Невский проспект. Главная улица города
- -
- 100%
- +
«Санкт-Петербургский торговый банк» являлся, по сути, петербургским отделением банкирского дома «Г. Вавельберг», основанного Г. Вавельбергом в 1848 г. в Варшаве. Петербургское отделение, совладельцами которого являлись И. Шеделько и И. Берсон, появилось еще в конце 1860-х гг. и работало весьма успешно. В 1891 г., после смерти Г. Вавельберга, банкирский дом возглавили его сын И. Вавельберг и зять С. Ротванд, а спустя 10 лет встал вопрос о расширении петербургского отделения и строительстве для него нового здания. Решением этой задачи и занялся в 1910 г. М. И. Вавельберг, сын И. Вавельберга.
«Дом Вавельберга». Фото 1914 г.
Проект здания банка по результатам устроенного конкурса поручили подготовить гражданскому инженеру М. М. Перетятковичу. Этот 38-летний архитектор, поляк по происхождению, неподалеку (на Гороховой улице) как раз закончил вместе с инженером Н. Н. Веревкиным строительство дома для страхового общества «Саламандра». М. М. Перетятковичем в городе построены также здания «Русского торгово-промышленного банка» на Большой Морской улице, церковь Христа-спасителя, известная как «Спас-на-водах», в конце Английской набережной, костел для французского консульства в Ковенском переулке, Дом городских учреждений на Садовой улице и др.
Будучи, с одной стороны, сторонником архитектурного стиля модерн, а, с другой стороны поклонником направления ренессанса в архитектуре, Перетяткович возвел здание, близкое по своему характеру к постройкам периода итальянского возрождения. Его отдельные элементы перекликаются с различными известными сооружениями того времени. Так, например, двухъярусная аркада со стороны Невского проспекта напоминает аркаду Дворца дожей в Венеции, а угловая часть фасада – здание римского банка Святого Духа.
Сам архитектор в одном из интервью сказал о своем творении следующее: «Я имел в виду не специально Палаццо дожей, но вообще готический стиль, тот, который встречается в Северной Италии – в Болонье и во Флоренции. Верхняя часть дома выстроена в характере раннего Возрождения. Вообще я не задавался целью дать буквальную копию Палаццо дожей. Я ничего не делал бессознательно».
Именно для периода венецианского возрождения характерно наличие легкой, аркадной нижней части здания и тяжелой плоскости его верхней части. Для архитектуры итальянского Возрождения характерны и сдвоенные окна в нишах, прорезающие плоскость стен на уровне четвертого этажа. Весь фасад облицован грубоколотым серым сердобольским гранитом, характерным материалом для оформления зданий в стиле северного модерна. В то же время благодаря такой облицовке здание банка чем-то напоминает здания периода раннего венецианского Возрождения, для которого характерен полукрепостной облик.
М. И. Вавельберг
Из серого гранита выполнен и разнообразный художественный декор фасадов здания – рустованные колонны первого этажа, пилястры, барельефы и пр. Авторами декора являлись скульпторы Л. А. Дитрих и В. В. Козлов. Говорят, что М. И. Вавельберг долго и придирчиво ходил по новостройке. В конце концов он сделал единственное замечание: «У вас на дверях табличка: Толкать от себя. Это не мой принцип. Переделайте: Тянуть к себе». Сам М. М. Перетяткович за построенное здание в 1912 г. удостоился звания академика архитектуры. Ну а горожане иронически окрестили здание на углу Невского проспекта и Малой Морской улицы «Денежкиным палаццо». Со временем за ним закрепилось название «дом Вавельберга».
Внутренние деловые помещения банка не имели художественной отделки, за исключением операционного зала, оформленного в духе неоренессанса. Его украшали колонны и пилястры ионического ордера, стены были отделаны желтым стюком, а потолок был кессонированным, с массивными бронзовыми люстрами. Зал находился на месте той части бывшего дома № 9, которая выходила на Малую Морскую улицу. Чтобы в него попасть, посетитель должен был войти с улицы в круглый вестибюль, а затем пройти в зал по короткому узкому проходу.
Интерьер операционного зала Санкт-Петербургского торгового банка в «доме Вавельберга» в наше время
На Невском проспекте около «дома Вавельберга». Фото 1937 г.
В советское время в период НЭПа в здании банка, закрывшегося после октябрьского переворота, находились контора «Севзапгосторга» и большой антикварно-комиссионный магазин. А в 1930-е гг. их место занял целый ряд организаций самого различного профиля – «Гипроцветметобработка», «Промкотел», «Союзпромэкспорт», «Ленмоспо», «Разноимпорт». Во время блокады в «доме Вавельберга» работала специальная лаборатория научно-исследовательского Витаминного института. Именно в этой лаборатории осенью 1941 г. синтезировали витамин В-1, спасший жизнь многим раненым защитникам города.
В июле 1960 г. в нижних этажах бывшего банка Вавельберга открыли городской аэровокзал, в нем организовали авиакассы, справочную службу, камеру хранения. Вместо банковских касс здесь стали работать кассы билетные. Из аэровокзала также осуществлялась доставка пассажиров в аэропорт «Пулково». Многие горожане до сих пор называют это здание «домом Аэрофлота», хотя городского аэровокзала уже давно не существует.
Часть помещений в послевоенный период занимал магазин «Березка», в котором за СКВ, боны и сертификаты можно было купить различные дефицитные товары, продукцию зарубежных фирм.
В 1960-е гг. здесь располагался Ленинградский государственный институт проектирования городов, а в 1969 г. пятый и шестой этажи заняло издательство «Аврора». Это издательство создано в 1969 г. на базе главной редакции экспортных и факсимильных изданий издательства «Советский художник» и специализировалось на выпуске художественных альбомов по русскому и зарубежному искусству, фотоальбомов, открыток. Продукция издательства всегда характеризовалась исключительно высоким полиграфическим качеством и неоднократно была отмечена наградами и дипломами международных выставок. Издательство продолжает свою деятельность и в наше время, но уже как акционерное общество.
В 2000-е гг. состав «жильцов» дома вновь поменялся – здесь расположились Федеральная антимонопольная служба по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Северо-Западный региональный фонд поддержки малого предпринимательства, филиал Российского авторского общества, информативно-юридический центр «Кодекс», издательства «Санкт-Петербургская панорама» и «Русская классика», банк «Объединенный капитал», кафе «Сайгон» и др. Остался и ряд старых «жильцов», например, ОАО «Центральное агентство воздушных сообщений», а с 2009 г. началась подготовка здания для передачи его инвестору, который переоборудует бывший банк в 5-звездочный отель.
Малая Морская улица
За домами № 7–9 вправо от проспекта отходит Малая Морская улица, отделяя от них дома № 11 и № 13. До второй половины XVIII в. она проходила вдоль линии жилой застройки по южной границе Адмиралтейского луга, игравшего роль эспланады Адмиралтейства.
Начало Малой Морской улицы. Фото конца XIX в.
С 1833 по 1836 г. на этой улице в доме № 17 жил Н. В. Гоголь. В память об этом в июле 1902 г., когда праздновалось 50-летие со дня смерти писателя, ее переименовали в улицу имени Гоголя, ныне она снова называется Малой Морской.
Из ближайших к Невскому проспекту примечательных зданий на Малой Морской улице следует отметить два дома – № 10 и № 13.
«Дом Пиковой дамы» (Малая Морская ул., 10)
В доме № 10 жила княгиня Н. П. Голицына. В молодости она была весьма красива, но в старости ее внешность утратила былую привлекательность. Княгиня обросла усами и бородой и получила за глаза прозвище «княгиня усатая». При этом она сохранила острый ум и отличалась царственной надменностью. В общем, ее образ вполне соответствовал образу графини из пушкинского произведения «Пиковая дама». Так что дом Голицыной весьма закономерно стал называться «домом Пиковой дамы».
Княгиня Н. Н. Голицына. Худ. А. Рослин. 1777 г.
В своем дневнике за 7 апреля 1834 г. А. С. Пушкин отметил обсуждавшуюся тогда в свете новость: «При дворе нашли сходство между старой графиней и княгиней Натальей Петровной и, кажется, не сердятся». Кстати, княгиня, умершая в 1837 г., хотя и ненамного, но пережила поэта.
«Дом княгини Голицыной»
После ее смерти дом выкупили в казну для тогдашнего военного министра графа А. И. Чернышева. После этого, в 1839–1840 гг., его перестроили по проекту архитектора А. А. Тона. Впрочем, он мало изменил облик фасада – увеличил окна бельэтажа, сделал другие наличники и лепной герб на фронтоне и т. п.
«Дом Ротина» и ресторан «Вена» (Малая Морская ул., 13)
В расположенном напротив «дома Пиковой дамы» доме № 13 с декабря 1851 г. по май 1852 г. жил И. С. Тургенев. В это время (21.02.1852 г.) в Москве умер Н. В. Гоголь. И. С. Тургенев написал некролог, который отправил в газету «Санкт-Петербургские ведомости», но цензура его не пропустила. Тогда Тургенев напечатал его в газете «Московские ведомости», за что его в апреле 1852 г. арестовали и посадили в камеру съезжей 2-й Адмиралтейской части (близ Театральной площади). А в мае 1852 г. его и вовсе выслали из Петербурга в собственное имение Спасское-Лутовиново. Но известно это здание не только тем, что здесь полгода жил Тургенев.
«Дом Ротина». Страховое товарищество «Саламандра». 1902 г.
Двухэтажный дом на высоком цокольном этаже, уже тогда со срезанным углом построили на этом месте еще в 1773 г. для купца Ф. И. Пестерева. Вскоре, в 1790 г., дом перешел к коллежскому асессору Дмитриеву, а затем – к его жене. При ней, в 1833 г., в здании открылось одно из первых в Петербурге почтовых отделений под № 5.
В 1834 г. владельцем дома стал А. Е. Энгельгардт, и по проекту архитектора Г. А. Боссе дом надстроили до четырех этажей, но владели им недолго. Уже в 1835 г. он перешел в руки полковника Ф. Ф. Грота, в 1848 г. – некоего француза Гилерме, а в 1859 г. его купил у француза статский советник П. Ф. Митков. Для советника архитектор губернского правления Э. Г. Юргенс возвел пятиэтажный дворовый корпус, а архитектор И. И. Самойлов украсил фасад главного здания балконами и устроил над входами в парадные металлические навесы.
Именно при Миткове в доме снимал квартиру И. С. Тургенев, а на первом этаже впервые появился трактир средней руки. Когда советник в 1861 г. умер, здание унаследовал его сын, продавший дом в 1874 г. купцу 2-й гильдии Ф. И. Ротину. Первым делом купец поручил архитектору И. Маасу надстроить главное здание, произвести его перепланировку и изменить облик фасада. Кроме того, к началу 1876 г. построили новые дворовые флигели. Вместо трактира купец открыл внизу ресторан, который так и назывался – «Ротинский», прочие этажи оставались жилыми.
В одной из квартир жил с семьей сам Ротин, а другие сдавались внаем. Угловую квартиру с балконом (тогда № 20) в 1893 г. снял довольно известный драматург, театральный критик и либреттист М. И. Чайковский. Он являлся, в частности, автором либретто к опере своего старшего брата П. И. Чайковского «Пиковая дама», опере Э. Ф. Направника «Дубровский», опере С. В. Рахманинова «Франческа да Римини» и др.
В октябре того же года у него, в маленькой комнате окнами на Малую Морскую улицу, на «дом Пиковой дамы», поселился его брат – знаменитый композитор П. И. Чайковский. Спустя две недели здесь же он и скончался. В обстоятельствах смерти Петра Ильича много неясного. По официальной версии, вечером 31 октября он выпил стакан воды в ресторане Лейнера, а на следующий день почувствовал себя плохо. Спустя пять дней композитор скончался. Врачебный диагноз гласил – холера. Однако существует и версия о самоубийстве П. И. Чайковского.
В 1916 г. здание приобрело страховое общество «Саламандра», которое использовало его в качестве доходного дома. После 1917 г. он так и оставался обычным жилым домом, многие квартиры в котором стали коммунальными.
В советский период истории в 1923–1926 гг. здесь жил В. К. Блюхер, занимавший квартиру в той части дома, которая выходила фасадом на Гороховую улицу. В то время она называлась Комиссаровской улицей. Еще в августе 1922 г. Блюхера вызвали с Дальнего Востока в Москву и назначили командиром-комиссаром 1-го стрелкового корпуса, формировавшегося из дивизий, находившихся на территории Петроградского военного округа, а в апреле 1923 г. одновременно назначили временно исполняющим обязанности начальника петроградского гарнизона. Его избрали членом Петросовета и членом ВЦИКа.
В период с сентября 1923 г. по февраль 1924 г. Блюхер находился в Москве, а затем вновь вернулся в Петроград, который переименовали в Ленинград. Теперь, помимо командования 1-м стрелковым корпусом, он являлся комендантом Ленинградского укрепрайона. В этой должности комкор пробыл недолго, поскольку осенью того же года его по просьбе Сунь Ятсена направили в Китай. Там Василий Константинович выполнял обязанности военного советника Чан Кайши, разрабатывал планы Великого Северного похода. Семья Блюхера в это время оставалась в Ленинграде. Только в 1927 г. она перебралась в Москву, вслед за отозванным туда из Китая комкором.
В. К. Блюхер
В октябре 1938 г. В. К. Блюхера арестовали на даче К. Е. Ворошилова «Бочаров ручей». После серии допросов он признал себя участником военного заговора против советской власти, а в ноябре скончался в кабинете тюремного врача. Смерть наступила от закупорки легочной артерии тромбом, и тело кремировали. Уже посмертно Блюхера лишили звания маршала и всех наград и приговорили к смертной казни за шпионаж в пользу Японии. Репрессиям подверглись и члены семьи маршала. Реабилитировали Блюхера и членов его семьи только в 1956 г.
В 1926–1935 гг. в «доме Ротина» жила семья Г. С. Улановой. Ее отец, С. Н. Уланов, сначала артист балета Мариинского театра, а затем – театральный режиссер, мать – М. Ф. Уланова (в девичестве – Романова), в 1910–1924 гг. – артистка балета Мариинского театра. В 1917 г. она начала преподавать в петроградском хореографическом училище и стала первым балетным педагогом своей дочери. Затем ее взяла в свой класс А. Я. Ваганова.
В 1926 г. Г. С. Уланова еще училась в хореографическом училище, которое закончила в 1928 г. После окончания училища ее приняли в труппу ленинградского Театра оперы и балета, позднее переименованного в Ленинградский государственный театр оперы и балета им. С. М. Кирова. В нем она проработала до 1944 г., а с 1944 г. и до самой смерти Уланова работала в Москве, в Большом театре (с 1960 г. – балетмейстер-репетитор). Умерла Г. С. Уланова в марте 1988 г. и похоронена на Новодевичьем кладбище.
В 1926–1965 гг. в «доме Ротина» жила семья артистов цирка Жеймо. Вместе с ними жила и приехавшая в Ленинград Я. Б. Жеймо. Родившись в цирковой семье, она с трех лет выступала на арене цирка. Популярностью пользовался семейный аттракцион «6-Жеймо-6». В 1925–1926 гг. Жеймо окончила ФЭКС – Фабрику эксцентрического искусства, а позднее училась в ленинградском Институте экранного искусства.
Первую свою кинороль Я. Б. Жеймо сыграла в 1925 г. фильме «Мишки против Юденича». Благодаря хрупкому телосложению и лицу она выступала в амплуа травести и сыграла во многих фильмах, но наибольшую известность Жеймо принесла роль Золушки в одноименном фильме, снятом в 1947 г. на киностудии «Ленфильм» режиссерами Н. Н. Кошеверовой и М. Г. Шапиро. Во время войны актриса оставалась в осажденном Ленинграде. В 1957 г. со своим третьим мужем уехала в Польшу и жила в Варшаве. Назад в СССР она вернулась в 1980 г. и жила в Москве. Умерла Я. Б. Жеймо в 1987 г. и похоронена на Востряковском кладбище.
Ныне о некоторых знаменитых людях, живших в доме на углу Малой Морской и Гороховой улиц, напоминают три мемориальные доски.
Первой, еще в 1911 г., на фасаде по Малой Морской улице появилась памятная доска, посвященная П. И. Чайковскому. Это, кстати вообще одна из первых мемориальных досок, в России, посвященных памяти конкретного человека. Ее автором является архитектор Н. Л. Бенуа. На белом мраморе высечено: «Петр Ильич Чайковский родился 25-го апреля 1840-го года в Вятской губернии на Воткинском заводе. Скончался в этом доме 25-го октября 1893-го года».
В 1966 г. на стене дома появилась гранитная доска, выполненная архитектором В. Д. Поповым и посвященная В. К. Блюхеру. На этой доске высечена следующая надпись: «В этом доме с 1923 по 1926 год жил выдающийся советский полководец, Маршал Советского Союза Василий Константинович Блюхер».
Г. С. Уланова
Последней, уже в 2011 г., по инициативе коллектива Мариинского театра появилась мраморная доска, посвященная Г. С. Улановой. Эту доску овальной формы изготовил скульптор П. Игнатьев. В ее нижней части укреплены вылитые из бронзы балетные туфли, а в верхней части доски высечен текст: «В этом доме с 1926 по 1935 год жила великая русская балерина Галина Сергеевна Уланова».
Наш рассказ о «доме Ротина» будет неполным, если не упомянуть о находившемся в нем ресторане «Вена». Это один из многочисленных петербургских ресторанов, о которых позднее вспоминали в своей книге «Из жизни Петербурга 1890–1910-х годов» Д. А. Засосов и В. И. Пызин: «„Вена“ на Малой Морской посещалась, прежде всего, артистами, писателями, художниками. Обстановка там была свободная. Заводились споры, обсуждались вернисажи, литературные новинки, посетители обменивались автографами, иногда декламировали, пели. Хозяин ресторана поощрял такие вольности, сам собирал рисунки знаменитостей, вывешивал их как рекламу. Особый характер приобрел ресторан „Квисисана“ на Невском возле Пассажа. Там был механический автомат-буфет. За 10–20 копеек можно было получить салат, за 5 копеек – бутерброд. Его охотно посещали студенты, представители небогатой интеллигенции. Студенты шутили, перефразируя латинскую пословицу: „Менс сана ин Квисисана“».
Начиная с 1830-х гг., на первом этаже дома работал «Венский трактир» с «черной» и «белой» половинами. Позже он превратился в более респектабельное заведение – «Ресторация „Вена“». Ресторацию сменил «Интернациональный ресторан», принадлежавший французу Сюмитьеру. Этот ресторан славился качеством блюд и умеренными ценами. Позже он стал называться «Вена». В нем в 1870-е гг. появился биллиард, а в 1884 г. при ресторане в присутствии знаменитого шахматиста М. И. Чигорина открылся «Новый шахматный клуб». В 1890-е гг. хозяином ресторана стал Ф. О. Лейнер, тот самый, у которого П. И. Чайковский выпил стакан воды. После Лейнера, с 1897 по 1903 г., у ресторана сменилось несколько владельцев. Последними в 1903 г. – некие Лебедев и Дитрих. В феврале 1903 г. ресторан выставили за долги на торги. Его недорого купили бывшие официанты Лейнера – И. С. Соколов и М. Ф. Уткин. В конце мая 1903 г. купленный ими ресторан освятил Иоанн Кронштадтский, после чего он вновь открылся под названием «Вена».
Начав дело всего с 40 работниками и в небольшом помещении, новые хозяева смогли быстро расшириться. Разнообразие и высокое качество блюд, богатый выбор вин привлекали посетителей. Спустя всего три года кухню, где командовал шеф-повар В. И. Алферовский, расширили вдвое. Спустя еще год под кабинеты арендовали часть помещений, которые занимал пожарный отдел страхового общества «Саламандра». К этому времени М. Ф. Уткин вышел из дела, и полновластным хозяином ресторана стал И. С. Соколов. Правой рукой Соколова стала его супруга, ведавшая закупкой продуктов.
В 1908 г. в ресторане, занимавшем бельэтажные помещения окнами на Гороховую улицу, было 4 зала, буфет и 16 кабинетов. Бильярдную, являвшуюся источником шума и беспокойства для посетителей, Соколов закрыл. Посетители могли почитать свежие газеты и журналы, отведать блюда кавказской, украинской, татарской и, разумеется, русской кухни. Ресторан стал одним из любимых мест как деловой, так и интеллигентной петербургской публики. Днем тут обедали крупные чиновники, биржевики, военные, а вечером залы и кабинеты заполняла нарядная публика после посещения театров.
Ресторан открывался в 12 часов дня, а закрывался в 3 часа ночи. Правда, в кабинетах посетители, бывало, засиживались и до утра. До 15 часов подавался завтрак, а с 15 до 18 часов – обед. Стоимость посещения ресторана характеризует стоимость обычного завтрака, который обходился посетителю в 1 руб. 60 коп. Эта сумма складывалась из стоимости собственно завтрака – 75 коп., графинчика водки – 40 коп., кружки пива – 10 коп., чаевых официанту – 20 коп. и чаевых швейцару – 15 коп. Во время завтрака «Вену» посещало до 500 человек, а в часы обеда – до 600 человек.
За буфетом располагался небольшой угловой зал, получивший название «литераторского зала». В нем устраивались вечерние ужины, на которые приходили писатели, поэты, художники, артисты – А. И. Куприн, М. П. Арцыбашев, Л. Н. Андреев, М. Горький, И. И. Ясинский, А. Н. Толстой, И. С. Рукавишников, В. А. Тихонов, С. М. Городецкий, художник А. А. Писемский, певец Ф. И. Шаляпин и др.
Буфет ресторана «Вена». Фото 1908–1910 гг.
«Литературный зал» ресторана «Вена». Фото 1913 г.
Посетителям «литературного зала» хозяин подкладывал большие листы бумаги с просьбой оставить на память какой-нибудь рисунок, несколько строк, эпиграмму, автограф. Затем эти листы вставлялись в рамки и развешивались на стенах ресторана.
В 1913 г., к 10-й годовщине заведения, Соколов издал малым тиражом юбилейный альбом с этими листами. Он сразу стал библиографической редкостью.
В ресторане «Вена» праздновали юбилеи творческой деятельности, устраивали банкеты различные общества, собирались депутаты III Государственной думы.
Когда началась Первая мировая война, ресторан из патриотических соображений переименовали в «Ресторан Ивана Соколова», но горожане продолжали его именовать по-старому – ресторан «Вена».
Листы с экспромтами и рисунками посетителей «литературного зала» ресторана «Вена» (1911–1912 гг.)
После октябрьского переворота в 1917 г. ресторан закрыли, а вместо залов и кабинетов устроили коммунальные квартиры. В декабре 1993 г. ресторан частично возродился под названием «Старая Вена». На месте коммунальных квартир устроили мини-отель на 14 номеров. Каждый номер посвящен одному из известных посетителей «литературного зала». Воссоздан и сам угловой «литературный зал». На его стенах развешаны копии листов, вошедших в литературно-художественный сборник 1913 г.
Можно добавить, что в 1980-е гг. в доме № 13 по Малой Морской улице располагалось издательство «Судостроение» Госкомиздата СССР.
Постановлением правительства РФ № 527 от 10.07.2001 г. здание признано памятником федерального значения.
Обложка литературно-художественного сборника к 10-летию ресторана «Вена», 1913 г.
Впрочем, нам давно пора вернуться назад, на Невский проспект. Далее на проспекте, за Малой Морской улицей, стоит дом № 11, известный как «дом Т. Сиверса» или «дом А. И. Трейберга».
«Дом Т. Сиверса – А. И. Трейберга» (Невский пр., 11 / Малая Морская ул., 2)
В 1755–1767 гг. обширный участок между Мойкой и Малой морской улицей занимал временный деревянный Зимний дворец Елизаветы Петровны, о котором мы подробнее расскажем чуть позже. Вскоре после ее смерти дворец разобрали, и территория, которую он занимал, пустовала до 1802 г. Пустовал и участок нынешнего дома № 11.
В 1802–1804 гг. на этом участке именитый гражданин Томас Сиверс построил 4-этажный доходный дом в стиле безордерного классицизма. Единственными украшениями фасада со стороны проспекта были три балкона на уровне третьего этажа и треугольный фронтон в центре.
После Т. Сиверса доходный дом несколько раз менял своих хозяев. В 1840-е гг. им владел потомственный почетный гражданин купец А. И. Косиковский, которому на Невском проспекте принадлежал также дом № 15, что у моста через Мойку. В 1850–1880-е гг. дом принадлежал титулярному советнику В. И. Струбинскому. В 1880 и 1881 гг. здесь на третьем этаже в меблированных комнатах Квернера останавливался И. С. Тургенев.