Клыки Тьмы: Золотое пламя

Неизвестная сущность пробралась в дом!

Дэвид уставился на тьму, сгустившуюся у его ног. Что-то огромное, дымчатое росло всё выше к потолку. Тело обомлело и не смело пошевелиться перед могуществом существа. Аура из грусти и страха пробивало разум и душу, но это не мешало почувствовать, насколько тень сильна и опасна. Чёрная дымка начала преображаться и сгущаться, обретая чёткую форму.

Существо имело знакомую мощную гордую грудь с бежевыми полосками и редкими завивающимися как раковина улитки узорчиками. У монстра была толстая вытянутая шея с такими же поперечными полосками, доходящими до гортани. От макушки до кончика короткого хвоста тянулись такие же завивающиеся бежевые кругляшки. Голова, совсем как на рисунках – вытянутая морда с большой сплошной переносицей. Под такими же бежевыми глазами были несколько красивых полосок, напоминающих ресницы. А также длинные уши с различными волнообразными узорами, на кончиках которых были три ровных полосы.

Мускулистые лапы были очень длинными, с толстыми когтистыми пальцами. А само тело – худым и грациозным, с очень выгнутой костлявой спиной, из которой выглядывал хребет. Гребня, в отличии от остальных похожих существ, у монстра не было.

– Ого… – тень была невероятно красивой, не хотелось даже отрывать взгляда.

Дэвид не то чтобы испугался, скорее удивился. Да, не каждый день увидишь нечто подобное, но это не значит, что нужно пугаться такого прекрасного чудовища!

– Привет, малыш, – улыбнулась тень четырьмя дырками вместо губ, из которых проливался свет бежевого языка. Вообще, если посмотреть, вся она была чёрно-бежевая. Даже внутренняя часть ушей имела такой цвет, как и нос-галочка.

Мягкий женский голос дал понять, что это самка. Значит, нужно обращаться к ней именно как к девушке! Мальчик прочистил горло, готовясь к разговору с нереальной леди-тьмой. Раз уж ему дали возможность увидеть монстра в реале, а не только в его воображении.

– Здравствуй?! – улыбнулся ребёнок в ответ. – Ты же не реальная да?

– Верно, – кивнула сущность.

– И кто же ты такая? – поинтересовался он. Казалось, его серые глаза засветились от любопытства!

– Моё имя Жемчуг, – ответила тень, сделав шаг ближе. Сейчас она казалась ещё выше, все два метра! А то и больше, – а твоё Флейм, верно?

Дейв мысленно прогнал два имени в голове, пытаясь понять смысл сказанного. Значит, тень зовут Жемчуг, что неудивительно, раз уж она такая жемчужная и красивая. А его она назвала Флейм…

– Я… – протянул он, ища вразумительный ответ. – Ну, в принципе, ты – что-то из моей головы, я не удивлён тем, что ты знаешь моё вымышленное имя.

На самом деле, это имя он придумал для себя в ещё более младшем возрасте. Почему-то имя, означающее «Пламя», казалось заманчивым и крутым. Как раз чтобы произвести впечатление на детвору с улицы. Но только, увы, это имя не прижилось среди его маленьких друзей. А отец, в свою очередь, очень сильно психовал, как только услышал «новое» имя сына.

«Как же он тогда назвал меня? – попытался вспомнить мальчик. – Ах, да, точно! Пламенное отродье. Супер имечко для собственного отпрыска!» – гнев и обида вновь обожгли душу. Но холодная аура Жемчуг быстро погасило вспыхнувшее пламя.

– Оно не вымышленное тобой, – ровно пояснила тень. – Это твоё реальное имя!

Ребёнок удивился.

– Но меня зовут Дейв.

– А это твоё человеческое имя, – всё так же ласково продолжала Жемчуг.

«Странно, очень странно, – Дэвид вновь попытался проанализировать сказанные слова. – Раз она говорит, что моё настоящее имя – Флейм. Имя, что я сам себе придумал. А Дейв – человеческое. Не значит ли это, что она не считает меня человеком? Раз уж Жемчуг сделала такой акцент на имени человеческом и истинном?»

– Хочешь сказать, что я не человек? – спросил он после недолгой паузы.

– Именно! – Жемчуг гордо подняла голову, став выше ещё на полметра. – Ты из великого рода полуночных! Ты такой же, как и я!

Мозг на секунду сломался, перезагрузился и принял данную информацию. Чудовище назвало его полуночным. Жемчуг и себя назвала полуночной, сказав, что Дэвид такой же, как и она. Он – Флейм, тень – из рисунков.

Мальчик даже глянул на бумагу с изображёнными на них такими же тварями.

«Так вот как вы называетесь? Даже подумать не мог, что ответ придёт ко мне в такой странной ситуации», – усмехнулся мальчишка.

Но вот только он выглядит совершенно обычно – человеческий ребёнок. Руки, ноги, голова – всё, как у обычного человеческого дитя. И никаких ушей, гигантской грудной клетки и прочих прелестей полуночных существ.

– Вынужден огорчить, – выдохнул Дейв, – но я всё-таки человек.

– Да, ты так выглядишь, как человек! – тень опустила грудь, дабы нагнуть голову ближе к нему. – Но оболочка не показывает, что внутри тебя. А внутри именно Флейм! И я пришла к тебе, чтобы быть твоим наставником.

Ребёнок на миг задумался о том, как неудобно, наверное, Жемчуг нагибаться. Ей пришлось достаточно сильно опустить свою грудную клетку, чтобы просто расположить голову чуть ниже. И эти четыре дырки вместо губ наверняка тоже были крайне неудобными. Как они вообще пьют? Неужели ныряют с головой в воду? Странная и неправильная анатомия, ещё и неясно каким образом располагаются внутренние органы с учетом такой тонюсенькой талии. И не болит ли у них спина из-за такого изгиба? Как они удерживают вес такой огромной груди и длинной толстой шеи? И каково им при наклоне? Почему не опрокидываются вперёд мордой? Как они вообще держат координацию?

Но следовало всё же сосредоточиться на том, что говорит ему Жемчуг. Она утверждает, что Дейв – та самая тень, которую он время от времени себе представляет. Учитывая имя, значащее Пламя, один из нарисованных огненных чудовищ, очевидно, он сам. Ну так, по крайней мере, говорит полуночная, но можно ли ей верить?

Дэвид внимательнее глянул на рисунки и попытался вспомнить, когда именно и при каких обстоятельствах он видит именно этих полуночных. Оба чудовища возникали в голове исключительно в домашней обстановке.

И в этот миг он всё понял! Как он раньше не заметил обусловленность и явные намёки разума на свое истинное происхождение? Один из них – тот, что с огненными лапами – появлялся именно в те моменты, когда мальчик видел своё отражение! Либо это поразительное сходство, либо же Жемчуг горит самую настоящую правду.

– А я-то думаю, почему я всех вас вижу! – усмехнулся ребёнок, указав на листы бумаги. – И все вы абсолютно одинаковые.

Дейв провёл рукой по своей чёрной шевелюре. А ведь волосы были такие же тёмные, как и кожа полуночных тварей. Поразительно! Он попробовал вспомнить, что ещё с ним происходило странного. Что-то, что было бы не похоже на обычные человеческие черты. Чего не было у обычных детей со двора? Чем он от них отличался?

Наверняка слёзы, которые почему-то были слишком тёмными, словно запёкшаяся кровь. Можно ли считать особенностью странные редкие шепоты, возникающие в голове? А то, что он чувствует своего отца на расстоянии? Он и правда легко может предугадать появление дома папаши, когда тот ещё даже не дошёл до двери.

– В принципе я не очень удивлён, – продолжил Дэвид спустя недолгую паузу раздумий, – всегда знал, что со мной что-то не так. Наверняка и чёрные слёзы с этим связаны, верно?

– Да! – улыбнулась Жемчуг, вновь встав в полный рост. – А ты смышлёный.

– Флейм – это значит пламя. Поэтому я вижу иногда в отражении пылающего полуночного?

– Всё верно, – кивнула она, сверкнув бежевым светом в глазах.

Мальчик в очередной раз глянул на полуночную, изумившись её невероятной красоте.

– Ну что ж, и твоё имя тебе подходит. Ты действительно выглядишь как жемчужинка. Такая красивая и блестящая, – он искренне улыбнулся, позволяя Жемчуг понять, что его слова вовсе не лесть. Он вправду восхищается ею. – Я рад, что у меня будет такой прекрасный наставник.

Сейчас ему до безумия хотелось стать таким по-настоящему – стать полуночным. Чтобы попробовать, каково это – бегать на четырёх лапах. Понять, как можно держать координацию с такой большой грудью. И какой, интересно, у них слух с такими длинными ушами? А нюх? И как вообще стать ТАКИМ? Это приходит с возрастом? Но ведь отец ни разу таковым не становился. Значит дело не в возрасте? А в чём тогда?

«Кстати…» – Дейв глянул на всё ещё храпящего мужчину в кресле. Удивительно, что он так и не проснулся. Вот бы он удивился, узрев, как его сынишка разговаривает с пустотой!

– А кто с моим отцом занимался? – мальчик указал в сторону кресла.

Жемчуг глянула на него, после чего миролюбивую мордочку передернуло от отвращения. Она, похоже, впервые увидела столь неприятную личность по имени Остин Кериган. Мужчина средних лет. Очень толстый из-за чрезмерного потребления вредной еды. Ещё и отёкший из-за пристрастия к горячительным напиткам. Его мерзкие сальные каштановые волосы вызывали рвотный рефлекс, если ненароком учуять, какой исходит от них запах. А серые глаза уже давно перестали блестеть жизнью, наполнившись пустотой.

– Наверное, кто-то очень глупый и агрессивный, учитывая, что твой отец самый бесполезный из всех полуночных, – честно ответила она, даже не скрывая неприязнь к Остину.

– Тут ты права, – с удовольствием согласился Дэвид.

Хоть кто-то сказал это вслух! Обычно люди просто предпочитали молчать о плохом состоянии отца Дейва. Наверное, боялись агрессии со стороны мужчины – он совершенно не умел принимать критику в свою сторону. Видите ли, настрадался мужик из-за смерти своей жены – мамы Дэвида. Да, она умерла при родах, но это не значит, что нужно полностью наплевать на своего ребёнка.

– Хочешь убить его? – игриво предложила полуночная, что крайне удивило мальчика. – Я могу это устроить.

Дейв немного подумал – стоит ли? Какие плюсы от этого и минусы? Хотя… Полуночные могут убивать, несмотря на то, что появляются в голове другого полуночного? Как это вообще работает?

– Честно, лучше не сейчас, – заговорил ребёнок. – А то матери у меня нет, так что меня либо отведут в детдом, либо к бабушке. А это значит, что я буду постоянно под присмотром. Тогда я не смогу разговаривать с тобой, Жемчуг. Так что уж лучше с ним. Я уже научился его терпеть и избегать.

Чудовище усмехнулось.

– Интересно мыслишь, – она остановилась на секунду. – Ну что ж, я думаю, у нас с тобой будет отличная компания.

– Я в этом не сомневаюсь!

5 глава

Джейсон

21 июля, 2000 год

Яркое голубое небо закрывали редкие еловые верхушки. Казалось, они вот-вот начнут скрести небо острыми зелеными иголками. А трава, что была повсюду, была такой сочной! Хотелось лечь на это прекрасно пахнущее зелёное покрывало. Хотелось наслаждаться лучами нежного солнца, которое не смели тревожить даже редкие облака.

Джейсон глубоко вздохнул, вместе с прохладным воздухом наполняясь радостью и впитывая кожей тёплые солнечные лучи. На душе стало невероятно спокойно и легко. Словно все ужасы бытия покинули эту новую реальность.

– Ты в порядке? – поинтересовался голос позади.

Радоу вздрогнул от неожиданности, но чувство умиротворения не рассеялось. Мир и спокойствие яркого и светлого дня позволяли наслаждаться всеми моментами, даже самыми неожиданными. Джей перестал пялиться в небо, собираясь лишь обмолвиться парой слов с тем человеком, который только что задал вопрос.

Голос неизвестного был подозрительно знакомым. Воспоминания прошлого нахлынули приятной тёплой волной, заставив душу трепетать. Это был он, определённо он – Льюис. Тот человек, что всегда относился к Джейсону с уважением и добротой. Несмотря на то, как редко приходилось видеть Дайлли в детстве, каждый раз его приход означал перерыв от страданий и страха. Майкл усмирял свою жестокость перед другом, и семья Радоу могла вздохнуть с облегчением хотя бы на пару часов.

Медленно обернувшись, он взглянул в ту сторону, откуда послышался вопрос. Мужчина широко улыбнулся, увидев того, кого ждал. Всё такой же приятный, как в его воспоминаниях. Русые волосы, веснушки, добрые карие глаза. Потрясающе похожий на своего сына Сэмми! Правда, без бородки, как у последнего. И сейчас – впервые – Дайлли-старший был ниже ростом. В прошлом, когда Джейси был маленьким, Лью казался ему высоким. Но не сейчас, когда Радоу и сам окреп, став большим и сильным мужчиной.

– Я думаю – нет, – честно ответил Джейсон, полностью повернувшись к русоволосому.

Тревожные мысли вновь прокрались в сознание. Но почему-то не было так страшно, как это обычно бывает. Казалось, этот мир не позволял страдать. Но плохие воспоминания всё же пытаются вырваться. Джей чувствовал это – они хотят проникнуть в этот прекрасный мир и уничтожить его точно также, как уничтожили психику младшего Радоу.

– Что беспокоит тебя? – голос Льюиса всё ещё продолжал мягко ласкать слух. Совсем как в прошлом…

– Смерть преследует меня, и я не знаю, что мне делать.

Лью всё это время оставался неподвижным, находясь в позе спокойного собеседника. Такого же неспешного и расслабленного, как и всё вокруг. Как чувство умиротворения, проникающие в каждую клеточку тела. Но когда Радоу упомянул смерть, Дайлли переступил с ноги на ногу, словно обеспокоенный этой информацией. Как будто он знал какую-то страшную правду или тайну, которая поможет несчастному Джейси.

– Ты знаешь что-то об этом? – поинтересовался зеленоглазый.

Льюис кивнул.

– Тебе нужно знать не то, что делать против смерти. Тебе нужно выяснить, кто он. И тогда ответ придёт сам собой.

Как только русоволосый произнёс эти слова, произошло невероятное!

Буквально за одно мгновение солнце погасло. А вместе с ним исчез и Льюис, растворившись в воздухе почти точно также, как и Флейм этим вечером. Трава утратила сочный зелёный свет, обратившись в сухую жёлтую и не очень приятную на вид растительность. Казалось, она рассеялась, превратившись в песок. Деревья осыпались, сбросив засохшие хвойные иголки.

Теперь существовал только тёмный погибший мир, где единственным источником света были редкие звёзды в чёрном небе. Не существовало ни луны, ни солнца. Только оглушительная тишина, пропитанная жаром, что так жестоко осушила это прекрасное когда-то место.

Джейсон печально вздохнул.

«Кто – он? Смерть – он?! Почему Льюис сказал это?»

Мужчина покрутил головой в надежде найти выход из мёртвого мира или хотя бы хоть что-то живое.

– Пхах… ах, – простонал кто-то во тьме среди деревьев.

Джей прищурился, стараясь найти источник звука. Но в такой глухой темноте невозможно было разглядеть хоть что-то дальше своего носа.

– Ах-ах… А-а-а-а, – на этот раз стон был намного мучительнее.

Этот кто-то определённо был мужчиной. И голос опять же слишком знакомый. Но в такой ситуации нереально было понять, кто это и что с ним случилось. Стоны больше походили на такие… Будто этого неизвестного, скрывающегося во тьме деревьев, корежило от невероятной боли. Настолько сильной и острой, что в его вое были слышны нотки безумного, истеричного смеха.

– Кто здесь? – сердце начало колотиться как бешенное, словно хотело пробить грудную клетку изнутри. От умиротворения ничего не осталось, все чувства и эмоции превратились в сплошной страх. – Ты ранен?

– А-а-а, ах-ха-ха, – ответили из тьмы.

Радоу примерно удалось понять, откуда шёл стон, и медленным шагом он побрёл в ту сторону. Сделав всего пять шагов, он едва не споткнулся. Оказалось, что неизвестный находился довольно близко – дыхание, пропитанное агонией и страданиями, клубилось у самой земли.

– Уф… – стон раздался совсем рядом, у ног.

«Я чуть не наступил на него?» – отпрянул он чуть назад.

Джейси уставился вниз.

Да, там действительно кто-то был! Силуэт скорчившегося в муках человека вырисовывался среди жёлтой травы. Неизвестный хватался за голову, чуть ли не вырывая свои тёмные длинные волосы.

– Кто ты? – поинтересовался Джейсон, опустившись перед человеком на колени. Голос и сам силуэт были узнаваемы. Но всё ещё не удавалось понять, кто это.

Измученный человек распахнул пальцы, оставив свои волосы в покое. После чего медленно начал поднимать голову, то и дело, дотрагивась пальцами до головы, словно боль возвращалась при каждом неосторожном движении. И вот показались знакомые тёмные глаза, веснушки и бородка…

– Сэм?! – изумился Джей, чуть не потеряв дар речи. Молодой парень уставился на него с таким же удивлением. – Что с тобой?

Сэмми молчал. Но его губы задрожали, а глаза начали наполняться слезами… Чёрными! Точно такими же, как и у Джейсона!

Радоу впервые пришлось наблюдать, как кто-то кроме него плачет чёрными слезами. И картина была даже хуже, чем в его случае! Да, Джейси знал, что это выглядит жутко – когда на лице образуются черные дорожки. Любой испугается такой странной особенности физиологии! Но вот на себе это ощущалось слегка не так… Видимо, дело привычки – он уже привык видеть себя таким. Но вот Дайлли-младшего увидеть вот так…

«Если верить Брюсу, то получается Сэм – полуночный?!»

– Ах-ха-ха-ха, – неожиданно захохотал Сэмми. И смех его не был дружелюбным, особенно учитывая то, что ничего смешного сейчас не происходило.

Дайлли резко встал, продолжая громко смеяться. Джейсон тоже поднялся на ноги, став напротив. И непонимающе уставился на странно счастливого криминалиста. Парень продолжал ржать ещё примерно минуту, после чего начал успокаиваться.

Он вытер своим зелёным свитером чёрные слезы и только после этого широко распахнул глаза. Радоу изумился ещё больше, обнаружив, что когда-то тёмные карие глаза детектива сменили цвет на ярко-серебряный. Очень уж подозрительно знакомый серый оттенок. Сэм, наконец, успокоился, взглянув на Джейсона неприятным и одновременно пугающим взглядом. Так, словно перед криминалистом стояло ничтожество, коим он посчитал Джейси.

И, казалось, парень вырос. Нет! Он действительно стал выше – вровень с высоким двухметровым Радоу. Но как такое возможно? В последнюю их встречу четко было видно, что Сэмми примерно на голову ниже Джейсона. И лицо тоже изменилось! Оно стало чуть вытянутым. Плечи шире, руки крепче, телосложение… Волосы поменяли пигмент, став черными как смоль.

Радоу в ужасе отшатнулся, поняв, во что обращается Дайлли. Вернее, в кого! Сложно не узнать черты Майкла, проявляющиеся в теле мелкого криминалиста. Ноги задрожали, а сердце забилось в диком страхе. Голова затрещала от боли, которая приходила и уходила в такт бешеному сердцебиению. Страх наполнил каждую клеточку, заставив его в ужасе отступать назад.

Сэм уже перестал быть Сэмом, полностью став Майком. Таким же ужасным и страшным, каким он был всегда. Серебряный блеск глаз был направлен исключительно на него – Джейсона. Безумный оскал придал хищное выражение лицу крадущегося во тьме отца. А мощные руки, способные даже согнуть железо, трепетно и сладостно дрожали, словно предвидя грядущую бойню.

– Никому не говори! – прорычал Майкл. Он буквально за пару шагов нагнал сына, возвысившись над ним. Джей вновь почувствовал себя маленьким беззащитным ребёнком. – Не показывай свои мерзкие слёзы, не плачь и не будь тряпкой, ничтожество!

Отец замахнулся и Джейсон даже не успел ничего предпринять, когда громоздкая рука со всего размаху ударила по правой части головы. Острая боль моментально пронзила всё тело. Радоу с диким воплем упал на сухую траву, схватившись за голову. Удар пришёлся в ту же область, где находился уродливый шрам. И это был не просто удар – что-то рассекло кожу, будто у Майкла выросли когти.

Реальность явилась полностью, вырывая Джейси из жуткого кошмара. Она, словно взрыв бомбы, уничтожила Майкла, распылив монстра на мелкие песчинки. А ударная волна заставила разум проснуться так быстро, насколько это вообще было возможно. Мужчина распахнул зелено-желтые глаза, после чего вздрогнул от холодного пота.

Радоу попытался сфокусировать взгляд, чтобы понять одну странную деталь – желтые точки над головой. Он поморгал глазами, отгоняя пелену, и то, что он увидел, ввело его в ступор. Над ним стоял тот самый чёрно-желтый полуночный. Гребень-усики синхронно то зажигались, то гасли.

Джей прилип к кровати. Тело оцепенело от неведомого ранее ужаса. Да, Майк был ужасен и кошмар заставил его не только пережить страх снова, но и повторно испытать ту самую дикую боль от получения столь заметного шрама. Но вот такое происходит впервые! Никогда ранее полуночные не наблюдали за его сном. Они никогда не выглядели так, словно видели происходящее в больном разуме Джейсона. И уж тем более не нависли над ним.

Всё произошедшее заняло примерно минуту – пробуждение, полуночный и страх. Но, казалось, всё это длилось нереально длинные часы. Чёрно-желтый монстр быстро потерял к нему интерес, просто напросто отступив назад, и уже после прошёл сквозь стену, туда, где была гостиная.

Джейси облегчённо вздохнул. Страхи исчезли вместе с полуночным, как и оцепенение. Он чувствовал, что больше не сможет уснуть после такого жуткого кошмара и после того, что ему пришлось испытать при пробуждении. Но это не помешает полностью обдумать увиденное, ведь оно и правда должно быть хорошо проанализировано.

Радоу сосредоточился на кошмаре, вспоминая каждую деталь. Сначала появился Льюис. Всё было хорошо и замечательно. Что не очень-то и удивительно. Дайлли всегда был для мальчика приятным и хорошим человеком. Понятно, что в его присутствии трава зеленеет и солнце ярче светит.

Но что значили слова: «Тебе нужно знать не то, что делать против смерти. Тебе нужно выяснить, кто он. И тогда ответ придёт сам собой»? Лью, по сути, назвал «смерть» мужчиной и в единственном числе. Следовательно, он намекает на то, что «смерть» – это один и тот же убийца? Но учитывая, что сон – это воспроизведение разумом чувств и пережитого ранее, контекст становится не очень-то и ясным. Вот то, что происходило дальше, и правда было чересчур странным. Ничего подобного, казалось, не могло прийти в голову. Как вообще его разум воспроизвёл эти образы именно в таком ключе.

Почему Сэм превратился в Майкла? Мужчина немного подумал, вспоминая встречу с Дайлли в судмедцентре Белтона. Скорее всего, сон вернул ему именно ощущения, испытанные тогда. Джей до сих пор помнит, как всё его тело тряслось только потому, что окружающее пространство было пропитано аурой отца. А как только Сэм оказался рядом – чувство страха приобрело гигантские масштабы. Казалось, перед ним стоял сам Майкл, и излучение отцовской страшной силы имело эпицентр именно в Дайлли. Даже в сгоревших костях аура ощущалась не так остро, как в полицейском.

А что насчёт шрама? Радоу провёл рукой по правой части головы – хотел убедиться, что он не кровоточит. Конечно же, шрам оказался в полном порядке. Всё такой же уродливый, но уже как минимум полтора десятилетия назад затянувшийся. Фантомная боль всё ещё присутствовала, но не так, чтобы мучиться от неё.

Анализ кошмара дал свои плоды – Джейсон полностью успокоился. Он умиротворённо лежал на кровати и смотрел в окно напротив. Над спящим городом простиралось тихое звёздное небо. Со стороны гостиной, куда ушёл полуночный, не доносилось ни звука. Может быть, ночной гость и вправду исчез? И почему вообще галлюцинации вдруг перестали проявлять агрессию? Раньше тени не упускали возможности шептать всякие гадости, смеяться и просто по мелочи портить жизнь. А этот плод воображения какой-то… другой.

А что насчёт Брюса? Радоу оставил его в доме, как и обещал. Накормил, напоил, позволил принять душ, выделил отдельную комнату. Гордость за свою благосклонность он, конечно же, испытывал. Давненько он никому не помогал. А уж так масштабно вообще впервые.

«Надо пойти проверить его».