Триединое сознание бога. Теория Единства

ПРЕДИСЛОВИЕ

Однажды, если не ошибаюсь, летом 92-ого года во мне зародился странный вопрос. Дела житейские не позволили ему долго находиться в сознании, и он на какое-то время растворился в недрах бессознательной сути. Но очень скоро вернулся, не заставив себя долго ждать. А потом и вовсе стал одолевать меня постоянно. Семя, однажды попавшее в благодатную почву, пошло в рост: вопрос – по закону аналитико-синтетического системообразующего взаимодействия – стал обретать массу боковых ветвей, структурно оформляясь в «дерево». Почему, задавал я себе вопрос, числу «13» в человеческом обществе достался такой негативный статус? В чем тут суть? На самом ли деле оно – средоточие зла? А может, в нем – в его значении заложено нечто такое, что не должно стать достоянием многих, и потому планомерно дискредитируется в глазах обывателя?

Такая мысль пришла в связи с язычеством, нареченным во многих европейских языках словом, эквивалентным нашим словам "поганство, поганый». Язычество с его относительной свободой магических интерпретаций, дискредитируемое новой, пришедшей на его место религии, под давлением ее сторонников обрело негативный статус, преобразовалось во что-то непотребное – поганое. Не происходит ли что-то подобное и с числом «13»? Не заложено ли в нем нечто, что не позволительно знать большинству людей? Давайте вспомним Средние века. Какие гонения христианской церковью были организованы на "инакомыслие": на то, по сути, что сама церковь прекрасно исповедовала (возьмите хотя бы Христа с его двенадцатью апостолами, создавшими систему новой религии, опиравшейся на таинства Господни). Но вот в пределах церкви церемониальная магия была таинствами, а за ее пределами – ведьмовством, колдовством и чародейством, независимо от их полярной направленности: относились они к белой магии или же к черной.

Как случается, когда начинаешь чем-то усиленно заниматься, я стал замечать и видеть то, на что раньше не обращал внимания. Так однажды я открыл для себя константу Золотого Сечения (статическое прекрасное симметрии вдруг стало динамическим прекрасным гармонии). А вместе с ней и ряд чисел, характеризующий гармоническое взаимодействие частей в целом – ряд чисел Фибоначчи. И вот здесь, пожалуй, произошло самое интересное: число «13», если поступательность его градации наложить на поступательность любой его музыкальной октавы, как бы это парадоксально ни звучало, показало свою суть в организации любого жизнеспособного образования, любой нелинейной системы в пределах Вселенной. Именно оно – число «13», являясь божественным импульсом, оживляет двенадцать планов, двенадцать уровней в иерархически обустроенных нелинейных системах. Это потенция (олицетворение Бога), существующая в каждой потенциальной точке проявленной Вселенной.

Попутно – в связи с числом 13 – открылась еще одна тайна, которая давно волновала ученый мир, тайна о происхождении константы Золотого Сечения. Углубляясь в процесс постижения материала, я обнаружил, как уже говорил, «незримое» присутствие этого числа в музыкальной октаве. Двенадцать ее интервалов становятся гармонией лишь тогда, когда появляется одухотворяющий элемент. В «музыке» материализованной Вселенной это Творящее Начало – Бог. А в нашей обычной жизни, как вы уже догадались, человек: в интерпретации Гермеса Трисмегиста – смертный бог (вы, конечно же, обратили внимание на то, что в названии книги это слово вопреки христианской традиции начинается со строчной буквы). Бог в данном случае – человек.

Вся работа, происходившая во мне, благодаря закону цикличности в итоге свелась к прозаическому изобретению велосипеда – к простому, казалось бы, пониманию одновременного аналитико-синтетического взаимодействия в системах, что есть известный многим из нас гомеостаз – динамическое равновесие – «встречный бег», названный Гераклитом энантиодромией (enantiodromia).

Вот интересный факт из моего собственного опыта. Однажды, когда я после ознакомления с «Энциклопедией оккультизма» и Дзэн-Буддизмом корпел над эзотерическими интерпретациями карт Таро, пытаясь логикой постичь то, что для нее непостижимо, я окончательно запутался. В какой-то момент во мне что-то перемкнуло, и все, что до сих пор существовало в сознании в виде хаотичных знаний, выстроилось в систему, которая вначале получила название «Теория АСЕ (аналитико-синтетического единства)», а впоследствии преобразовалась в «Теорию Единства». С ней я и хотел бы познакомить и тех, кто занимается наукой профессионально, и всех остальных, кто заинтересован в познании бытия, и кого один из выдающихся психологов современности – Джордж Александр Келли назвал наивными учеными. Все вместе мы – исследователи. И неважно, что нами управляет – простое любопытство, желание самосовершенствования или принесение себя в жертву на алтарь человечества. Каждый найдет в ней что-то для себя. А именно то, что подтолкнет к осмыслению своего истинного «Я», как открытой системы, где иллюзия обособленности, представленная идеей единой жизни в едином физическом теле, это всего лишь временное заблуждение большинства человечества.

ВСТУПЛЕНИЕ

К сожалению, ни с кем из авторитетных духовных учителей встретиться мне не довелось, хотя без незримого кураторства, я полагаю, не обошлось. Я также не являюсь ученым, в обыденном понимании, чтобы пытаться выдать свою теорию за результат классической научной деятельности, где недостаток третьей точки опоры заменяет научный эксперимент (об этом мы будем говорить позже). В этом случае у ортодоксальной части ученого мира не будет возможности хулить мою работу, как это было сделано в отношении Руперта Шелдрейка, «осмелившегося» на йоту выйти за рамки предсказуемой рациональности, хотя он и не претендовал на истину. «Представление гипотезы формативной причинности… может рассматриваться лишь как предварительный набросок… – пишет он по поводу своего детища, – …до тех пор, пока некоторые из ее предсказаний не будут проверены, побудительный мотив к такой проверке будет, вероятно, весьма слабым: только если получены убедительные положительные результаты, гипотеза может казаться заслуживающей того, чтобы ею заниматься, по крайней мере, в ее настоящем виде».

Исходя из того, что некоторые предсказания и Теории Единства будут проверены, фигурально выражаясь, завтрашним днем, ибо их проверка на первых порах также потребует экспериментального восполнения пробела между тем, что мы имеем на сегодняшний день и нашим прогнозом, то и побудительный мотив к этой проверке может возникнуть также не сегодня. Но как бы там ни было, а теория эта нуждается в представлении. И потому, что может для кого-то стать подспорьем в научной работе, приближающей новую парадигму в освоении знаний. И потому, что просто может помочь кому-то изменить свою жизнь к лучшему, не смотря на то, что не все будет воспринято бесспорно. Однако, по прочтении книги, думаю, не все скептики, которые вполне законно возникнут вначале, останутся скептиками.

Дионисий Андреас Фрейер (1649 – 1728), уроженец Нюрнберга, одну из своих Парадоксальных Эмблем подписал так: «Подобно тени, Центр бежит от того, кто стремится к Нему, и преследует того, кто от Него убегает. Это удивительно, но такова истина». Нынешний сугубо технократический аспект цивилизации с точки зрения Теории Единства есть аналитическая часть целого – движение вовне, и она обречена на переход к внутренним возможностям человечества, к их усиленному развитию. Это неизбежность: рано или поздно аналитический период в жизни любого нелинейного образования заканчивается и неизбежно меняет качество развития. Аналитическая составляющая целого переходит в синтетическую. Одно без другого существовать не может, ибо это изначальная суть Системы Систем. А потому человечество – нынешняя глобальная цивилизация, пройдя путь своего духовного падения от Адама и Евы, путь от Бога, дошло, наконец, до завершающей стадии аналитического процесса формирования, ныне перешагнуло в свою синтетическую стадию, стадию духовного подъема. Это уже путь к Богу. Парадокс? Ни в коем случае. Если мы повторяем путь Бога, мы от него удаляемся. Если же идем путем противоположным его пути (библейское богоборчество), мы идем ему навстречу.

Необходимо оговориться, что Бог у нас не теологический термин, а просто дань традиции, называющей Нечто, у Чего много имен, но суть одна – творящее начало, наделенное высшим сознанием. Его непрерывно-дискретное нисхождение (эманация) создает иерархически обусловленную материальную Вселенную, где каждый план (иерархический уровень) обладает определенным соотношением содержания сознания и материи. Т.е., каждый план бытия это некое дискретно выделившееся целое в ее составе – континуум «сознание-материя», где и то, и другое представлено в разных пропорциях. Друг без друга сознание и материя существовать не могут. Они либо представляют собой континуум, либо символически отсутствуют вовсе в промежуточных состояниях – местах, где осуществляет свою работу божественный импульс. Назовите его как угодно, но это тот вечный двигатель, который всегда так хотелось открыть человечеству. И лишь, будучи единым целым, сознание и материя, постоянно кружа друг друга в божественном танце инволюционно-эволюционного, как и эволюционно-инволюционного процесса, могут творить чудеса, не подвластные рационально-эмпирическому постижению их в полной мере. Суть научной незрелости человечества будет существовать всегда – даже тогда, когда сообщество ученых сможет подняться над эмпирико-рациональным способом постижения реальности, которое оно считает единственно правильным на сегодняшний день, и прийти, наконец, к эмпирико-рационально-трансцендентному. Потому что очень странно, что, принимая иррациональность эмпирическую (чувственную), академический ученый мир отказывает иррациональности трансцендентной (проникающей в суть вещей), заменяя ее так называемым научным экспериментом, где проверяет единственно правильное решение через множественность подходов к нему, которое на самом деле знает заблаговременно, ибо оно «продиктовано свыше».

Надеюсь, что данная работа станет отправной точкой для кого-то, кто этот теоретический материал использует в научных целях. А того, кому просто интересно узнать, что он сам, как информационно-энергетическое образование представляет, обогатит новыми знаниями, тем самым дав возможность что-то в себе изменить. Я очень обрадовался, когда в книге Руперта Шелдрейка «Семь экспериментов, которые изменят мир» увидел тему «ожидания результатов». Она давно уже назрела во мне, а потому и вписалась в давно назревшее представление о том, что обычные люди, спонтанно выполняя информационно-энергетические манипуляции по преобразованию окружающего их мира, совершают действия, которые в выражениях оккультизма могут быть названы профанациями магических операций. В разной степени, исходя из потенциала своих данных, обусловленных уровнем эволюционного или, другими словами, реинкарнационного (сансарического) развития, люди на сверхчувственном уровне воздействуют на свое ближнее и дальнее окружение. Это происходит потому, что мы созданы по образу и подобию Бога – Абсолюта и его Вселенной, и присутствуем на всех планах бытия. Мы – частички этого Бога и его Вселенной, обладающие всеми соответствующими характеристиками. Как говорил Гермес Трисмегист, мы – смертные боги в той степени, как Бог – бессмертный человек. Просто на данном этапе развития цивилизации, с точки зрения общей картины, мы еще не знаем, что с этим делать. И поэтому, как маленькие дети подражают взрослым, подражаем «бессмертному человеку» – Богу в лице его проявленной Вселенной. Мы, как получается, манипулируем окружающим миром, стараясь удобнее разместиться в определенном месте в определенное время, не всегда задумываясь, что это не совсем удобно тем, кто рядом с нами, и что им также приходиться нарушать гомеостаз системы, в которую мы все входим, чтобы тоже создать себе комфортное существование. Но, к сожалению, то, что в данный момент может устроить голодного тигра, вряд ли устроит бедную антилопу. А ведь такова истина в проявленном мире, где не существует справедливости части, где существует только справедливость целого. И имя этой справедливости – целесообразность. Исходя же из целесообразности, доступной нашему пониманию, мы конкурируем на всех планах мироздания, чаще всего не осознавая сути, не понимая, что мы существуем не только в мире вещества. Но обладая внутренним пониманием процесса развития Вселенной, мы знаем, что не все так, как видится на первый взгляд. Где-то глубоко внутри себя каждый из нас понимает истинное положение вещей, не смотря на то, как интерпретируется истина в данном промежутке времени развития цивилизации – когда то, о чем мы говорим, совершенно не соответствует тому, о чем мы думаем и что знаем наверняка. Это знание – мы сами.

Желаю каждому, для кого книга окажется очередным событием в его жизни, успехов на ниве творческой трансформации собственной карты реальности.

ЧАСТЬ ВВОДНАЯ.

О ЧЕМ ЭТА КНИГА?

Эту статью начну со слов Фрица Перлза: «Любой разумный подход в психологии, не прячущийся за профессиональным жаргоном, должен быть понятен интеллигентному заинтересованному читателю и должен основываться на фактах человеческого поведения. Если это не так, с этим подходом в принципе что-то не в порядке. В конце концов, психология имеет дело с наиболее интересным для человека предметом. С нами самими и с нашими близкими».

По этому поводу сразу хотелось бы сделать оговорку для продвинутых читателей – сказать, что эклектический подход в обосновании материала книги вызван не слепым следованием в фарватере такого общекультурного явления как синкретизм. Просто так сложилось в рамках современного мира, что некоторые понятия, благодаря движению New Age, стали превалировать в нашем информационном поле. Это с одной стороны. А с другой – некоторые явления жизни и суть психических процессов более понятны именно в той интерпретации, которую выбирает это общекультурное пространство, как более жизнестойкую за счет ее большего соответствия истинности содержания.

Суть книги – синтез теоретических и практических знаний, полученных исследователями психики – и не только – на протяжении ее изучения. Это попытка дифференциации ее поля в пределах все же психологии, несмотря на более обширные представления о психических процессах. К тому же еще и с постижением инструментов, действующих в этом поле. А также с осознанием того наследия, которое оставили глобальные працивилизации или, другими словами, цивилизации рас в виде посланий, сохраненных в мировых религиях, Ведах, Каббале и др. источниках.

В своей первой книге «АСЕ – ключ к тайнам мироздания (трицентричность сознания)» я постарался изложить свое понимание – как дифференцирована человеческая психика. Это понимание привело меня к осознанию работы тех отделов в ней, которые выкристаллизовались в процессе изучения постигаемого материала. Я выделил три отдела сознания, существующих в нас, и четыре отдела бессознательного. Они суть тонкие тела творчески интерпретированной восточной философской мысли плюс тело физическое и дух, названный дополнительным толчком по аналогии с «добавочным толчком» Георгия Гурджиева. Шесть тонких тел, составляющих информационно-энергетическое поле человека, это тела – эфирное, астральное, ментальное, каузальное, будхиальное и атманическое. Они, по сути – экстраполяция планов бытия Вселенной на вселенную человека. В дальнейшем мы проведем параллели с другими представлениями о целом «человек». В частности – с оккультной моделью, каббалистической и даосской.

Небольшая ремарка. Будхиальное тело еще называют будхическим, а атманическое – атмическим. Почему отдано предпочтение первым? В «будхиальном» оставлены постфиксы по аналогии с названиями предыдущих тел. А название высшего образования определилось, исходя из того, что на санскрите [mana] это мысль, а атманическое тело еще называют «высшим манасом» в противовес «низшему манасу» – ментальному телу – телу мысли.

У каждого из восьми отделов в человеческом триедином целом – дух, душа, физическое тело – свои функции. Их филогенетическое наполнение, или, другими словами, формирование на протяжении всего периода развития биосферы Земли, за исключением одухотворяющей составляющей, происходило во взаимодействии энергий планов Вселенной с формой мира вещества – планетарным телом. Планетарное тело – это инструмент, с помощью которого на Земле осуществляется взаимодействие уровней формы полевой человека с уровнями бытия, и особенно в человеческой ипостаси с «высокими» уровнями Мироздания. А значит, между физическим телом и полевой формой – душой происходит постоянная взаимная корректировка как в условиях онтогенеза в частности, так и метемпсихоза (реинкарнационной трансформации того, что мы считаем бессмертной частью нас) в целом. И это – неизбежность, ибо планетарная форма (ее инструменты взаимодействия с энергиями Вселенной), с одной стороны, отражает уровень развития полевой формы, а с другой – воздействует на нее через собственное изменение. Т.е., это как бы отражение принципа челнока, где наша бессмертная часть и форма планетарная «подтягивают» по очереди друг друга, сохраняя гомеостаз – динамическое равновесие всей структуры.

То, о чем сейчас говорилось, касается, прежде всего, общего развития сознания живых организмов. Но существует еще и цикличность трансформаций самого трицентричного (человеческого) сознания в рамках эволюции человечества, где есть периоды подъемов и спадов, о которых мы знаем через представление о развитии локальных цивилизаций (например: египетской, китайской, майя) и глобальных працивилизаций или цивилизаций рас (лемурийской, атлантов). Это все тот же непрерывно-дискретный механизм в континуумах, где все рожденное проходит путь аналитико-синтетического развития с последующим умиранием и возрождением в новом цикле, где развитие повторяется на более высоком витке спирали информационно-энергетического вихря.

Возвращаясь к информационно-энергетическим планам человека – телам, разграничим их с точки зрения бессознательного и сознания.

Физическое, астральное, каузальное и атманическое тела – синтетические отделы психики, составляющие бессознательное. Они же – банки памяти информации определенного спектра вибраций (частот). Исходя из этого, существует память эмпирическая, эмпирико-рациональная, рациональная и архетипическая. Естественно, что и хранится эта информация в соответствующих ее частотным параметрам банках (тонких телах). А эти банки взаимодействуют со всеми подобными иерархически обусловленными структурами.

Эфирное, ментальное и будхиальное тела – аналитические отделы психики. Эфирное и будхиальное тела, исходя из конституциональной, ослабленной дифференциации информации в них обречены на ее отождествление: на уподобление одних единиц информации другим – вплоть до их идентичности. Благодаря такому явлению в нашей психике в «нижнем» ее слое существует, так называемый, «реактивный ум» со всеми своими абсурдными параллелями (аффективные состояния). А в «верхнем» – творческое сознание со своей способностью к «абсурду» виртуального мышления (интеграции всего со всем). А вот ментальное тело – это тот уровень сознания, который может максимально дифференцировать поступающие сигналы либо от сенсорных датчиков физического тела через эфирное и астральное, либо из высоких сфер бытия (например, ноосферы) через будхиальное и каузальное тела, сличая их с уже существующей информацией в банках памяти астрального и каузального тел. Ментальное тело еще можно назвать операциональным уровнем сознания. В нем осуществляют свою работу так называемые спонтанное и медитативное мышления, в зависимости от того поставлена или нет задача, что в условиях жизни разграничивать весьма сложно. Ментальный уровень обрабатывает внешнюю информацию – все то, что пропустило для дальнейшего осмысления первичное (эфирное) сознание, и информацию высших уровней бессознательного посредством надсознания (будхиального тела) – творческого сознания. В первом случае одна из таких частностей – восприятие, во втором – представление. В момент настоящей или предполагаемой опасности первичное сознание может полностью или частично блокировать прохождение информационно-энергетического сигнала к ментальному телу. Как это происходит и какую вызывает реакцию подробно описано в первой моей книге во второй ее части под названием «Реактивный ум». Здесь же мы этого материала коснемся принципиально.

Ментальное тело, находясь в средней позиции, в позиции максимальной дифференциации частей целого, наилучшим образом соответствует рациональной работе со всеми планами бытия. Это, как сказал один из представителей Дзэн-Буддизма – Сэкида Кацуки, «скальпель интеллекта». Но этому образованию, из-за его характеристик, в данном случае отпущена роль – быть лишь наблюдателем, свидетелем явлений, которые мы постигаем иррационально. И эта иррациональность – прерогатива двух других уровней сознания, обладающих менее дифференцированным, как мы говорили, представлением о мире, а потому работающих по несколько иному принципу. Они воспринимают мир «окоемно», т.е. образно, цельно. Соответственно – эмпирически или трансцендентно.

Теория Единства, которую я пытаюсь представить на суд читателя, конечно же, как и все прочее до нее существовавшее, не есть истина. Теория Единства – лишь отражение данной нам реальности: реинкарнационной трансформации систем. Но это – еще и попытка, с точки зрения в большей степени психологии, дифференцировать поле, называемое психикой. Попытка дать более широкое представление о процессах, происходящих в живой Вселенной, обладающей трицентричным сознанием, по образу и подобию которой выстроена информационно-энергетическая система «человек». «Сначала» Абсолют Все проходит путь Творения. Континуум «материя-сознание», в фазе расширения, доходит до своей крайней точки материализации в этой фазе – проявленной Вселенной для того, чтобы затем, как бы возвращаясь, войти в состояние сжатия, собирая по крупицам в стадии синтеза все, что было «утеряно». Эту смоделированную на планетарном уровне синтетическую часть процесса мы и видим на примере развития жизни в одном из малых миров – нашей Земле, где принцип эволюции сознания проявлен относительно времени существования Абсолюта в сжатом виде. Но больше всего экстраполяцию, или «отпечаток» этого явления можно проследить на развитии системы «человек», где трансформация психики от рождения до смерти ярко демонстрирует суть инволюционно-эволюционного процесса во Вселенной, о чем мы поговорим позже.

ДЕТЕРМИНИРОВАННОСТЬ СИСТЕМ

Человечество давно уже обосновало позицию, что случайность – это всего лишь непонятая закономерность. Хотя с точки зрения несоизмеримости пространственно-временных континуумов Вселенной и человека понять неслучайность процессов логикой просто нереально. Время развития системы «Абсолют» настолько отлично от времени развития даже системы нашей планеты, что о носителях трицентричного сознания – «человеках» – в этом случае даже и говорить не приходится. Но человек, являясь далеко не самой маленькой дискретной величиной в Системе Систем, – системообразующая реальность, которую мы назвали антропоцентрической. Исходя из этого, человечество, постигая реальность, неизбежно шарахается из крайности в крайность. Когда его эволюционирующее сознание перестала удовлетворять декартовская механистичность, оно стало находить нечто для себя в витализме. А когда и эта крайность не смогла удовлетворить мятущееся сознание, появилось холистическое или «организмическое» представление, объединившее «враждующие» полюса. Системы стали сравниваться с организмами.

Обойтись без детерминированности в развитии материальной Вселенной, где все естественные пространственно-временные системы взаимосвязаны между собой, как бы этого не хотелось противникам причинно-следственных связей, невозможно. Нет недетерминированных динамически развивающихся систем. Есть непонимание на сегодняшний день процесса развития причинно-следственных связей в нелинейных системах. Отсюда появляется ощущение случайности. Понимание существует в какой-то степени в теории хаоса в виде чувствительности к первоначальным условиям. Это явление получило название – «эффект бабочки». Но такое представление все же «хромает», подразумевая определенную линейность событий, о чем мы поговорим позже – в ракурсе непонимания детерминированности поступательного процесса в его удаленности от первоначальных условий в нелинейных системах. Суть этого процесса заключена в том, что наряду с непрерывностью развития естественных систем существует дискретность. Это результат «встречного бега» – существования синтетического процесса одновременно с аналитическим: принципиализации наряду с конкретизацией. Это-то и приводит к возникновению дискретности в непрерывности. Отсюда – невозможность логического прогноза из-за невозможности постижения противоположно направленных количественно-качественных трансформаций. Происходит процесс, масштабность которого нереально постичь рациональным сознанием, ибо его возможности обработки информации линейны и слишком медленны. Постижение этого процесса – вотчина трансцендентности. Только она со своей «проникающей окоемностью» восприятия может «увидеть» количественно-качественное многообразие развития динамически уравновешенных систем. А значит, трансцендентность восприятия в науке рано или поздно станет спутником рационального и эмпирического изучения реальности.