- -
- 100%
- +
По мере того как лодки приближались к берегу, Текум смог различить их. Это были люди с бледной кожей, о которых говорил Кукулькан. На их головах были странные блестящие шлемы, а на телах — блестящие доспехи, которые отражали лучи восходящего солнца. В их руках сверкало оружие, непохожее ни на что, что они когда-либо видели — длинные, острые мечи и какие-то непонятные палки.
Конкистадоры.
Они плыли прямо к их берегу, к их шалашам. К лагерю с ранеными.
Ужас охватил Текума, но в то же время в нем вспыхнул яростный гнев. Эти чужаки. Эти враги. Они пришли из ниоткуда и принесли с собой зло.
«Бежим, Текум!» — закричала Иш-Кан, схватив его за руку. Её глаза были полны паники.
Но Текум не мог двинуться. Его взгляд был прикован к приближающимся лодкам. В его голове пронеслись образы Ах-Пуча и Чак-Моола, их смех, их истории, их жизни. И теперь они были беззащитны.
Он почувствовал, как древняя ярость, дремавшая в его крови, пробуждается. Ярость за своих друзей, за свой народ, за мир, который они знали, и который теперь рушился на их глазах.
Шлюпки приближались. С каждой секундой они становились всё больше, и лица людей в них — всё отчётливее. На лицах конкистадоров читалась решимость, а в их глазах — холодный блеск.
Текум знал, что у них нет шансов против этих людей-богов, против их странного оружия и блестящей стальной кожи. Но он также знал, что не может просто так отступить. Не сейчас, когда его друзья лежали ранены, а его мир стоял на пороге уничтожения.
Он крепко сжал руку Иш-Кан. «Нам нужно предупредить всех в деревне, — прошептал он. — Иш-Кан, беги в лес. Найди Кукулькана. Расскажи ему обо всем».
— Нет, я не пойду, я останусь с ними, — сказала она и, как очарованная, смотрела на корабль и приближающие шлюпки.
Тогда Текум сам побежал в лес со всех ног и непонятно, что его двигало или страх перед неизвестным ужасным врагом, или желание предупредить своих, или то и другое …
Убегая, он обернулся. Шум прибоя теперь казался зловещим, а крики чаек — предвестниками беды.
Он спрятался за большим прибрежным камнем, наблюдая за тем, как шлюпки с конкистадорами подходят к берегу. Его сердце колотилось в груди, как барабан, но его разум был ясен. Он должен был выжить. Он должен был узнать правду. И он должен был отомстить.
Первая шлюпка коснулась песка. Из неё выпрыгнули люди в блестящих доспехах, их шаги были тяжелыми и уверенными. Они несли флаги со странными символами, и их лица были полны гордости и превосходства.
Новый мир только что столкнулся со старым. И этот старый мир, мир Текума, уже истекал кровью.
Это было не просто сталкновение, это было начало новой битвы, битвы за выживание, битвы за будущее.
Огромный корабль «Санта-Мария» оставался на якоре в море, его силуэт был едва виден в тумане. Его появление стало предвестником новой эры, эры завоеваний, страданий и перемен. Но там, в глубине джунглей, в сердцах майя, горел огонек сопротивления, готовый разжечь пламя новой борьбы.
Конец.
Зелёный пакет
«Эта моя маленькая капсула — моя космическая каюта,
в которой я лечу со скоростью 1674 км/ч вокруг оси Земли, и со скоростью 107 тысяч км/ч вокруг звезды по имени Солнце, и со скоростью 828 тысяч км/ч вместе с Солнечной системой по окраине галактики Млечный Путь.
И ещё со скоростью примерно 2,1 миллиона км/ч летит моя галактика среди пространства Вселенной.
Это моя палата на двух человек, в которой я один, совершенно один. Я даже не включаю этот чёрный квадрат телевизора, и я так мило накинул зелёный полиэтиленовый пакет на настенный светильник, он стал похож на далёкую галактику, что на снимках телескопа Хаббл и он наполнил мою каюту зелёным тёплым светом.
В палате есть окно, из него видна огромная пустая многоэтажка,
на которой предлагала мне считать этажи медсестра, когда я отворачивался, чтобы не смотреть, как у меня берут кровь из вены.
Здесь есть кровать с клеёнкой и старенький холодильник с пожелтевшими пластмассовыми деталями.
Я слушаю лекции по антропологии о том, какими были древние люди, как они жили и чем занимались, как они лечили друг друга и уничтожали. И почему-то эти мысли особенно приходят во время ужина в небольшой столовой, когда я ковыряю вилкой безвкусную котлету из какого-то существа, которое тоже выросло и родилось на планете Земля. А сейчас я, представитель верхушки пищевой цепочки, ем это существо с каким-то безразличием и без удовольствия, ем потому что медсестра кричала в коридоре: „На ужин! На ужин, пациенты из дальних палат!“
А все эти люди в столовой, выжившие и существующие благодаря медицине — разве им сейчас хорошо? Этому деду, трясущимися руками несущему поднос? Толстому парню, который фотографирует на стене плакат с надписью „стол номер 8“, и этой женщине, которая жадно кусает коржик смакуя каждый атом этого коржика — а коржик сделан из злаков, выросших ещё в палеозое, из злаков, которые заставили нас спуститься в саванны. Все эти люди в столовой не выжили бы и дня в каменном веке, зачем они нужны и кому сейчас? А кому нужен я? Какой-то дед в приёмном отделении такси не дождался своего сына, и это переросло в трагедию всего отделения. Как это всё странно, и как реально в тот же момент, наверное, все из столовой хотели бы убежать в саванне от саблезубых львов или мамонтов, а не от диабета и сердечной недостаточности, вцепившись в коржик…
„Спасибо“, — говорю я женщине, которая принимает подносы, но мне в ответ молчат. А почему? Ведь только что парень поставил поднос, и ему сказали „на здоровье“. Что со мной не так? Мне надо уйти в свою каюту и продолжить путешествие вокруг оси земной, вокруг Солнца и вокруг Млечного Пути. В маленькой каюте, обитой пластиковыми панелями и освещённой зелёным фонарём, который я сделал сам из обычного полиэтиленового пакета.»
В этот момент где-то там, в бесконечной темноте космоса, взрывается сверхновая, рождаются и умирают галактики, а здесь, в зеленоватом свете моей каюты-палаты, я вдруг понимаю — моя маленькая жизнь, моя борьба, мои мысли — это тоже частица этого великого движения вселенной. И от этой мысли становится легче…
«В тишине больничной ночи я слышу, как шумит вентиляция — будто дыхание самой Вселенной. Мой зелёный фонарь отбрасывает причудливые тени, и на секунду мне кажется, что это не тени вовсе, а древние наскальные рисунки, которыми мы до сих пор пытаемся рассказать свою историю. Историю существ, выживших в саваннах, победивших саблезубых тигров, построивших города, но так и не научившихся побеждать одиночество.
Мы все здесь — последнее поколение тех, кто ещё помнит вкус настоящего страха, но первое поколение тех, кто научился бояться несуществующего.
И вдруг я понимаю — эта больница, эта палата, этот нелепый зелёный свет — это не остановка в пути. Это и есть путь. Мы летим сквозь пространство и время не потому, что сильные, а потому что живые. И даже здесь, в стерильной тишине, под капельницей, считая этажи пустой многоэтажки, мы продолжаем главное дело наших предков — мы выживаем. Просто теперь наши пещеры обиты пластиковыми панелями на которых перемигиваются пожарные датчики, наши костры горят люминесцентным светом, а наши духи носят белые халаты.
Я закрываю глаза и чувствую, как моя маленькая капсула-палата продолжает свой путь сквозь космос. 828 тысяч километров в час — не так уж мало для…»
Когда ангелы плачут часть 1
Когда Эльза наконец осознала, что источник существования найден, на мгновение её лицо осветилось тихой радостью. Жить честно своим трудом — великий дар, слава Богу! Постепенно она погружалась в работу. Она даже приобрела себе подержанный Xiaomi; ей доставляло удовольствие любоваться и делать селфи своего прекрасного лица, когда она выкладывала в социальные сети фотографии; всё пережитое постепенно забывалось, и думала она лишь о дочери Сабине, о светлом будущем; она чувствовала себя почти счастливой.
Эльза сняла скромную комнатку и обставила её в кредит: это был остаток той прошлой жизни, до эвакуации.
Не имея возможности выдавать себя за россиянку, она остерегалась говорить кому-либо, что у неё есть маленькая дочь, оставленная у очень хороших людей.
Не умея хорошо писать по-русски, находясь в России, она была вынуждена использовать переводчик.
Как и все молодые матери, она часто погружалась в смартфон, и это замечали. В женской швейной мастерской начали шептаться, что Эльза «кому-то пишет» и что у неё «странные повадки».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.