- -
- 100%
- +
Эх, наш «добрый» Божий одуванчик – Мария Ивановна.
– Не понимаю, о чем вы, Мария Ивановна? – изобразила непонимание я, состряпав равнодушную моську. Хотя, если честно, до жути как мне сейчас перед ней стыдно за свое поведение в уборной.
– Ой, не понимает она. – Съехидничала женщина. – Что ж ты не Геннадия Павловича привораживала? Поди, так бы не уволил тебя.
– О вас думала, Мария Ивановна. Ведь никому не секрет, как вы по нашему начальнику сохнете.
Мария Ивановна тут же потупила свой взгляд, отвела глаза в сторону и впервые не ответила мне каким-нибудь ехидным словом, так как последнее слово во время нашей ссоры всегда оставалось за ней. Значит, я попала в точку – Мария Ивановна влюблена в нашего уважаемого и, кстати, женатого, Геннадия Павловича.
– Аривидерчи! Не скучайте по мне так сильно, сюда я больше не вернусь, и ухожу от вас совсем недалеко. Меня повысили и переводят наверх, поближе к начальству. А вам я желаю лишь удачи!
Ох, как грандиозно я ухожу, так торжественно, прям на зависть всем коллегам. И, кажется, я чуточку переиграла. Какой нафиг вверх? А почему не на первый этаж, где одни лишь уборщики и комфортного рабочего стола-то вовсе нет? Черт дернул за язык, сказать всем, что меня повысили.
Ослабленными от волнения ногами, я побрела в кабинет Геннадия Павловича, где собственно будет решаться моя дальнейшая судьба, и именно от него будет зависеть мой план на оставшийся, сегодняшний день: или я сегодня в гордом одиночестве напьюсь с горя и со стыда, а завтра в первую половину дня проведу в постели с мучительной головной болью, так, что умереть захочется, и банкой оживительного рассола, или культурно выпью шампанского в кругу самых близких и преданных мне людей. Итак.
– Геннадий Павлович, можно? – Тихонечко постучалась и сразу же открыла дверь его кабинета.
– А, Ольга? Входи-входи.
Я послушно вошла, виновато повесив зачем-то голову, оставила коробку с вещами у входа, и, дрожа всем телом, подошла к шефу.
– Давайте так, Геннадий Павлович, если вы меня решили уволить – то скажите об этом сразу, прямо сейчас. Не нужно меня долго мучать перед смертью.
– Вот ведь, упрямица. Снова включила свою кассету? Так, садись, давай поближе ко мне и ознакомься с этими документами. Если что будет не понятно – спрашивай.
Села. Взяла в руки какой-то договор из пяти страниц и НИЧЕГО не поняла.
– Что это?
– Твой новый договор с нашей компанией, но уже в другой должности. Теперь ты личный, младший помощник Станислава Романовича.
– Кого-кого? – Кажется, я не расслышала. Он, правда, сказал «Станислав Романович» или от своей сумасшедшей любви к этому мужчине мне просто кажется?
Но Геннадий Павлович как ни в чем не бывало продолжил:
– Прямо сейчас поднимаешься на пятый этаж, там тебе Эльвира Эдуардовна, секретарь из финансового отдела, все покажет. Покажет твое новое рабочее место, объяснит подробно, чем ты будешь заниматься, что любит Станислав Романович, а что нет, и так далее.
– Я буду работать личным помощником у самого Станислава Романовича?! – По-прежнему казалось, будто мне все это слышится, а Геннадий Павлович выступает в роли лживой сирены.
– Ты давай нос больно-то не задирай, на этой должности тебе еще удержаться надо. Дают месяц испытательного срока. Пройдешь экзамен – принята, а нет – добро пожаловать снова на наш второй этаж. Впрочем, ознакомься со всеми условиями сама. Как только подпишешь эти бумаги – я тебе больше не начальник, можно сказать, уже я буду под твоей властью. Ну, смотри, только попробуй меня уволить!
– Да, что вы, Геннадий Павлович! Миленький ты мой! – В порыве радостных эмоций я тут же бросилась обнимать седовласого, добродушного шефа, то есть, бывшего шефа, ведь бумаги я уже подписала, даже не глядя на содержание договора, такое предложение не каждый день мне выпадает. – Если бы не ваша рекомендация, сидела бы я здесь до пенсии, как наша Мария Ивановна. Это ведь вы меня порекомендовали Станиславу Романовичу?
В этот самый момент открывается дверь кабинета, без стука, без разрешения войти, входит никто иная, как сама Мария Ивановна.
– Геночка, а куда наша….
Упс. А тут такая картина: все мое тело расположено на столе ее Геночки, юбка неуклюже задрана чуть выше колен, и руки крепко обвили шею раскрасневшегося мужчины. Не трудно догадаться, о чем могла подумать эта женщина. Моя искренняя благодарность превратилась в неприличный жест соблазнения уже моего бывшего шефа.
– Я зайду к вам чуть позже. – Разозленная, даже не договорив, женщина тут же вышла, хлопнув при этом дверью так, что картина, висящая на стене кабинета, с грохотом рухнула на пол.
– Мариночка!… – Было поздно, она, наверное, сейчас уже сидит в уборной, высмаркивается. – Ольга Геннадьевна, а ну живо слезьте с моего рабочего стола! Что вы себе позволяете!?
– Не волнуйтесь, Геннадий Павлович, ревность, знаете ли, только укрепляет любовь женщины. – Я спокойненько встала из-за стола, поправила юбку и взяла свой драгоценный договор. – Я могу идти?
– Да, идите, Ольга Геннадьевна. Удачи вам, с вашей новой должностью. – Искренне, но довольно задумчиво, произнес Геннадий Павлович. Наверное, уже думает, как будет убеждать Марию Ивановну в том, что между ним и мною ничего никогда не было.
Довольная, счастливая, я подняла с пола свою коробку с личными вещами, с гордо поднятой головой вышла из кабинета бывшего шефа, и под любопытные взгляды коллег направилась к лифу. Набрала нужный пятый этаж, кстати, я впервые за три года работы в этой компании набирала пятый этаж, и ПОЕХАЛА!
Ай да фэн-шуй, ай да Юлька, ай да молодец!
Эльвира Эдуардовна, секретарь из финансового отдела, была женщиной довольно высокой, на глаз метр восемьдесят, худощавой, с длинными до безобразия, каштановыми волосами, но с симпатичным личиком: большие карие глаза, маленький аккуратный нос и губы, а больший шарм ее лицу придавала крошечная родинка у правого уголка губ, которую она заметно подкрашивала, выделяя еще больше. Но, не смотря на ее потрясающий внешний вид, характер был у нее, ну скажем, просто отстойный: как только моя нога ступила на пятый этаж, она, словно сторожевая собака, бросилась на меня с претензиями, причем с противным прокуренным голосом:
– Почему так долго? Я что, обязана тебя здесь ждать до вечера? И что-за на тебе наряд? Ты себе одежду у цыган покупаешь?
Стерва, одним словом.
Я оглядела ее с ног до головы: признаю, одевается со вкусом, по последней моде, и, должно быть, посещает лишь брендовые, элитные магазины. На ней же сейчас были превосходные, свободные, и кое-где облегающие, брюки, строгая и одновременно сексуальная блуза, и… балетки? Может, я и не знаток моды, но балетки совсем не шли к ее образу. И волосы следовало собрать в какую-нибудь аккуратную прическу. Так она похожа на лошадь Пржевальскую.
Интересно, какая у нее здесь зарплата, раз она позволяет себе покупать такие шмотки?
А что касается меня, одета я, как положено уставом нашей компании – черный низ, белый верх: юбку и блузу я покупала на рынке, по недорогой цене, но зато с хорошим качеством. Покупала униформу недавно, так что они еще не износились и выглядят как новенькие, что не скажешь о сапожках: они-то изрядно уже износились. И не смотря на весь мой дешевый гардероб, выглядела я всегда опрятно, не то, что это пугало от Валентино.
– Должно быть, мы с тобой в одном месте закупаемся? – Ответила я ответным ударом по ее гардеробу.
– Что? Моя одежда исключительно из британского модного дома New Look, и, как я понимаю, о таком ты даже не слышала? – Девушка гордо вскинула подбородок вверх.
«Нос задрала, аж до самых потолков».
– Да ладно! Ты гонишь? – Я изобразила искреннее удивление и подошла к ней еще ближе, с тем, чтобы лучше разглядеть ее блузу.
От моего неожиданного жеста заинтересованности, девушка вначале подозрительно на меня покосилась, некрасиво прищурив глаза, возрастные морщинки тут же повылезали на ее лице, но потом немного оттаяла, а после у нее даже загорелись глаза, и она стала вдохновенно рассказывать об этом неизвестном мне бренде:
– Каждые шесть недель – обновление коллекции. Одежда британского модного дома New Look отвечает всем фэшн требованиям молодого поколения – тренды с подиума, свежие оригинальные идеи, отличное качество и заманчивая цена. Вместе с New Look деловой образ можно продумать с головы до пят. Кстати, кроме одежды марка предлагает широкий ассортимент обуви, сумок и аксессуаров. – На последнем слове она даже соизволила улыбнуться мне.
Да, о шмотках она поговорить совсем не прочь. Но она меня оскорбила, сказав, что я закупаюсь у цыган, поэтому….
– Так ты еще являешься их консультантом?
– Извини? – Не поняла моего сарказма.
– Прощаю.
– Да как ты смеешь…. – Девушка из миловидного зайчика вновь превратилась в дикого кролика, и готова была пустить очередной поток оскорблений в мой адрес, но я ее перебила:
– Кстати, вещи превосходные, но совсем тебе не идут. В них ты выглядишь так, словно тебя саму одевали цыгане.
– На себя посмотри, нищебродка!
– Что здесь происходит? – Неожиданно за нашими спинами послышался грозный мужской голос. Это был Илья Андреевич.
– Илья Андреевич, она только что оскорбила меня! – Тут же пожаловалась на меня Эльвира.
– Да? А я слышал, что это ты только что назвала Ольгу Геннадьевну нищебродкой. – Одним «ударом» мужчина поставил выскочку на место, а потом удар пришелся и в мой адрес. – Ольга Геннадьевна, вы еще не приступили к своим обязанностям и уже нажили себе врагов среди коллег. И это за какую-то минуту. Что же будет дальше?
– Я больше так не буду. – Ну, прям детский сад какой-то. Собравшись с мыслями, попыталась изменить сложившееся плохое впечатление о себе в лучшую сторону. – Из данного конфликта я выявила себе мораль, и постараюсь больше не допускать подобных ошибок.
Блин, что я только что сказала? Из данного конфликта выявила, что? Мораль?
– Хорошо, следуйте за мной, Ольга Геннадьевна, я сам вам покажу ваше новое рабочее место. – Илья Андреевич отправился первым, а вслед за ним я, успев напоследок улыбнуться Эльвире.
Мой жест она поняла правильно: я не стану терпеть ее высокомерие, не смотря ни на что, буду всегда давать ей отпор.
– Твое рабочее место. – Илья Андреевич привел меня к высокому столу, одиноко располагающегося прямо в конце коридора, возле двери с табличкой «Генеральный директор Старожилов Станислав Романович».
Ух ты! Я буду с ним совсем рядом, нас будет отделять лишь одна стена!
– А где стул? – Я обошла вокруг стул, и так и не нашла стула. На чем я буду сидеть?
– Для этого стола не предназначен стул. Ты будешь стоять.
– Стоять?! Стоять по девять часов в сутки?!
Вот так издевательства над своими рабочими. Теперь понятно, почему Эльвира в балетках, наверняка в ее приемной тоже такой же высокий стол и нет стула. Ох, а я сегодня на каблуках….
– Я не буду тебя вводить в подробности, для этого у меня нет времени, так что, теперь тебе придется самой вникать в суть работы и стараться не допускать ошибок.
– Но как я смогу сама во всем разобраться?
– Спокойно, как и все работники этой компании. Для этого тебе и дается месяц испытательного срока, чтобы ты к этому времени смогла адаптироваться.
– А что если я не справлюсь?
– Вернешься туда, откуда пришла, то есть на второй этаж.
Илья Андреевич так спокойно об этом говорил, я бы даже сказала так хладнокровно, что мне тут же стало не по себе. А вдруг я не справлюсь? Не хотелось бы возвращаться обратно в архив, ко всем этим бумагам и пыли.
– Но вы ведь мне поможете? – Наивно, с жалостливым взглядом обратилась я к грозному мужчине.
– Это не входит в мои обязанности. Для экскурсии тебе специально была выделена Эльвира Эдуардовна, но ты уже успела с ней разругаться, я сомневаюсь, что она тебе станет помогать. И это тебе будет уроком на будущее. А теперь больше не отнимай у меня время и прямо сейчас же приступай к своим обязанностям, список дел уже лежит на твоем рабочем столе.
И он ушел, оставив меня одну за огромной стопкой документов и никчемным листком с моими обязанностями, где самым первым пунктом было: «Выполнять все поручения шефа и во всем его угождать». Я точно знаю, что первый пункт буду выполнять честно и с огромной радостью.
– Доброе утро! – В приемную вошел первый клиент-посетитель, желающий поговорить с моим шефом, как только я успела прибраться на своем новом рабочем столе. – Могу я встретиться со Станиславом Романовичем?
Седовласый, довольно солидный мужчина лет шестидесяти вежливо улыбнулся мне, потом вытащил из своего делового портфеля коробку дорогих, шоколадных конфет и положил ко мне на стол.
– Да, конечно, входите. Станислав Романович у себя.
То, что мой шеф в это время был у себя в кабинете – я знала точно по глухо-доносящемуся телефонному разговору из закрытой двери его кабинета.
– Благодарю, родная. – Старикашка взял мою руку и страстно впился губами в мою ладонь.
Фииии, как же это мерзко! Он обслюнявил всю мою руку!
– Не за что. – Выдернула вовремя свою ладонь из-под его шершавых губ, так как он в очередной раз желал впиться в руку поцелуем.
Подмигнув мне напоследок, мужчина выпрямил спину, выставил грудь вперед, придавая себе важный деловой вид, вскинул подбородок вверх и уверенно вошел в кабинет Станислава Романовича.
«Что вам, черт возьми, нужно?! Кто вы такой?!» – Сразу же послышался грозный голос Станислава Романовича. – «Пошел вон из моего кабинета!»
И через секунду из кабинета вылетает первый посетитель, красный аж до корней своих жидких, седых волос, и направился не куда-нибудь, а прямиком ко мне.
– Курица ты экая! Что, не могла предупредить своего шефа в посетителе? Ты должна была предупредить Станислава Романовича о моем визите! Я же просил тебя об этом вчера днем! – Гневно размахивая руками по воздуху, мужчина набросился на меня как дикий, старый волк на бедную овечку. – Не заслужила. – Забрал подаренную коробку конфет, которую я, к сожалению, не успела убрать себе под стол, засунул обратно в свой портфель и, что-то бормоча себе под нос, вышел прочь из приемной.
– В мой кабинет, живо! – Услышала грозный голос шефа в приемнике.
«Ну, все, сейчас и мне попадет….» – пронеслось в голове прежде, чем я успела войти в кабинет шефа. – «Черт! Забыла надеть свои туфли!»
А вот сейчас уже было поздно: я стою одной босой ногой в коридоре, а другой в кабинете шефа, а этот обворожительный красавчик заметил мое присутствие и в тот же миг приказал не очень дружелюбным тоном: «Подойди».
Ммм, сегодня мой шеф выглядит ну просто бесподобно: темный строгий костюм сидел на нем идеально, словно сшит был специально для его сексуального тела, придавая ему деловитый, мужественный образ, что глаз не оторвать; густые темно-каштановые волосы аккуратно уложены гелем, гладковыбритая щека нанесена свежим ароматом лосьона после бритья, так, что даже я, за пять шагов от него почувствовала этот аромат. В общем, укомплектован мой шеф как надо!
Неудивительно, почему вся женская половина компании сохнет по Станиславу Романовичу, ведь в него невозможно не влюбиться! Даже сам Криштиану Роналду стоит на втором месте по красоте и обаянию, конечно же, после моего Старожилова.
И вот я стою перед греческим богом бескрайней, непомерной красоты и мужественности, что-то вроде между красотой Аполлона и силой, храбростью Геракла, и просто не могу собраться с мыслями. Сейчас, как никогда, я должна показать шефу свой профессионализм, умения и приобретенные в компании знания, а вместо всего этого я, без всякого стеснения, стою и поедаю Аполлона-Геракла жадным, голодным взглядом фанатки.
– Присаживайтесь, Ольга Геннадьевна. – Несмотря на свой суровый взгляд и уверенный голос начальника, он оставался для меня идеалом мужчины, галантно отодвинул передо мною стул и жестом пригласил присесть, а после сел сам.
«Ммм, как мило с его стороны». – Улыбнулась я, радуясь такому началу наших с ним деловых отношений.
– Итак, Ольга Геннадьевна, в данный момент у меня очень мало времени, поэтому отбросим наше знакомство и всякую бессмысленную болтовню в сторону и перейдем сразу ближе к делу. – Станислав Романович внимательно посмотрел на меня, скрестил перед собою руки и важным деловым видом откинулся назад, на спинку своего огромного передвижного стула, обшитого дорогим черным, кожаным материалом, и продолжил, все с тем же непроницаемо-спокойным видом, я бы даже сказала ленивым, словно разговор со мной ему обходился с огромным трудом, и это, конечно же, не могло не задеть меня: улыбка тут же спала с лица, а вместе с ней и всякая надежда покорить его. – Итак, – из-за бокового ящика своего стола он вытащил мое резюме, открыл самую первую страницу и посмотрел на меня потухшим, усталым взглядом. – О вас я уже знаю достаточно, достаточно того, что нужно знать начальнику о его подчиненном, поэтому оставьте свое представление, и послушайте, что вам следует делать, а что не следует. Геннадий Павлович порекомендовал мне вас как способного, талантливого специалиста, описал вас как о честном и преданном человеке, без каких-либо корыстных целей, не давал никаких нареканий. Именно такого человека я ищу в качестве своего помощника. Что вы можете сказать об этом?
– Ааа…Эээ…. – Что ему сказать? Вот зачем я в самый ответственный момент теряюсь? – К вам в компанию я пришла три года назад….
– Давайте не будем подаваться в прошлое и занимать мое итак кратчайшее свободное время, – перебил меня шеф. – Просто скажите, что вы думаете о словах, сказанные Геннадием Павловичем? Это так? Если вы не оправдаете рекомендацию своего бывшего начальника и навредите как-то мне и моему бизнесу, мне придется тогда уволить не только вас, но и того, что поручился за вас.
Как только он замолчал, в кабинете настала гробовая тишина: он ожидал моего ответа, а я в свою очередь окончательно растеряла весь свой словарный запас, мысли спутались в клубок, и голова перестала о чем-либо думать, лишь растерянно сидела на стуле, прижав коленки под столом, и хлопала ресницами.
– Хорошо, – первым нарушил тишину Станислав Романович, – пока вы думаете, что ответить, – ага, как же, ни одной мысли в голове, – я провозглашу основные требования компании: прежде всего это отсутствие вредных привычек, если в отношении курения я еще более лоялен к работникам и могу не придавать этому особого значения, то алкоголизм и наркомания – абсолютно неприемлемы. Далее, ваш внешний вид также играет немаловажную роль, ведь сотрудники – «лицо» компании. Неприемлема неопрятность: не глаженная одежда, грязная обувь, невымытые волосы, неухоженные ногти. Отныне ваш гардероб должен состоять только из следующих вещей: строгий костюм, черные брюки или юбка средней длины, рубашки светлых тонов, туфли-классика на невысоком каблуке, из аксессуаров только часы и обручальное кольцо, если таковое имеется.
Станислав Романович тут же посмотрел на мою правую руку, где на безымянном пальце блестело маленькое, золотое колечко, подаренное когда-то моим бывшим парнем в честь годовщины наших с ним отношений. Это кольцо я по прежнему носила, не смотря на то, что с бывшим мы уже как три года не вместе, но это воспоминание о прекрасном пройденном времени не покидало меня, да и сама я не так спешила все забыть.
– Так же, – продолжил шеф, – я не терплю в своих подчиненных ложь и конфликтность, будьте уверенны – правда раскроется, и вы непременно лишитесь работы. Я ценю в людях профессионализм, широкий кругозор, способность и готовность к обучению, ответственность и дисциплинированность, коммуникабельность, а если быть точнее, способность к адекватному общению, чего пока, к огромному нашему сожалению, я не вижу в вас.
Его последние слова, как ведро студеной воды мне на голову. Вот так поворот событий…. Это что, получается, я могу лишиться своей новой работы, даже нормально не приступив? Как он мог не заметить мой профессионализм, ответственность, коммуникабельность и прочие достоинства?
– Могу заверить вас, я обладаю всеми теми качествами, что были перечислены вами минутой ранее. – Построив фальшивый уверенный голос, ибо я ужасно как волновалась, с гордо поднятым подбородком, попыталась возразить до того самоуверенному мужчине. – Впрочем, в этом вы сможете удостовериться сами, приняв меня в должность вашего секретаря.
– Позвольте заметить, вы уже приняты.
– Ну, тогда, дайте мне месяц, и вы убедитесь сами в моих профессиональных навыках.
– Цель нашей компании?
Станислав Романович неожиданно встал из-за стола и зашагал по своему кабинету, словно строгий учитель у школьной доски, нагоняя на меня еще больше волнения, а я в свою очередь была в роли трусливой школьницы, совсем неподготовленной к уроку. Неужели начался экзамен, и это без всякой подготовки?
– Целями нашей компании являются: получение более сильного и более надежного положения в своей бизнес-отрасли, повышение качества работы, снижение издержек производства по сравнению с основными конкурентами, расширение сферы деятельности, повышение репутации организации среди клиентов.
На миг Станислав Романович даже остановился и посмотрел на меня с явным удивлением, потом вновь надел маску строго шефа и продолжил свой допрос:
– Ценности и правила этики, которых должны вами придерживаться?
А это-то к чему?
– Эээ…. Правила запрещают дискриминацию по следующим признакам: раса, язык, цвет кожи, религия…. – Неуверенно начала я, и тут же была перебита.
– Запрету также подлежат: сексуальные домогательства; высмеивание работников; расовое презрение и религиозное презрение; замечания, шутки и другие действия, создающие агрессивную обстановку на рабочем месте; угрозы; грубость; насилие; использование, продажа наркотиков; появление на работе в алкогольном и наркотическом, токсическом состоянии; утрата собственности организации; кража собственности организации; неправильное, неэффективное пользование собственностью организации; разглашение информации, являющейся служебной, коммерческой тайной; хранение материалов личного характера на рабочем месте и так далее. Вам все ясно? – молча кивнула. – А также, соблюдайте, пожалуйста, этику делового общения. Вы понимаете, о чем я?
– Эээ…. Да…. – Во мне оставалась вся та же неуверенность. А правильно ли я его поняла?
– Отключите в себе всякую сексуальность и не пытайтесь даже соблазнять меня, вам это в любом случае не удастся, лучше не теряйте попусту свое время и силы. Между вами и мной будут всегда лишь деловые отношения, ни на что другое даже не надейтесь.
– Зачем вы мне все это говорите? – Меня даже немного задели слова мужчины. Нет, вру. Меня очень сильно задели его слова! Меня так еще никто, никогда не оскорблял!
– Чтобы взяли себе на заметку и руководствовались им в течение нашей дальнейшей, совместной работы. – Станислав Романович подошел к своему рабочему столу, но не стал присаживаться. Жестом давал мне понять, что наш с ним разговор приходит к завершению, и мне нужно уже уходить.
– А что если не я, а вы начнете меня соблазнять? – Неожиданно для себя, я рискнула задать ему этот вопрос.
– Уверяю, этого никогда не будет. – Сказал он без малейших раздумий и протянул мне какой-то листок. – А теперь, возьмите этот список заданий на сегодня и приступайте к делу. И так каждое утро вы будете приходить ко мне за списком ваших дел. Я думаю, вы хорошо ознакомились договором?
Договором? Черт. Я его даже не прочла, а сразу поставила свою подпись. Но разве я могу шефу об этом сказать? Подумает еще, что я безответственная и легкомысленная, хотя он уже и так обо мне плохого мнения.
– Да, я ознакомлена с договором.
– Значит, со всем согласны?
Отчего он так удивлен?
– Да. – Ответила я как можно уверенней, а сама этим временем уже мысленно бегу искать свой договор, с тем, чтобы как можно лучше изучить все пункты содержания.
Удивление Станислава Романовича моему согласию на непонятные мне условия договора, признаюсь, немного меня смутили и даже напугали. А что если мне будет непосильно выполнять работу, ту что тогда?
– Хорошо. Тогда я вас больше не смею задерживать. – Шеф жестом указал мне на дверь и я, словно побитая собака, полностью погруженная в себя, в свои мысли, отправилась выполнять тридцать два задания самых различных категорий сложности.