Наследие эллидора. Вторая часть

Taxo – мёртвая жизнь мёртвого озера

Хэил открыл глаза и увидел ясное небо и полосу перистых облаков слева. Он лежал в воде у самого берега. Холод одной половины тела и тепло другой – контраст, напомнивший о жизни. Хэил сообразил, каким образом очутился в воде. Он живо вспомнил, с каким трудом подлетая к земле на огромной скорости преобразовал тело. Он попытался встать, но перед носом появился острый штык, и грозный голос предостерёг:

– Не двигайся!

Их было семеро. У каждого в руке оружие: штыки, кинжалы, копья. Хэил не стал сражаться. После падения и преобразования он был слишком слаб. К тому же нападение диалогу не способствует. Он медленно поднял руки.

– Тебе повезло, ещё полчаса, и тебе конец, маг, – к нему наклонился седой бородач.

– С чего вы решили, что я маг? – по тону старика Хэил понял – эти «милые» ребята недолюбливали магов.

– Люди с неба не падают. – Старик выпрямился и посмотрел вверх. – А если и падают, – его взгляд быстро переместился на водную гладь, – в живых их не ищи.

– Что вы имеете против магов? – от прошедшего по телу озноба Хэил передёрнул плечами: мокрая, прилипшая к телу одежда раздражала.

– В нашей деревне магам нет места! – зло выкрикнул старик и затряс длинной тонкой бородой.

Увидев в нескольких шагах кромку леса, Хэил обрадованно заявил:

– Тогда, чтобы не нарушать покой, я пойду.

В ответ старик презрительно фыркнул, стремительно пошёл прочь и бросил на ходу:

– Уведите его!

Оставшаяся шестёрка подхватила Хэила и потащила в неизвестном направлении. Через несколько минут пленника бросили в квадратный «загон», обнесённый по периметру высоким деревянным забором. «Хлоп» – маг свалился на что-то мягкое и тёплое. Деревянная калитка захлопнулась, и Хэил остался лежать в одиночестве.

Со всех сторон его окружала вода, и только тонкий деревянный мостик вёл к выходу. Под ногами лежал прогретый солнцем резиновый настил. От него шёл неприятный жар. «Странная тюрьма» – Хэил подошёл к калитке и посмотрел промеж досок.

На воде расположился небольшой красивый деревянный городок. Разрозненные домики соединялись между собой разными по длине и ширине мостками. В центре возвышался трехэтажный терем, украшенный изящной резьбой.

Чтобы спокойно поразмыслить, как выбраться из плена, Хэил сел, но тут же пожалел о подобном решении – резиновый настил раскалился на солнце и обжигал. «Если находиться в „загоне“ целый день, – подумал он, – можно одуреть от жары. Если же при этом не есть и не пить – умереть недолго. Сутки – трое, и – конец. Умереть от жажды в непосредственной близости от воды – это поистине мучение».

Хэил посмотрел на преграду, отделяющую его от свободы. Два с половиной метра. Забор невысокий. При желании его можно сломать или, используя силу, перепрыгнуть. Единственное, что смущало – лёгкость, с которой можно было избежать плена. Хэил здраво рассудил, что это неспроста. Он протянул руки в сторону воды и закрыл глаза. К нему пришло странное ощущение неживого затишья, словно в воде всё вымерло. «Мёртвое, мёртвое, мёртвое», – вертелось в голове противное слово. Перед глазами возникла книга в неудобном мягком переплёте, старая, помятая и сальная страница, выцветший рисунок…

– Мёртвое озеро Тахо, – тихо проговорил пленник и уставился в пустоту. – Никто живым не возвращался!

Сколько Хэил просидел на солнцепёке, неизвестно, но только голова надоедливо гудела, во рту пересохло, глаза закрывались – хотелось спать.

– Эй! – прозвучал хриплый старческий голос.

Хэил поднял голову. За калиткой стояла сухонькая злая старуха. Её седые волосы, старательно зачёсанные назад, делали лицо ещё тоньше. Маленькие глазки, выглядывающие из-под нависших дряблых век, ядовито щурились. Седые брови топорщились в разные стороны. Бесцветные тонкие губы криво усмехались.

– Уходи отсюда! – Старуха открыла калитку, набрала слюны, смачно плюнула в сторону мага и, развернувшись, пошла по узкому мостку прочь.

Хэил осторожно переступил порог «тюрьмы». Старые доски звучно скрипнули. В городке на воде по-прежнему никого не было. Маг остановился посреди мостика. Он всмотрелся в воду – ни движения, ни всплеска.

Маг неторопливо дошёл до центра деревушки, открыл большую, тяжёлую, резную дверь трехэтажного терема и заглянул внутрь – никого. «Куда делась старуха? Может, здесь живут одни призраки? – Он поджал губы. – Не нравится мне все это!».

Хэил подошёл к большому дубовому столу посередине комнаты. На нём не было ничего необычного: книги, чертежи, наброски. Скорее всего, здесь проходят или проходили собрания местных жителей. Маг перевернул чертёж и увидел устройство, похожее на катушку. На следующем листе обнаружилась конструкция, напоминающая мельницу. Возможно, это выдумки местного изобретателя.

Маг вышел из терема – глупо тратить время на ерунду. Он стал искать «тропинку» с деревянного острова. Но куда бы он ни шёл, всё время возвращался к терему.

«Вот тебе и лёгкий выход! – усмехнулся Хэил. – Что я дурака валяю? Берег близко. Проплыть каких-то сто метров – и на свободе». Чтобы проверить присутствие магии, Хэил присел и хотел опустить руку в воду, но у самой кромки неожиданно отдернул её.

– Правильно, – услышал он женский голос. – Если жизнь дорога, не стоит туда руки совать. Маг ты, не маг, а смерть верная.

Хэил выпрямился и обернулся. В десяти шагах стояла плотная высокая красивая женщина лет сорока. Прямой нос, прямые брови, большой лоб и каштановые с проседью прямые волосы. Она бросила в воду рыбу, которую держала в руках. «Тррр», – разряд тока прошёл по водной глади. Рыба всплыла брюхом кверху. Хэил обмер.

– Пойдём, выведу тебя отсюда. – Женщина подхватила корзинку, полную мелкой живой рыбы, и пошла в сторону терема.

– Почему вы помогаете мне? – Хэил не двигался с места. – Сначала оставляете взаперти, а потом спасаете?

Незнакомка обернулась.

– Не я тебя в загон сажала. Старуха Халтэ всех пленных выпускает. Те на радостях в воду прыгают и угу… – Женщина указала на рыбу, плавающую брюхом кверху. – Или блуждают по острову днями напролёт, никого не находят и опять-таки в воду прыгают – подлый замысел старейшины Таски. Тот ещё пройдоха! А я?.. Мне помощь мага нужна. Твоя, стало быть. Помогаю в надежде, что поможешь ты. Пойдём. У нас на всё про всё два дня. Раньше сюда никто не сунется.

– Может, это тоже ловушка? – Хэил нахмурил лоб.

– Сам решай. Жил рыбу ждёт. Не приду вовремя – крик поднимет. – Женщина пошла дальше.

Хэил поспешил следом. Сначала они вошли в главный терем, поднялись на третий этаж и вышли на балкон. С него узкий подвесной мостик вёл к соседнему двухэтажному домику. Идти пришлось под наклоном. Помогали перпендикулярно прибитые к мостку тонкие рейки. Мост опасно шатался и на разные лады скрипел прогнившими досками. Дом, в который они вошли, напоминал башню. Он был круглым, два с половиной метра в диаметре. На верхней площадке стояли маленький столик, удобный стул и шкаф до потолка. Внизу – полукруглый диван-кровать.

Они вышли наружу и по широкому полукруглому мосту, уходящему вверх, прошли до следующего строения: одноэтажного прямоугольного короба, больше напоминающего ящик. Женщина открыла тонкую дощатую дверь и вошла внутрь, затем остановилась и преградила путь рукой. Потом, призывая к молчанию, приставила палец к губам и указала на длинный ящик у стены: лезь, мол, туда. Делать нечего, Хэил подчинился и захлопнул откидную крышку. В ящике пахло зерном и мышами. В горле запершило. Хэил поморщился и приподнял крышку, но женщина шикнула на него, и он опустил крышку на место. Не успел маг удобно расположиться, как в помещение вошёл кто-то, уселся на короб и закурил. Хэил понял это по запаху.

– Что за мелочь притащила? – услышал он грубый хриплый мужской голос.

– Что было, то принесла. Не нравится, сам на рыбалку через треклятое озеро отправляйся. Я достаточно потрудилась, – в голосе женщины были слышны нотки раздражения.

– Ишь ты, смелая! Всегда заносчивой была, нынче совсем обнаглела. Пожалуюсь на тебя Таски. Мигом дурь из башки выбьет. – Мужчина противно захихикал, то ли похрипывая, то ли прихрюкивая. – Везет тебе, Тэ́сия, дочь Алинэ, а то бы давно вслед за мужем в озеро полетела, – ящик, в котором притаился Хэил, трясся под грузным телом зло смеющегося мужика.

– Ты не лясы точи, а дело делай, – услышал Хэил голос женщины.

Смех смолк.

– Злая ты стала, Тэсия. Мужской руки тебе не хватает, – в щель Хэил видел, как мужчина подошёл к женщине и обхватил её за талию. – Приходи ко мне вечерком, поговорим о том, о сём.

– Ишь, чего удумал! – Женщина высвободилась и шумно поставила корзинку на короб. – Забирай! Меня Таски ждёт. Убрать у него должна. Хватится – проблем не оберёшься.

– Дура ты, злая баба! – Мужчина подхватил корзину и, пнув ногой дверь, вышел.

Женщина откинула крышку короба и приказала Хэилу следовать за ней. Маг выскочил и как можно тише чихнул.

Снова вышли на улицу и пошли по длинному-длинному настилу. Вскоре «тропа» упёрлась в небольшую площадку с тремя совершенно одинаковыми домами. Тэсия прошла в крайний справа, поднялась на второй этаж, по мостку перешла с соседний дом, спустилась, вышла на улицу и прошла к следующему дому: небольшому круглому и пустому. Маленькое окошко с витражными стёклами тускло освещало комнату. Хэил огляделся по сторонам. Он пытался понять, куда они пойдут дальше. В комнате была только та дверь, через которую они вошли. Маг посмотрел под ноги – может, там люк? Но нет. Пол был гладким. В это время женщина открыла окно и полезла наружу. Хэил вылез следом. Они оказались на балконе без перил. Метрах в десяти хорошо просматривался берег. Женщина развернулась лицом к окну, подняла руки, открыла люк и вытащила веревочную лестницу. Спустилась на площадку ниже и влезла в окно. Хэил раскрыл от удивления рот: «Зачем такие трудности? Гораздо проще убить незваного гостя, и никаких проблем! Или местные жители, дожидаясь „естественной“ смерти пленника, развлекаются?». Хэил спустился и влез в окно. Тэсия ждала его там, сидя на узкой откидной лавке. Когда маг влез, она указала на место рядом с собой. Хэил, хоть недоумевал, к чему привал, послушно сел. В полу открылся люк и по нему, как по горке, они съехали вниз.

– Ох! – выдохнул маг.

Хэил встал и помог Тэсии подняться. Она отряхнула юбку и пошла по длинному узкому тёмному коридору. Сначала тот был деревянным и шёл под уклоном тридцать – сорок градусов, потом стал земляным и ровным. Запахло сыростью, плесенью и водой. Сейчас Хэил жалел, что не обладал силой огня – в кромешном мраке она не помешала бы. Женщина будто прочла его мысли. «Чирк» – в её руке засветился тусклый огонёк. Не факел, но всё же. Вскоре путники упёрлись в тупик. Тэсия провела рукой по холодной стене и, нащупав рычаг, потянула на себя. Раздался приглушенный щелчок, и, освобождая проход, земля ушла в глубину.

Они быстро вышли на поверхность из хорошо замаскированного грота, который был засажен вьющейся травой с серебристыми листьями. Завидев растение, Хэил непроизвольно подался в его сторону, потрогал бархатистые листья, размял один пальцами и вдохнул сладковато-кислый аромат. Женщина ничего не сказала, но посмотрела на мага, как на ненормального. Призывая двигаться дальше, она резко кивнула головой в нужную сторону. Хэил пошёл следом. Они обогнули грот и вышли к воде. С обеих сторон от грота стояли большие катушки, те, которые он видел на чертеже. От каждой бобины в воду спускались толстые скрученные жгуты.

– Скорее! – Тэсия схватила мага за руку и побежала в сторону одной из катушек, потом по кромке леса и дальше за угол деревянной будки. Только они спрятались, как из леса вышли двое здоровых парней. Они по очереди осмотрели катушки и, придя к выводу, что всё в исправности, удалились.

– Уже близко, – прошептала женщина и быстро пошла по узкой тропинке, углубляющейся в густой лес.

Через пять минут вышли на полянку, на которой стоял небольшой приземистый домик, обвитый тем же серебристым вьюном. Пахло сухой хвоей и выгоревшей травой. Весёлый птичий гомон доносился со всех сторон. Неожиданно из леса на поляну выскочил похожий на ласку небольшой серый зверёк. Он встал на задние лапки, повёл носом, увидел Хэила с женщиной, замер и молниеносно юркнул за ближайшие деревья.

– Пойдём, – позвала Тэсия. – Я живу в стороне от остальных. Деревня там. – Она махнула влево.

Попав в помещение, Хэил прищурился: полумрак, царивший здесь, не позволял толком ничего разглядеть. Привыкнув к темноте, маг заметил, что в доме они не одни.

В углу на кровати сидел мальчик примерно двенадцати лет. Он был худеньким и бледным. Светлые волосы, завиваясь в крупные кудри, достигали плеч. Прямой, как у матери, нос шмыгал от обилия соплей. Большие глаза осматривали гостя с интересом. Мальчишка поднялся с кровати и, прыгая на одной ноге, подскочил к матери. Женщина обняла сына и потрепала его по волосам.

– Как ты тут? – спросила нежно.

– Таски приходил, книгу забрал, – грустно сказал мальчик. – Кто с тобой?

– Это маг. – Тэсия села за стол. – Вот, – указала на сына женщина, – чтобы не сбежала, ногу ребёнку сломали. Кости срослись неправильно, и теперь он только скачет.

– Целитель? – спросил мальчишка, с ещё большим интересом разглядывая Хэила.

– Нет, – не без сожаления сознался тот.

– Какая ж от него польза? – Мальчик вскинул плечи, развёл руки в стороны и поскакал обратно к кровати.

– Сама пока не знаю, – откликнулась мать, – но чую, пригодится.

Первый раз в жизни о Хэиле говорили, как о неодушевленном предмете. Маг усмехнулся: что поделаешь, пленнику не выбирать. Он подошёл к кровати, наклонился над мальчиком, выпрямил его больную ногу, задрал широкую штанину и осмотрел место перелома. Тот не сопротивлялся, только скептически поглядывал то на ногу, то на Хэила.

– Без помощи целителя не обойтись. Кости ломать надо, ставить правильно и сращивать. Ларго бы исправил, я – бессилен. Травяной настой для лучшего сращивания – запросто. Мази для обезболивания – пожалуйста, а вот остальное…

– Значит, – обрадованно вскинул голову мальчишка, – исправить можно? Я смогу ходить?

– Почему он бледный, как смерть? – поинтересовалась Тэсия.

– Чем питается, что пьёт? – Хэил пригляделся и увидел, что кожа ребёнка действительно имеет странный землистый оттенок.

– Когда меня нет, ему в деревне готовят и приносят.

На столе стояли тарелка с нетронутой кашей и стакан с тёмно-жёлтой жидкостью. По всей видимости, компот.

Хэил понюхал содержимое тарелки. На первый взгляд, обычная каша. Он попробовал её на вкус и не заметил ничего необычного.

– Не буду есть. – Мальчишка насупился, вытер рукавом выступившие сопли и смешно сморщил нос. – Каша – гадость, а компот о-о-очень сладкий!

Хэил поднял стакан и принюхался. Фруктовый компот обладал едва уловимым запахом хрена. Он чуть пригубил жидкость, потом провёл языком по подсохшим губам. О себе дал знать острый, слегка горьковатый привкус. Быть не может! У мага округлились глаза. Хэил посмотрел на Тэсию и отставил стакан в сторону.

– Аконит или борец, семейство лютиковые. Это растение смертельно опасно. Это яд… – Хэил недоумевал, как можно травить ребёнка?! – Принесите чистой воды! – Тэсия вскочила и выбежала. – Давно ты пьёшь это? – Маг повернулся к мальчику. – Судороги были? Покалывание во рту, обильное слюнотечение, боль в животе, рвота?

– Давно пью?.. Судороги?.. – запинаясь, повторил тот. Его бледные губы посинели, а в глазах застыл испуг. – Компот приторный третий день. Я его не пил. Может, сделал глоток-другой, а остатки в кусты вылил, чтобы Таски ничего не заметил.

– Молодец! – Хэил облегчённо вздохнул и ободряюще похлопал мальчика по плечу. – Если аконит давали тебе в малых дозах, и ты его почти не пил, сильного отравления не будет.

В комнату вбежала женщина с ведром воды. Хэил взял чистую чашку, на всякий случай вымыл её и напоил мальчика.

– Бежать надо. – Тэсия устало уронила голову и закрыла лицо руками. – Раз до этого дошло… Жизни здесь не будет. Всё равно изведут.

– На берег вы меня вывели, теперь я помогу. – Хэил открыл окно и вылил компот.

Женщина горько усмехнулась, а мальчишка покрутил пальцем у виска.

– Куда бежать собрался? Мы на острове, – грустно сказал он.

Хэил, не ожидавший подобного поворота, опустился на стул и уставился в окно. «Тиньк, тиньк» – стучала по стеклу высокая трава.

– Рыбу где ловите? – спросил маг, не сводя глаз с одной точки.

– На речке, за пролеском, – объяснила Тэсия. – У Жила лодку беру и, пока отключают напряжение, пересекаю треклятое озеро. Там хижина есть. Она нас часто от дождя спасает. Наловлю – возвращаюсь. Неделю я дежурю, неделю – сменщица. Чтоб не сбежали, детей на острове держат.

– Завтра тоже ловите? – Хэил облокотился на стол и скрестил руки. Он напряжённо думал. В ответ женщина утвердительно кивнула. – Ты, когда еду приносят, всегда дома? – поинтересовался Хэил у мальчика.

– Могу в деревне быть или с Рэнэ в шалаше сидеть. Там здорово…

– Завтра с утра сделаешь так… – прежде чем продолжить, Хэил убедился, что их никто не подслушивает. – Пойдёшь в деревню… – Он запнулся, вспомнив про больную ногу мальчика.

– Доскачу, – поправил его тот, ничуть не смутившись.

– Поговоришь с другом, и домой. Сможешь?

– Доберусь, – заверил ребёнок.

– Когда ваш сын вернётся, пойдём рыбу ловить. – Хэил посмотрел на Тэсию.

Женщина утвердительно кивнула. Вдруг Хэил вспомнил тот необычный путь, по которому он прошёл, чтобы попасть на остров.

– Почему вы вывели меня из деревянной тюрьмы столь мудрёным путем?

– Когда незваный гость «покидает» нас, Таски подъёмный мост опускает – ходи сколько надо. Но, пока гость в городе на воде, туда никто не суётся, а если нужно срочно что-то достать, ходим тем путем, который ты видел.

– Почему ваш вожак столь суров и жесток? Зачем вы заперли себя в этом жутком месте? Зачем превратили красивое озеро в мёртвое место?

– Мёртвое здесь не место, а души. Именно омертвевшие людские души превратили Тахо в безжизненный водоём. – Женщина печально посмотрела в окно. Она долго молчала, наконец, заговорила. – Наши предки заперлись на озере триста лет назад – они боялись магов и их силы. Прибывших с суши людей не убивали, а оставляли на островах, чтобы блюсти чистоту крови. Магов же не щадили. Тех, кто восставал против правил, убивали или, чтобы они не смогли сбежать, калечили, – пока женщина рассказывала историю мёртвого озера, она с силой мяла пальцы. – Таски, наш нынешний старейшина, – подчеркнула слово женщина, чтобы указать Хэилу на ошибку, – коварный и кровожадный. Возомнил себя властелином Тахо и истребил половину населения.

– Но зачем? – изумился Хэил. – Самому же некем управлять будет!

Женщина ничего не ответила, поджала губы, понурила голову и отвернулась.

– «Ужас, застывший в глазах подданных, лучшая награда для правителя» – любимые слова Таски. – Мальчик подскакал к столу. – Он говорит, это мудрые слова какого-то Гарэлия.

– Знает ли ваш Таски, как закончил жизнь почитаемый им Гарэлий? – губы Хэила искривились в усмешке. – Обезумевшие от жестокого обращения подданные разорвали его на части. – Женщина охнула, а мальчик изумлённо открыл рот. – Ваш Таски просто трус, прикрывающий немощь жестокостью. Мы сбежим отсюда и расскажем мэссирам о его самоуправстве на островах.

– Мэссиры – это ваши старейшины? – поинтересовался мальчик.

– Это старейшины людей, – поправил Хэил. – У магов старейшины – сэттэры.

– А самый главный у людей кто? Высший? Я про него в книге читал, – похвастался ребёнок.

– Да, Высший, – подтвердил Хэил, – но после Дэ'Иля династия Высших прервалась. Старший сын правителя погиб, а младший сын и дочь бесследно исчезли. По данным завещания, только потомки Дэ'Иля могут претендовать на пост Высшего.

– Почему? – мальчик удивленно вскинул брови.

– Было предсказание, что примерно сто лет спустя наследники Дэ'Иля вернут себе былое величие, – неожиданно Хэил вскочил. – Эти сто лет – магическая цифра!

– Что-то не так? – встревожено спросила Тэсия.

– Нет, всё в порядке. – Хэил тихо опустился на стул. – Так как Высшего на данный момент нет, людьми правит Глава Совета, – вспомнив Итэра, Хэил с силой сжал губы.

– Он умный правитель? – с опаской спросил мальчик.

– О, да! Этого у него не отнять, – чтобы больше не обсуждать Итэра, Хэил сменил тему. – Завтра нам предстоит трудный день… – Он говорил и напряжённо о чём-то думал, потом неожиданно вскинул голову. – Я не представился. Меня зовут Хэил. Хэил Дэ'Вил.

– Дэ'Иль и Дэ'Вил – похоже звучит, – подметил мальчик. – Меня зовут Сэлти, Сэлти Танс, – с присущим детям озорством передразнил он Хэила.

– Тэсия, – устало отозвалась женщина.

Скалистый берег

Элэстер ушёл под воду метра на четыре, но сразу выплыл на поверхность. Он постарался преобразоваться в высшего мага воды, но не смог: во-первых, падая, он потратил много физических сил, и их недостаток оказывал влияние на преобразование, во-вторых, мысли были взбудоражены происшедшим и мешали сосредоточиться на изменении тела. Теперь он, как высший маг, некоторое время будет бессилен. Чтобы сообразить, как далеко берег, Элэстер огляделся. Со всех сторон его окружала вода, и только вдалеке виднелась тонкая прибрежная полоса. Туда он и направился.

Проплыв метров двести, Элэстер, чтобы передохнуть, лёг на спину. Он смотрел на голубое небо и редкие, размытые облака. Податливая пелена медленно расплывалась по своду и неизбежно растворялась в бездонной голубизне. Воображение цеплялось за нечёткие контуры и выбрасывало странные ассоциации. Облако справа походило на лапу какой-то хищной твари, которая, выпустив когти, пыталась настичь добычу, а облако слева походило на добродушного лохматого пса, который от возбуждения привстал на задние лапы. От игр воображения отвлек далекий крик чайки.

«Меняющийся», – прошептал Элэстер. На губах остался солоноватый привкус, который ни с чем не перепутаешь. Значит, его выбросило за пределы Маи’рэ. Океан неспроста получил своё название: мирные волны легко сменяла беснующаяся буря.

Элэстер поспешил к берегу. В соленой воде плыть легко, но маг был неважным пловцом и быстро уставал. Он то и дело останавливался и, пока отдыхал, прикидывал, куда его могло занести. Он вспомнил карту близ горы Элирис. От неё до океана расстояние приличное.

Интересно, какую магию использовал Кэрэл, чтобы удержать нескольких магов в воздухе? Как узнать, куда занесло остальных?

Через полчаса Элэстер достиг берега, вот только радоваться было нечему. Сплошная высокая скальная «стена» преграждала путь к суше. С помощью силы Элэстер мог подняться наверх, да толку? Мало удовольствия прыгать по отвесным скалам, а преобразование пройти он ещё не мог. В очередной раз он осознал, что пренебрегать силами опасно. Тогда, накануне проверки, он последовал совету Кэрэла и передал часть силы Клее. Сделать это оказалось труднее, чем он предполагал.

Как-то вечером, разыскав Клею, Элэстер попросил её о помощи. Он объяснил, что, если во время проверки его мощь обнаружится, подземный Тэу пополнит ряды жителей. Элэстеру показалось, что, когда он говорил это, в глазах Клеи мелькнул злой огонёк. Маг надеялся, что ему не придётся прибегать к уловке, о которой говорил Кэрэл, но Клея молчала, и Элэстер решился.

– Ты мне нравишься, – сказал он.

– Разве? – усмехнулась та. – Мне казалось, ты предпочитаешь Леин.

– Поначалу так и было, но… Леин суматошная и порывистая. Она действует, руководствуясь эмоциями. С ней… – Элэстер запнулся, – трудно.

– Полагаешь, то, что ты сказал, льстит мне? – Клея настороженно сощурила глаза.

– Отнюдь. Просто я привык говорить то, что думаю.

– Тогда позволь узнать, раз уж речь идёт о чувствах, что тебе во мне нравится? – Она оскалилась, её красивое лицо исказилось.

Наступила напряжённая пауза. Элэстер и раньше догадывался, что обмануть Клею будет непросто и для этого потребуется недюжинный талант, коим он не обладал, но только сейчас понял, насколько трудно врать. Он чувствовал на себе острый взгляд и понимал, что медлить с ответом нельзя. Элэстер сообразил, что лучше назвать те качества, которые присущи Клее в действительности.