Моя злодейка – Миссия в шоке

Глава 3 Хранитель тайн

По извилистой горной дороге полз слегка дымящийся Мерседес с пробитым колесом, похожий больше на дуршлаг, нежели на машину. Давид листал одну за другой радиостанции, пока не услышал спокойную музыку. Он подъехал к закрытому шлагбауму и трижды просигналил S.O.S. азбукой Морзе. Спустя минуту пожилой мужчина открыл шлагбаум.

– Жума, возьми все необходимое, – сказал Давид и продолжил движение вверх по склону, вдоль захоронений мусульманского кладбища.

Слегка дымящийся Мерседес остановился на ровной площадке. Давид оглядел богатые могилы элитного кладбища, где только одно место под захоронение могло достигать стоимости квартиры, а мазары, выложенные из дорогого мрамора, напоминали уменьшенного размера дворцы. Глядя на ночной город, укрытый покрывалом смога, Давид набрал полные легкие чистого горного воздуха. За спиной послышался голос Жумы:

– Я думал, лихие девяностые в далеком прошлом, – сказал он, медленно подходя к Давиду, глядя ему в спину.

– Я тоже так думал, старина, – выдержав небольшую паузу, ответил Давид. – Ты принес?

– Да! – промолвил Жума без лишних слов и передал ему черную коробочку, глянув по сторонам, словно проверяя, нет ли посторонних. – Ну, я пока пойду? Все подготовлю.

– Давай, старина, – кивнул Давид, сжимая коробочку в руке. – Только не задерживайся.

Давид сел на заднее сиденье, открыл подлокотник и достал маленький сверток. Прошло несколько минут. Давид откинулся на спинку сиденья. Лицо его стало пустым и отстранённым, зрачки сузились. Напряжение от погони не исчезло – оно лишь притупилось, спряталось глубже, оставив после себя странную тяжесть и легкое беспокойство. По радио звучала спокойная музыка, Давид задумчиво покуривал сигарету, размышляя о случившемся, открылась водительская дверь, Жума сел за руль, завел машину и тронулся.

– Все готово, правда, пришлось немного повозиться, – сказал запыхавшийся Жума, вытирая ладонью пот со лба.

– Да я никуда не тороплюсь, – ответил Давид спокойно, стряхнул пепел и неторопливо потушил сигарету.

Машина остановилась возле необычного захоронения. Крыша (мазара), была ровной и нетипичной для мусульманской могилы. Жума достал связку ключей из кармана, с брилком, похожим на пульт от сигнализации, он нажал на кнопку: лампочка на пульте замигала и мазар стал плавно уходить под землю, до тех пор пока крыша его не сравнялась с землей. Из-под склона горы бил яркий свет. Тоннель, проделанный в горе, больше напоминал дорогу, ведущую в загробную жизнь.

Машина плавно тронулась, метров десять пути по тоннелю и вот он, белый, освещенный гараж, рассчитанный как минимум на сто парковочных мест. Жума еще раз нажал на кнопку пульта и медленно продолжил движение в конец гаража. Машина двигалась вдоль пустых парковочных мест, со стоящими в одиночестве то обстрелянными, то обгорелыми машинами.

– Посмотри, Давид, это все, что осталось от системы.

– А как ты хотел, ничто ни вечно, страна уверенно стоит на ногах и делить власть с преступниками не собирается. А точнее все легализовано и подконтрольно.

– Это как?

– Ну, как? А так… Раньше город мы контролировали, бизнес, базары, все нам платили и боялись. Сходняки, общак, интересное время было!

– Да было дело… А сейчас кто вопросы решает?

– Ты как с луны свалился, старина.

– Да я дальше кладбища никуда, разве что раз в месяц на рынок за продуктами и все.

– А сейчас вопросы решают гос чиновники. Проще говоря, люди в погонах, кнут и пряник.

– Приехали, – сказал Жума, глядя в зеркало заднего вида, его пальцы нервно постукивали по рулю.

Машина остановилась в метре от пластиковой двери с тонированными витражами. Давид молча вышел, обошел автомобиль и открыл багажник.

– М-м-м… Так вот в чем дело! – подумал он, глядя на спортивную сумку.

Жума, оглядевшись по сторонам, открыл дверь, и они оба вошли в офисное помещение. Давид бесцеремонно поставил сумку на стол, стоящий посреди комнаты, и опустился в кожаное кресло, не спуская глаз с таинственного груза.

– Ну, открывай, старина, – сказал он, крутя пачку «Орбита» между пальцев, его голос был спокоен, но в глазах вспыхнул азарт.

– Только не говори, что ты не знаешь ее содержимое? – Жума прищурился, наблюдая за реакцией.

– Нет, не знаю.

– Чтоб ты рисковал и не знал, на что идешь? Не верю!

– Это стечение обстоятельств, не больше. Мне самому интересно, что в этой злосчастной сумке.

– В смысле? – недоверчиво переспросил Жума.

– Потом объясню, давай открывай, – еле сдерживая любопытство, поторапливал Давид, надавив большим пальцем на пачку «Орбита». Из нее выпало пару подушечек, которые он поочередно закинул в рот, словно стараясь скрыть волнение за равнодушной жевательной жестикуляцией.

– Вот это да! Да тут минимум миллион! – с горящими глазами воскликнул разом помолодевший Жума, не веря собственной удаче, и начал выкладывать на стол аккуратно упакованную валюту в долларовом эквиваленте.

– На, взгляни, тут какие-то бумаги, – сказал потерявший рассудок Жума, небрежно протягивая Давиду пачку документов, словно бумага теперь не имела для него никакой ценности.

Доставая из файла бумаги, Давид увидел, что на дне лежит флэш-карта, через ушко продета армейская цепочка, на которые обычно вешают жетоны с личными данными.

– Интересно, интересно, – проговрил он, надев цепочку на шею и приступил к изучению бумаг.

Спустя мгновенье он опрокинул голову назад и глядя в потолок будто в пропасть, с тяжестью на сердце, тихо произнес:

– Вот так попал!

Прокрутив за минуту километры мыслей, он соскочил с кресла и обеспокоенно крикнул:

– Жума, да брось ты эти деньги!

Три черные машины, крадущиеся тенью, передвигались по ночному городу в поисках возмездия, не соблюдая никаких правил дорожного движения. Они искали куда податься, где взять точку отсчета и как найти этого Давида.

– Останови машину! – крикнул обеспокоенный майор водителю, держа в руках мобильный телефон. Голос его звучал резко, напряженно.

Машины замерли посреди проезжей части, все затаили дыхание, ожидая дальнейших действий. Майор вытер пот с лица, сглотнул и взял трубку, стараясь придать голосу уверенность.

– Да! Алло. – его рука чуть дрогнула, но голос оставался ровным.

– Я слышал, что ты меня подвел? – раздался спокойный, почти ленивый голос на другом конце линии.

– Я все исправлю, дайте время. – поспешно ответил майор, чувствуя, как ледяная струя пробежала по позвоночнику.

В этот момент зазвенел мобильный Тимы. Прижав рукой телефон, он повернулся к майору, кивнул и, не говоря ни слова, вышел из машины.

На проезжей части тут же начался хаос: недовольные водители громко сигналили, объезжая обнаглевшие машины, перегородившие дорогу.

Тима, совершенно не обращая на них внимания, говорил по телефону. Почти вплотную к нему подъехала легковушка, из которой разъяренный водитель несколько раз нажал на сигнал.

Тима медленно повернул голову, словно удивленный наглостью этого человека. Не спеша, он достал пистолет, направил его на водителя и, поднеся палец к губам, приказав молчать. Водитель тут же побледнел, словно в нем не осталось ни капли крови.

Затем Тима спокойно поставил ногу на бампер той же машины и продолжил разговор, не сводя глаз с перепуганного мужчины, который уже боялся даже дышать.

Тем временем майор продолжал слушать голос в трубке – голос человека, прославившегося своей жестокостью.

– Так что времени у тебя в достатке, – предупредил седовласый, высокий мужчина в дорогом костюме, лениво глядя на часы Rolex, подаренные ему совсем недавно премьер-министром Российской Федерации. – С первыми лучами солнца жду хороших новостей. Смотри, не облажайся.

– У меня все под контролем, будьте уверены, я не подведу! – выпалил майор, но на другом конце уже раздались короткие гудки.

Дверь машины открылась, и сел Тима, все еще с холодным, сосредоточенным выражением лица.

– Трогай! – бросил он водителю. – Шеф, есть адрес этого Давида, – с приподнятым настроением сообщил Тима. – Он живет в Казахфильме вместе с женой и сыном. Остальную информацию наши спецы скинут по электронке в течение часа.

– Ты посмотри, у отморозка заработали мозги! – ухмыльнулся майор.

По машине прокатилась волна смеха. Однако в глубине души майор был растоптан. За всю его карьеру не было ни единого промаха, ни обстоятельств, в которых могли бы его упрекнуть. До рассвета оставались считанные часы. И как умирающий от жажды в пустыне он жаждал встречи с Давидом.

– Жума, да брось ты эти деньги! – раздраженно сказал Давид, видя, как тот одержимо продолжает пересчитывать наличку.

Но Жума, словно оглох, только бубнил что-то себе под нос, поглощенный шуршанием купюр.

Давид резко схватил его за ворот рубашки и слегка потряс, заставив очнуться.

– Миллион двести тысяч! – наконец-то выдохнул Жума, глядя на него безумными, полными алчности глазами.

– Ответь мне, старина: мертвецам нужны деньги? – голос Давида прозвучал как удар хлыста.

– Каким мертвецам? Ты о чем? – нервно переспросил Жума, будто почувствовав, что его веселье только что окончилось.

– Ты жить хочешь? – холодно спросил Давид.

– Конечно, хочу, особенно сейчас, – слабо усмехнулся Жума и с благоговением поцеловал одну из купюр.

– Из техники есть что живое? – продолжил Давид, игнорируя его жест.

– Только Бандит.

– Какой Бандит? – нахмурился Давид.

– Мотоцикл «Сузуки Бандит».

– А из пострелять?

– О-о-о… «Весь набор…» – с гордостью протянул Жума.

Он дернул за шнурок светильника, висевшего над старой школьной доской. Лампочка качнулась, заливая комнату колеблющимся светом. Затем Жума надавил на доску, и та плавно отъехала в сторону, открывая взгляду Давида внушительный арсенал оружия.

На металлических полках выстроилось все – от СВД до АКМ, словно в каком-то подпольном магазине смерти.

Давид задумчиво оглядел внушительное собрание.

– Круто, старина! Марку не теряешь, – одобрительно кивнул он, вытянув руку и легко коснувшись одного из стволов.

– Я возьму только Макаров и вот этот метательный нож, со смещенным центром тяжести, – добавил он, не сводя глаз с оружия. – Да, старина, еще мне нужен рюкзак и чистая мобила.

– Мобилы нет, – спокойно ответил Жума.

– Жаль, – чуть нахмурился Давид, но не стал на этом зацикливаться.

Он посмотрел на деньги, потом снова на Жуму и, приняв решение, отделил одну треть суммы.

– Это тебе, – сказал он, протягивая деньги. – Поедешь в Европу, погуляешь, отдохнешь, а я тебя там найду.

– Европа большая… Куда мне именно ехать? – подозрительно уточнил Жума.

– Без разницы. «Вот возьми, – Давид протянул ему записку, – на этот электронный адрес скинь место проживания и все».

– Ты же сказал: «Езжай, отдохни». Зачем нам встречаться в Европе? – насторожился Жума, чувствуя, что все не так просто.

– Ты мне нужен, – Давид посмотрел на него так, что возражения стали бессмысленными. – Именно ты сыграешь одну из важнейших ролей в моей игре.

– Что-то я расхотел ехать в Европу… – пробормотал Жума, почесав затылок. – Предчувствие у меня нехорошее… Ты знаешь, я уже старый стал…

– Так, все, хватит! – резко прервал его Давид. – Ты же знаешь, что выбора у тебя нет.

Жума тяжело вздохнул и провел рукой по лицу, словно смахивая годы, вдруг навалившиеся на него.

– Да знаю… – обреченно пробормотал он, снова постарев на пару лет.

– Где твой Бандит?

– Да вон он, в углу стоит, – кивнул Жума, но его голос уже не выражал той радости, что была минуту назад.

Возле стены с выбоинами от пуль и брызгами высохшей крови пылился серебристый стрит байк, на ручках которого аккуратно висела, черная кожаная куртка и тонированный шлем.

Пистолет за поясницу, нож на запястье, надетая черная кожаная куртка и тонированный шлем. Давид сел на мотоцикл и повернул ключ.

– Да ты офигел, старина!

– Что?

– Ты же сказал, он на ходу!

– Ну да! – с удивленным выражением лица ответил Жума, щелкая ключом туда-сюда.

– А когда ты заводил его в последний раз?

– Не помню, год назад что ли…

– Год назад! Давай толкай, будем с толкача заводить. Аккумулятор сел.

– Ты серьезно?

– Давай – давай…

– Я ненавижу тебя! Не-на-ви-жу… – повторял Жума и толкал мотоцикл.

– Давай, давай, старина, поднажми, – подстегивал его Давид.

Изо всех сил напрягся подзаржевевший Жума. Давид включил скорость, сопротивление возросло, надрываясь, он продолжал толкать, как в одно мгновение с грохотом, будто пуля вылетела из ствола, байк устремился в конец гаража. Бедный Жума в полусогнутом состоянии бежал еще пять метров, пытаясь поймать равновесие, но все равно упал. Подняв голову, он увидел быстро приближающегося к нему слепящий свет. Испугавшись, что тот проедет по нему, он прикрыл лицо кистью рук, прищурил глаза и закричал:

– Не-е-е-т…

Жуме повезло, мотоцикл остановился в нескольких сантиметрах от него, так, что оторвало заднее колесо. Прощаясь с Жумой, Давид опустил стекло шлема и крикнул:

– До встречи в Европе, старина!

Жума, стоя на карачках, нажал на кнопку пульта и со вздохом ответил:

– До встречи!

Двигатель мотоцикла взвыл: выстрел, клуб дыма и словно пуля полетел Давид к новым испытаниям. Ну, а Жума, сел на холодный бетон, склонил голову на руки, локти которых лежали на коленях и с облегчением вздохнул.

Седовласый, не молодой и не старый, посвятивший всю свою жизнь преступному миру, как хранитель тайн, в глубине души не знал что делать, как быть, задал себе множество вопросов и не нашел ни одного ответа. Лишь внутренний голос, неоднократно повторял: «До встречи в Европе, старина»!

Глава 4 Так же, как замерло его сердце

Тима отдал приказ водителю, не сводя напряженного взгляда с дороги:

– Останови машину! Видишь ворота в виде трех тузов? Судя по всему, это его дом.

Машина плавно затормозила. В наступившей тишине майор недоверчиво приподнял бровь, осматривая здание:

– Не слишком ли крутой дом у наркомана?

– По информации, которую мне слили, это дом его жены, – холодно пояснил Тима, не отрывая взгляда от массивных ворот. – Она один из лучших финансистов страны.

Майор, недовольно поджав губы, кивнул, обдумывая услышанное.

– Хорошо! Работаем тихо и без крови. Надеюсь, меня все поняли?

– Есть, шеф! – раздалось несколько голосов.

– Так точно!

– Так точно! – повторили остальные бойцы, будто отзвуки в пустом коридоре.

Майор с прищуром посмотрел на Тиму, выжидая.

– Не слышу?

Тима помедлил на долю секунды, не скрывая раздражения.

– Так точно! – ответил он недовольным тоном, словно слово застряло у него в горле.

Майор задержал на нем взгляд, но спорить не стал.

– Работаем нашей группой. Остальные – по периметру, – четко отдал он распоряжение, делая знак бойцам к действию.

К забору вплотную подошли два бойца, по которым быстро вскарабкались еще двое и Тима. Следом раздался один короткий лай, потом визг и тишина. От услышанного шума проснулась женщина. Не включая свет, она начала спускаться вниз по лестнице. Бойцы отмычками быстро вскрыли входную дверь. Услышав, что в дом кто-то проник, она укрылась за стеной, возле входной двери на кухне, держа в руках самую длинную скалку. В полнейшей тишине один из бойцов крадущейся походкой попытался пересечь порог, но получил удар по переносице и упал на пол. Следом зажегся свет и на кухню залетел Тима, держа в руках пистолет с глушителем.

Майор отдал приказ обследовать первый этаж, а сам пошел на второй. Тима медленно пытался подойти к жене Давида, державшей в руках скалку: «Давай просто поговорим, тебя пальцем никто не тронет, я обещаю»!

В этот момент она ударила скалкой по пистолету, тот вылетел из рук Тимы. И только она хотела нанести второй удар, как он, набросившись, обхватил ее, и они оба приземлились на стол, который от тяжести рухнул. Тима два раза ударил ее кулаком по лицу, та перестала оказывать сопротивление. А когда он хотел поднятся на ноги, она нащупала перечницу и бросила ему в лицо. Жгучая, невыносимая боль, он схватился за лицо руками, а она, воспользовавшись моментом, подняла лежащий на полу пистолет и направила на него. Следом прозвучал приглушенный выстрел, алая кровь окропила белый кухонный пол, она сделала пару шагов назад, уперлась в стену и медленно сползла по ней. Боец, которого она ударила по переносице, еще несколько секунд держал пистолет, направив на нее, потом поднялся, шатаясь пошел к Тиме и повел его к раковине, чтобы тот мог вымыть глаза от жгучего перца.

Майор тем временем осматривал комнату за комнатой на втором этаже. Распахнув очередную дверь, он увидел силуэт ребенка, сидящего в пижаме на кровати. Он зажег свет и убрал пистолет.

Майор склонился к мальчику и заговорил с фальшивой лаской:

– Привет, малыш.

Ребенок прищурился, протер глазки кулачком и спросил сонным, но недоверчивым голосом:

– А где мама?

– С мамой все в порядке, она рядом, – спокойно ответил майор и, немного неуклюже, взял ребенка на руки.

Мальчик уставился на него с изучающим выражением, явно просыпаясь быстрее, чем хотелось бы майору.

– А вы кто?

– Я друг твоего папы, – ответил тот, чуть скривив губы в странной полуулыбке.

Но малыш лишь нахмурился и, все еще глядя прямо ему в глаза, сказал с неожиданной твердостью:

– Мой папа не дружит с людьми в погонах.

Майор растерялся. Он не привык разговаривать с детьми, да и вообще не знал, что такие мелкие человечки могут быть столь сообразительными.

На секунду в комнате воцарилось молчание. Затем он все же нашелся с ответом и, решив взять инициативу в свои руки, грубо бросил:

– Ты прав, малыш, я не дружу с такими, как твой отец!

Чтобы подкрепить слова, он скорчил страшную гримасу, надеясь напугать мальчишку. Но ребенок даже не моргнул. Он лишь хлопал ресницами и продолжал смотреть на него своими смелыми, яркими голубыми глазами.

В этот момент из-за спины донесся отчетливый голос бойца:

– Пусто.

Майор кивнул, принимая информацию, и тут же отдал приказ, не оставляющий места для обсуждений:

– На, забери его, поедет с нами.

Боец без церемоний взял мальчонку на руки и направился к выходу. Но как только они поравнялись с открытой дверью спальни, ребенок резко начал вырываться, его личико исказилось страхом.

– Мама… Мама… – отчаянно закричал он, барахтаясь.

Боец раздраженно стиснул зубы и грубо прижал малыша к себе, пробормотав сквозь злость:

– Заткнись!

Ребенок продолжал плакать, но сопротивление его становилось слабее. Майор лишь равнодушно наблюдал.

Глаза малыша наполнились слезами, но ни одна слезинка не покатилась.

Майор молча смотрел на картинку: пол в крови, стол вдребезги, боец, вправляющий себе раздробленный нос, Тима с головой окунувшийся в раковину и мертвая жена того, кого не может никак найти одна из самых влиятельных спецслужб страны. Прозревший Тима мутными глазами поймал недовольный взгляд шефа и не стал оправдываться, лишь склонил голову, дав понять, что нет ему оправдания.

Майор понимал, что время играет против них и было бы неплохо сорвать всю свою злость на этих двух неудачниках, но нельзя, сейчас необходимо действовать.

Майор окинул собравшихся тяжелым, холодным взглядом и, сжав кулаки, выдал ледяным голосом:

– Я с вами позже разберусь, а пока я даю вам шанс все исправить.

Неудачники мгновенно встрепенулись. Надежда вспыхнула в их глазах, словно огонек, едва тлеющий на ветру. Шанс проявить себя, шанс избежать гнева своего командира.

Майор выдержал короткую паузу, а затем, перейдя на командный, чеканный тон, громко отдал приказ:

– Обыскать дом, проверить всех друзей – подруг, родственников, знакомых! Проверить все звонки, отследить места, где он бывает и где обитает. Дать ориентировку патрульным службам! Задействовать все доступные ресурсы!

Он перевел дыхание, прищурился, затем процедил сквозь зубы:

– Из-под земли достаньте мне этого наркомана!

Эти слова ударили по воздуху, как плеть, вызывая у подчиненных нервное напряжение. Никто не осмелился даже кашлянуть.

Майор окинул собравшихся тяжелым, пронзительным взглядом. Этот взгляд не повышал голос – он отменял возражения. Майор сделал короткую паузу, затем голос его понизился, стал холодным и опасным:

– Выполнять!

Жест головы сопровождал приказ, и люди мгновенно сорвались с места.

Когда все пришло в движение, он резко повернулся к Тиме, остановил его взглядом и сказал:

– Тима, постой.

Тот вопросительно приподнял бровь, но молчал.

– Оставь здесь двух самых лучших бойцов. Вдруг он появится.

Тима кивнул, понимая, что обсуждению это не подлежит. Майор еще раз оглядел своих людей, словно запоминая каждого, а затем, не говоря больше ни слова, повернулся и вышел.

А тем временем мотоцикл выдавал все, что мог, двигатель работал на пределе. Стекла домов вибрировали, а на припаркованных машинах срабатывала сигнализация. Давид знал с кем имеет дело и потому торопился домой, чтоб защитить семью. И вот тот самый мост, где лоб в лоб мог столкнуться Тима и Давид. Однако разошлись пути, один проехал по мосту, другой под ним. К тому же, он уже был близок к дому.

Элитный район, расположенный на холмистой местности. Давид заглушил двигатель мотоцикла и с возвышенности смотрел на темные окна своего дома. На участке он увидел преданного, но мертвого друга по кличке «Шанс». Вниз по склону, вдоль домов, шла старая лестница с маленькими ступеньками. Спустившись по ней и преодолев маленький квартал частного сектора. Давид подошел к высокому забору, из-под фундамента вытащил что-то похожее на гвоздодер, с крючком на конце. Он подошел к колодцу теплоцентрали и крючком подцепил тяжелый чугунный люк. Давид с детства дружил с криминалом, он был неотъемлемой частью его образа жизни. И с кем бы он ни жил, с женой или с родителями, у него всегда был потайной ход, так как в любой момент его могли навестить, если не менты, то бандиты.

Уже находясь в гараже, он снял с себя рюкзак, полный денег и положил его на водительское сиденье, опустил стекло и проверил, горят ли фары. Давид не знал, сколько человек в доме, как они вооружены и на что способны. Одно он точно знал: Семья в опасности и медлить нельзя.

Отключив на щитовой подачу электроэнергии, он беззвучной походкой прошел по узкому коридору, ведущему из гаража в дом. Укрывшись за барной стойкой, он бросил в сторону входной двери рюмку, разбившуюся с легким звоном. Сам замер и наблюдал за происходящим. Но к его удивлению царила полнейшая тишина. Никаких шорохов или движений не наблюдалось. «Не может быть», подумал он. И уже хотел сделать первые шаги, как увидел тень человека с автоматом в руках. Он прекрасно знал, что межкомнатные двери дома очень тонкие. Прицелившись, он произвел два выстрела, и сразу на него обрушился ответный огонь. Он сидел за баром, прикрыв голову руками, а на него падали осколки битой посуды. Все вокруг него искрилось и сверкало. Выждав момент, он вытащил из-за бара руку и наугад стал палить в ответ, за что на него с большей силой посыпались осколки. Секундная пауза на перезарядку, чего и ждал Давид, тот самый момент, когда надо действовать. Он встал во весь рост и сделал несколько выстрелов в их сторону. После чего бросился бежать в сторону гаража. Следом, буквально впритирку, летели пули, но он чудом успел добежать до машины и ослепил их ксеноновыми лучами фар. Они были у него как на ладони, тогда, прицелившись, Давид открыл ответный огонь. Один упал бездыханным, второй был ранен.