот, который повыше.

– Какие-то они молодые для наёмников… —сказал второй из них.

– Наёмники?! Извините, конечно, но мы и понятия не имеем о чём вы. —ответил Ван, —Мы тут сами совсем недавно. Под словом «тут» я имею в виду это подземелье…

– Пацаны, погодите. —перебил Вана второй мужик. —Вы имеете ввиду, что вы спущенные что ли?

– Наверно да…

Мужики переглянулись и, выдержав небольшую паузу, засмеялись во всё горло. Я посмотрел на своего друга. Он не показал ни грамма волнения и продолжил сквозь их смех что-то им говорить:

– Чего смешного? Вы вообще сами-то, кто?

– Мы? На самом деле охота знать, кто ВЫ такие и что тут делаете. Тут запретная зона для всех кроме нас – охотников, а вы явно не наши коллеги.

– Да, ты абсолютно прав. Мы не охотники. Мы вообще два дня тут находимся. Если не верите я вам докажу сейчас. —сказал Ван и затем полез в свой рюкзак.

– Стоять! —сказал один и них и поднял своё ружьё в нашу строну. —Не смей. Достанешь что-нибудь – я выстрелю. Сразу предупреждаю, я…

– Подожди-подожди. —внезапно остановил его второй охотник. —То, что спущенных не было уже много лет, не значит, что их больше уже совсем не будет. Вдруг они всё же не врут. Всё-таки это можно проверить.

– Блин… Ну если они и вправду спущенные… Ладно проверь их. Ты же знаешь вроде как.

Про что они говорят, кажется ни мне ни моему другу было не понятно, но что они дальше собирались делать было одновременно и интересно, и очень подозрительно. Свой карабинчик я скрытно держал на ремне за спиной на всякий случай…

Охотник, который возразил, подошёл к Вану, аккуратно достал своё ружьё из чехла, и сделав какие-то махинации с ним, нажал на курок. Ружьё внезапно зашипело, а охотник продолжил на него смотреть, потихоньку приближаясь к нам. Подойдя почти вплотную, он отключил шипение и посмотрев на второго охотника сказал:

– Слышь, они с большей долей вероятности, реально спущенные…

– Да?! Ты уверен? —удивился первый охотник.

– Да, точно. Аккум зарядился ни в два, ни в три, а наверно раз в десять быстрее.

– Афигеть. То есть, вы пацаны, реально спущенные что ли?

– Мы не знаем кто такие эти ваши опущенные, но то, что мы тут совсем недавно – вот это вот факт. —ответил Ван, —Я не знаю, что и как у вас тут устроено, поэтому могли бы вы сказать, что нам сейчас делать с этим фактом, да и вообще, что делать в общем плане?

– Оу… Ладно, сейчас, подожди… Хотя нет… Предлагаю сначала познакомиться, а затем уже разберёмся что делать. Извините за не гостеприимство, меня зовут Морей. —сказал второй охотник, который доказал, что мы «спущенные». —Моего брата зовут Сербук, —договорил он.

– «А я оказывается довольно таки проницательный. Гипотеза с их родством оказалась верной.» —подумал я

– Приятно познакомиться. Меня можете звать Ван, а моего спутника – Кара. —сообщил им мой друг.

– Хорошо. Так, Ван, ты спросил, что вам делать… Слушай меня внимательно: у нас тут целое организованное общество – у всех есть свои профессии и задачи, за выполнение которых ты сможешь существовать в подземелье без особых проблем. Каждый волен сам себе выбирать работу, но как спущенные вы этого не сможете сделать без ведома главнокомандующего, а, следовательно, и зарабатывать себе на жизнь вы не сможете. Вам нужно будет встретиться с ним, а в этом мы вам поможем, но перед этим нам нужно самим прокормиться своим делом, то есть сходить на охоту. Я понятно объясняю?

– Да-да. Кстати на счёт охоты… Вот. Посмотрите.

Ван достал клык того огромного животного. Сербук и Морей пару секунд похлопали глазами, смотря на него и Морей с ошеломлением сказал:

– А это откуда у тебя?

– Такое дело… —начал Ван, —Вы наверно же слышали глухой хлопок часа так пол назад? Слышали ведь?

– Ты хочешь сказать, что вы сами убили остроклыка? Это же…

– Если остроклык – это огромное животное похожее на кошку, то да.

– Ёмоё… он же под охотничьим запретом…

– Ну и ладно, —Сказал Сербук, —скажем что это случилось в процессе самообороны и ничего нам не будет. А где его тело-то…

– Ак так и было! —возразил внезапно я, —Остроклык этот, сам на нас напал. Мы пытались изначально его отпугнуть, но не получилось. Он кстати тут где-то лежит. Вон, недалеко от вышки.

– Пошли посмотрим пацаны, затем уже пойдём разберёмся с вами. Мы с Мореем, если честно рады, что встретили вас. Просто ну… Нам точно заплатят за то, что мы поможем вам.

Ван пожал плечами в ответ. Мы подошли к трупу животного. Оно уже охладело под листвой, которую мы на него положили.

– Ничёсе… Ребят, вы чем это его так? У него голова продырявлена в двух местах и… колотые ранения по всему телу… Как вы его убили?

Я хотел начать, но Ван специально прервал меня:

– А ну короче мы пытались найти тут людей, просто спускались вниз и внезапно заметили, что эта тварь к нам подкрадывается в высокой траве. Мы закричали, попытались его отпугнуть громкими звуками, но он на нас и побежал. Кара начал стрелять из лука, я достал щит и копьё. Я не знаю, как он меня не убил с одного удара, но видимо я грамотно встал и удар пришёлся на щит. Вот смотрите какие царапины на нём… Моё копьё стразу пошло в дело. Вот от них и появились колотые раны. А голова продырявлена исключительно вот этой киркой, которую мы нашли в Нарисовом убежище по дороге сюда.

История была изменена, и я понимаю зачем. Наш бронзовый карабин я закрыл рюкзаком посильнее. Хоть братья охотники и выглядят дружелюбно, нашего доверия они ещё не заслужили. Карабин может стать в определённой ситуации весомым таким аргументом.

– Здорово вы его. Вам сильно, даже очень сильно повезло… Мы иногда находим наших коллег, растерзанных этими животными, хотя у них были самые крутые ПВшки, а у вас вообще по сути ничего не было.

– ПВшки это что? —спросил мой друг.

– Пневматические винтовки. Вот смотри, как у меня.

– Хм… Я думал это огнестрельное.

– Ха. Огнестрелом сейчас же никто не пользуется. Ах да, ты же вообще не знаешь ничего… Ладно потом поговорим. Нужно собрать этого остроклыка и сваливать отсюда, а то свет жарит капец сильно: все кисти уже обгорели.

Братья разрезали тушу зверя на части, подождали пока стечёт кровь и распределили все между всеми нами, но себе они взяли вес больше, чем дали нам нести. Погрузившись мы отправились в ближайший город подземных людей, чтобы там оставить нас с Ваном, и продать захваченную тушу животного.

Дорога повела нас по этим огромным выступам вниз. Головокружащие виды менялись один за другим: то выступ с глухим, загадочным лесом, то выступ, похожий на огромные ступени из-за своей многоуровневости, то опять водный выступ, с большим количеством рек и озёр. Это место очень странное, загадочное и одновременно очень красивое.

Видимо на этой высоте Верхних лугов люди довольно часто находятся, так как тут имеются более-менее пологие тропинки, по которым мы кстати в два счёта добрались до спуска в Рудное плато: совсем иное место, из-за того, что свет в него не проникал, тёмное, сырое и более тесное, но почему-то именно в котором и находился ближайший город.

Проход из Верхних лугов в него был своеобразный – на высоте перехода из одного в другой бесформенная вертикальная пещера, ведущая с самого верха, под названием «Верхние луга», обретала в горизонтальном сечении гораздо более округлую форму, образуя тем самым округлое поле на дне, которое мы видели с верхних выступов. Это поле было покрыто травой, а в его центре имелась опушка круглой формы с занижением в центре. Вся эта поляна не имела плавного перехода в склоны Верхних лугов, так как её плоскость шла дальше прямо в толщи пород, образовывая, тем самым круговой вход в Рудное плато. Можно сказать, что если спуститься на поляну и пойти по ней в любом направлении, то можно в любом случае попасть туда, куда нам надо, но в таком случае склонам Верхних лугов было бы не на чём держаться, но тут присутствовали огромные сталогнаты – вертикальные колонны природного происхождения. Они располагались по всему периметру поляны начиная с момента, ухода от центра под каменные породы. Чем дальше от центра этого поля находились колонны, тем плотнее они располагались, образовывая непроглядный лес.

Виды просто завораживали нас и приковывали наши взгляды, в то время как братья охотники шли дальше как ни в чём не бывало. Видимо они довольно часто здесь бывают…

Довольно скоро мы приблизились к краю Верхних лугов. Дальше спускаться так же, как и раньше у нас бы не получилось из-за отсутствия склона. Я задался вопросом:

– А как дальше? Тут не по куда спускаться.

– А дальше прыгать. —сказал Сербук

– Чего?!

– Да шучу. Тут есть верёвочная лестница. Сейчас скоро мы до неё дойдём и спустимся.

Пройдя до последнего выступа, мы с Ваном увидели специальную деревянную платформу, установленную между уступами на металлические балки. Размером она была примерно пять на пять метров, доски, довольно толстые, были уже очень состаренные, имелись потёртости и сколы, но они всё равно были довольно прочные, в центре платформы имелся квадратный проём. Мы по тропинке приблизились к ней, и я увидел эту чудовищно страшную вертикальную лестницу. Страшной она была не по тому что держалась на соплях, нет наоборот, она была очень массивной и прочной, а страшной она была из-за высоты, на которую она спускалась, и из-за того, что ветер шатал её как тряпичную игрушку. Морей начал нам объяснять, как спускаться:

– Мы сейчас будем спускаться, вы полезете перед нами. Лестница высокая, как вы видите, так что каждые метров тридцать вы сможете найти там специальные подвесы. На них можно опереться и отдохнуть. И кстати, держитесь исключительно за перекладины. Если схватитесь за верёвку, может зажать руку, так что будьте аккуратнее.

Мы кивнули головой и последовали к спуску. Увидев через край сколько нам нужно спускаться, моё сердце заколотилось гораздо быстрее. Не знаю, боюсь я высоты или нет, но как говорится, это зависит от того, какая высота, а тут на первый взгляд метров сто, если не больше, свободного падения.

Я попросил Вана ползти первым, и он согласился. Посмотрев, как ловко вниз сполз мой друг, собрав силы в кулак туда полез, и я тоже. Подползя задом к проходу вниз, я свесил туда сначала одну ногу и еле нащупав первую ступеньку я немного более храбро спустил туда вторую ногу, а затем спустился под платформу и всем корпусом.

Как только я опустился, стало слышно оглушительный скрежет натянутых канатов и воющий гул порывистого ветра. От страха у меня в ногах скопилась слабость, а в груди проступил леденящий холодок. Доползя по состаренным перекладинам с многогодовыми следами до первой остановки Ван прополз дальше, а я решил немного отдохнуть. Она представляла из себя дополнительную перекладину, на которой могли разместиться до двух человек.

Спустя примерно двадцать минут переползаний мы все оказались на поле. Так твёрдой земле я ещё никогда не радовался, как сейчас… Тут росла довольно густая, но не такая высокая трава. Ветер сдул пот с моих лба и висков, и немного передохнув мы подошли к одиноко стоящему указателю.

Он указывал на два направления: «Столица» и «Рудники», но от самого указателя расходилось куда больше тропинок. Те два обозначенных направления вели в сторону леса, находившегося в центре поля, и в глубь Рудного плато, огибая огромные колонны как небольшая речушка. Если найденный нами дневник Лерума не врёт, то мы скорее всего пойдём в город «Рудники», расположенный за этим лесом каменных колонн.

Немного постояв под палящим светом сверху, мы всё же пошли в сторону Рудники, как я и думал. Спустя несколько минут пути мы приблизились к Каменному лесу, так называют всё это скопление огромных пятидесятиметровых колонн. Интересно… Как сформировались все эти причудливые ландшафты? Ван рассказывал мне что-то про метаморфические плиты, как появляются горы за миллионы лет, но вот как это появилось я представить не могу…

Зайдя в каменный лес, мы потеряли из виду ту огромную верёвочную лестницу и вскоре всё время сопровождающий нас гудящий ветер стих, яркий солнечный свет заменил тусклый, сумеречный, а трава стала жухлой и сухой. Стало очень тихо, но всё равно было слышно только шуршание травы, да шаги по сухой почве.

Тихую атмосферу путешествия испортил резкий, внезапный звук хлопков откуда-то сверху. Все подняли головы и увидели что-то напоминающее огромную птицу, но без перьев и очень странным строением тела. Оно пролетело в десяти метрах над землёй, а за ним полетел точно такой же, и они вдвоём, уклоняясь от огромных стволов каменного леса, пронеслись куда-то вдаль. Мы с Ваном от увиденного немного опешили. Охотники нас успокоили:

– Это виверны. Для людей безопасны, если к ним не лезть, а так питаются, рыбой там, мелкими птицами, да и только.

– И часто они тут пролетают? —задался вопросом я.

– Частенько. У них гнёзда находятся в этих колоннах, а если бы вам повезло, то увидели их бы и раньше, так как несколько таких живёт ещё прям под самим сводом Верхних лугов.

– Понятно…

– Хах… Это вы сейчас так удивляетесь. Представляю ваши лица, когда вы по всему подземелью побываете. Там гораздо больше самых разных красот и других интересных вещей.

– Ну мы посмотрим… —сказал Ван.

Здешний животный мир, хоть и похож на мир поверхностный, но он кардинально отличается. Ещё ни одного вида с поверхности я не нашёл тут. Ни травинки, ни букашки, ни птички, никого и ничего знакомого. Проклятое место… Как это всё вообще могло уместиться под землёй практически у нас под носом?

Вскоре окружение поменялось кардинально: стало темно как ночью, траву под ногами заменил гравий или голый камень, свод пещеры опустился пониже и стал небольшими крапинками светиться как звёздное небо, а небольшие кустики заменили огромные валуны и скалы. На вопрос о светящихся камнях охотники ответили, что это светокамень, точно такой же который вставляют в электрические факела и фонари. Заговорив о фонарях, мы вспомнили о своём светокаменном факеле и достав его осветили дорогу. На вопрос: «Откуда он у нас», мы ответили так же, как и про кирку и другие предметы: «Нашли в Нарисовом убежище»

Запахи цветов, деревьев, свежести и теплоты Верхних лугов заменились на запахи влажности, грязи, лишайника, и будто какой-то соли… Ощущение от Рудного плато можно описать как: настороженность и опасность. Здешняя атмосфера давала понять, какие люди слабые по сравнению с природой, как здешней, так и поверхностной.

Мы продолжали идти сквозь окружающий нас полумрак, благо вкрапления голубого светокамня в своде этой пещеры, хоть немного освещали это место, и спустя примерно полчаса пути из-за скальных пород стало виднеться некое поселение, как лучик света и безопасности.