Кромка. Танец с хищником

Глава 2. Плетение из пепла и озона.

Осознание того, что я для лорда Раэла — лишь любопытный образец в чашке Петри, осело на дне души горьким, невымываемым осадком. Я больше не искала одобрения в его глазах. Напротив, каждый раз, когда его прохладные пальцы намеренно задерживались на моих запястьях во время вечерних отработок, я мысленно выстраивала глухую стену. Наша «связь» оказалась фальшивкой, но я заставила себя жрать эту ложь большой ложкой: мне по-прежнему были нужны его знания. И я брала их, стиснув зубы.

А между тем в золотых стенах Зари начала зреть гниль.

В академии творилось неладное. Ночами студенты младших курсов просыпались от удушья, жалуясь на необъяснимые, хаотичные всплески маны, от которых лопались зеркала в дортуарах. Из закрытого хранилища древностей бесследно исчезли три редких артефакта эпохи Раскола. По углам некогда залитых светом коридоров теперь клубились зловещие, неестественно густые тени, не рассеивавшиеся даже в полдень, а шёпот сквозняков в вентиляционных отдушинах подозрительно напоминал хриплое задыхающееся поминание.

— Это не просто банальные кражи, Эви, — Алисия нервно потеребила кончик своей огненной косы.

Мы сидели в дальнем углу библиотеки, укрывшись за высокими стопками фолиантов. Мягкий, колеблющийся свет оплывающей свечи выхватывал из темноты её бледное, осунувшееся лицо.

— Магические контуры замка истончаются. Кто-то прямо под носом у преподавателей выкачивает энергию и использует запретное некротическое плетение. Это пахнет катастрофой.

Марк, сидевший рядом, мрачно кивнул. Его обычно озорной взгляд был непривычно суров, а костяшки пальцев, сжимавшие эфес тренировочного кортика, побелели.

— Вчера во время патрулирования западного крыла я наткнулся на остаточный след, — напряженно процедил он, понизив голос до шепота. — Кровь стыла в жилах. Это не просто тёмная магия, Эви. Это овеществленное присутствие демона-невидимки, соглядатая из нижних планов. Воздух там до сих пор смердит тухлой желчью и горелой шерстью.

Когда часы на Главной башне пробили полночь, ознаменовав отбой, мы нарушили все запреты. Страх перед отчислением померк перед глухим предчувствием беды. Прокравшись мимо спящих портретов в запретную секцию библиотеки, где массивные каменные стены, казалось, дышали вековой, едва сдерживаемой силой, мы начали искать. И нашли.

В самом тупике, между стеллажами с запрещенными гримуарами, ковер был безжалостно разрезан. Прямо на вековом паркете запекшейся черной кровью была выведена рваная геометрия ритуала.

— Это печать призыва, — я опустилась на корточки, едва сдерживая дрожь. Я поднесла ладонь к начертанным рунам, и в ту же секунду мой внутренний кристалл отозвался болезненной, тянущей пульсацией. — Очень древняя, искаженная форма. Кто-то сознательно пробивает брешь в ткани нашего мира, пытаясь выпустить сюда тварь из Бездны. Причем этот «кто-то» находится внутри академии. Символы на стенах коридоров, которые начали проступать в последние дни, — это не случайность. Это жилы единой ловчей сети.

Внезапно гробовую тишину залы прорезал отчетливый, размеренный стук каблуков по мрамору. Сердце ухнуло куда-то вниз.

Из непроглядной тени стеллажей выступил декан Раэл. Черная мантия за его спиной казалась продолжением ночи, а в серых глазах полыхал холодный, карающий огонь. От его внезапного появления и волны подавляющей магии нас буквально пригвоздило к полу.

— Какая трогательная идиллия, — ледяным тоном, от которого по стенам пополз иней, произнес он. Его подозрительный, тяжелый взгляд медленно скользнул по нашим побледневшим лицам, задержавшись на мне чуть дольше. — Ночные прогулки в запретной секции? Леди Авалор, я полагал, что ваши амбиции лежат в плоскости учебы, а не государственного измены.

— Мы мы просто искали первопричину всплесков, лорд Раэл! — попыталась защитить нас я, делая шаг вперед и заслоняя собой Алисию.

— Молчать, — отрезал декан, и это слово прозвучало как удар хлыста. — Оправдания выдумаете по дороге. Немедленно в мой кабинет. Все трое.

Кабинет декана встретил нас удушающей атмосферой. Раэл не кричал. Он сел за свой массивный стол, сцепил пальцы в замок и потребовал отчета с сухостью судебного исполнителя. Мы выложили всё: про следы демона-невидимки в западном крыле, про руническую сеть на стенах и скрытую печать.

— Бесполезная, опасная самодеятельность, — бросил он, даже не взглянув на наши записи, хотя я видела, как напряглись его желваки. — Эта печать — не просто призыв. Это якорь. Тварь из нижних планов уже здесь, и она забирает студентов одного за другим, выпивая их ментальные оболочки. Вы могли погибнуть, идиоты.

— Но мой кристалл реагирует на её след! Мы можем помочь в поимке! — я шагнула к столу, отчаянно цепляясь за эту возможность.

— Я не нуждаюсь в услугах недоучившихся детей, — его голос был острым, как бритва. — С этого момента вы трое находитесь под моим личным домашним арестом. И упаси вас Небо выйти за пределы жилого блока.

Конечно, мы его не послушали. Потому что следующей ночью прямо из своей спальни исчезла староста параллельного курса.

Охота началась стихийно. Используя резонанс моего внутреннего кристалла, мы с Марком и Алисией выслеживали остаточную вибрацию твари по темным переходам. Но Раэл, как выяснилось, шел по тому же следу. Он перехватил нас у северных галерей, но вместо того, чтобы устроить разнос, лишь молча и жестко толкнул меня в нишу, приказывая замолчать. Он использовал нас как наживку, действуя с пугающей, прагматичной расчетливостью. Наша троица была для него лишь удобным инструментом.

Когда демон-невидимка — колышущийся сгусток пустоты, пахнущий разложением — попытался напасть на Марка, я, повинуясь инстинкту, выкинула вперед руки, активируя сложнейшую пространственную иллюзию. Зеркальный лабиринт сковал чудовище, заставив его проявиться. В ту же секунду Раэл добил его одним точечным ударом черного пламени.

— Ваши способности удовлетворительны, леди Авалор, — обронил декан, проходя мимо меня и даже не удостоив взглядом. Его голос звучал как сухой зимний ветер, оставляющий после себя лишь ледяной озноб на коже. Ни капли тепла. Никаких былых полунамеков. Только функционал.

— В следующий раз действуйте строго по протоколу, — добавил он, оттирая руки от черной демонической крови шелковым платком. — Ваше самовольство недопустимо. Вы доказали свою относительную компетентность, но это не дает вам права на особые привилегии или фамильярность.

— Я всё поняла, лорд Раэл, — отчеканила я, сдерживая дрожь в пальцах. Сердце сжалось от злой, жгучей обиды, но внутри меня окончательно укрепился внутренний стержень. Я больше не буду жертвой его психологических качелей.

Академия на пару дней погрузилась в обманчивое затишье, но знаки на стенах продолжали наливаться едва заметным багровым свечением.

На лекции по продвинутой потоковой магии Раэл устроил мне публичную проверку. Словно издеваясь, он вызвал меня к демонстрационной трибуне перед всем курсом.

— Леди Авалор, продемонстрируйте нам идеальный защитный барьер, способный накрыть всю аудиторию. С учетом вашей «уникальной» специфики, — в его глазах скользнула едва заметная, высокомерная усмешка.

Я вышла, чувствуя на себе десятки выжидающих взглядов. Закрыв глаза, я позволила мощи кристалла взбурлить внутри, словно сорвавшаяся с плотины река. Воздух в зале мгновенно похолодел, и над головами студентов с гулким, хрустальным звоном развернулся купол чистейшей золотой энергии, безупречный и монолитный.

Декан лишь сухо, едва заметно кивнул, не изменившись в лице.

— Приемлемо. Но до уровня истинного мастера вам все еще далеко, как до луны. Садитесь.

Его слова кольнули под ребра, как отточенный стилет. Разочарование смешалось с глухой яростью. Он сознательно давил на меня, выжимая до капли, проверяя, где находится мой предел.

Ответы пришли вечером, когда Алисия притащила в наше убежище вырванный из архивных хроник пожелтевший лист пергамента. Ее пальцы дрожали, а глаза горели лихорадочным блеском.

— Эви, смотри, что я раскопала в закрытых записях Первой Эпохи, — прошептала она, оглядываясь на двери. — Наш декан Раэл он не просто сильный маг. Его настоящее имя связано с секретными экспериментами королевской Короны вековой давности. Экспериментами по созданию «живых сосудов» для кристальной энергии.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Марк, до этого молча точивший нож, поднял голову.

— Я тоже слышал краем уха от старших, — глухо произнес он. — Раэл — последний выживший представитель Древнего Ордена Хранителей Камня. Они умели подчинять волю первородных кристаллов.

Пазл в моей голове сошелся с оглушительным щелчком. Вот почему он так одержим мной. Вот почему его магия сканировала меня насквозь. Он видит во мне не способную студентку и уж точно не женщину — я для него редкий, ценный ресурс, редчайший носитель силы, которую его Орден привык использовать в своих целях.

На индивидуальных занятиях его требования стали граничить с жестокостью. Он заставлял меня удерживать плетения до тех пор, пока из носа не начинала идти кровь.

— Ваши способности уникальны, Эвелина, — шептал он, и его голос казался шелестом ледяных игл. — Но вы ментально ленивы. Вы тратите слишком много энергии впустую.

В какой-то момент, корректируя мою руку, его пальцы переплелись с моими. Это прикосновение было мертвенно-холодным, лишенным всякой страсти, но в нем ощущалась чудовищная, подавляющая воля древнего Ордена.

— Вот так. Запомните это ощущение. И не смейте ослаблять контроль.

Развязка наступила внезапно, разрушив привычный мир академии до основания.

В ту ночь мы с Раэлом были в архивном хранилище, пытаясь сопоставить карту проступающих на стенах знаков. Внезапно пол ушел у нас из-под ног. Саму геометрию здания перекосило, стены заходили ходуном, а воздух наполнился таким плотным запахом озона и серы, что стало трудно дышать.

— Знаки это была не защита, — выдохнула я, хватаясь за край стола, когда с полок полетели книги. — Это была сеть призыва, направленная внутрь самой академии! Кристалл Силы!

— Проклятье, — впервые на моей памяти Раэл потерял свое ледяное спокойствие. Лицо его исказилось от ярости. — Они активировали главный контур. За мной! И не отставать!

Мы бежали по коридорам, которые на глазах покрывались трещинами. Символы на стенах теперь горели ядовито-фиолетовым, пульсирующим светом, словно вскрытые вены.

Когда мы с разбегу выбили массивные двери Главного Зала, перед нами разверзся настоящий ад.

Величественный Кристалл Силы — колоссальный парящий самородок, веками питавший академию — был охвачен зияющей, рваной черной воронкой. Портал пульсировал первородной тьмой, затягивая в себя пространство. Вокруг него, словно безвольные куклы, парили в воздухе исчезнувшие студенты. Их тела источали призрачное фосфорическое свечение, а из глаз тянулись серые струйки ментальной энергии, которой питалась воронка.

— Портал в Нижние Планы — прорычал Раэл, и его рука легла на эфес его огромного ритуального меча. — Он выкачивает замок досуха.

Вдруг из самого центра воронки с оглушительным, потусторонним клекотом вырвался исполинский силуэт. Существо, сотканное из плотной, как деготь, тьмы, отдаленно напоминало чудовищного ворона. Его крылья, сотканные из полуночного мрака и утыканные лезвиями из обсидиана, источали чистую злобу. Пылающие угли глаз уставились прямо на нас.

— Защищайте Кристалл, Эвелина! Живо! — взревел декан.

В ту же секунду он вскинул руки, и вокруг него развернулся бушующий барьер из иссиня-черного пламени. Шагнув навстречу твари, Раэл обрушил на нее шквал атакующих заклинаний Древних. Воздух зазвенел от мощи его ударов, стены зала содрогались, с потолка сыпалась каменная крошка. Он дрался с яростью обреченного, вкладывая в каждый пасс всю свою монументальную силу.

Тварь взмахнула крыльями, и на нас обрушился шквал темных лезвий, начисто срезающих мраморные колонны.

— Используй силу своего кристалла! — проревел Раэл сквозь грохот взрывов, отбивая очередной выпад чудовища. — Только твой первородный источник сможет перекрыть полярность портала! Закрой его, или мы все станем пеплом!

Я почувствовала, как внутри меня, отзываясь на призыв, взорвалось лавовое озеро. Мой кристалл в груди забился, как бешеное сердце. Собрав всю волю, всю злость на Раэла, на этот мир, на собственную слабость, я выставила руки вперед. Из моих ладоней вырвался ослепительный, концентрированный поток золотого света. Он ударил точно в основание воронки, формируя сдерживающий купол.

Тьма сопротивлялась, она жгла мне руки, кожа покрывалась мелкими волдырями от ментального перегрева, но я держала барьер.

Раэл тем временем плел заклинание, которого не было ни в одном учебнике. Он черпал силу из самой земли, из фундамента академии, его силуэт двоился, окутанный древними рунами Ордена Хранителей. На наших глазах его магия и моя сила начали резонировать, переплетаясь в единый, смертоносный жгут.

— Сейчас! Вместе! — скомандовал декан, и в его голосе зазвенела чистая сталь.

Мы ударили одновременно. Мой золотой свет кристалла и его древнее черное пламя соединились, прошив сердце твари и обрушившись в самую глубь воронки. Портал судорожно задрожал, издавая звук лопающегося стекла. Черная бездна начала сжиматься, с хлопком затягиваясь обратно. Фигуры студентов, лишившись подпитки, мягко опустились на разрушенный пол, шумно вдыхая воздух и возвращаясь в сознание.

Чудовище попыталось сделать последний, предсмертный рывок в мою сторону, но Раэл, собрав остатки сил, шагнул наперерез. Он сотворил энергетические цепи, намертво запечатав тварь в ловушку, и с коротким выдохом опустил меч на ее голову.

Вспышка была такой силы, что меня отбросило на несколько метров. Когда ослепительный свет погас, в зале воцарилась звенящая, мертвая тишина, нарушаемая лишь стонами приходящих в себя студентов. Повсюду пахло гарью, озоном и жженым камнем.

Лорд Раэл тяжело оперся на меч, его плечи тяжело вздымались, а с бледного лба на разбитые губы катилась струйка пота. Напряжение медленно покидало его лицо, обнажая глубокую, вековую усталость. Он медленно повернул голову ко мне.

— Это еще не конец, Эвелина, — прохрипел он, едва удерживаясь на ногах, но в его глазах все еще горела та самая стальная решимость. — Печать была активирована снаружи. Тварь — лишь пешка. Тот, кто охотится за тобой, подошел слишком близко.

Я медленно поднялась с колен, чувствуя, как каждая мышца наливается свинцом. Ладони горели от ожогов, но внутри меня больше не было страха.

— Но мы выстояли, лорд Раэл.

Он долго смотрел на меня. Впервые за все время его взгляд лишился надменности, высокомерия и исследовательской холодности. Он смотрел на меня не как на подопытную ведьму и не как на ценный артефакт своего Ордена. Он смотрел на меня как на равную. Как на боевого товарища, разделившего с ним край пропасти.

— Да, — тихо признал он, и уголок его губ дрогнул в едва заметной, но на этот раз совершенно искренней улыбке. — Благодаря вам, леди Авалор.

В этот миг, среди руин Главного Зала, я наконец увидела его истинное лицо. Не надменного мучителя-декана, а последнего, израненного стража этой академии, который без колебаний сгорит сам, чтобы не дать этой золотой клетке превратиться в братскую могилу. И я поняла, что в этой войне я останусь с ним до самого конца.

Глава 3. Зеркала чужих тайн.

Острое маслянистое облако копоти и озона медленно оседало на разбитые мраморные плиты. Мы остались в разрушенном Главном Зале вдвоем. Студентов, стонущих и бледных, как выброшенные на берег рыбы, уже уводили подоспевшие лекари.

Декан Раэл стоял спиной к исполинскому самородку Кристалла Силы. Его руки были жестко сцеплены в замок за поясницей, а черная мантия, покрытая слоем белесой каменной крошки, казалась монолитным продолжением полумрака. В тусклом, умирающем сиянии артефакта его серые глаза казались двумя холодными звездами, намертво вмерзшими в ледяные грани. Его плечи больше не вздымались от тяжелого дыхания — он вернул себе контроль с пугающей скоростью.

— Впечатляющая демонстрация сырой мощи, леди Авалор, — произнес он, не оборачиваясь. Голос звучал ровно, но в этой бархатной низком баритоне, вопреки привычной циничной маске, отчетливо сквозило глухое, неохотное уважение. — Даже для прямого носителя первородного кристалла.

— Благодарю, лорд Раэл, — ответила я.

Мой собственный голос показался мне хриплым, чужим. Я судорожно сжала обожженные ладони в складках сукна, пытаясь унять крупную дрожь. Каждая мышца ныла от ментального истощения, но слова декана теплым эхом отозвались где-то под ребрами.

— Вы тоже показали себя более чем достойно.

Он наконец медленно повернулся всем корпусом. Шнуровка на его высоком вороте была разорвана, обнажая бледную шею, но в его остром, как лезвие стилета, взгляде привычно вспыхнула колючая искра сарказма.

— О, я всегда показываю себя достойно, Эвелина, — на его губах заиграла едва заметная, горькая полуулыбка. — Вопрос лишь в цене, которую приходится за это платить.

— Что вы имеете в виду? — спросила я. Изнутри мгновенно поднялась липкая волна неясного, дурного предчувствия. Воздух между нами словно снова стал вязким.

— Вы действительно до этой секунды думали, что я не знал о зреющем прорыве? — Раэл сделал медленный шаг вперед. Под его тяжелым сапогом с сухим хрустом рассыпался осколок обсидиана. — Или что я не ожидал нападения этой твари из Бездны именно сегодня?

Этот вопрос покатился по пустому залу со звуком пушечного ядра. Я невольно отступила на шаг назад, чувствуя, как реальность вокруг дает трещину.

— Вы знали? — прошептала я, и этот шепот сорвался на выдох. — Знали и молчали?

— Разумеется, — отчеканил он, и его интонации сделались холодными, как январская ночь. — Я ждал, когда скрытый враг проявит себя. Я ждал, когда печать нальется кровью и тварь локализуется в пространстве.