В поисках златокрылой пустельги

Вдохнув свежий, влажный воздух, старик прикрыл глаза, погружаясь в свои не очень-то радостные мысли. Он не был ведуном. И предсказать хотя бы один из вариантов дальнейшего развития событий не мог. Это пугало. Леший не хотел, чтобы пострадали невинные звери. И люди, деревни которых стояли здесь уже не один десяток лет. Да, случалось всякое, но подобных бесчинств не происходило. Теперь опасность угрожала всему живому. И леший, если ничего не предпримет, тоже погибнет. А с ним и лес иссохнет. Останутся лишь голые деревья, да сухая, колючая трава. Не будут больше плутать здесь люди, в поисках грибов и ягод. Не будут бегать зверье и петь – птицы. Раньше духу леса было проще следить за заблудившимся людом или попавшими в капкан животными. Раньше… Сейчас же ему не хватало сил. Поэтому и жертв становилось больше. И нечистая сила повылазила из своих убежищ, движимая неконтролируемым голодом.

– Р-р-р-р, – Базо, что до этого стоял в стороне и привычно принюхивался к земле, зарычал. Не то, чтобы ему не нравилось это место. Просто он снова чувствовал опасность, исходящую от леса.

– Тихо, – пробормотал леший, не открывая глаз. – Пока опасности нет.

Слова старика не успокоили Базо. Он по-прежнему крутился на берегу и принюхивался, смешно фыркая. И время от времени вспарывая землю когтями.

– Боишься, что нападут? – легко понял состояние пса леший. – Так это где угодно произойти может. Но пока что здесь безопасно.

Зверь повернул голову в сторону старика, фыркнул недовольно, и продолжил свое дело. Помимо опасений за свою шкуру и за шкуру Светогора, ему еще нужно было найти след. Где скрывается златокрылая пустельга? Почему если раньше он ее хотя бы слабо чувствовал, то теперь не может уловить и тонкого запаха птицы? Ведь существо магическое, след должен быть четким. Но его не было. Переживания по этому поводу так же не давали Базо покоя. О каких еде и отдыхе может идти речь, если он не знает, где искать пустельгу? Велимир его точно убьет, если не получит желаемое. Это с виду ведун дряхлый старик. На самом же деле силы в его руках и посохе было предостаточно, чтобы лишить жизни неугодное животное.

– Ты за старшего, Базо, – подал голос Гор, выпрямляясь. До этого он сидел на корточках и отмывал руки от земли, что оставила свой след на широких ладонях.

– Куда собрался, молодец? – поинтересовался леший. Даже глаза открыл, чтобы посмотреть на своего собеседника.

– Есть что-то надо. Того, что я с собой взял, не хватит и на пару дней. Больше брать в дорогу было бессмысленно – испортилось бы.

– Так проблемы в дичи нет, если у тебя в союзниках леший, – довольно заулыбался старичок и, прищелкнув пальцами, шевельнул губами, снова прикрывая глаза.

Но вместо птицы, леший подозвал к поляне довольно упитанного зайца. И как бы духу леса ни было жалко это создание, деваться было некуда. Не проживет Гор в лесу и пары дней без нужной силы. А еда, тем более сытная и горячая, всегда помогала быстро восстановиться. На такую жертву лешему все равно пришлось бы пойти.

Светогор не стал тратить время на ненужные вопросы. Достал из-за голенища сапога длинный острый нож и, подойдя к зайцу, схватил животное за ухо, подтащил к себе ближе и провел лезвием по горлу животного. Дух леса вздохнул, посмотрел печальным взглядом на траву, постепенно окропляемую кровью. На его лице теперь не было ни тени улыбки. Боль, что испытало животное, он ощутил на себе. Коснулся рукой шеи, сглотнул. Жаль, что другого выбора не было. Он сам подозвал зверя. Теперь и расплачиваться. Если бы какой охотник зайца выследил и убил, боли бы леший почти не ощутил. А так… за все приходилось платить. И за колдовство, причинившее боль живому существу – тоже.

Светогор заметил перемену, произошедшую с лешим. Лицо старика стало бледным, дыхание – прерывистым.

– Дальше я сам буду охотиться, – поняв причину таких изменений в состоянии духа леса, сказал Гор. – Иначе ты умрешь от угрызений совести. А этого я допустить никак не могу.

– Вот странно, – в задумчивости проговорил леший, – вроде и воин ты. Мечом хорошо владеешь, я уверен в этом. А боль лишний раз причинять не хочешь. Странно это.

– Чем же это странно? – поинтересовался Светогор, поднимая тушу зайца с земли и отходя с ней ближе к воде.

– Тем, что меч твой не простому богатырю принадлежал. От отца, небось, достался?

– Да, – настороженно подтвердил молодой человек, через плечо посматривая на старика.

Базо прислушивался к разговору. Даже землю когтями рыть перестал, так ему было любопытно, что еще леший расскажет про его товарища по несчастью.

– Узор на рукояти интересный. Будто раньше силой магической питался. Не удивлюсь, что так оно на самом деле и было. И если я прав, то значится, отец твой колдуном был. И ты, если его сын по крови, должен был эту самую силу унаследовать. И брат твой так же.

– Быть того не может, – выдохнул Гор, резко выпрямляясь. Заяц валялся у его ног, продолжая истекать кровью. – Обычным воякой он был. И погиб в сражении.

– Кто ж его знает, – пожал плечами леший. – Но я от своих слов не отказываюсь. Колдуном он был. И не известно, умер ли на самом деле. Их ведь, то есть вас, убить не так уж и просто.

– Нет во мне магической силы, – прищурившись, произнес Светогор. Он не спускал взгляда со своего собеседника. Который продолжал сидеть на сырой траве и смотреть на молодого человека снизу вверх.

– А что, если ее у тебя забрали? Или запечатали? – предположил леший.

– Кто бы это мог сделать? Да и кому надо? – Гору хотелось закончить этот бессмысленный разговор, но что-то внутри него противилось этому желанию. Будто невидимый кто-то стоял рядом и нашептывал на ухо, чтобы Светогор и не думал пропускать слова лешего мимо себя. Чтобы внимательно прислушался к ним и сделал определенные выводы. Какие, вот вопрос.

– Да хотя бы и родной отец.

Пусть тот, кто даровал Гору жизнь не был хорошим и заботливым отцом. Но все-таки он хотя бы был! Да, со своими секретами, недомолвками. Виделись, опять же, редко. Но чтобы родной отец силу у детей забрал? Это же… Нет, все равно Светогор не мог поверить в то, что хворь, приковавшая младшего брата к кровати, это ни что иное, как последствие того, что у него отняли силу. Да и как это вообще возможно? И почему тогда меч у него остался, если по рукояти можно понять, что оружие раньше принадлежало колдуну? Хотя, если так подумать, что мальчишка мог знать о том, каким образом меч остался в их доме? Что если мать спрятала его до поры до времени? Ведь и правда странно, чтобы воин на службу без оружия пошел. Тем более, колдовского.

– В любом случае, он умер давно.

– И снова, кто ж его знает? Ты лично видел его бездыханное тело?

Не видел. Поэтому предпочел не продолжать разговор, который был ему, мягко говоря, неприятен. Какой толк зря сотрясать воздух и бередить старые раны. Тогда, мальчишкой, ему не хватало отца. Сейчас же просто стало все равно. Был и не был.

Разведя костер (для этого пришлось побродить неподалеку от речки, собирая сухие ветки, коих было в этом месте не так уж и много), Гор стал колдовать над нехитрым ужином. Даже Базо, задремавший у дерева, встрепенулся, когда уловил запах обжаренного на костре мяса. Подошел поближе. Вдруг удастся кусок урвать? Зверю, как и человеку, хотелось есть. Леший же никак не реагировал на суету своих спутников. Так и сидел с закрытыми глазами. Руки устроил на согнутых коленях. Голову слегка запрокинул, будто пытался поймать свет дня, который стремительно стал гаснуть. Второй день в лесу подходил к концу. Ноги начинали побаливать от долгой ходьбы. И Гор, желая немного передохнуть перед тем, как отправиться дальше, устроился на уже приглянувшемся ему корне дерева и, упершись о ствол спиной, позволил себе расслабиться. Спать не собирался. Да и не смог бы при большом желании закрыть глаза и отдаться на время забвению. У него было не так уж много времени. Еще день без сна он протянет. Тем более, до этого проспал всю ночь, пока кто-то неведомый залечивал их с Базо раны. И он бы сказал нечаянному союзнику спасибо, если бы знал, к кому обращаться. А так оставалось только гадать, кто это такой и почему вдруг решил помочь. Не бросил умирать. Еще и мох тот сам собой появился, смягчая удар тела о землю.

– Не желаешь ли отдохнуть, Светогор? – спросил леший, наконец-то открывая глаза. Небо уже совсем потемнело, и ничто не напоминало о том, что еще каких-то пару часов назад там светило жаркое солнце.

– Не желаю, – откликнулся Гор.

Он продолжал сидеть на корне дерева. Взгляд был устремлен на тихую, водную гладь. Словно ни одной рыбешки там не было. Настолько была спокойна речка. Ни тебе кругов на воде, ни пролетающих мимо любопытных насекомых. Даже постоянно жужжащих у уха комаров не было слышно. И такие тишина и спокойствие настораживали. Словно все это умиротворение не взаправду. Казалось, кто-то просто пытался усыпить бдительность чужаков, посмевших сунуться в лес с конкретными намерениями. И это не грибы собрать или малину.

– Р-р-р-р-р, – неожиданно зарычал Базо, резко поднимаясь с земли. Закрутился рядом с Гором, принюхиваясь. Потом, запрокинув голову, посмотрел на толстые прочные ветки над их головами.

Зверю почудилось на миг, что за ними кто-то наблюдает. Блестит синими холодными глазами, выжидая подходящего момента, чтобы напасть. Неужели их постоянно будут хотеть убить? Не успели они войти в лес, как нечисть словно обезумела. Всеми силами пыталась не пустить незваных гостей в Сумеречный Дол. Уловил что-то и Светогор. Плавно, словно паря в воздухе, поднялся с насиженного места и достал из ножен меч. Сколько еще раз клинок будет входить в плоть врага? А сколько уже входил…

– Ну, вот, – грустно проговорил леший, наконец, вставая с земли и отряхивая небрежным взмахом руки испачканные штаны. – Закончились минуты спокойной жизни.

Как только он это сказал, повсюду, словно светлячки, стали видны синие фонарики. Это сравнение первое пришло в голову богатырю. Потом до него быстро дошло, что вовсе это не фонарики, зажегшиеся после того, как на землю опустилась ночь, а глаза. Из-за деревьев в сторону Гора и Базо смотрели жители леса. Не те, что хотели разорвать врага в клочья. Эти казались более мирными. По крайней мере, не торопились нападать. Прячась, изучающе смотрели на Светогора, не торопясь подходить ближе или нападать. Сами, наверное, боялись.

– Что им нужно? – наконец, не выдержав, спросил у старика молодец.

– Им нужно, – хмыкнул леший, подходя к Гору ближе, – чтобы чужаки не ступали в наш лес. Чтобы и не думали отыскать колдунью, исполняющую желания. Чтобы все оставалось так, как было. Они знают, зачем ты здесь, поэтому недовольны. Впрочем, я тоже не в восторге. Но мне-то деваться некуда, слово дал. А вот они никому никакого слова не давали.

– Р-р-р-раф! – грозно протянул Базо, нервно виляя хвостом. Смотря на то, как светящихся синим глаз становилось больше, он постепенно осознавал, что против такого количества нечисти не справится. Да и леший, судя по всему, в этом случае помогать им не станет. Если только…

– Неужели ты, дух леса, не можешь сказать им, что мы не собираемся уничтожать их дом? – раздраженно произнес Гор, крепче сжимая рукоять меча. Он был готов биться до последнего рваного вздоха.

– Ни к чему это, – махнул рукой леший. – Не тронут, если вы сами к ним не полезете. И если… на крови поклянетесь, что лес не тронете.

– Сначала не мог об этом попросить? – зло посмотрел на старика Светогор. – День языком чесал.

– Так не к спеху. Я-то знаю, что ты зла нам не желаешь. А вот они не ведают.

– Так донес бы до них эту истину, – убирая меч обратно в ножны, чуть ли не рыча, проговорил молодой человек.

– Что же я с каждым разговаривать стану?

Продолжать спор богатырь не стал. Смысл снова языками чесать, когда тебе в затылок разная нечисть дышит? Базо тоже не жалел слушать болтовню двуногих. Порыкивал недовольно, посматривая своими черными глазами в сторону обоих мужчин.

– Челове-е-е-ек, – протянул кто-то слева.

Гор обернулся, но понять, кто это сказал, не мог. Слишком много сейчас здесь было жителей леса. Тех жителей, которые предпочитают прятаться днем. А ночью в них словно сила просыпалась. Темная и опасная для простого смертного.

– Живо-о-ой, – протянул уже другой, более скрипучий голос. – Вкус-с-сный.

– И ничего он и не вкусный, – решил помочь своему попутчику леший. – Костлявый. Точнее не так – жилистый. В зубах застревать будет.

Светогор недобро посмотрел на старичка. Показалось, что он не помогать ему вызвался, а, наоборот, погубить хочет. Вон, как заблестели голубые глаза нечисти. Некоторые, что осмелились показать свои жуткие головы, даже облизываться стали. Так им хотелось попробовать этого самого «жилистого».

– В общем, я запрещаю его трогать, – судя по всему поняв, что своими словами он делает только хуже, приказал дух леса. – Сам надкусить пробовал, не вышло. Во, – тут он открыл рот и указал пальцем на сломанный пополам передний зуб, – сломал, – прошепелявил.

– О-о-о-о-о, – протянул тоненький женский голосок. – Он нашего лешего обидел! Убить мерзавца!

– Да чтоб вас, – сплюнул на землю старик и таки закрыл рот. Чуть палец себе не прикусил, которым на зуб указывал. – Не трогать его! Иначе поплатитесь! Узрите гнев духа леса!

– А почему он молчит? – новый вопрос. Голос у говорившего был какой-то булькающий.

Гор опустил взгляд на еще недавно такую тихую воду. Сейчас по ее поверхности расходились круги. Посередине реки, прямо из воды, торчала голова. На макушке, будто волосы, лежали длинные зеленые водоросли. Нос – широкий, словно шляпка благородного гриба, что так и не дождался, когда его срежут. Зеленого гриба, если быть точнее. Уши у водяного, а это был именно он, были вытянутыми, заостренными. И сейчас смешно шевелились вверх-вниз, словно прогоняли от своего хозяина невидимых мух и комаров.

– О чем мне с вами говорить? – не выдержал Гор. – Нападать будете, так давайте. Нечего время тянуть! А если для разговора пришли, то я слушаю.

– Ишь, какой, – снова женский голос. – Языкастый. Мне нравится. Хочу забрать его себе.

– Цыц! – одернул кикимору леший. – Губу-то свою не раскатывай, да глаз косой не клади.

– Ладно, ладно, – примирительно проговорила нечисть и юркнула за дерево, противно подхихикивая.

– Обещай, леший, – пробулькал водяной, уже по пояс выбираясь из воды и показывая всем собравшимся внушительное пузо. Он положил на него руки, с перепонками между пальцев, погладил живот. Потом посмотрел на духа леса недовольно, молчаливо требуя, чтобы тот не медлил с ответом. – Обещай, что он и пальцем не тронет нас, честную нечисть! Пусть лучше с этими мерзкими трясовицами разберется! Вон, – водяной кивнул влево, – в деревне, что всего в паре часов пути отсюда, снова разбушевались. Если не поспешит витязь твой, то все живые помрут и дома свои этим тварям оставят.

– Вот так дела, – стразу подобрался леший. – И снова мимо моего носа проскочили, твари!

Он так разозлился, что и не заметил, как затряс руками над головой.

– Если идти пару часов, – снова заговорил Гор, – то к тому моменту, как я приду, от деревни ничего не останется.

– Ну, – леший немного успокоился и смог думать более здраво. – Есть один способ. Правда для меня сильно затратный. Да и на более дальнее расстояние я провести тебя не смогу. Но есть тропка одна, которая сократит наш путь. Будем на месте минут через десять. Наверное…

– Чего тогда стоим? – чуть ли не рыча, проговорил Светогор.

– Болтаем, – пожал плечами старик. – Подойди-ка ближе, витязь. Дайка я за твои портки схвачусь.

Не дожидаясь, пока Гор выполнит его просьбу, сам подошел и, крепко схватившись за штанину, прикрыл глаза на миг, произнес короткое слово, разобрать которое никто бы не смог и вот перед Гором, у самых его ног, стелется извилистая дорога. Сочная, низкая трава, яркие, мелкие цветы, белые точки. Последними, если приглядеться, оказались бабочки. Настолько мелкие, что и не разглядеть толком.

– Ну, – вздохнул леший, – пошли, что ли.

Гор первый шагнул на тропинку. Она мостом перекинулась через речку, и дальше виляла уже между деревьями, росшими на другой стороне берега, на котором остановился Светогор со своими спутниками. Базо нехотя последовал за хозяином, время от времени недовольно посматривая на лешего. Не думал зверь, что путь их будет такой сложный и опасный. Когда он бывал здесь с Велимиром, нечисть поджидала их не за каждым кустом. Да и трясовицы с ума не сходили. Точно какой-то неведомый маг решил действовать решительнее. Зачем? Этого Базо, само собой, не знал. А если бы ведал о том, то как следует пожевал бы этого самого мага, оставляя на его теле глубокие укусы. А почему бы и нет? На свои клыки он не жаловался никогда.

– Быстрее, леший, – стал поторапливать старика Гор, видя, что тот не торопится идти следом.

– Да погоди, – шумно выдохнув воздух, проворчал старик, – дай отдышаться. Говорил же, что затратно это.

Водяной, недовольно булькнув, стукнул рукой по воде. Капли прозрачной прохладной жидкости дождем упали на голову лешему.

– С-с-спасибо, – прошипел старик, отирая рукой с лица влагу. – Взбодрил.

– Всегда пожалуйста, – обнажая острые тонкие зубы, сказал водяной.