Письма к незнакомцу. Книга 4. Любовь
- -
- 100%
- +
Богата и разнообразна научная и общественная деятельность Алексея Алексеевича в двадцатые-тридцатые годы: преподавал, руководил, организовывал, избирался, выступал. Одним словом, был светочем знаний, причём знаний живых и страстных. Всесторонне одарённый человек, Ухтомский владел семью иностранными языками, играл на скрипке, писал пейзажи, портреты, иконы. В сфере его интересов – архитектура, философия, литература.
Главный труд учёного Ухтомского – «Доминанта как рабочий принцип нервных центров». Работа написана блестяще. Потому что – доступно для каждого мало-мальски образованного человека, потому что – без профессорских загогулин. Просто и убедительно даны те самые знания (о человеке, о самом себе), которые становятся силой. Настоятельно рекомендую Вам, Серкидон, ознакомиться. Ваш покорный эпистолярный слуга сей научный труд читал, как детектив. Как переписку Ромео и Джульетты. А при чтении диву давался: как глубоко копнул человеческий разум русский учёный, по сути не имея в руках ни приборов, ни должного оборудования. В наличии: работы предшественников, интуиция, энтузиазм.
Поражают и энциклопедические знания автора. Тут вам и ссылки на работы коллег по научному цеху; и цитаты из работ философов, как русских, так и западноевропейских; и отрывки из литературных произведений писателей – Пришвин, Гончаров, Достоевский, Толстой…
Тайновидец плоти для физиолога Ухтомского был дорог особенно. Интимный момент зарождения доминанты дан на примере взаимоотношений Наташи Ростовой и Андрея Болконского. Но чаще иных цитируется… кто бы Вы думали?.. Гёте!
… В 1774 году, поставив точку в романе о страданиях молодого Вертера, Гёте избыл чёрную Доминату творчески: она была превращена в чернила и переведена пером на бумагу. Автор испытал ранее неизвестное ему облегчение, он точно сбросил тяжкий груз, он точно вышел из каземата на свет Божий.
Читаем в мемуарах Гёте: «Я чувствовал себя, точно после исповеди: радостным, свободным, получившим право на новую жизнь».
Гёте добросовестно отработал Доминанту, но действовать она не перестала. После публикации романа «Страдания молодого Вертера» по Германии, а потом и по Европе прошла цепь самоубийств: начитавшись об участи несчастного влюблённого, молодые, не окрепшие разумом люди, стрелялись. В социологии и поныне есть термин «синдром Вертера» – имитационное суицидальное влияние. Человек подошёл к опасной черте, психика его неустойчива, он балансирует на грани, а роман, как горьковский Лука, как дудочка крысолова, уводит молодых людей из жизни в небытиё…
На исходе жизни Гёте писал: «Я всего один раз прочитал эту книжку, после того как она вышла в свет, и поостерёгся сделать это вторично. Она начинена взрывчаткой! Мне от неё становится жутко, и я боюсь снова впасть в то патологическое состояние, из которого она возникла».
Читаем в романе.
Альберт: «Даже представить себе не могу, как это человек способен дойти до такого безумия, чтобы застрелиться, самая мысль претит мне».
Вертер: «Странный вы народ. Для всего у вас готовы определения: то безумно, то умно, это хорошо, то плохо!.. В обыденной жизни несносно слышать, как вслед всякому, кто отважился на мало-мальски смелый, честный, непредусмотренный поступок, непременно кричат: «Да он пьян! Да он рехнулся! Стыдитесь вы, трезвые люди, стыдитесь, мудрецы!»
Альберт: «Очередная твоя фантазия. Вечно ты перехватываешь через край, а тут уж ты кругом неправ, – речь ведь идёт о самоубийстве, а ты сравниваешь его с великими деяниями, когда на самом деле это несомненная слабость: куда легче умереть, чем стойко сносить мученическую жизнь».
Вертер: «Друг мой! Человек всегда останется человеком, и та крупица разума, которой он, быть может, владеет, почти или вовсе не имеет значения, когда свирепствует страсть и ему становится тесно в рамках человеческой природы. Тем более… Ну, об этом в другой раз».
Тут Вертер схватил шляпу и убежал.
Что мы видим? Прав Альберт, доводы его железобетонны, но симпатии читателя, его сочувствие на стороне Вертера? И ясно почему. Как замечено, грамм эмоции перевешивает тонны фактов106. Рассудочный Альберт – стандартный тип, и он бездарно проигрывает все споры с порывистым «иноходцем» Вертером.
Теперь, Серкидон, мы с вами можем понять суровых мужей из лейпцигского теологического факультета, которые обвинили автора романа в «апологии и рекомендации самоубийства». Надо признать, основания на этого у них были.
Другое дело, что с книгой стали бороться запретами, а такая борьба обречена на неудачу. С книгой, которая написана талантливо, откровенно и страстно, можно бороться только другой книгой, которая написана не менее талантливо, не менее откровенно и не менее страстно. И воспевает жизнь! Победить «Вертера» можно было лишь вдохновенным трудом с эпиграфом от Блока: «Сотри случайные черты, // И ты увидишь – мир прекрасен!..»107
Эх, где же ты был Герцен, сын сердца. Вот кто образумил бы безумцев…
Александр Герцен поставил болезни Вертера точный диагноз: «При всех поэтических выходках Вертера вы видите, что эта нежная, добрая душа не может выступить из себя; что, кроме маленького мира его сердечных отношений, ничто не входит в его лиризм! У него ничего нет ни внутри, ни вне, кроме любви к Шарлотте… Жаль его! Я горькими слезами плакал над его последними письмами, над подробностями его кончины. Жаль его, – а ведь пустой малый был Вертер! Сравните его с широко развёрнутыми людьми, у которых субъективному кесарю отдана богатая доля, но и доля общечеловеческая не забыта…»
Ведь и верно. Возьмём для примера современного мужчину средних лет. У него несчастная любовь, но у него: жена, а хочешь – не хочешь, но супружеский долг отдай; тёща, с которой рекомендуют поддерживать дипломатические отношения, свои родители, которые нуждаются во внимании и заботе; дети, как расплата за грехи, по нынешним временам и одного ребёнка – много, а тут двое, и каждому что-то от отца надо; работа, будь она неладна; общественные нагрузки («Александр Иванович! Вы же нам обещали… А презентация уже завтра… Вы уж не подведите…»); друзья трезвонят: то футбол, то рыбалка с русалками, то сауна с ними же; бывшие любовницы теребят, обижаются, никак забыть не могут… Чтобы застрелиться, просто нет времени.
И потом: если столько ниточек, сцепочек, привязочек, якорьков держат грешную душу на земле, она и не рвётся вверх.
Но вернёмся от проблем современного мужчины, которого мы вольно назвали Александром Ивановичем, к его тёзке, революционеру и мыслителю прежних времён Александру Ивановичу Герцену: «Человек должен развиться в мир всеобщего; оставаясь в маленьком, частном мире, он надевает китайские башмаки: чему дивиться, что ступать больно, что трудно держаться на ногах… чему дивиться, что жизнь, не сообразная цели, ведёт к страданиям? Самые эти страдания – громкий голос, напоминающий, что человек сбился с дороги».
О китайских башмаках ещё поговорим. Вернёмся к нашим пирожкам, немного их уже и осталось.
Испанский философ Ортега писал, что душа влюблённого напоминает комнату, в которую не проникает свежий воздух. Такая душа, понятное дело, задохнётся. А если душа влюблённого на семи ветрах, то всё ей нипочём. Даже несчастная любовь. Если несчастную любовь хорошенько продует, она закалится и превратится в мудрость человеческую.
Теперь итожим Вертера. Сказано: «Праздный ум – мастерская дьявола». Ничем не занятость и праздность привели влюблённого Вертера к тому, что чёрная доминанта завладела его мозгом полностью. Она диктовала, он – выполнял. А результат Вам известен.
Ну, вот Вам и первое чувство, Серкидон – «сладкой ягоды только горстка//Горькой ягоды три ведра»108. А вернее, даже пять вёдер. Я Вам написал одно письмо о сладостях первой любви и пять писем о горечи горькой её.
Но ведь ещё Сократ учил надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Вы к худшему подготовлены. Влюбляйтесь, Серкидон! Кто предупреждён – тот вооружён! Влюбляйтесь, и помните слова восточных мастеров: созидательная сила любой практики равна её деструктивной способности. Если Вы практикуете любовь, помните: она может вознести Вас в астральные выси, а может и низвергнуть до уровня преисподней.
Я. конечно, желаю Вам обойтись без больших ущербов, вернуться из любовного путешествия с прибылью!
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-22-
Приветствую Вас, Серкидон!
Признавайтесь, какой была Ваша коронная отметка по химии? В школьные годы чудесные?.. Ну, вот… Ну, ничего, ничего, прибавим мою «тройку», и в сумме у нас будет «пять». Мы с Вами в сумме – отличники.
Предлагаю Вам, как отличник отличнику, поверить химией гармонию любви. До нас, помнится, маэстро Сальери поверил химией гармонию. Я имею в виду пушкинскую версию, а именно – маленькую трагедию «Моцарт и Сальери».
Гениально оклеветанный композитор Сальери для нескольких поколений русских читателей сделался злодеем. Некоторые считают его коварным отравителем до сих пор. Лично я в Ваши годы свято верил и в злодейство Сальери, и в каждое слово Пушкина.
Разубедил меня литературовед, критик и музыкант А. В. Хавчин. Предлагаю Вам отрывки из его эссе. Версия Александра Викторовича начисто опровергает наветные фантазии Александра Сергеевича: «Антонио Сальеpи был стаpше Моцаpта лишь на шесть лет, и в Большую Музыку они вошли почти одновpеменно. Когда умеp Амадей, Сальеpи исполнилось соpок с небольшим – с поpтpета смотpит на нас лицо жизнелюба, без моpщин, вообще без «pоковых» чеpт. Да и по отзывам совpеменников был это человек компанейский, добpодушный и всегда готовый помочь. С молодости и почти до самой смеpти, пока здоpовье позволяло, каждый год давал он концеpты в пользу вдов и сиpот венских музыкантов… Щедpо делясь секpетами мастеpства с юными музыкантами, давал уpоки Бетховену, Шубеpту и, между пpочим, сыну Моцаpта…»
Устами Сальеpи дотошный исследователь утверждает, что именно Моцаpт завидовал своему и более успешному, и более богатому дpугу: «Я увеpен, что он завидовал мне. Да он, собственно говоpя, этого и не скpывал, мне пеpедавали… Он завидовал моему умению обходиться с людьми и добиваться своего. Завидовал тому, что меня все уважают, даже оpкестpанты и хоpисты, котоpым, как известно, на pоду написано ненавидеть любого дирижёра. Завидовал тому, что мои оперы шли при полных залах, а его, бывало, проваливались…»
И, наконец, главное:
«Никогда «настоящий», исторический Сальери не считал свои музыкальные творения хуже тех, что пишет маэстро Моцарт». А стало быть, и завидовать нечему…
«Зачем я всё это читаю?! – воскликнете Вы. – Зачем мне это?! Пишите мне про любовь, а не про зависть. Дела прошлые меня не касаются!»
Я понимаю Ваше безразличие к делам давно минувших дней. Я даже понимаю, почему Вы так безразличны. Именно потому, что Вас это не касается. Напомнил мне Ваш громкий несогласный возглас строчку громкого и несогласного поэта: «Я знаю – гвоздь у меня в сапоге кошмарней, чем фантазия у Гёте». Своё, оно, конечно, волнует более.
А теперь представьте себе, Серкидон, что какой-нибудь бойкий писака, даже не Пушкин, а просто мелкая литературная гнида, оклевещет Вас? Выпустит в свет печатный труд под названием – «Отправитель писем и отравитель ядом». Или короче – «Отправитель и отpавитель». Или хлеще – «Убивец Серкидон». В гадком пасквиле будет сказано, что обидевшись на одну из моих шуток, на одну из моих острот в Ваш огород, Вы… отравили меня. Подослали письмо, уголки страниц которого были слеплены отравой… а много ли мне надо?..
Обличительная концовка могла быть такова: «О, злодей, не ценящий жизни и добродетели! О, ядовитая змея, укусом, оборвавшая жизнь благородного наставника…»
Вот тут бы Вы взвились: « Это ложь! Это не я! Я – хороший! Я – добродетельный…» Посмотрим, посмотрим, какой Вы добродетельный. Время покажет. А пока, дабы не рисковать, дабы не предавать нашу переписку гласности и пересудам, давайте будем съедать наши письма. Вы – съедайте мои. А я буду съедать Ваши. Мне будет легче, Вы мне и пишете раз в год, и письма Ваши покороче моих будут…
Но вернёмся к химии. Но сначала позвольте анекдот:
Американская девушка Мэри спрашивает своего американского бойфренда:
– Билли, как ты считаешь, есть ли на свете любовь?
– Мэри, ну, какая любовь! Эту фигню придумали русские, чтобы не платить женщинам деньги…
Ну вот, а мы с Вами рассмотрели столько образов любви, прочли столько стихов, написанных страстно влюблёнными мужчинами. Нет, Билли не прав. К счастью, не все американцы думают так. За примерами далеко ходить не надо. На моём письменном столе недалече от десницы109 лежит книга Дэниэля Дж. Амена «Великолепный мозг в любом возрасте». Вам, Серкидон, эту книгу читать пока рано, у Вас мозг итак великолепен, поскольку молод. Его остаётся только наполнить…
Я же мечтаю и в триста лет иметь идеальный мозг. Остальное уж ладно, уж как доживу… А вот мозг мне нужен великолепным. Потому что мозг – всему голова. Вся жизнь человека происходит в его мозгу. Остальные органы – глаза, уши и даже столь уважаемый нами нос – суть сенсоры.
Мозговитый и проницательный Оскар Уайльд в следующем высказывании обошёлся без парадокса: «Все самые страшные грехи этого мира происходят в мозге, но, с другой стороны, именно там происходит и всё остальное… Мозгу мы обязаны тем, что воспринимаем цвет маков, аромат яблока и пение жаворонка».
А что же доктор Даниэль Амен? Знания о мозге он пытается донести до всех и каждого. Врач-нейробиолог, нейропсихиатр, ведущий эксперт по части компьютерной томографии мозга, в архиве которого более 60 000 томографий.
Люди приходят в клиники Амена с самыми разными проблемами: лишний вес, приступы гнева, зависимость от вредных привычек, сексуальные расстройства, бессонница… А причина одна – нарушения в работе мозга. Ну, и конечно же, «всех излечит, исцелит добрый доктор» Амен.
А началось с того, что скромный тридцатисемилетний врач сканировал свой мозг. Посмотрел на результат сканирования и… «Вот они плоды фастфудов с газировкой и частых недосыпаний!» – содрогнулся Даниэль. Он решительно изменил образ жизни (Врачу, исцелися сам!110), стал выхаживать свой мозг, как больного ребёнка: гулял с ним на свежем воздухе, укладывал спать не менее чем на семь-восемь часов, кормил рыбьим жиром, не давал ему смотреть поздние телепередачи и подолгу играть в компьютерные игры.
В результате упорных трудов картину со сканированным мозгом доктора Амена не стыдно выставить и в Лувре, и в Эрмитаже. К тому же, по нашей с Вами квалификации, американский учёный не только заслуженный, но и правильный: знаниями своими не кичится, обладает прекрасно развитым чувством юмора, часто обаятельно улыбается, пишет увлекательные научно-популярные статьи, не бегает от интервью, охотно читает лекции и регулярно участвует в популярных телешоу о здоровье. Молодёжным языком говоря, клёвый, тусовочный чувак.
Про то, что доктор Амен пишет книги, Вы уже в курсе. Про одну я сказал, а ещё одна лежит на моём столе ошуйно111 и называется «Мозг и любовь». Её мы возьмём как основу, дабы разобраться нам в химии любви. Кстати говоря, Серкидон, стал бы уважаемый доктор называть книгу «Мозг и любовь», если не было бы на свете любви? Стал бы он пудрить людям мозги, когда его святая миссия – просветлять оные?..
Амен считает именно мозг самым сексуальным органом.
Тем органом любви, размер которого имеет важнейшее значение.
Вот любовь по Амену:
«Ты идёшь рядом, и миллионы нервных клеток в моём мозгу вспыхивают, словно лампочки, и заставляют меня смотреть на тебя… Ты отвечаешь на взгляд, и быстрая улыбка мелькает на твоём лице. От лёгкого движения твоих губ адреналин закипает у меня в крови и сердце начинает учащённо биться… Химические вещества усиливают приток крови к моим чувствительным областям по мере того, как мысли о тебе активируют эмоциональные центры моего мозга…Когда мы близки, мой мозг перегружен твоим запахом и цветом твоих глаз…»
Дальше я не буду цитировать, ибо задача моя возбудить не Вас, а лишь Ваш интерес к химии любви. Но делать это будем в следующем письме. Мой мозг устал. Строчки у меня перед глазами поплыли, в таком состоянии не до химии любви. Не приведи Господь, перепутаю гормоны112 с нейромедиаторами113, и доктор Амен вознамерится вправить мозги и мне. Ну, например: переставить полушария, подрихтовать лобные доли, подправить базальные ганглии… Не хотелось бы…
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-23-
Приветствую Вас, Серкидон!
Вам известно, Серкидон,//Что такое есть гормон?
Гормоны – это химические вещества, вырабатываемые специальными клетками и предназначенные для управления функциями организма, их регуляции и координации. Гормоны вырабатываются железами внутренней секреции и поступают в кровоток, попадая в различные органы, гормоны оказывают воздействие почти на все жизненно важные функции человеческого организма.
Определение не то чтобы безобрАзное, но безОбразное. Доктор Амен назвал гормоны маленькими химическими курьерами, посредством которых мозг обращается с органами человеческого тела.
Ну что, вперёд?! И договоримся: Вы не будете стонать от переизбытка гормонов, я же обещаю не сетовать на нехватку оных.
Прежде всего, любовь поднимает в человеке содержание тестостерона, эстрогена, ДЭА. Это гормоны молодости. С первыми двумя мы уже знакомы. А вот ФИО третьего посланника любви расшифруем – дегидроэпиандростерон. Прошу его любить и очень жаловать. Поскольку этот гормон помогает нам любить, укрепляет иммунитет, восстанавливает ткани, улучшает состояние кожи, способствует успешной работе сердечно-сосудистой системы. Короче говоря, великий труженик и подвижник.
Новости о тестостероне – генерале гормонов. Его высокое содержание в крови не только провоцирует человека к ведению сексуальной жизни, но и влияет на память. Когда мужчина, потеряв интерес к прекрасному полу, пытается вспомнить, что у него было, где и с кем, толком ничего не вспоминается. То ли целовался в Луге, то ли обнимался в Лионе, то ли со своей собственной женой, то ли с французской киноактрисой… Отсутствие достаточного количества тестостерона отшибает память.
«Года уходят, Серкидон,//А с ними и тестостерон» – это стихи.
К чему я это: записывать надо. Вести любовный дневник, чтобы перечитывать его на старости лет у камина. А Вы, Серкидон, хоть тетрадку что ли, подготовьте…
«Для начала, для порядку//Донжуан готовь тетрадку!» – это опять стихи.
Женский организм также, хотя и в десятки раз меньше, производит «мужской» гормон тестостерон. У влюблённой женщины данное производство возрастает в разы. Она становиться решительней и не так активно отстраняется от любимого мужчины. Всё больше к нему прижимается. Соблазнённая и очарованная Вами, она может прохрипеть:
«Ну, что ты топчешься… ну, иди ко мне… присядь… подвинься ко мне… поцелуй меня, ну, кого ждём… Да, крепче, крепче!..»
И если, Серкидон, не успеете убежать, Вам покажут, что такое настоящая любовь в полном объёме… И дальше, как в окончании того грустного стишка: «… а он в кустах лежал,//Воды просил».
А начиналось-то у вас с чего? С робких объятий и выделения гормона окситоцина. Его так и называют – гормон объятий. Он выделяется, когда нежный мужчина начинает оглаживать разомлевшей женщине (скажем по-научному) кожный покров. Женщина это чувствует… ох, как чувствует! Вспомните принцессу на горошине, она почувствовала горошинку через неимоверное количество перин… А уж поглаживания…
Вопрос у меня к Вам о гормонах молодости. Скажите мне, Серкидон, зачем природа поднимает их уровень в крови молодых людей, таких, как Вы? Пусть немного подняла бы у таких, как я. Никто бы ничего и не заметил…
А вот у молодёжи из-за таких подъёмов столько неприятностей, столько приключений на… Ну, Вы знаете на что… Природа с этими гормональными всплесками походит на кузнеца, который доводит железяку до белого каления, потом стучит по ней кувалдой, потом суёт железяку в воду, а потом опять разогревает… «Вздымайся выше, наш тяжкий молот…»114А железякой выступает молодой человек. Такой, как Вы. Готовьтесь к испытаниям, Серкидон! Готовы? Значит, скоро стукнет Вас кузнец да по буйной головушке.
Вместе с любовью приходят в кровь человека амфеламины, они активируют жизненные процессы, окрашивают румянцем щёки, заставляют сердце биться быстрей. А главное, дают ощущение влюблённому, что жизнь его налаживается. Что всё идёт в нужном направлении, что ещё немного, ещё чуть-чуть, и счастье будет поймано, как бабочка в сачок. Такие ожидания приводят к тому, что в самом центре мозга – в гипофизе115 – начинает вырабатываться фенилэтиламин, это гормон увлечения, ответственный за интерес к противоположному полу. Он, собственно, и превращает обычного человека во влюблённого, надевая на него розовые очки. Через них и только через них (до особого гормонального приказа) человеку влюблённому будет видеться любимый человек.
Фенилэтиламин содержится в шоколаде. Теперь Вы, Серкидон, понимаете, почему женщины якобы любят шоколад. На самом деле они от беды пытаются заменить шоколадом любовь, которой нет. А когда есть любовь, зачем шоколад? Тогда женщина шепчет такому как Вы, молодому и подвижному: «Иди ко мне, сладенький мой…»
Сотни тысяч изменений милого лица116, и не только лица, происходят во влюблённом человеке. Его красавца – мужчину (а тем более её красавицу – женщину!) сложно не заметить: зрачки – блистают, плечи – распрямляются. Влюблённый человек становиться выше ростом, лучистее, рельефнее, красивее, смелее, фантазийнее, настойчивее.
И его замечают, привечают, ему потакают, им восхищаются, и, наконец, перед ним выбрасывают белый флаг… Когда влюблённый осознает тот любезный факт, что любовь взаимна, он испытывает чувство полёта…Наступает период страстной любви. В крови влюблённого бурлят нейромедиаторы: адреналин, норадреналин, дофамин, серотонин. Коктейль химических веществ опьяняет бывшего нормального человека. Он теряет критическое отношение к реальности, море ему по колено, небо – рядом, и кажется, что достать все звёзды и сложить их к ногам любимой женщины так просто. Вот он, долгожданный акматический период страсти. Это – бурный поток, несущийся с гор…
Но вот Любовь, отбурлив своё, выходит на равнину, течение её замедляется. И если никто не утонул в пучине страсти, не был накрыт гормональной волной, если выжили все участники любовного заплыва, то отношения их становятся ровней. Но это по-прежнему любовные отношения. Единство с проверенным временем, узнанным и испытанным партнёром полно своей прелести. Мужчина и женщина становятся двумя берегами реки Любви. Их поддерживают гормоны верности, стабильности и благоденствия – окситоцин и вазопрессин.
Чувство блаженства и умиротворения добавляет регулярный выброс эндорфинов. Эти вещества сходны по составу с морфием. Ясно теперь, почему расставание с любимым человеком сопровождается натуральной наркотической ломкой. Он, любимый, впечатан в мозг, его следы подобны следам на морском песке. Он вошёл в обмен веществ и быстро не уйдёт…
Как-то в поезде дальнего следования случай свёл меня с врачом- наркологом. Мы разговорились, затронули и тему любви. Мой собеседник сравнил любовь с волшебным лесом, в котором сначала ты ходишь за грибочками, а потом грибочки начинают ходить за тобой, кусты начинают с тобой заговаривать, деревья клонят к тебе ветви, а потом и стволы, из серебристого пруда выныривают серебряные рыбы и приветливо машут плавниками, а невидимые русалки зовут: «Иди к нам, иди к нам» и поют подобно сиренам…
Ну, это я к слову.
Интересно то, что можно искусственно вызвать появление в организме перечисленные выше гормоны. Поел шоколада – вот тебе ФЭН, выпил водки – получи дофамин. Однако сочетание всех сразу химических веществ возможно только в крови влюблённого.
Так в чём же дело?! Нашпиговать человека обычного инъекциями гормонов в нужном количестве, и готов человек влюблённый. Пробовали, не получилось. В лучшем случае удавался прилив энергии и душевный подъём. В худшем – сбои в сердцебиении и спазмы в желудке. А всё потому, что течёт эта речка только в одну сторону: сначала любовь – потом гормоны, а чтобы сначала гормоны – и вот тебе любовь, такого не бывает.
Вернёмся к человеку естественным путём влюблённому. Он на некоторое время становится химической фабрикой с завидной производительностью. Недымная фабрика гормонов работает с огоньком, весело гудит и перевыполняет план.
Ну-с, посмотpим, во что превращает человека этот ударный труд. Из классики. Толстой пишет о влюблённом Вронском: «Когда в Петербурге он вышел из вагона, он чувствовал себя после бессонной ночи оживлённым и свежим, как после бессонной ванны». Гончаров пишет о влюблённом Обломове: «Обломов сиял, идучи домой. У него кипела кровь, глаза блистали. Ему казалось, что у него горят даже волосы». Заметим, это написано о человеке, который часами с дивана привстать не мог.