- -
- 100%
- +
«Что ж, – подумала Жанна, – как бы мне сейчас не было стыдно, хочется все же отплатить ему тем же: дать то же небесно-блаженное удовольствие, что он мне подарил. Пусть мы не знакомы и никогда после больше не увидимся, так, наверное, даже лучше».
Девушка спрыгнула со стола, поправила впившиеся в тело трусики, вновь надела свои крошечные джинсовые шортики и неуверенно стала подходить к окну, где этим временем и стоял Глеб, все так же, без малейшего движения.
В кабинете стоял полумрак. Настольный светильник был не в силе осветить весь кабинет. Девушка едва видела лицо мужчины.
Жанна вплотную подошла к мужчине и взглянул ему прямо в глаза. А он даже не смотрел на Жанну, лишь хмурил брови и неотрывно смотрел куда-то вдаль.
Так и не дождавшись от Глеба ответного взгляда, Жанна смело спустилась на корточки и уверенно дотронулась до его мужского члена под брюками.
Мужчина, видимо, не ожидал от незнакомки такого смелого, решительного действия, отчего даже немного вздрогнул. Но все же не отстранился ни на шаг, лишь молча взглянул вниз, когда Жанна уже расстегнула ширинку и вытащила, наконец-таки, немного вытянувшийся, затвердевший детородный орган.
«Ммм, а он огромный…» – Не без всякого смущения подумала она про себя.
Для утверждения своим дальнейшим действиям, девушка вновь взглянула на Глеба. Этим временем он уже смотрел на нее. В его взгляде Жанна не увидела ничего, кроме неопределенности. Так хочет он минета или нет?
Поэтому все решила сама: вкусить его запретный плод и доставить-таки взаимное удовольствие.
Опустив взгляд, она сначала нежно, а потом учащенно массажировала член, заставляя его мгновенно расти и твердеть все больше, а после умело взяла в рот, как ей часто приходилось это делать в борделе.
Тихий стон тут же раздался из уст мужчины. А Жанна вдруг почувствовала, как вновь ее трусики стали сырыми. Она сама получала от минета очередное дикое возбуждение и желание немедленно засадить его на себя.
Грязь, похоть, оргазм слились воедино. Животный инстинкт внезапно проснулся у обоих. Не задумываясь даже о предохранении, парочка стала заниматься жестким незащищенным сексом, полностью лишенным рассудка. Они словно не могли насытиться друг другом, жаждали друг друга все больше и больше, успевали лишь менять всевозможные позы из Камасутры.
Глеб брал девушку жестко и грубо, можно сказать даже где-то с силой: крепко хватал ее за волосы, за шею, стискивал в ладони ее груди, и каждый раз резким толчком входил в нее, заставляя ее вскрикивать то от боли, то от оргазма. Он обходился с ней, как с неодушевленным предметом, без чувств, без души. Брал от нее все, что ему хотелось, взамен не отдавая ничего, что хотелось бы ей.
Вся атмосфера кабинета пропиталась похотью. Рабочий стол, диван, подоконник, пол…. Везде, где только можно.
Глеб, словно робот, с нескончаемой жизненной энергией и многолетним сексуальным опытом, где-то даже поучал и давал новые знания Жанне – проститутке, у которой самой «профессиональный опыт» не один год. Но Глеб – единственный мужчина, от которого она получала такое невероятное количество удовольствия и одновременно экстаза. Он – мужчина, любовник, о котором говорят: «один такой на миллион».
Но вот «рай» закончился, оба бессильно повалились на диван, с тяжелым глубоким дыханием и учащенным сердцебиением. Разум постепенно стал отсеиваться от густого тумана, а тело освобождаться от сладостного ощущения «насыщенности».
Первым пришел в себя Глеб. Не спеша оделся и подошел к своему столу. Все его движения сейчас были неторопливыми и уверенными, что не сказать о Жанне. Ее руки тряслись от ожидания, что же будет дальше, ноги стали ватными от волнения, а щеки пылали ярким пламенем от стыда. И это вновь у нее было с ним впервые: сразу после секса ощутить стыд от невозвратимого.
Пока Глеб был возле стола, Жанна поскорее натянула на себя помятые джинсовые шорты поверх голому телу. Стринги же сейчас бесполезны: они мокрые так, что можно было с легкостью их выжать. Поэтому Жанна просто засунула их в карманы шорт.
Как только девушка надела купальный бюстгальтер, к ней подошел Глеб. Он больше не притрагивался к девушке, встав невдалеке, вдруг он бросил купюру денег на диван.
– Бери и уходи.
Его холодный тон, отстраненный взгляд в сторону словно ледяной кинжал по самолюбию и чести девушки. Жанна даже вздрогнула от неожиданного холодного поступка мужчины. И это после их бурного страстного секса, Глеб отделывается от нее купюрой денег? Но на что она еще могла рассчитывать? Глеб сейчас, как честный джентльмен, должен жениться на ней? Это полный бред. Все, на что могла рассчитывать «девушка по вызову» – это на хорошую купюру денег после ничего не значащего секса.
Но она все же надеялась….
Не говоря ни слова, оскорбленная и униженная, сгорающего от стыда, Жанна берет деньги, брошенные Глебом как подачку, и так же молча, ни разу больше не взглянув на мужчину, выходит из кабинета. Как только она оказалась снаружи, девушка тут же бросилась бежать. Не важно, куда, лишь бы подальше от этого места.
Глава 2
Прекрасное солнечное утро, из открытого окна доносится волшебное пение птиц и приятный шум гуляющих по берегу небольших волн. Но стоило Жанне открыть глаза, как ее жизнь сразу же стала серым и невыносимым.
Пара десятков принятых рюмок с горячительным напитком этой ночью дали о себе знать сразу, как только она попыталась поднять с подушки голову. Будто оказавшись «в вертолете», небольшая, ярко освещенная утренними лучами солнца комната сию секунду поплыла перед ее глазами, к горлу стал подступать неприятный приступ тошноты, и нетерпимая боль в висках, – алкоголь все еще гулял по ее обессилевшему организму, приковывая к постели на еще неопределенное время.
С трудом, но все же Жанне удалось заснуть, и проснулась она спустя два часа от громкого, протяжного стука в дверь.
«Черт. Только Лилия способна заявиться ко мне с раннего утра после бурных, ночных гулянок». – Раздраженно поморщилась Жанна, и не торопясь встала с постели.
Голова уже не так сильно болела, а «вертолет» сменился «кораблем” с морской болезнью, чувство тошноты так никуда и не ушло.
Девушка не сразу пошла открывать дверь. Зная свою подругу, Лилия будет стоять под ее дверью до победного, пока Жанна не откроет ей дверь и не пустит в дом. Она сначала отправилась на кухню, приняла таблетку от головной боли и выпила два стакана прохладной воды сразу из-под крана, и только потом впустила отчего-то возбужденную подругу.
– Ты все еще дрыхнешь? Почему так долго? – Лилия с порога накинулась на Жанну с вопросами. – Где ты была этой ночью? Стив вернулся, а тебя так и не было на вечеринке. Признавайся, с мужчиной была? Да?
– Поставь на плиту чайник. Я пойду, искупаюсь.
Не говоря больше ни слова, Жанна взяла с собой полотенце и вышла из дома. Объясняться с подругой, где она вчера была и с кем – пока не в силах, и не было никакого желания передаваться в ненавистные ей воспоминания. На ней по-прежнему был вчерашний купальник и помятые джинсовые шорты, к огромному ее стыду.
Минуя деревянную калитку, с шершавым покрытием наполовину сошедшей краской тускло-зеленого цвета, Жанна без труда добралась до моря. До него было порядком метров десять, загорающих на пляже сегодня наблюдается не так много, еще рано, хотя солнце уже палит своими яркими лучами; с дальнего горизонта со стороны моря, набирая силу и свою природную мощь, медленно и уверенно, словно хищник на жертву, подступают темные, густые тучи, беспрерывно подгоняемые усиленным ветром, отчего и волны стали приобретать высоту. Возможно, ближе к обеду случится гроза.
Медленно и неторопливо, босыми ногами по остывшему за ночь песку, Жанна подошла к самому краю берега, и тут же скинула с себя всю одежду. Оставшись нагишом, она оглянулась: в радиусе ста метров от нее не было ни одной живой души, при всем желании, загорающим просто не разглядеть ее голое тело.
Глубоко вздохнув и крепко зажмурив глаза, Жанна блаженно подняла голову вверх. В лицо приятно ударил прохладный морской ветер. Вот оно, чувство удовлетворения, безмятежности и глубокого умиротворения, которого так не хватало Жанне все это время.
Погружаясь в воду, в наготе, а впереди лишь бескрайние просторы темного моря – невольно создается ощущение свободы. Жанна поймала себя на мысли, что еще никогда она не чувствовала себя такой свободной. Будь на то воля, она бы заплыла далеко – далеко, так далеко, что ее больше никто и никогда не смог бы найти. Она больше не вернется в публичный дом, не увидит противного Пьера, и к ней больше никогда не притронется жестокий Гонсалес.
«Как я могла допустить такое унижение, опустив себя и свой моральный облик на степень порочности и разврата? А собственно кто заставляет меня всем этим заниматься? Я же могу сойти с этой кривой дорожки и начать совершенно новую, правильную жизнь!»
Прохладная, невероятно чистая, прозрачная вода приятно поглотила девушку в себя, обняла ее, и успокаивающе прижала к себе. Девушка нырнула вглубь, и словно вместе с ней нырнули все ее проблемы.
«Ах, жаль, что весь тяжелый груз и ношу я не могу оставить здесь, во власти морского царя». – Подумала Жанна, возвращаясь обратно на поверхность.
Вынырнув, Жанна заметила на берегу Лилию, она что-то ей кричала, при этом сильно размахивая руками.
«Что-то случилось?» – без всякого желания возвращаться, Жанна поплыла обратно к берегу.
– Жанна! – продолжала кричать Лилия, побледневшая, с встревоженным, бегающим взглядом, когда девушка уже шагала к берегу по колено воды.
– Что произошло? – Жанна взяла лежащее на песке полотенце и прикрыла свою наготу, плотно в него укутавшись.
– Ты…. Ты что хотела сделать!? А!? – заикаясь от волнения, вопреки всем ожиданиям, Лилия тут же накинулась на подругу с обвинениями. – Ты с ума сошла!?
– Да что произошло-то? Что я хотела сделать? О чем ты?
– Я тут, на берегу, чуть не сошла с ума….
– Лилия! – странное поведение подруги стало немного раздражать Жанну.
– Ты хотела покончить с собой?!
– Что?! – удивилась Жанна на такое довольно глупое предположение своей подруги.
– Ты нырнула в воду….
– И что?
Медленно до Лилии стала доходить вся нелепость сложившейся ситуации.
– Тебя долго не было на поверхности…. И…. Кажется, я немного ступила….
– Да-а-а, подруга, – улыбнулась Жанна, глядя на растерянное выражение лица Лилии, – тебе срочно нужно что-то делать со своим больным воображением. Оно у тебя слишком бурное. Если я хотела покончить с собой, зачем тогда мне просить тебя поставить чайник на плиту?
– Отвлекающий маневр. – Кажется, Лилия уже думала об этом, и нашла этому свое объяснение.
– И то верно. – Согласилась со своей чудной подругой Жанна. – Кстати, о чайнике…. Ты что, плиту включенной оставила?
– Ой! – пискнула Лилия и тут же бросилась бежать обратно в дом.
«Оставила». – Подумала Жанна глядя вслед убегающей подруге. – «Покончить жизнь самоубийством? Хм…. Я слишком люблю жизнь, чтобы вот так просто и нелепо прерывать свое существование, каким бы моя жизнь при этом не была паршивой».
Вернувшись в дом, Жанна застала Лилию на кухне, та вовсю уже хозяйничала за газовой плитой, разливая чай по чашкам, и уже успела приготовить на скорую руку завтрак – бутерброды под названием «Что в холодильнике нашлось» из тонких ломтиков ржаного хлеба, свежих помидоров, огурцов, копченой колбасы, и все это залила толстым слоем майонеза.
– Лилия, сколько раз тебе можно говорить, принимать в пищу майонез – очень вредно.
– Но с ним будет вкуснее. – Словно маленький ребенок, Лилия надула губы, а после откусила большой кусок опасного для здоровья бутерброда, дразняще испачкав при этом губы майонезом.
– Ну да, вкусно. Потому что для придания соусу аппетитного запаха и вкуса производители используют ароматизаторы. Накапливаясь в организме человека, они могут спровоцировать нарушения работы печени….
– Ой, ну все, снова ты начинаешь свои нравоучения. А пить алкоголь до потери пульса – так это можно? Давай лучше поговорим о том, где ты была этой ночью? – Лилия быстренько перевела тему разговора на другую, тем самым освободила себя от лекции о здоровой и вредоносной для организма пищи.
На Жанну вновь нахлынули воспоминания о страстной, и в то же время стыдливой, похотливой ночи. Девушка неприятно сморщилась, не желая больше вспоминать о том, что было этой ночью в кабинете администрации ресторана, раз и навсегда стерев из памяти этот мимолетный, но, к ее слабости, такой страстный, незабываемый секс, которого прежде у нее никогда ни с кем еще не было. Совсем не знакомый ей мужчина, которого она прежде никогда и не видела, не встречала, о котором порядком ничего не знала, смог подвести ее к экстазу, к наивысшей степени восторга и удовольствия, когда человеческий дух становится единым с Божеством, сливается с ним, тогда душа ничего не видит и не различает ни перед собою, ни в себе самой. Она словно бы становится чем-то другим, прекращает быть собою и принадлежать себе.
– Жанн, ты чего? У тебя такое выражение лица, будто ты только что травку курила. О чем сейчас ты думала?
Звучащий голос Лилии, доносившийся откуда-то издали, вернул девушку с небес на землю. Лилия все еще пытливо ожидала ответа.
– Так, ни о чем. – Жанна повернулась к окну, чтобы больше не видеть пристального взгляда подруги.
На самом деле между двумя подругами никогда прежде еще не было каких-либо секретов или тайн, они все друг о друге знали, делясь между собой самым сокровенным. Но то, что произошло вчера, Жанна не хотела рассказывать, раз и навсегда об этом попросту забыть. Ведь она больше никогда с ним не увидится, не встретит его на улице, не пойдет сама в тот злополучный ресторан и не поднимется на второй этаж, где располагается его кабинет. Поступок с той брошенной купюрой денег оскорбило девушку, пусть даже в этом и нет ничего оскорбительного, ведь она именно так и зарабатывает себе на жизнь – отдает себя всю, а взамен получает деньги.
– Жанна, что-то произошло этой ночью? То, о чем ты мне не хочешь говорить…. – Любопытство подруги нарастало. От неминуемого объяснения Жанну может спасти только …. Входящий звонок. Звонок от Стива.
– Привет, мартышка! – в трубке прозвучал бодрый голос парня. – Куда ты вчера пропала? Я тебя целый час искал вокруг того ресторана, но так и не нашел. Я уж грешным делом подумал, что ты просто решила выпить дорогого коньяка в одиночестве, не поделившись со мной.
– Привет…. – растерянно произнесла Жанна, пока не решив, что именно ответить на его вопрос.
– Тебе удалось сбежать от охранника?
– Да-да, – недолго думая отвечает она, – мне удалось сбежать оттуда незамеченной.
– Ну, хорошо, затем я тебе и позвонил, чтобы удостовериться, что с тобой все в порядке. Ладно, созвонимся чуть позже? Мне нужно на работу собираться….
– Стив! – вдруг Жанне пришла диковинная мысль. – Помнишь, ты говорил мне, что в ваш ресторан требуется официант? Вакансия еще свободна?
– Эй, ты чего удумала? – тут же влезла в разговор ошеломленная Лилия. – Не смей бросать меня, мать!
– Да, все еще требуется. – Одновременно с Лилией произносит Стив. – Хочешь поменять место работы?
– Да. – Решительно произносит Жанна, не обращая никакого внимания на недовольные возгласы своей подруги.
Это решение пришло ей спонтанно, прежде она об этом никогда не думала. Все вдруг решилось в один миг. А такому решению подвигло ничто-иное как встреча с тем загадочным незнакомцем – Глебом Станиславовичем.
– Жанн, я рад, что ты решилась наконец-то уйти из борделя. – Тихо произносит Стив в трубку, а после добавляет уже бодрым, энергичным тоном. – Так, сегодня моего начальства не будет на месте, он уезжает с генеральным на какое-то мероприятие. Приходи завтра, скажем, к девяти утрам?
– Я приду. – Пообещала Жанна.
– Договорились. А теперь, извини, я кладу трубку. Меня ждут изголодавшиеся клиенты!
– Пока. – Улыбнулась в ответ Жанна.
Настроение девушки стало понемногу улучшаться: полностью закрытое тучами небо уже не казалось таким унылым, чего не скажешь о Лилии. Ее же настроение наоборот только испортилось.
– И когда ты решила уйти с борделя?
– Ровно минуту назад.
– Не ври. – Не поверила Лилия словам подруги и еще больше нахмурилась. – Ты не доверяешь мне, своей лучшей и единственной подруге? Зачем нужно было от меня это скрывать? Ты думаешь, я бы все рассказала Пьеру? Не так ли?
– Лилия, не говори глупости. – Жанна поспешила объясниться с подругой, пока та не придумала себе лишнего. – Поверь, прежде я даже не задумывалась о том, чтобы поменять место работы. То, что произошло этой ночью….
– Значит, что-то все же произошло? – Лилия подловила ее на слове, и Жанне ничего другого не оставалось, как рассказать обо всем подруге.
Лилия слушала ее очень внимательно и не перебивала, лишь ее лицо выражало ту или иную эмоцию: удивление, непонимание, а где-то осуждение. Жанна завершила свой рассказ на том месте, где Глеб бросает ей купюру денег за проведенную ночь и она уходит, униженная и оскорбленная.
– А что ты еще могла ожидать? Подобные девушки, как мы с тобой, не вправе мечтать о принцах на белых конях и прочей тошнотворной романтики. Наше дело правое – забыть о всех своих желаниях и доставлять мужчинам удовольствие, выполняя только их прихоти и капризы.
– Поэтому я хочу уйти из борделя, понимаешь? Я хочу измениться, хочу жить как все: любить и быть любимой, быть верной женой и хорошей матерью, встречать мужа с работы горячим ужином, делать уроки с сыном или дочерью, а по выходным всей семьей выезжать на пикники….
– Ты думаешь это возможно? – усмехнулась в ответ Лилия. – Мать, спустись с небес на землю, да побыстрее, пока ты окончательно не заблудилась в своих иллюзиях. Будет очень больно возвращаться в реальность, когда ты поймешь, что судьбой тебе уже предначертана жизнь распутной, безнравственной женщины. Куда бы ты не пошла, где бы не оказалась – темный отпечаток из прошлой жизни всегда будет с тобой. Куда ты – туда и он. Поверь мне на слово.
– Лилль, зачем ты мне все это говоришь?
– Я хочу снять с тебя розовые очки, и чтобы ты посмотрела правде в глаза. Хочешь семью? Что же, давай порассуждаем. – Девушка поставила стакан с чаем в сторону и подсела поближе к Жанне. – Допустим ты встретила мужчину, прекрасного, доброго и заботливого, такого, как хотела; влюбилась в него, а он в тебя. Тут и свадьба не за горами, детишки пошли. И вот однажды, гуляя с мужем и с детьми по парку, ты встречаешь мужчину с довольно знакомыми чертами лица. А дальше все как по жанру горького реализма: он оказывается клиентом из прошлой, забытой тобой жизни, кому ты продавала свое тело, да еще и не один раз. И в какой манере преподносила себя! Ой, страшно даже подумать….
– Я услышала тебя, можешь дальше не продолжать. – Лилии и правду удалось спустить Жанну с небес на землю.
Но та даже не думала останавливаться, ее пламенная речь только-только начинала воспламеняться:
– И это только один из твоих клиентов. И хорошо, если попадется порядочный, женатый семьянин, который так же захочет оставить в тайне некоторые моменты из своей прошлой, бурной, холостяцкой жизни. А что если однажды ты повстречаешь уродца, наподобие Гонсалеса? Что будет тогда? Уверена, он не даст тебе так просто наслаждаться семейным счастьем. Кстати, о Гонсалесе. Думаешь, он позволит тебе так просто уйти из публичного дома?
– Почему ты думаешь, что не позволит? Я не его личная вещь, с которой можно распоряжаться, как вздумается.
Слова подруги очень разозлили Жанну, одно упоминание о Гонсалесе – и ее щеки тотчас покрылись белыми пятнами гнева. Не было такого человека, которого Жанна ненавидела больше, чем Гонсалеса.
Лилия на минуту замолкла. Ее задумчивый взгляд был направлен прямо перед собой – на открытое окно, и лицо вдруг побледнело, выражая без какой-либо причины волнение.
Жанна подошла к ней, присела рядом и крепко обняла.
– Лилль, давай уйдем вместе?
– Жанн, у меня какое-то нехорошее предчувствие…. Чувствую, что твой уход от Пьера ничем хорошим не закончится. Что-то произойдет…. Что-то страшное….
– Лилль, ну ты чего? – еще крепче обняла ее Жанна, пытаясь утешить поникшую подругу. – Все будет хорошо, ты меня поняла? Давай мы вместе сообщим Пьеру, что больше не намерены у него работать, устроимся в ресторан к Стиву и начнем жить новой, свободной жизнью. Отныне все будет так, как мы сами того захотим.
– Как складно ты это говоришь. Знаешь, я даже на пару секунд поверила, что все так и будет.
– Так и будет. – Заверила Жанна, на что Лилия лишь грустно вздохнула.
– Говорю же, у меня предчувствие не хорошее.
– Плюнь ты на свое предчувствие и поверь мне на слово. Ты сам кузнец своего счастья. Никто не вправе распоряжаться твоей жизнью, так как ты – хозяйка своей жизни. И пока это не вложишь в свою голову – ты так и будешь чьей-то марионеткой.
– Пьер не даст тебе так просто уйти. Нет. – Мотнула головой Лилия, настаивая на своем. – Весь его бизнес держится лишь благодаря покровительству Гонсалеса. А Гонсалес так просто ничего не делает. И нам обеим известны его истинные мотивы.
– Что же, в таком случае Гансалесу следует подыскать себе другую боксерскую грушу. Я же ею больше не намерена быть. – Решительно отвечает Жанна, наливая себе еще чашку чая. – Тебе еще налить?
– Будем надеяться, что ты права. – Лилия протянула в ответ свою пустую чашку.
Ближе к обеду, как и предполагала Жанна, пошел сильный, проливной дождь с раскатами сухого устрашающего грома и змеистых быстролетных молний. Со стороны моря пришел сильный ветер, поднимая пыль из песка и подгибая макушки деревьев под свой лад. Жанне пришлось прикрыть в доме все окна. Настала нетерпимая духота. Было принято решение продолжить чаепитие на веранде.
– Жанн, – задумчиво произнесла Лилия, глядя на живописный пейзаж перед собой: на бескрайнее волнующее море, с нависающими над ним темно-серыми тучами, и опустевший мокрый пляж, – я никогда прежде тебя не спрашивала об этом…. Что подвигло тебя стать проституткой? Для такого шага должна быть довольно весомая причина, скажем, переломный момент в жизни, потеря родных или любимого человека. Голод, в конце-то концов. Психика явно должна быть расшатана, чтобы выбрать именно такую, грязную профессию. Но если ты не хочешь говорить….
– Отчего же я не хочу? Напротив, ничего из того, что ты перечислила, не происходило в моей жизни. Родных у меня никогда не было – всю свою жизнь, с младенчества я росла в детском доме. Поэтому если бы я узнала, что моих настоящих родителей не стало – поверь, это не было бы трагическим, переломным моментом в моей жизни. – Жанна на секунду задумалась, будто что-то решая для себя, но потом продолжила, отбросив из головы все сомнения. – И любимого у меня никогда не было….
– Не было?! – перебила тотчас Лилия, удивленно вытаращив на подругу глаза. – Как не было?! Только не говори, что ты никогда не любила.
– Нет, не любила. – Тяжело вздохнула Жанна, и в этот самый момент прогремел гром громко и неожиданно, так, что девушки одновременно вздрогнули. – Черт. – Выругалась тут же Жанна и подняла ноги с пола, прижав коленки к себе. – Когда-нибудь меня сразит гром, и так завершится моя грешная жизнь.
– Не говори так. – Лилия встала с кресла и подошла к настежь открытому окну. – Ты быстрее умрешь от какого-нибудь заражения, или же от рук Гонсалеса, нежели от удара молнии.
– Утешила. – Горько усмехнулась Жанна. – Знаешь, сейчас я невольно вспомнила произведение, где одна девушка очень сильно боялась умереть от грозы. Изменив своему мужу, ее стало одолевать сильнейшее чувство страха быть поверженной молнией.
– И что в итоге? – без малейшего любопытства поинтересовалась Лилия, одновременно зевая.
– В итоге она бросилась со скалы.
– Дурочка. – Прозвучал еще один протяжный, с небольшими обрывками, гром, а за ним, через какое-то время, последовала длинная молния. – Все мы бабы дуры, когда влюбляемся.
– Ах, как жаль, что мне этого не понять.
– А вот я влюблялась. И не раз. – Произнесла Лилия, улыбнувшись. – Но со временем моя влюбленность куда-то исчезала.
– Значит, эта влюбленность не была настоящей. – Заметила Жанна.