Тест на графоманию
- -
- 100%
- +
Урок математики вёл бородатый незнакомец. Ванька чутьем бродяги понял, что этот человек ведает о мире столько удивительного, чего ему – Ваньке – хватит на всю его бесшабашную жизнь. Бородач дал ребятам задание подсчитать, сколько времени понадобится путешественнику на то, чтобы обогнуть Земной шар, двигаясь по горным хребтам. Ваньке такая задача показалась странной, но, незаметно для себя, он занялся подсчётами и, к всеобщему удивлению, справился быстрее всех.
Незнакомец похвалил Ваньку и поставил в журнал пятёрку. Дневника, понятное дело, у Ваньки не было. Он схватил листовку Клуба юных путешественников, мгновенно оказался возле учительского стола и тихо попросил:
– Поставьте пятёрку здесь, пожалуйста.
После первого урока уходить из школы Ваньке почему-то не захотелось. Потолкавшись у стенгазет на втором этаже, он побежал на урок. В класс он влетел со звонком и в дверях столкнулся с тем самым бородачом, что вёл урок математики.
– Проходи, светлая голова, – сказал бородач, потрепав ванькины белокурые вихры.
Ванька по обыкновению занял место «на Камчатке» и погрузился в мир удивительных историй об открытиях и путешествиях. Он не заметил, как пролетел урок, как он оказался на заседании Клуба юных путешественников, как, прибежав домой, достал с книжной полки Большую Советскую Энциклопедию и начал читать, читать, читать.
Через много лет доктор географических наук Иван Семёнович Кудряшов оказался в одной из школ небольшого городка, куда его пригласили, чтобы он рассказал о своей удивительной жизни. Уже прозвенел звонок на урок, уже учитель представил детям Ивана Семёновича, как вдруг в класс ворвался белокурый кудрявый мальчишка. Увидев незнакомого человека, мальчик замер на месте, изобразив лицом вину и раскаяние. Иван Семёнович улыбнулся и, потрепав непослушные вихры мальчишки, приветливо произнес:
– Проходи, светлая голова.
Льготный билет
Леонид Петрович много лет мечтал посетить выставку Сальвадора Дали.
В ноябре две тысячи одиннадцатого картины гениального испанца выставляли в Москве в Пушкинском музее, но Леонида Петровича как раз в это время отправили в длительную командировку на Дальний Восток.
Весной семнадцатого года Дали показывали в Питере. Леониду Петровичу опять не повезло – за несколько дней до поездки в северную столицу он сломал ногу.
И вот в конце января двадцатого года в Москву вновь свезли полотна странного гения. Ценители искусства, изрядно разбавленные снобами разных мастей, устремились в Манеж на выставку «Сальвадор Дали. Магическое искусство». Леонид Петрович купил себе и жене электронные билеты, красным фломастером отметил на календаре третье воскресенье февраля и погрузился в томительное ожидание.
Накануне похода на выставку жена Леонида Петровича почувствовала признаки простуды и предложила ему взять с собой её подругу Анну Фёдоровну. Леонид Петрович проворчал, что для замены больше подойдет его приятель Игорь Николаевич, но жена популярно объяснила:
– Билет у меня льготный, а на входе могут попросить социальную карту или паспорт. Поэтому брать нужно только женщину и обязательно пенсионного возраста. Сам понимаешь, твой Игорь Николаевич не годится.
Леонид Петрович сделал ещё одну робкую попытку освободиться от нагрузки:
– Машенька, я могу посетить выставку самостоятельно. Мне компания, кроме твоей, не нужна.
– Дело не в компании, – не сдалась жена. – Конечно, триста пятьдесят рублей не такие уж большие деньги, но всё равно жалко, если билет пропадёт. Пусть Аня разделит с тобой радость общения с прекрасным. И ей приятно, и тебе веселей.
– Я даже не знаю, о чём с ней разговаривать, – ухватился за соломинку Леонид Петрович.
– За это не переживай, – уверила жена, – всё, что от тебя требуется – быть к ней повнимательнее.
В Москву ехали на электричке. Анна Фёдоровна всю дорогу рассказывала о своей культурной и личной жизни, которая оказалась весьма насыщенной. Леонид Петрович первое время слушал Анну Фёдоровну внимательно, зачем-то пытаясь запомнить названия стран и городов, где она побывала, отели, в которых она останавливалась, имена её попутчиков и названия блюд, но вскоре ему захотелось перейти в мерцающий режим. Анна Фёдоровна, однако, крепко держала руку на пульсе внимания Леонида Петровича: то и дело легко толкала его локтем в бок, листала перед его носом фотографии на экране телефона и восклицала: «Представляете!». Леонид Петрович вздрагивал, изумлённо поднимал брови, качал головой и сдержанным мычанием разделял восторг Анны Фёдоровны.
Сорока минут на полное изложение впечатлений Анне Фёдоровне не хватило, и она продолжила свой доклад в метро. На эскалаторе Леонид Петрович предусмотрительно пропустил Анну Фёдоровну вперёд, чтобы она стояла к нему спиной. На беду, Анна Фёдоровна оказалась не только разговорчивой, но и очень гибкой.
– Рим огромный такой. Я все ноги стёрла, – весело пожаловалась она, повернув голову к Леониду Петровичу чуть ли не на сто восемьдесят градусов и немного вверх, – но шоппинг всё компенсировал. У них такие распродажи! Скидки до девяносто процентов! Представляете!
«И остеохондроз тебя не берёт», – с раздражением подумал Леонид Петрович, изображая заинтересованную улыбку.
Очередь владельцев электронных билетов хвостом упиралась в гостиницу «Москва».
– Здесь часа на два. Очень хорошо! – обрадовалась Анна Фёдоровна. – Как раз успеем поделиться впечатлениями!
Она сделала селфи на фоне очереди и приступила к рассказу о своём вояже в Чехию.
«Да она чемпионка мира по рассказыванию…», – тоскливо подумал Леонид Петрович. Он вновь изобразил внимание и попытался затеряться в мыслях о творческом пути Дали, но Анна Фёдоровна потеребила рукав его куртки и понеслась на крыльях памяти в Парижский музей д´Орсэ.
«Что б тебе!», – мысленно воскликнул Леонид Петрович, и ему показалось, что он произнёс это вслух.
– Безобразие! – тут же ворвался в тревожные мысли Леонида Петровича голос Анны Фёдоровны.
– Простите, ради бога, – смущённо пробормотал он.
– Как можно путать Моне и Мане! – возмущалась Анна Фёдоровна. – Согласитесь – это немыслимое невежество!
Леонид Петрович с интересом посмотрел на Анну Фёдоровну: «Неужели она разбирается в импрессионизме?».
– Википедия чёрным по белому написала: это Моне, а это – Мане, – не унималась Анна Фёдоровна. – Я даже фотографии их сравнила. Мане похож на Маркса, а Моне – вылитый Дарвин. Только у Дравина борода клинышком, а у Моне – лопатой.
«Чудес не бывает», – грустно констатировал Леонид Петрович и перевёл взгляд на Гранёную башню Кремля. Ему показалось, что из окошка смотровой вышки машут Моне и Мане. Или Дарвин с Марксом. Впрочем, в этом он не успел разобраться, потому что Анна Фёдоровна начала икать.
Икала она громко, с небольшими перерывами, пытаясь заполнять их впечатлениями от поездки в Кисловодск. «Может, её напугать чем-нибудь, – подумал Леонид Петрович. – В детстве мне помогало».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.