Психополитика: великая комедия бесполезных идиотов

35. Союз с сомнительными побуждениями

Такие сказочки я выдумывал без особого труда на основе всего, что попадалось мне под руку.

Я принялся активно использовать социальные сети, наполняя свою страницу в vk размышлениями, сказками и стихами. Заметно усилилась «потребность в любви», внося заметный вклад в направление моих мыслей. С одной стороны, я читал серьезную философскую литературу, разбавляя ее классическими, художественными произведениями и их критикой; с другой – искал в интернете образованных девиц, способных по достоинству оценить мой литературный талант. Мне хотелось полностью посвятить себя литературе, вкладывая все свое время в письмо, чтение и развитие физической силы; и в то же время – существовала известная потребность, которой я шел на уступки, допуская возможность поиска ни к чему не обязывающих отношений на основе обоюдного увлечения все той же литературой, наукой, психологией, философией, и т.д.

Пока я каждый день вел дневник и отдавал себе отчет во всех своих действиях, меня постоянно наполняло чувство неуклонного прогресса, сопровождаемого отличным настроением. Периоды, когда по тем или иным причинам я вынужден был прекращать дневник, отмечались хаосом и дезинтеграцией. Десять тысяч желаний получали свободу, создавая всевозможные блоки в борьбе за контроль над вниманием. При этом ни один из этих блоков не был достаточно силен, чтобы удержаться у власти на какое-либо продолжительное время, убедив все прочие блоки в своем превосходстве и необходимости занять по отношению к себе подчиненную позицию. Лишь воле к знанию удавались такие подвиги, но и она периодически дискредитировала себя, выдвигая какую-нибудь сверхчеловеческую задачу или вступая в союз с сомнительными побуждениями.

36. Погоня за призраками

Мои исследования в области физики, биологии и нейрофизиологии, не говоря уже о философии и психологии, за несколько лет превратили меня в убежденного детерминиста. Прочитав в 2012 году «О свободе воли» Шопенгауэра, я тщетно искал в современной научной и философской литературе внятных, хорошо аргументированных попыток опровержения детерминизма. Шум, поднятый популяризаторами науки вокруг корпускулярно-волнового дуализма и многомировой интерпретации квантовой теории, несмотря на его оглушительный эффект, выводящий из строя критическое мышление толпы, при тщательном анализе оказывался надменным, проплаченным пустозвонством.

Идея о том, что существует множество вариантов развития событий, зависящих от неизвестно кем делаемого выбора на основании возникающих в определенных условиях квантовых скачков, построена на логике, в соответствии с которой нет оснований сомневаться в способности Мюнхгаузена вытащить себя за волосы из болота. То, что называется свободой воли, должно позволить нам выбирать что-то, что мы хотим, из предполагаемого множества возможностей. В таком случае это либо определено тем, что мы хотим, следовательно – не свободно и зависит как от самого хотения, так и от множества других факторов; либо – случайно и поэтому не имеет отношения к воле.

«Я», «воля» и «необходимость» слились в моем сознании в одно неотделимое от этого сознания целое.

Убежденность в детерминизме прекрасно соотносилась с буддийскими взглядами на представление о «я». Все, что происходило, происходит и будет происходить, обусловлено взаимодействием, сотрудничеством и борьбой нужд, желаний, убеждений, принципов, суеверий, фантазий и прочих движущих факторов, сражающихся и вступающих в альянсы как в сознании отдельного человека, так и в мире природы. Можно, конечно, высосать из пальца какое-нибудь понятие вроде «трансцендентального единства апперцепции», прировнять его к «я» и посредством натянутых умозаключений доказать, что то, что скрывается за этим понятием, всегда неизменно и равно самому себе, однако такая психополитика есть не что иное как погоня за призраками.

37. Курс на познание

Незадолго до того, как я словил очередной когнитивный передоз в результате империалистических амбиций идеи написания «великого художественного произведения», мне довелось посмотреть фильм «Memento». Мужик, который каждые пять минут записывает все, что с ним происходит, и вынужден вновь и вновь восстанавливать общий смысл всей своей деятельности по многочисленным запискам самому себе, оставленным также в качестве татуировок на своем собственном теле, – служит прекрасной аналогий для понимания ситуации человека в этом мире. Едва разобравшись в самих себе и выяснив общий курс истории последних лет, мы делаем поверхностные заключения о смысле жизни, цепляемся за какую-нибудь современную идею, пишем о том, что нужно сделать в будущем и, не успев толком ничего выполнить, отправляемся на тот свет. С точки зрения вечности, пять минут или сто лет – кажутся одинаково ничтожными. Я родился, поиграл в кубики, поиграл в школу, поиграл в семью, поиграл в работу, поиграл в философию, поиграл в политику, познакомился с текстами таких же «я», которых история выделила из массы в качестве примеров для подражания и порицания, написал отчет о своей собственной игре и досвидос. А потом опять все сначала. Какова вероятность того, что в следующий раз я восстановлю схожую с нынешний картину мира, заведу дневник и за несколько тысяч дней разберусь в каком направлении следует двигаться, взяв курс на познание? Впрочем, все это не имеет значения, поскольку никакого «я» тут нет, а есть лишь бесконечно меняющаяся конфигурация проживаемого опыта, где самое худшее состояние является одновременно и самым лучшим, так как предполагает неизбежность дальнейшего улучшения, тогда как самое лучшее – является в то же время самым худшим, поскольку вслед за ним возможно только ухудшение.

38. Эстетика стиля

Итак, с сентября 2015 по январь 2016 мое внимание раздирали на части желание играть в компы, бесцельное волокитство, увлечение литературой и увлечение боевыми искусствами. Хоть я и не вел дневник, тем не менее я значительно продвинулся в своих философских исследованиях, проштудировав двухтомник Секста Эмпирика, позволивший мне по-новому посмотреть на проблемы античных авторов и их подход к теориям познания. Я тут же опознал в Сексе Эмпирике философа первого ранга и даже пришел к выводу, что Платон и Аристотель в сравнении с ним значительно уступают в глубине мысли и проницательности, хотя и выигрывают с точки зрения эстетики стиля. Еще одним открытием было чтение Писарева. Его нападение на эстетику в общем и на Пушкина в частности заставили меня переосмыслить свое понимание значения русской литературы первой половины 19-го века. Кроме того, я прочитал два тома дневников Толстого и нашел много схожих черт между тем, что он писал в моем возрасте, и своими записями. Его литературная деятельность также началась с борьбы против увлечения картами, кутежом и т.д. Набив руку на дневниках, он взялся за создание крупных художественных произведений, а после – от всего отрекся и, не без участия влияния Шопенгауэра, помешался на метафизике. Я довольно высоко ценил Толстого как художника, воплотившего в своих произведениях быт и нравы описываемой им эпохи, однако бесконечное нытье и самоумаление, занимающие центральное место в содержании более чем 50-ти летнего периода, охваченного в его дневниках, заметно понизили мою оценку его личности.

39. ММА

Следующий период подъема воли к знанию и усиления внутреннего правительства продлился с января по август 2016. Случайно встретив на улице своего приятеля, с которым я был знаком с 2008, когда мы вместе работали, ходили на бокс и бегали в лесу, я узнал, что он открыл свою школу боевых искусств в Калуге. В 2014 я ездил к нему тренироваться в спортзал в Воротынск, где он за несколько лет основательно продвинулся в тренерской практике, сумев воспитать спортсменов ММА мирового уровня. В 2015 он переехал в Калугу. В ходе разговора он предложил мне бесплатно заниматься в его школе, помогая ему с организаторской работой. Мой приятель был на двадцать лет старше меня, имел педагогическое образование, закончив исторический факультет КГУ, с подросткового возраста занимался боевыми искусствами и тем не менее, как только мы стали регулярно общаться, основательно подпал под мое влияние. Он учил меня драться; я учил его думать, рекомендуя книги и лекции, которые мы обсуждали впоследствии.

40. Клуб разговорного английского

Два месяца все шло хорошо, но в марте произошло событие, завернувшее ход моей личной истории в такой дремучий лес, где я оказался лишенным каких-либо ориентиров. На поэтическом вечере я познакомился с 17-ти летней девушкой, в которую тут же влюбился. У нас завязалась переписка в vk, и позже она пригласила меня на свой клуб разговорного английского. Это привело к тому, что мой интерес к боевым искусствам стал угасать, тогда как изучение английского внезапно вышло на первый план и вознамерилось подчинить себе все прочие увлечения. При первом посещении клуба я обнаружил, что несмотря на все мои попытки в течение четырех лет овладеть этим языком посредством зубрежки грамматики, стишков, песен и выполнения многочисленных переводов – я так и не научился ни понимать речь на слух, ни говорить. Встречи клуба проводились еженедельно, развивая во мне фрустрацию, обусловленную невозможностью ясно выражать свои мысли и неспособностью выйти за рамки вялого формализма в отношениях с понравившейся мне девушкой.

Сперва я старался распределять внимание так, чтобы можно было думать и о школе боевых искусств, и об этой девушке, и об английском, и о литературе, и о науке. Тем не менее, вскоре мысли о девушке вытеснили все остальное.

41. Диплом повара

С марта по июнь я продолжал ходить на тренировки, но уже был не способен заниматься теоретической работой. Кроме школы своего приятеля, я раз в неделю ходил на ушу, однако и то и другое к концу мая пришлось совершенно забросить. У приятеля появились проблемы с арендой помещения, и переезд из зала в зал повлек за собой отпад многих учеников. Занятия ушу я решил перевести полностью в домашние условия, сосредоточившись на дыхательных упражнениях, медитации и растяжке.

Также мне порядком поднадоела работа интервьюера. Используя подвернувшуюся возможность, я бесплатно записался на подготовительные курсы и в несколько месяцев получил диплом повара. Я не собирался устраиваться на постоянную работу поваром, но при этом рассчитывал, что если мне понадобятся деньги, устроиться на пару месяцев в какое-нибудь кафе будет всегда проще, чем искать работу по специальности юриспруденция или же идти вкалывать на стройку. В общем и целом, я по-прежнему считал себя писателем и продолжал писать каждый день, совершенствуя свой стиль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.