Ассортир. День седьмой
- -
- 100%
- +
– Ты думала, можешь вот так вот запросто взять и передумать? – угрожающим тоном поддержал его другой.
– Мы что, похожи на каких-то лохов, которых можно так вот запросто взять и кинуть?
– Мы уже обо всём договорились. Нас уже ждут!
Но девушка упиралась и мотала головой:
– Я уже не хочу во всём этом участвовать.
– Ты хоть понимаешь, как ты своим хочу-не-хочу нас подставляешь?
– И что о нас после этого подумают?
– Да мне всё равно! – пошла она в отказ.
– Ах, тебе всё равно?! – вскипел бес, что сидел с ней рядом. – Так, выходи из машины! Я сейчас объясню тебе, что значит кидать таких, как мы. – и вышел из машины.
– Никуда я с вами не пойду!
– А ты чего молчишь? – обратился бес, который сидел возле Лёши, к её парню. – Хочешь, чтобы мы и с тобой тут разобрались? Скажи ей, чтобы она выходила из машины!
– Давай выйдем, поговорим обо всём на улице, – сказал ей парень, сконфузившись под их разъярёнными взглядами.
– Да какие разговоры? – усмехнулся бес, что держал заднюю дверь открытой «во тьму внешнюю». – Вы теперь попали по-полной! Одними разговорами уже не отделаетесь.
И её парень, испугавшись, пробормотал:
– Да пошли уже. Чего сидеть? Заявка уже окончена. Дай ему денег и пошли, – слегка подтолкнул он девушку. – Сколько, сто двадцать? – посмотрел он в зеркало заднего вида на следившего за ними водителя.
И Лёша, увидев, что она совсем не такая, как они (в силу её изначальной природы ангела), и влезла во все это грязное дело по глупости, решил её спасти.
– Ребята-ребята, давайте-ка без всего этого.
– Ты-то тут при чём? – не понял один из бесов, сидевший возле Лёши. Словно впервые его увидев.
– Как это – при чем? Она моя клиентка. И пока она в моей машине, она находится под моей защитой!
– Какая она тебе клиентка? Твоя заявка уже давно окончена, – возмутился другой бес и снова сел в машину. – Дайте ему денег! И пошли на улицу.
– Пока она в моей машине, она в любой момент может продлить заказ, – уперся Лёша. И повернулся к девушке. – Вы будете продлевать заказ? – официальным тоном спросил он у неё. Типа, всё серьёзно.
– Да, я буду продлевать заказ!
– Всё, парни, заявка продлена. Вы слышали? Выясняйте свои отношения завтра. Выходите из машины, мне надо работать.
– Но тебе-то зачем всё это надо? – не понял бес, что сидел возле него. – Ты её что, знаешь?
– Да я её знать не знаю! Но если вы её сегодня, не дай бог, убьете или просто покалечите, то на следующий же день меня будут таскать полицейские, как свидетеля. И не только завтра, но и на протяжении всего расследования. А оно мне надо? Так что пока она в моей машине, вы ничего с ней не сделаете. Понятно?
– Хорошо, я тебя понял, – кивнул бес, что сидел возле него. – Ты ни при делах.
– Но ты же видишь, что мы не можем без неё уйти? – возмутился бес, что сидел рядом с девушкой. – Да и что ты сможешь сделать? Нас-то двое, а ты один. А эта вафля, – кивнул он на её парня, – не в счёт.
– Ты же сам видишь, что она неправа, – поддержал его другой бес, – так что мы на «стрелке» и тебя сможем загрузить по-полной!
– Вы видели у нас в офисе охранника Сергея, бывшего боксера? – строго спросил их Лёша, которому всё это уже окончательно надоело.
– Видел, – признался бес, что сидел рядом, вспомнив того здоровяка под два метра ростом, что целыми днями околачивался в их офисе. И как-то внутренне осел. И стало видно, что он реально осел. А его любимой столицей в школе на уроках географии был город Осло.
– Но мы раскидаем ему ситуацию, и он тут же поймёт, что она неправа! – не растерялся бес, что сидел рядом с девушкой. Не желая превращаться в осла, как и его товарищ.
– Один мой звонок в офис, и Сергей и ещё пять парней с битами на двух джипах ровно через пять минут будут по этому адресу! – угрожающе сказал им Лёша. – И они не станут выяснять, кто тут прав, а кто виноват. Они сразу же начнут бить тех, на кого я покажу пальцем. И всё! А там уже приезжайте в офис завтра ровно к десяти часам утра и разбирайтесь в том, кто из вас был во всё этом виноват. Если сможете, – обломал их (рога) Лёша.
И они поняли, что спорить с ним бесполезно. И пора действовать.
Её парень сидел непосредственно за Лёшей. Тот бес, что сидел рядом с Лёшей, тут же вышел из машины во тьму внешнюю и хлопнул дверью. А тот, что сидел с девушкой, тоже вышел и, обернувшись, тут же схватил её за волосы и попытался вытащить из машины. Чтобы та оказалась на улице – вне юрисдикции Лёши. И парней с битами.
Но Лёша уже нажал на газ. Девушка вскрикнула от боли, рефлекторно схватившись за волосы, упала на сиденье и закричала, но осталась в машине, так как за талию её успел ухватить сожитель. Схвативший девушку бес ударился головой о проем двери, так как нависавшим над девушкой туловищем всё ещё был в машине. Попытался ухватиться за проём руками, но Лёша ещё веселее нажал на газ. Его тело дёрнуло и он упал на дорогу. И выругавшись, крикнул им вслед:
– Я тебя найду!
– Дверь закройте, – попросил Лёша девушку, оглянувшись назад. И увидел, что та, от боли, схватила себя за голову. – Пожалуйста.
По дороге девушка поняла, что её парень – ничтожество! И ругала его за то, что он мало того что хотел втянуть её во всю эту мерзость, так ещё и, пойдя у них на поводу, пытался закрыть заявку. И сам же выталкивал её на улицу. На растерзание! Всё ощупывая голову.
А этот «вафля» ещё и пытался оправдаться:
– А что я мог уже сделать? После того, как ты сама на всё это подписалась.
Когда они подъехали на адрес, откуда Лёша их забрал, он остановил машину, обернулся к нему и спросил:
– Ты хоть понимаешь, что я её сейчас реально спас? Если бы не я, её бы сейчас как минимум избили. Чтобы загрузить на деньги. За то, что она пыталась сорвать им сделку. Понимаешь? Ты должен быть готов за неё умереть, раз она твоя девушка. А не сидеть и поддакивать им, как ты это делал. Пока я не вмешался. Уже понимая, чем для неё это всё закончится.
– Конечно, тебе-то легко говорить! – тут же попытался возразить уже осмелевший Вафля. – К тебе-то могут в любой момент приехать пять парней с битами на двух джипах. А что я мог им сказать? А?
– Какие ещё парни с битами? – удивился Лёша. Его наивности.
– Ну, ты же сам рассказывал… – не понял тот.
– И ты тоже во всё это поверил? – не скрывая иронии, усмехнулся Лёша. – Да кому мы тут нужны? Нет никаких парней с битами. И никогда не было. Мы тут сами по себе. Я просто взял этих фраеров «на понт». И это сработало. Иначе мне пришлось бы с ними драться.
– А я-то думал, – с улыбкой произнес Вафля.
– Парадокс любви в том, что твоя девушка не только твоя раба – в постели, но ещё и твоя госпожа, которую ты должен защищать, не жалея сил, как преданный и верный ей раб. А не она – тебя, как было сегодня в твоём случае. Не втягивай больше её во всё это, хорошо? Они знают, где вы живете?
– Или – уже знают? – пронзила девушка Вафлю парой своих стальных кинжалов. Серых глаз.
– Нет, что ты! – испугано признался тот. Под её взглядом.
– Вот и не говори им, где она живёт, – надавил на него Лёша, поняв уже, что квартира в этом доме принадлежит ей. – И не попадайся больше им на глаза, иначе они будут поджидать её возле подъезда. А меня уже не будет рядом, чтобы тебя спасти, – улыбнулся он девушке.
– Сколько мы вам должны? – спросила девушка. – За мое спасение. Деньги у меня есть.
– Да ничего вы мне не должны. За спасение. Двести рублей давайте, и чтобы я вас тут больше никогда не видел! – усмехнулся Лёша, решив поиграть с ней в рыцаря. Так как она уже успела ему понравиться, пока он её спасал и проникся к ней самыми высокими чувствами.
«Как и Николай Ростов, – вспомнил Лёша, пока те выходили из машины, – который точно также один, с подыгравшим ему лакеем („Может, позвать из-за бугра наших?“2), спасал „на рассказе“ графиню Марью от целой деревни озлобившихся из-за близости французов мужиков, которая после этого только и мечтала о том, чтобы выйти за него замуж. Когда поняла, что он реально спас ей жизнь. Но в моём случае её лакей подыгрывал не мне, а этим наркоманам. А я ведь с этой симпатичной „графиней“ даже не познакомился, – вздохнул Лёша. – Можно, конечно же, рассказать девчонкам в офисе эту историю и что-нибудь на этой почве придумать, чтобы взять у них номер её телефона, но – зачем? „Не обременяй себя надеждой“, – вспомнил он первую Заповедь Смирения. – Эх, если б не Васаби!»
Глава15
Ведь Лёша снял тогда однокомнатную квартиру и запирал Васаби на ключ, уходя на работу, именно для того чтобы отвадить её от тех бесов, что набивались к ней в любовники. Тогда как этот зек подрывал его план обороны от них Васаби изнутри, подкапываясь под неё всё ближе. И ближе. В его блиндаж.
Пока Лёша не взорвался изнутри, решив всё бросить. И Васаби – тоже! Поняв, что его план из-за одного наличия у неё телефона потерпел фиаско.
Тем более что она стала созваниваться не только с зеком, но и со своей матерью, с которой до этого так поссорилась из-за её любовника, что та напилась и выгнала Васаби прямо на улицу. В чём мать родила. Благо, что та родилась в рубашке. И Васаби не знала куда податься. Вынудив Лёшу, который пытался всё это время на протяжении месяца стать её парнем, срочно снять квартиру. Устраняя её любовников по одному: убивая их, да, но – морально (как и завещал Остап!), как и тех двоих наркоманов. Просто беря у Васаби телефон, когда те ей названивали, и заявлял каждому, чтобы тот перестал звонить.
– Но – почему? – не желал понимать каждый. Желая продолжить с ней беситься!
– Потому что у неё уже есть парень! – давая понять бесу, что он готов с ним драться.
И наконец-то уже полностью изолировать Васаби в квартире «от такого сомнительного общества».
И как только перестал снимать квартиру, в которой он организовал форт, Лёша попытался, побродил недели три по городу в поисках приключений с Оливией, но…
Бросить Васаби так и не сумел. И затем, помирившись с ней, разбудив её как в сказке «о спящей царевне» одним только поцелуем от того кошмара, в который погружала её мать, периодически с ней встречался. На квартире её матери, пока та была «на сутках». А то и просто отвозил её к морю (или ещё куда ни попадя) и занимался с ней любовью в более романтической обстановке.
Чем широкий надувной матрас, который Лёша купил именно для того, чтобы отдыхать с Васаби на нем «после суток» в комнате, спешно переделанной из кухни, вынесенной в коридор. Переехав к её матери. Так как начал работать с Васаби в одну смену в её фирме, чтобы та сливала ему самые выгодные заявки. И отдыхать – тоже. Не менее «плодово-выгодно», сравнивая её с «плодово-ягодной» настойкой своей шальной юности. Опьяняя себя и Васаби совместным счастьем! Которая ни в какую не соглашалась с матерью оставить Лёшу – именно из-за солянки. Но не решалась сказать ей об этом вслух из-за разницы в возрасте и воспитании.
– Разве в нём есть хоть что-то, чего нет в других?
– Да, есть, – улыбнулась ей в глаза Васаби.
– И что же это? – не сдавалась Гульчехра.
– Тебе скажи, и ты захочешь! – усмехнулась Васаби, представив, как Лёша делает солянку матери. И начала от этого смеяться. Наблюдая, как Гульчехра начинает думать, что та смеется именно над ней. И, не сдержавшись, начала от этого смеяться ещё громче! – Что я могу сделать, если мне с ним очень и очень комфортно? – попыталась Васаби передать это матери другими словами.
– В постели? – критически посмотрела Гульчехра на надувной матрас, покрытый ватным одеялом. – У него что, такой большой член? Признайся!
– Дело не в самой постели, – всё пыталась хоть как-то объяснить это Васаби.
– А в том, что на ней творится? – усмехнулась Гульчехра и, осудительно качая головой, обняла свою дочь. – Он что, платит тебе за секс?
– Почти, – во весь рот улыбнулась та, глядя в глаза матери.
– Ты неисправима! Пр-р-раститутка! – шутливо добавила она и игриво шлёпнула свою дочь по попке.
Так как в офисе это давно уже стало притчей во языцех. Понимая уже, что Васаби к этому ремеслу никогда больше не вернётся. Даже если та снова напьётся и выгонит её из дома. Ведь опять найдётся какое-нибудь «божество», чтобы её спасти. Так как Васаби за время сожительства с Лёшей заметно похудела и вообще стала уже очень и очень красивая. Так сказать, «расцвела».
Но в начале лета Лёша начал подозревать о том, что Васаби встречается с кем-то ещё. И долго не мог понять – с кем. Так как уже успел окончательно поссориться с её матерью и переехал от них жить к своей, подумывая даже над тем чтобы снять недалеко от дома, где мать Васаби снимала себе квартиру, комнату в коммуналке. Чтоб Васаби бегала туда к нему, заручившись её моральной поддержкой на этот финансовый подвиг.
И когда случайно встретил своего одноклассника Ару, тут же рассказав ему о своих проблемах, тот позвонил своей бывшей жене, которая сдавала комнату в коммуналке, и договорился с ней о встрече.
Но Лёша осмотрел эту комнату на верхнем этаже, в которой жил до этого какой-то чудо-электрик, который, съехав пару недель до этого именно из-за того, что в доме протекала крыша прямо на его кровать, умудрился забрать себе все установленные им в эту комнату выключатели и розетки. И умозаключил вслух, что такая комната ему и Васаби не подходит.
Тем более что один из соседей разводил на общей кухне декоративных голубей, клетки которых висели под потолком по всей кухне. Сосед успевал вытирать их «удобрения», но запах… К нему давно привык сосед, убеждая Лёшу, что и тот привыкнет. Но не Васаби, которая после первого же визита ото всей этой затеи тут же откажется.
Понял Лёша и начал думать о том чтобы с ней окончательно расстаться. Ведь Васаби делала вид, что не изменяет ему. И говорила об этом совершенно искренне. Пока он не уличил её во лжи!
Точнее, ему рассказала об этом её сменщица. На которую он уже давно подумывал сменить Васаби, упорно не желавшую признаваться ему в измене. Чтобы он Васаби понял. И простил. Опять.
Глава16
Однажды Лёша заехал в офис сдать проценты от заявок и попить чаю со своей огромной шоколадкой с цельным фундуком, которые постоянно для этого покупал. И неожиданно увидел то, какая, оказывается, бывает Натали красивая.
И – ослепительная! Внутренне вдохновившись от того, что и они все это тоже увидели. Это вечно голодное стадо – теперь уже и до её тела – водителей такси. Которые раньше почти не уделяли ей внимания, так как до этого момента она постоянно приходила на работу ненакрашенная. Чтобы её не ревновал её парень, который работал вместе с ними.
Был. И сплыл.
Рано утром Натали приехала на смену прямо с праздника, «с корабля на бал». Точнее, с бала – на корабль. И села за вёсла. Вся удивительно накрашенная, в блёстках, необычайно дорого причёсанная, закрученная и в праздничном наряде, не успев даже переодеться после того, как всю ночь веселилась на чьей-то свадьбе. И была всё ещё веселая, громыхая вёслами. А точнее – трубками. Немного навеселе и поэтому – на взводе! И поразила своей сияющей от радости, которую дарило ей зеркальце, непрекращающейся улыбкой в самое сердце не только Лёшу, но и всех водителей, которые заходили в этот день в офис. Неожиданно для себя непроизвольно начиная к ней подкатывать. Каждый – начиная сугубо свою «произвольную программу». Увидев, какой потрясающей Натали, оказывается, может быть, когда захочет. Любого из них.
Тем более что Натали жила с трёхлетней дочерью в купленной родителями «на свадьбу» однокомнатной квартире, недавно расставшись с парнем и начиная уже подыскивать ему замену. Который тоже всё ещё работал в той же фирме такси водителем, суеверно надеясь её вернуть. На машине, которую её родители и помогли купить Демьяну, заняв денег. Видя, что у них всё серьёзно. Которые тот ещё не успел полностью выплатить её отцу, что ходил в моря капитаном судна. И недоумевал, что Натали – из-за глупой ревности – пытается с ним расстаться. Ведь тогда у него появится соблазн так и не отдать деньги. Что за блажь? Она подстрекала его на преступление!
И Демьян постоянно её именно в этом и упрекал. Пытаясь помириться и снова переехать к Натали от матери, что жила на другом конце города в частном доме.
И за пару дней до этого ослепительного момента, когда Натали решилась уже ему хоть с кем-то из водителей официально отомстить, Демьян проникновенным тоном сообщил Натали по телефону, что только что он отвозил Васаби в «гостиницу на дому». С каким-то рослым бесом. Хотя Васаби и возразила ему тогда, что они едут в гости к её (мифической) подружке, которую она давно уже ревнует к Лёше и не хотела бы, чтобы Демьян ему об этом говорил. «Да-да-да», – лишь усмехнулся Демьян, который Васаби тоже очень нравился. А точнее – его новая машина. Так как давно уже знал, что в том подъезде многоэтажного дома сдаётся квартира на первом этаже под гостиничные услуги. И прекрасно понимал, для чего именно они туда направились, так как возил в эту гостиницу уже не одну пару, желавшую поразвлечься друг другом.
Да и сам был там постоянным клиентом, как уже считала Натали.
Разрушение этого мифа о крепкой дружбе, скреплённой ещё и бутылкой водки в руках рослого беса, за которой они до этого заехали в магазин, и было последним аргументом в споре с самим собой, окончательно добившем Лёшу. Когда он, распив бутылку настойки в квартире столь разговорчивой и всё ещё невероятно красивой Натали, захотел после смены сменить Васаби. На неё, как минимум – на одну ночь. Убедившей Лёшу потоком своего красноречия в том, чтобы тот, пожелав отомстить им всем троим, занялся с ней не просто любовью, как он любит, а именно сексом.
– Обрушив на меня свою ярость! Пока я не смыла весь свой свадебный макияж, который создали мне визажисты за большие – именно для тебя! – деньги. Уже понимая, ещё до свадьбы, что хотя бы попытаюсь сегодня пойти на тебя в атаку. И попросила их как следует постараться. Как следует – теперь и тебе отблагодарить меня за это всё в постели. На все деньги!
Но в Натали Лёшу не устроило даже не то, что она не особо-то и понравилась ему в постели. Тем, что не сильно-то и старалась. Понравиться минетом ещё больше! А только и только то, что она воспринимала в отношениях с ним себя как жертву, взвалив своё пьяное тело на алтарь постели.
Заявив с утра, продолжая болтать во время секса, что идёт на этот подвиг разума исключительно ради дочери! Чтобы Лёша оплачивал им квартиру и покупал для неё и для её трёхлетней – всё подрастающей – дочери вещи и обувь. Чуть ли не каждый месяц. Ну и… Цветы, духи и прочие приятные неожиданности. Не говоря уже о продуктах. Чуть ли не каждый день. И она поддалась на его «чары соблазнения» исключительно ради этого.
«Можно сказать, развела», – понял Лёша, когда кончил на живот. И сразу начал одеваться.
– Ну, а зачем ещё тебе деньги? – не поняла Натали, заметив его реакцию.
– Действительно, для чего я, вообще, каждый день работаю? – озадачился Лёша.
– Раньше ты тратил деньги на Васаби, а теперь ты будешь тратить их на меня. Вот и всё. Для тебя ничего не поменяется, – уверяла она. Саму себя. – Кроме того, что ты сможешь у меня тут жить, и я буду варить тебе любые блюда. Из продуктов, которые ты будешь для этого покупать. Тем более что ты и сам уже знаешь, что Васаби тебе постоянно изменяла. И будет изменять ещё, – загадочно улыбнулась Натали, – ты просто ещё не всё о ней знаешь. Я потом ещё с тобой кое о ком поговорю. А я обещаю тебе не изменять, так как я уже во всё это давно наигралась. У меня уже дочь, мне не о себе, а о ней надо теперь заботиться. Я уже гораздо взрослее стала. В свои двадцать три. В отличии от Васаби, телу которой девятнадцать, а мозгам – пятнадцать! Это раньше я, как и Васаби, жила одним днём, а точнее – вечером, – улыбнулась Натали. – И спала одновременно и со своим женихом Кастором и с его родным братом-близнецом Полидевком. Наслаждаясь тем, что ни тот, ни другой Браток и не догадывались друг о друге.
– Кто тебе об этом сказал? – усмехнулся Лёша. – Так ты вышла хотя бы за одного из них замуж?
– Нет, с Кастором я прямо перед свадьбой неожиданно поругалась.
– Значит, он всё знал. И когда ты ему надоела, нашёл первый же попавшийся повод чтобы от тебя избавится. А дочка у тебя от кого из них?
– А я-то почём знаю? Они оба мне и до сих пор помогают. Потому что я каждому из них говорю, что это именно его дочь. А на ДНК они проверить это не могут, так как они близнецы-братья.
– А может быть, и не хотят, – понимающе улыбнулся Лёша, – если знают друг о друге. Чтобы одному из них обидно не стало. Мол, вместе сделали, вместе и отдуваться будем!
– Да, поэтому я официально числюсь как мать-одиночка, получая пособие. У Кастора «Лексус», а у Полидевка «Лэнд Крузер». И я уезжала тогда куда-нибудь то с одним, то с другим. Мне почему-то нравилось именно изменять с одним из них – другому. А потом, на другой день – наоборот. Видя, что они и не догадываются об этом. Меня это чисто психологически дополнительно очень сильно возбуждало. Именно – изменять! С каждым. Так-то, физически, они меня не особо-то и привлекали. Как ты, – улыбнулась Натали. – А вот играть в эту сексуальную игру «в измены» меня тогда почему-то очень сильно возбуждало. Сама не знаю.
– Зато я – знаю. Много у меня вас таких было, маньячек, – усмехнулся Лёша. – Как ты.
– И что, все они тебе изменяли? – не поняла Натали, при чём тут она. Мол, я-то честная.
– Все до единой! – усмехнулся Лёша. Над собой. – Включая Васаби. Она была последней девушкой, которой я поверил, раскрыл своё сердце и полностью полюбил. Чтобы упасть в такие бездны…
– И как ты их всех терпел? Бедненький, – усмехнулась Натали.
– Поэтому я теперь ни одной из вас уже не верю. Пока не проверю. Или ты думаешь, почему я до сих пор не женат? Ни одна из них не выдержала мою «проверку на вшивость».
– Почему это? – заинтересовалась Натали.
– Потому что меня невозможно обмануть. Я по глазам вижу, когда мне врут: по микродвижению зрачков. Это не я придумал, это подтверждённые научные данные, – добавил Лёша, видя её нескрываемую иронию. – Я серьёзно!
– Ой, да ладно врать!
– Так ты и до сих пор с ними встречаешься? – не понял Лёша её нежелания ему верить.
– Нет, конечно! – соврала она. Зрачки метнулись вправо-в-сторону – влево-вниз. – Я своему Демьяну-бедному с ними ни разу не изменила, – снова соврала она. – Ты мне не веришь? – заметила Натали, как пристально он следит за её зрачками. – Поэтому если заметишь, что я тебе хоть с кем-нибудь изменила, сразу же дуй на все четыре стороны! Я не держу. Если мне не веришь, – попыталась добить его сомнения Натали. – Алиментов на дочь мне, в принципе, от них двоих и так хватает за глаза.
К тому же, отец у меня ходит в моря капитаном судна, мы не бедствуем. Он достаточно получает чтобы ещё и мне с Миланой от него иногда перепадало. Просто, мне нужен ещё и муж.
– Чтобы быть, как все обыватели?
– Да, как все нормальные люди, – подчеркнула Натали.– Я ведь с Демьяном уже больше двух месяцев не сплю, и у меня тут, до тебя, уже успел побывать один таксист, с которым я играла «в семью», – горько усмехнулась Натали. – Из другой фирмы. Он покупал продукты и давал мне деньги. Но он был не местный. Чтобы бросить Демьяна, я согласна была уже и на это, и он иногда периодически уезжал от нас в свою деревню. Дня на два. А когда я наконец-то узнала через знакомых, что он женат (у меня и в голову не пришло заглянуть ему в паспорт), я его сразу же из дома выгнала! За то, что он меня обманул. Так он ещё и обижаться стал: «Я же тебе деньги на жизнь даю, продукты покупаю. Чего ещё тебе надо?» «Тебя. Но ты уже женат!» – меняла Натали интонацию. – «Ну и что, я и тебе и ей даю деньги. Просто, там у меня бесёнок. Не могу же я его бросить? Вот я и работаю на две семьи. У нас в деревне просто нет работы, вот я сюда, на заработки, и езжу». «Хорошо устроился!» – говорю. «А тебе-то какая разница? – не понял он. – Моя жена на всё согласна. Я ей честно про тебя сразу же рассказал». Мол, всё по-честному, представляешь? «Так мне надо, чтобы ты жил только со мной! – говорю ему. – Я не согласна быть твоей любовницей. Я могу жить даже в качестве неофициальной, но – жены. Одной единственной! Понимаешь?» Поэтому ты мне и нужен, – преданно улыбнулась Лёше Натали. – Разумеется, если ты полностью расстанешься с Васаби.
– Хорошо, я постараюсь с ней расстаться, раз уж она такая сволочь! – пообещал ей Лёша, понимая уже, что сделать это будет не так-то просто, ведь он её любил. – Только денег я ей почти что не давал, на себя тратил. – не стал он посвящать пока что Натали в то, что всё ещё отдаёт кредит за машину.
– Не, ну, а зачем вам, мужикам, ещё деньги? Кроме как тратить их на прекрасных дам! – подчеркнула Натали то, какая она красивая. – Купил раз в год штаны и футболку, и – всё. А нам, девушкам, то косметика, то духи, то прокладки, то ещё что-нибудь постоянно надо.