Стрелки

– Тише, моя малышка, тише. Всё хорошо. Всё уже хорошо, – парень гладил её по волосам и аккуратно возвращал её обратно на кровать. – Я рядом с тобой, всё позади, – его большая ладонь осторожно поглаживала щёку девушки.

– Мне было так страшно. Я ещё никогда так не боялась, Макс, – она немного успокаивалась.

– Тише, малышка, тише. Я забрал тебя от него. Надавал ему трендюлей. Я больше не оставлю тебя и не дам в обиду. Я защищу, не бойся ничего, пока я рядом, – он поцеловал её в губы, стараясь не делать ещё больнее. – А пока подожди, я приготовлю ужин и накормлю тебя, любимая, – увидев её мимолётную улыбку, он нежно улыбнулся ей в ответ и ушёл на кухню.

Его милая улыбка мгновенно слезла с лица, как только парень пропал из поля зрения Эльзы. Макс был в бешенстве и просто так данную ситуацию оставлять был не намерен. Колд твёрдо решил отомстить за свою девушку. Видя её страдания и то, в каком состоянии она была, он не мог держать себя в руках и пускать всё на самотёк. Шатен быстро поставил на стол всё, что требовалось для ужина, позвонил маме Эльзы и попросил, чтобы Колен осталась у него на ночёвке. К счастью, Ирен не была против. Телефонный разговор закончился быстро и без лишних допросов, и Макс начал готовить. Свою злость парень оставлял в бросках посуды, резких движениях ножа или вилок, но не на ком-то. Он не мог позволить видеть Эльзе себя таким, ведь прекрасно знал, что девушка была человеком-губкой. Шатенка мгновенно впитывала настроение своего собеседника и подстраивалась под него, чтобы лучше понять. Сейчас этого он допустить не мог, ей надо было идти на поправку.

Еда была готова и уже поставлена на подносе. Макс заботливо накормил Эльзу, стараясь не заставлять её напрягаться ни на секунду. Ещё одна ложка каши лезла с трудом, внутри застрял ком от накатывающих слёз. Казалось бы, Колен только недавно успокоилась, а тут вновь истерика подступала. Макс ошарашенно посмотрел на девушку, быстро отложил еду подальше и подполз к Колен.

– Что такое? Еда не вкусная? Или ты обожглась? Тебе больно? – шатен держал руку девушки в своих руках.

– Нет, нет. Всё в порядке. Я просто дура. Я не понимаю, почему плачу. Мне просто хочется, – уже захлёбываясь слезами, говорила Эльза.

– Эй, малышка моя, – он подполз вплотную к Колен и обнял её за плечи. – Выпусти эмоции. Всё хорошо. Я рядом. Ты можешь плакать столько, сколько тебе будет надо, – он нежно улыбнулся, но из-за этой улыбки стало ещё хуже.

За окном уже было достаточно темно, чтобы был повод уложить её спать, а самому быстро смыться. Шатен мельтешил по комнате, стараясь приготовить для своей девушки всё необходимое, что ей могло понадобиться. Он заботливо поправил тёплое одеяло, чтобы Эльза везде была укрыта. Колен же зарылась по нос в постель и смотрела на него, такого нежного, но в то же время серьёзного юношу. Она дождалась, пока парень ляжет рядом, и закрыла глаза, чувствуя уют и теплоту. С ним она всегда быстро засыпала, словно он и был её лучшим сном. Этот раз не был исключением. Девушка быстро уснула крепким сном, ведь организм был вымотан. Макс спешно накинул красную толстовку на белую футболку, сменил домашние спортивные штаны на чёрные джинсы, обул красные кроссовки и остановился около неё. Колд погладил её тыльной стороной ладони по лицу, видя её умиротворённую улыбку. Парень прихватил нож с кухни и тихо вышел в подъезд. Он не мог смириться с тем, что её кто-то обидел, и уж точно никогда бы этого не простил. Ноги спустили своего хозяина на этаж ниже, парень спрятал нож сзади за поясом и постучал в знакомую дверь. Уши уловили звук шорканья босыми ногами по полу, он не спал.

– Кто? – послышалось за дверью недовольным голосом. – Да кто там, ёп твою мать! – брюнета разозлило молчание Макса, и тот открыл дверь нараспашку.

– Так это ты Эльзу обидел? – Макс опирался о дверной проём, чуть нависая над Даном.

Глаза горели огнём ярости, и от милого мальчика не осталось и следа. Сейчас перед Даном стоял монстр, ничуть не уступающий ему самому. Шатен, ни секунды не думая и пользуясь остолбенением Дана, решил действовать. В нос брюнету уже прилетел кулак разозлённого Колда. Фернандес, не долго думая, дал сдачи. Дверь в квартиру, скрипя, захлопнулась, оставляя неприятное зрелище за своими границами. Макс был холодным и расчётливым, он ничуть не собирался уступать Дану или же делать ему поблажки. Ему было не жаль.

– За неё пришёл мстить? – ехидно улыбался Дан, переводя дух, утирая кровь с разбитого носа.

– Что ты с ней сделал?! – Колд рычал не только голосом, но и глазами.

– Сломал, – посмеялся брюнет. – Я сломал её. Сломал твою горячо любимую Эльзу! – Дан снова вступил в бой, оттесняя Макса к стене.

– У тебя не вышло! – упираясь спиной в стенку, выговорил Макс и тут же ударил Дана в живот с колена. – У тебя никогда не выйдет сломать её! – он продолжил отражать атаки.

– Да? Слышал бы ты, как она кричала. Слышал бы ты, как она молила меня прекратить, а затем и вовсе заткнулась! Где же ты был тогда?! – брюнет смеялся, нанося удары по блоку, поставленному Максом. – Не уберёг ты её, – Фернандес ударил шатена под коленные чашечки ногой, заставляя упасть. – Не уберёг. А ведь она тебя звала, – надменный взгляд зелёных глаз блеснул над противником.

– Не приближайся к ней, – шатен схватил Дана за ноги и потащил на себя. – Ты больше её не тронешь! Она сейчас в безопасности и больше никогда не узнает, что такое боль! – Макс сел на Дана, придавливая его руки своими ногами, и просто начал бить.

Драка продолжалась ещё очень долго, но никому не было дела до времени. К счастью, шумоизоляция в этом доме была прекрасная, поэтому из соседей некому было вызвать полицию. Извечные параноидальные мысли, что Макс сделал не всё, что мог, не оставляли парня, и он продолжал. В момент драки он совершенно не хотел останавливаться, перед глазами мелькали образы плачущей Эльзы, которая просила прощения непонятно за что. Ведь, по мнению шатена, это ему надо было просить прощения у неё за то, что не уберёг. Внутри всё постепенно доводилось до взрыва. Дан уже порядком был потрёпан, едва стоял на ногах, но останавливаться никто не собирался. Брюнет делал всё больше промахов, бил уже не в полную силу, он сдавал свои позиции, он устал. Решающий удар Макса в живот окончательно свалил садиста на пол, без возможности встать и продолжить сражаться. Шатен был верен той, кого любил больше воздуха, он должен был возвращаться к ней, пока та не проснулась. Он не хотел, чтобы Эльза знала о его ночных похождениях, ведь иногда лучше, чтобы о твоих подвигах никто не знал. Меньше знаешь – крепче спишь.

Обернувшись на полпути к выходу, шатен окинул взглядом поверженного соперника. Нет, Максу не было его жаль, ему просто хотелось посмотреть на полный разгром. Внутри скребли когтями кошки по школьной доске, неприятно оглушая звуком сомнения: а хватило ли? Дану уж точно хватило. Резкий рывок головы позволил прийти в себя, стараясь позабыть о своих сомнениях. Макс открыл дверь, но остановился на пороге, решив перестраховаться.

– Не приближайся больше к Эльзе. Лишнее движение – и ты труп, – сурово сказал Макс, оглядываясь через плечо, и закрыл дверь, направляясь к своей спящей девушке дальше охранять её сон.

*******

Будучи в полном бешенстве, Дан крушил свою квартиру, позабыв о своей груше, на которой он обычно отрабатывал удары. Сил терпеть нахальство Макса и его личный проигрыш не было, Дан решил взять матч-реванш. Он нервно схватил телефон и набрал шатена.

– Сегодня в 22:00 на чердаке, – грубо сказал Фернандес и сбросил.

– Что-то случилось? – спросила Эльза, поправляя кудри из-за разбушевавшегося весеннего ветра.

– Кажется, Дан не совсем усвоил урок, – разозлённый Макс сильнее прижал Эльзу к себе и поцеловал в макушку. – Не беспокойся, я защищу тебя, даже ценой своей жизни.

– Не говори так, – Колен обеспокоенно взглянула на шатена и тут же обомлела. Он ещё никогда не был в таком разъярённом состоянии.

*******

– Да опомнитесь вы! – кричала Эльза сквозь слёзы, пытаясь отвлечь двух парней, схлестнувшихся в драке.

– Тебе мало было, Эльза, дорогая? – ехидно скалился Дан, разрезая клубы пыли рваными движениями в драке.

– Ты не посмеешь её и пальцем тронуть, ублюдок! – рыкнул Макс и снова ударил Дана по лицу. – Не отвлекайся, я тут, – парень нагловато поманил противника кулаками на себя.

– Прекратите, говорю же! – Колен не стерпела и ворвалась в драку.

Когда Эльза ударила Дана в солнечное сплетение, он, согнувшись, ответил ей тем же. Девушке удалось оттеснить Макса за себя, заставляя парня остановить порыв удара. На неё он бы никогда не смог поднять руку. Колен, позабыв о всяком уважении в драке к своему шатену, не смогла более смотреть на двух бойцовских петухов. Теперь Макс оказался на месте Эльзы и всячески пытался разнять пару, которая уже валялась на полу. Все грязные и измотанные, они не собирались сдаваться. Дан держал Эльзу за красную толстовку и уже был нацелен на удар, как Колен засмеялась и расслабила руки, отпустив его чёрное худи. Парень удивился и остановился в сантиметре от её лица.

– Сражайся! – рыкнул разъярённый Дан, не понимая Эльзу.

– А ведь в детстве мы были хорошими друзьями. Кто бы мог знать, что я стану твоим врагом номер один? – девушка начала плакать и смеяться одновременно.

– Прекрати нести чушь, дура! Поднимись и сражайся! Не смей сдаваться! Это будет уже нечестная драка! – Дан кричал на Колен из-за впервые испытанного шока, но если бы он знал, что противник не сдался, скорее, наоборот, пошёл в атаку.

– Помнишь, как нам было весело вместе? Как мы заботились друг о друге в детстве? – Эльза усмехнулась и посмотрела на него глазами, полными слёз. – Помнишь, как готовы были порвать не друг за друга, а друг за друга? Вот это было детство. Ты всегда заступался за свою сестру, когда её кто-то ругал или задирал. Помню, как ты плакал в садике на выпускном, когда тебе не дали ту роль, которую ты хотел, а я тебе её уступила, – улыбка не сходила с губ Колен, та нагло перла напролом. – Что же с тобой стало? Кто тебя так сильно изменил? ТЫ ведь так заслуживаешь той любви, которой у тебя не было, – видя, как Дан изменился в лице, шатенка продолжала.

– Да что ты знаешь обо мне?! – рыкнул Дан в порыве гнева и ударил кулаком рядом с её лицом, но девушка и носом не повела, лишь продолжила.

– Почему ты так боишься жизни? Нормальной жизни? У тебя ведь были мы, твои друзья, которые были готовы дать тебе эту любовь, – после этих слов Дан снова схватил Эльзу за шиворот и начал трясти.

– Тебе не понять меня! Ты неженка, которая растёт с родителями, с любимым человеком! Ты никогда не была на моём месте! Нихера я не боюсь жить! Ты вообще обо мне ничего не знаешь! – кричал Дан в истерике, переложив свои руки на тонкую шею Эльзы. – Ты никогда не была на моём месте! Никогда не испытывала той ёбаной боли, которую испытал я! И теперь ты смеешь читать мне морали и указывать, как мне жить?! Ты просто выскочка! И что я в тебе нашёл?! – Дан сам изумился от своих слов.

– Дан, ты убьёшь её, прекрати! – Макс ринулся спасать Эльзу, которая продолжала улыбаться.

– Стой, где стоишь, святоша! Иначе я задушу её! – рыкнул Дан, смотря в глаза Колен.

– Эй, – Эльза нашла в себе силы, чтобы поднять руку и погладить Фернандеса по щеке. – Я и правда никогда не пойму тебя, но, – она пыталась говорить, несмотря на руки Дана на её шее. – Но я смогу попытаться понять тебя, хотя бы чуть-чуть. Я смогу дать тебе ту любовь и ласку, которой тебе так не хватало. Разве ты это не понял с детства? – она так ласково гладила его по щеке, что хватка парня начала слабеть. – Хватит уже мучать себя, Дан. Пошли с нами? Пошли домой? Там тепло и уютно. Мы выпьем чаю, поговорим, разберём твои проблемы и всё будет хорошо, – её глаза, полные надежды и веры, убивали. – Мы примем тебя любым, каким бы ты ни был, только доверься нам. Доверься мне, ведь я искренне люблю тебя, Дан, – после её слов парень окончательно опустил руки и заплакал, упав на грудь Эльзы.

Девушка подхватила слабого парня и со всей нежностью прижала его к себе. К паре быстро подключился Макс. Колд аккуратно обнял обоих. Неудивительно, ведь ему не было наплевать на Дана. Макс, как никто другой, понимал всю ситуацию, принимал вспыльчивость своего друга детства. Однако он не видел в нем уже такого монстра, каким он казался ранее. Шатен лишь снял очки гнева и начал понимать, что Дан – это всего лишь недолюбленный ребёнок своих родителей. Ребята в ту же секунду окружили любовью и лаской Дана, который рыдал во весь голос и просил у ребят прощения за то, что успел натворить.

*******

Конец весны отдавал своим знойным теплом. Ребята удачно закончили очередной класс в школе и вовсю наслаждались каникулами. Дан начал снова гулять с Эльзой и Максом, продолжил по-дурацки шутить, проявлял свой задиристый характер, иногда хулиганил, но уже не рвался в драку с ребятами. Жизнь обычных детей начала набирать обычные обороты детства и беспечности.

Одним весенним вечером ребята, как это и было у них заведено, просто гуляли по лесополосе, которая была недалеко от их домов. Этот укромный уголок был спрятан от глаз чужих людей, поэтому пользовался у этой компании такой популярностью. Тихо, мирно, рядом речка и поля. Красота, да и только. Время близилось к позднему вечеру. Ребята уже порядком наигрались и набегались, они сидели на берегу речки, отдыхали, наслаждаясь мороженым, и кидали камешки в воду. Каждый пытался перекинуть камень как можно дальше, чтобы удивить других. Своеобразное соревнование, поддерживающее добрый дух соперничества. Ничего особенного, кроме голоса, раздавшегося позади их спин.

– Ну, привет, Эльза, о которой я так много слышал, – хищно улыбнулся брюнет и тут же ринулся в драку.

– Что? – Эльза не успела среагировать и тут же полетела в воду, вцепившись ногтями в голубую рубашку незнакомца.

– Эльза! – разом крикнули два парня и попытались помочь ей, но тут же застыли, увидев нож у горла Колен.

– Отвали от неё, Рен! – рыкнул Дан. – Она ни в чём не виновата! Я наврал тебе! – Фернандес знал этого парня.

– Будто бы я теперь поверю тебе, после того, что узнал, из-за кого я остался один! – рыкнул брюнет, сидящей на Эльзе.

– Да кто ты такой?! – не вытерпел Макс.

– Я сводный брат Дана, Рен Ламберт, и тот, кто убьёт эту девочку прямо здесь, – блеснув жёлтыми глазами, полными ненависти, парень замахнулся ножом. – Да окрасится река в красный, – удар и его слова стали реальностью.

ГЛАВА 6: БЕЗДОМНЫЙ КОТ.

Играя красками ночного неба, Колен снова встретилась с ним, брюнетом, внезапно ворвавшимся в её жизнь. Ламберт уже достаточно длительное время заставлял девушку встречаться с ним лишь ради мести. Скрестив кулаки в очередном сражении, она шипела, стараясь добиться справедливости и найти выход. Всего лишь надо было его понять.

– И чего ты этим добьёшься?! – в истерике кричала Колен на взъерошенного брюнета.

– Заткнись, Колен, – Рен затыкал Эльзу, понимая, что она была права. – Пусть они отойдут подальше. Я хочу разобраться с тобой один на один, – Рен говорил о Дане и Максе.

– Хорошо, – Колен снисходительно кивнула. – Мальчики, прошу вас, отойдите. Я сама справлюсь, – она посмотрела в сторону парней и они, кивнув головой, отошли.

Этот парень слишком внезапно появился в жизни Колен. В момент перевернул всё внутри шатенки. С тех пор она не могла нормально спать, зная, что такой, как он, мог убить её в любой момент, но девушка бы и не противилась. Возможно, понимала, что в этот раз она ничего не добьётся своей обыденной упёртостью, скорее, наоборот, погубит себя и надежду на то, что Рен лучше, чем пытается показать. Лучшим выходом в такой сложной ситуации было дать ходу жизни свободный путь, не преграждая ему дорогу. Будь что будет.

В этот раз не было смысла идти против течения его планов. Не то чтобы она резко влюбилась в него, вот так, с первого взгляда. Нет, вовсе нет, скорее, наоборот. Эти яркие чувства охватывали парня, но Эльза, эта чёртова малышка, не могла понять, что же она такого натворила, что он настолько её ненавидел? Ломать голову в догадках было бессмысленно и слишком сложно, ведь ответ всегда был на поверхности, до жути простым и понятным. Она бесила его самой собой, тем, что портила ему жизнь, не находилась с ним, когда тот падал в пучину потерь близких людей, а с другими была. Он всегда был один, никем не пойманный, когда летел с высоты. Окружающие его люди всегда получали ту самую поддержку и тепло от родных людей, а он, обиженный самой жизнью, израненный и побитый, шёл восвояси и зализывал раны сам. Бездомный кот.

Ему тоже хотелось того тепла, которого шатенка недодала брюнету, когда тот нуждался в ней. И теперь желал присвоить то, что ему принадлежало по праву. Рен хотел восполнить тот дефицит внимания и любви, который Колен, словно маленький требовательный ребёнок.

Рен ходил вокруг да около, чтобы высмотреть слабые места девушки. Безуспешно. Он рассматривал Колен, словно сломанную куклу, которую обернули верёвками, пытаясь подчинить. Зря, очень зря. Эльза была слишком чувствительна к чужим взглядам, особенно таким, старающимся рассмотреть её, как можно лучше. Они всегда проникали глубже остальных и резали душевную плоть больнее всего. Не заметить такое мог лишь мазохист.

– Ты не сможешь, Рен. Ты меня не добьёшься. Сдайся, не терзай себя, – Эльза старалась переубедить его.

Она всегда пыталась переманить врага на свою сторону, чтобы не навредить им ни физически, ни морально. Колен переживала за каждого человека, причастного к «стрелкам», но не всех могла уберечь от своих атак. Сейчас в ней было огромное сомнение. Она хотела подставить своё тело Рену, чтобы тот мог вдоволь наиграться ею, чтобы тот понял, она ему не враг. Шатенка хотела мира, дружбы с брюнетом, но хотел ли он этого?

Рен метался из стороны в сторону, ведь его разум был затуманен товарищами, которые были старше него в разы, которые имели огромное влияние. У них это выходило бы и дальше так же блестяще, как и до этого вечера, пока Эльза не решила показать Рену себя настоящую. Девушка часто совала свой любопытный нос туда, где её меньше всего ждали и хотели видеть, только поэтому знала намного больше других. Осведомлён – значит, вооружён.

Благодаря нужным сведениям, полученным от Дана, она могла продумать ходы наперёд, знать, где лучше надавить, а где сбавить обороты. Она могла как пожалеть, так и отругать его, зная приблизительную реакцию вспыльчивого брюнета. А он бы ничего толком и не смог сделать, лишь шипел и легонько царапался в ответ на едкие фразы, словно котёнок, которого только подобрали с улицы. Он привыкал к новой обстановке.

– Прекрати, Рен. Прошу тебя, брось нож, отбрось все сомнения. Разве ты не видишь, что тобой пользуются? Они просто хотят сделать тебя своей марионеткой, ведь всё, что не подчиняется каким-то рамкам, определённым правилам, это либо уничтожают, либо сажают на цепь и вертят, как хотят, – она почти плакала. – Тебе ведь никто не рассказывал за твою мать, что с ней случилось. Тебя никто не поддерживал в трудные минуты, – с этой реплики Рен не выдержал.

– Замолкни! – он ударил Колен ножом в плечо, кровь хлынула на лицо парня. – Тебе не понять! Ты не теряла родных и близких! Ты ничего не знаешь о моей боли! – он вновь всадил нож в её бедро и тут же подставил его к нежному горлу девушки, еле дышащей под прессом разгневанного парня.

– А они знают? – она еле говорила. – Они тебя знают? Они тебе помогали выходить из депрессии, которая продолжается по сей день? – Колен откашлялась кровью. – Кто тебе помогал, когда было плохо, больно, когда эта боль ломала тебе рёбра, доводила до безумия?! Никого же не было рядом! А я здесь, я рядом! – она пересилила себя, выжала последние силы из тела, и обняла Ламберта со всей нежностью.

Парень выронил нож со слезами, наворачивающимися на глазах, и тут же заплакал. Руки предательски тряслись и не слушали команды мозга. Брюнет впервые ощутил себя беспомощным и брошенным. На душе стало гадко. Поганая погода настигла его в самое подходящее время, выбрав самое лучшее место. Ведь рядом была она: стояла всегда рядом с ним, держа в руках зонтик для него, готовая в любой момент укрыть от ливня проблем и грязи. Сама того не замечая, Колен внезапно стала для Рена опорой и защитой. Она стала его поддержкой, которую ему никто и никогда не оказывал своевременно. Теперь всё должно было измениться. Теперь эта девушка рядом.

В один миг, лишь с пары фраз, Рен понял, что же он творит с ней, с той, кого настолько сильно любит, что готов был убить. Его зрачки расширились, лицо исказилось в отчаянии, и он наконец-то смог сделать то, что хотел уже давно и так сильно. Брюнет обнял Колен со всей любовью в своём теле, вдохнул её аромат и в одночасье осознал, что он обрёл покой на земле рядом с нежной шатенкой. Парень заплакал ещё сильнее, его мутно-жёлтые глаза защурились, и он обнял её ещё крепче, почти ломая рёбра от переизбытка чувств. Рен позабыл, что такое дышать, и заставлял задыхаться в своей любви и её.

Эльза вцепилась в рубашку парня, местами порванную и испачканную, и с каждой секундой нахождения рядом прижимала его всё крепче и нежнее. Как только сама могла. В один раз шатенка решила отдать ему всю любовь, которая по праву принадлежала ему за все эти годы мучений и терзаний. Внутри стало легче, и дыхание вернулось в нормальный ритм. Сердце больше не сжималось, словно бешеное, а в организм более не было поступления такого большого количества адреналина. Всё вернулось на свои места.

– Прости. Прости меня, Колен, – он уткнулся ей в невредимое плечо и шептал это.

– Эльза. Просто Эльза, – она погладила его по голове с нежной улыбкой.

Рен никогда не называл Эльзу по имени. Так он выражал своё уважение в сторону этой девушки, признавал, что она сильнее, но всегда старался быть мужественнее и лучше неё во всём, что только она делала. Ламберт так сильно жалел о том, что сделал пару минут назад. Он не хотел доводить до такого, и теперь всё здание окутывал безудержный крик, выражающийся в молчании Ламберта. Он тихо плакал у неё на плече, принимая поглаживания по его непослушным, но таким приятным, шёлковым волосам.

– Прости меня, Эльза, – говорил тот сквозь слёзы. – Я больше никогда не причиню тебе боли. Я буду защищать тебя, – он обнял её сильнее. – Я обещаю.

Парень никогда не был склонен к вранью, стараясь хоть чем-то себя оправдать. Рен доводил свои дела и задания со стороны товарищей выше рангом до конца, какими бы тяжёлыми они ни были. Но это задание ему было непосильно. Не в его компетенции было убить девушку, ту, которую он любил больше жизни. Брюнет отбросил нож, словно свои сомнения, разом, одним рывком оборвал все связи с теми, кто дурманил его голову глупостями и пустыми обещаниями. Это было всего лишь плацебо, пустышка. Очередная надежда на опустошённое будущее без неё, полное боли и ненависти. И он это понимал. Разум Ламберта освободился от чёрной пелены тумана, глаза посветлели от озарения. Он встал и закричал на всю округу, что было мочи, стараясь не сдерживать себя. Рен знал, они его слышат.

– Я больше её не трону! Можете делать, что хотите, но моя рука более не поднимется на ту, кого я люблю!

Парни подошли ближе к парочке и помогли подняться. Макс поднял Эльзу на руки, а Дан помог прийти в себя Рену. Ламберт тоже был потрёпан после долгой драки до начала зачитывания моралей от Колен. В тот день она своего добилась. Эльза смогла переубедить брюнета, она смогла его спасти. И больше не было ни сомнений, ни глупых обид, только чистая улыбка. Многообещающее светлое будущее и динамичное продолжение их истории. Ни единого намёка на плачевный конец.

– Всё, всё, парень. Уже всё закончилось. Ты теперь в надёжных руках, – сказал Дан, кивая подбородком на улыбающуюся Эльзу. – Только не смей к ней подкатывать. Яйца отстрелит и глазом не моргнёт. Не девушка, а сам Дьявол во плоти, – Фернандес не церемонился на фразах.

– Да? А мне казалось, что она нежная, – утирал Рен кровь.

– Ууу, – вытянул Дан, похлопывая Рена по плечу. – Она не та, за кого себя выдаёт. Берегись нашу мисс Колен.

– Не говори о ней плохо. Она чудо, – вздохнул Ламберт.

– Никто не спорит. Но слишком уж это чудо непредсказуемо, – Дан покачал головой с улыбкой. – Вот, я же говорил. Смотри, сейчас будет представление, – он заулыбался, как идиот, и кивнул в сторону шатенки, полной решимости.

Колен уже ничего не волновало. Она поцеловала Макса в щёку и мгновенно отошла от него. Шатенка твёрдо встала на ноги и говорила так громко, как только позволял её голос. Строго и чётко, выговаривая каждое слово, вкладывая в свою реплику максимум чувств и эмоций. Амбициозно. Она встала посередине зала, где проходила битва, слегка топнула ногой для пущей уверенности в себе и, приложив ладонь к груди, сказала то, от чего все парни стали уважать её ещё больше. Рен чуть не расплакался, его впервые так сильно и яростно защищали. В сердце проснулась новая надежда. Он не зря выбрал Колен, не ошибся. Шатенка стоила того, чтобы пройти все те муки, которые пережил брюнет. Она того стоила.