Мечта попаданки, или Новая хозяйка кукурузных полей

Глава 4. План

— Добрый день, — поздоровалась я, нерешительно переминаясь с ноги на ногу в роскошном, но запущенном холле замка местного владетеля земли.

— Добрый день, госпожа, — поздоровался со мной немолодой мужчина в ливрее. — Что я могу предложить вам? Чай, лимонад, печенье?

— Благодарю вас, не стоит, — отказалась я, внезапно оробев.

Ну, е-мое, картина маслом — огромный холл с позолотой и статуями, может, чуть меньше, чем в каком-нибудь дворце, и я посреди него в драном платье и жилетке с чужого плеча босиком на роскошном ковре. Вряд ли что-то глупее придумаешь.

А потому что на берегу мой странный незнакомец решил, что должен компенсировать мне ущерб прямо сейчас, подхватил на руки, усадил на лошадь и привез сюда. Здесь поставил меня на ковер, сказал, что сейчас придет, и ушел. Вот просто так бросил посреди этого великолепия и исчез.

А я и двинуться боюсь, уроню или испорчу что и не рассчитаюсь же ни в жизнь. Стою, как бедная родственница, и узелок в руках мну. Мне бы еще посох, вещмешок, тулуп и косынку, и вот вам картина — «Ходоки у Ленина». Вспомнилась, потому что у меня на даче ее репродукция висела, а слуга один в один Владимир Ильич — лысоват, с бородкой, взгляд острый и цепкий, и всем своим видом готовность выслушать демонстрирует.

— Вы присаживайтесь, госпожа, — сказал упомянутый мужчина вежливо, незаметно изучая меня, — я распоряжусь подать вам горячего чаю. И узнаю, где хозяин.

Вот последнее неплохо было бы, это да. Присела на краешек кресла и принялась озираться по сторонам.

Река, в которой я оказалась, была в ложбине, и стоило подняться на берег, как стало видно и деревню, и замок, и неухоженные, покрытые сухим бурьяном поля с проплешинами пустой земли.

Пока мы ехали, картина практически не менялась, все выглядело довольно уныло, хотя местами были островки зеленой травы, зеленым был лес и лужайка возле него. Чем больше я вглядывалась, тем больше понимала, что хозяин замка не соврал, пустыми стояли только поля и берег реки. Как будто их намерено залили сильнейшим гербицидом.

Я, кстати, такую химию у себя не использую, потому что польешь, например, междурядья или газон от одуванчиков, казалось бы, что такого, не грядки же. Только потом эта гадость по боковому току вод в тех же огурцах окажется, они листья скрутят, а ты гадай, отчего.

А тут было ощущение, что кто-то намеренно отравил все живое, потому что такой мрачной картины у нас даже поздней осенью и ранней весной нет. И тем более странным было увидеть, что во дворе замка растут цветы, кусты и разбиты зеленые лужайки.

Внутри же замок как замок, только видно, что хозяйской руки нет. Где-то паутина в углу, на картинах и шторах пыль, цветы завяли давно в вазе, подсвечники не чищены… Да и атмосфера такая давящая, что тоску нагоняет. Ни солнца в окнах, ни вышивки веселой, ни подушечек мягоньких. Все пафосное и безликое.

То ли дело мой домик — лучи солнца в занавесках путаются, цветы повсюду, за окном птицы поют, ветерок ветвями деревьев играет. И подушечки, коврики, книги и статуэтки на полках, фотографии и вышивка… У меня даже телевизор в спальне стоит с накидкой вышитой и каймой кружевной, я его не стала убирать, так и оставила. Эх-х, и когда теперь я все это снова увижу? И увижу ли? Решит змеюка подколодная, что теперь это ее имущество, и выбросит все, что моему сердцу было милым.

Но ничего-ничего, портал сюда был? Был! Значит, и обратный где-то есть. Надо только аккуратно узнать про это. Расспросить или в книгах почитать.

Книг в зоне видимости не нашлось. Зато на стене оружие висело, то ли сабли, то ли шпаги, я в этом ничего не понимаю, но с рукоятками и в ножнах. Щит еще какой-то с тварью крылатой…

Хотела подробнее рассмотреть, даже встала с места, но пришел хозяин.

— Вот, я принес вам, — сказал мужчина и положил передо мной платье и туфельки.

Платье с корсетом и кружевами, все камнями расшитое, а туфельки атласные со стразами. Он нормальный вообще, нет?

— И куда я в этом, по-вашему, пойду? — спросила осторожно. Явно же чудик с головой не дружит.

— К жениху.

— Чтобы он меня поленом зашиб?! — возмутилась я.

Нет, жениха у меня никакого нету, но если бы гипотетически он был, как бы отреагировал на появление невесты вот в этом?

Помолчали, глядя на наряд. Красивый, спору нет. И камни, наверное, не простые стекляшки… Жаба двумя лапками трясла меня за горло и орала благим матом: «Бери, пока дают, дура»!

«Чтоб нас за него грохнули и обратно в речку отправили, только трупом?» — вопрошал разум.

Потому что если тут поля в таком состоянии, а деревня есть, значит, там есть и люди. В замке никого, кроме слуги, я не видела, значит, работают они не здесь. И чем тогда они на жизнь зарабатывают, позвольте поинтересоваться? То-то и оно!

— Может, вам тогда денег дать? — в мужчине проснулась искра разума.

— Знаете, пожалуй, это будет наилучшим вариантом. И сапоги, если можно. Только простые, какие служанки носят. Не по чину мне пока другие наряды надевать, — попросила я.

Потому что у меня созрел план — пойти в деревню, прикинуться ходоком, сказать, что ищу работу, и выяснить все про то, где я оказалась, куда лучше податься и, если повезет, про порталы узнать. А там уже решать дальше, что делать. А то буду как слепой котенок туда-сюда тыкаться носом и неизвестно, кого еще встречу. Местный хозяин хоть с придурью, но безобидный, а мог ведь и Карабасом-Барабасом оказаться. Так что осторожность — наше все, иначе я тут сгину раньше, чем придумаю, как домой вернуться.

А этого никак нельзя допустить, потому что МОЙ ЧУДЕСНЫЙ ДОМ ЗМЕЕ НЕ ДОСТАНЕТСЯ!!! Я так решила!

***

— Здрасьте, хозяева, — на краю деревни я выбрала крайний дом, постучала и решительно вошла в калитку. — Воды напиться не найдется?

На крыльце старушка перебирала травы, и она с интересом и настороженностью уставилась на меня. Я тоже огляделась. Бедно, но чисто и гораздо уютнее, чем в замке. Что зацепило глаз — у дома и забора трава росла, а огород стоял не то чтобы пустой, но зелень на грядках была чахлой. Плохо взошло или не поливали?

— Зачем воды, дочка? Кваску отведай, — сказала бабуля и поднялась с места.

Квасом в деревне может оказаться всё что угодно — от недозревшей браги до какого-нибудь местного напитка. А если тут не растет ничего, то из чего это пойло? Но не отказываться же, раз сама напиться попросила.

— Конечно, с удовольствием! — радостно сказала я. — А то жарко сегодня до невозможности, даже огород ваш грустит, напиться просит. Может, вам помочь, воды натаскать? Откуда ее носите-то?

Спросила, потому что колодца во дворе не приметила, но, может, он один на деревню, тогда понятно, что старушке тяжело таскать ее, и вместо воды замену предложила.

— А ты откуда такая взялась, деточка? И куда путь держишь? — вместо ответа спросила бабулька.

— Сирота я, бабушка, нет у меня ничего — ни дома, ни родни, жених и тот бросил, — от души поделилась наболевшим, хотела еще про мать его змеюку добавить, но подумала, что, может, бабуля и сама чья-то свекровь, так что вместо этого уткнулась в ковшик, заботливо поданный хозяйкой. — А ищу я себе новый дом и пристанище. Может, знаете, где работницы неленивые и старательные нужны? — спросила, попробовав напиток. Освежал и утолял жажду он превосходно, но мой квас всё равно вкуснее, этот слишком густой, больше на кисель похожий.

— Тут ты работы точно не найдешь, дочка. Это же земли прОклятого дракона, отсюда, наоборот, бегут все.

Чего?! Какого еще дракона? Хорошо, что квасок я пить больше не стала, иначе точно подавилась бы. Я же видела хозяина и замок, явно он обычный человек. То есть тут где-то еще летающая гора чешуи живет? Ох, надеюсь, он хотя бы не людей жрет!

— А, это он вам поля все испортил, да? Спалил огнем? Он как, не опасен для людей? В смысле, жертв не требует, не ест никого? — уточнила я, прикидывая, хватит ли мне полученных денег на то, чтобы раздобыть лошадь и быстренько исчезнуть отсюда.

С другой стороны, а если в речке всё-таки портал, просто открывается он, например, раз в неделю? Или в месяц? Лишь бы не раз в год, за это время крыса Лариса мое хозяйство три раза перепродать успеет. Даже если сразу не получится, дождется наследника и наплетет ему всякого, что это ее участок, потому что я ей его подарила. Так что драпать мне, пока всё не узнаю, рановато.

Старушка рассмеялась:

— Дочка, так он же прОклятый, летать не может!

Мне так жалко стало бедную зверушку, которой природа дала крылья, а она летать не может, как представила, что сидит она где-то у себя в пещере, грустная, одинокая, всеми забытая, прямо как я, что я брякнула:

— Вы его хоть кормите?

— Так у него кухарка есть, мы-то тут при чем? Он и так налоги дерет как не в себя, управляющий чуть не каждую неделю ходит, трясет, еще кормить его! — возмутилась хозяйка дома.

Во как, у крылатых чудищ теперь собственные кухарки имеются! Хотя чужой мир — чужие правила. У нас у коров, например, тоже есть доярки, скотники, ветеринары, осеменители… Так чего бы к дракону кухарку не приставить, всяко это лучше, чем он безобразничать начнет и жрать, что поймает.

— Ага, ясно, дракон тут проклятый. А с землей что? И воды-то принести? — мне уже просто любопытно стало, да и понравилось с бабулей на крылечке сидеть. Прямо как дома…

— Воду мы положенную из колодца уже выбрали, дочка. А из реки очень далеко нести, не осилишь, — развела руками бабуля.

Лимит воды? Однако. Хотя если тут колодец один на деревню и водой плохо наполняется, то, наверное, это разумно. Судя по полям, тут вообще с токами воды что-то не то.

Прикинула расстояние до реки. Прилично, и там подниматься из ложбины надо. Но если тележку взять, с какими дома бабульки на рынок ходят, да на нее флягу… Долго, но вот и повод задержаться и про портал узнать.

— А тележка есть, бабуль? И фляга или ведро с крышкой?

— Телега-то есть, да лошади нет, дочка. Силы у нас не те уже, чтобы хозяйство как раньше вести, — ответила хозяйка, вздыхая.

И вот это ее постоянное «дочка» царапало изнутри и тоже не давало уйти. Не звал меня так никто никогда, а мне всегда хотелось.

— Да не такую телегу, маленькую надо. Я сейчас нарисую, а у вас если найдется из чего сколотить, так я и сама могу.

— Да зачем же самой, дочка? Дед сейчас придет, подсобит. Квасу-то еще будешь?

— Ой, знаете, напилась уже. Замечательно он у вас освежает и жажду утоляет, — признала я достоинства местного напитка.

— А то ж! Только им и спасаемся. Жаль, что зарица больше не растет у нас, так что скоро и квасок делать не из чего будет.

Эм-м, зарица? Наверное, местное что-то. Но не суть. Бабулька мне определенно нравилась. Видно было, что двор небогатый и дом очень старый, но в меру сил ухоженный, даже в кадках и горшках цветы посажены. Последнее меня подкупило окончательно, и я решила, что я не я буду, но бабульке помогу. Что я, тележку под флягу не сколочу что ли? Были бы гвозди и инструмент мало-мальский, и полив огорода мы наладим!

— Ничего, мать, все уляжется. Скажите лучше, есть на чем чертеж изобразить? И самое больше ведро, желательно с крышкой, покажите мне. Будем вам телегу мастерить, чтоб с реки воду носить. А то негоже, что огород чахнет. И про дракона мне сказали, а земля что, тоже проклята? Или другая причина, что поля пустые, есть?

— Ох, дочка, а тут враз и не расскажешь ведь. Да ты в дом проходи, отдохни. Устала с дороги, небось, в сапогах таких огромных шагать, — женщина гостеприимно распахнула передо мной дверь.

— Верно заметили, матушка! Сапоги мне по случаю достались, но с ними маята одна, лучше уж босиком, — ответила я, снимая врученную мне хозяином замка обувь.

Нет, ну что за странный тип, видишь, что у тебя крестьяне не могут огород поливать, так организуй водопровод или еще что. Ну можно же что-то придумать! Хотя мужики, они порой хуже детей малых, в житейских вопросах совершенно бестолковые. Это же надо, платье, камнями расшитое, и черевички шелковые предложить…

«Зато не жадный», — возразила другая часть подсознания, та самая, которая воображала себе всякое про объятия грустного красавца.

«Лучше бы рачительный был», — поставила я ее на место. — «А нам еще телегу с флягой изобрести надо. И про портал ненароком поинтересоваться. Так что за дело, Анфиса, рассиживаться некогда!»

И я решительно вошла в дом.

Глава 5. Новая семья?

Тележку мы сколотили, с этим проблем не было, платформа с ручкой на колесиках, что может быть проще. А вот подходящей емкости не нашлось, и это было проблемой. Потому что везти на тележке ведро по неровным тропинкам — расплескать половину. Поэтому пришлось объяснять Хагелу и Йене, так звали хозяев дома, как устроена алюминиевая фляга. Хозяин заинтересовался и пообещал, что непременно придумает, как сделать нечто подобное, а пока отправился к соседу за бочонком.

А я вот про бочку что-то как-то даже не вспомнила.

— Какая же ты умница, дочка, а мы и не подумали, что телегу можно маленькой сделать, — Йена сложила руки и смотрела на меня с таким обожанием, что у меня в душе что-то переворачивалось.

Мать Димки хоть и говорила, что у нас дома чисто и уютно, но каждый раз ходила по квартире с таким видом, будто искала, к чему придраться. Знаете, есть такие люди, которые даже похвалить умудряются так, будто наехали. Типа: «Даже не думала, что ты способна на это». Создать уют, держать дом в чистоте, вкусно готовить или любое другое дело. То есть началом фразы человек тебе сообщает, что считает тебя полным ничтожеством, а потом удивляется, что это не так.

А тут на меня смотрели совсем иначе, это подкупало, и хотелось сделать для этой пожилой пары больше.

— Ну что вы, матушка, тележка — это так, ерунда. Я бы еще водопровод сделала, но не придумала пока, как воду в гору ручным насосом поднять, к тому же считаю, что об этом владетель земли думать должен. А вот скважину я бы попробовала пробить… Но это так, на будущее, — рассуждала я, отпивая квас.

Нет, ну отличная же вещь, на кисель из толокна похож немного, надо будет обязательно рецепт взять.

— Дочка, так ты останешься у нас?! — обрадованно всплеснула руками бабуля.

Я? Нет, конечно, мне домой надо! Но… Задержусь ненадолго, про портал-то все равно пока непонятно. Никак про него не спрошу. Хотя чего откладывать? Раз уж попала, то попала.

— Понимаете, тут такое дело, — начала я, подбирая слова. — Я ведь издалека к вам пришла. Даже не совсем пришла. Я как-то в реке оказалась, выплыла — а кругом пустырь. Мне у вас с Хагелом очень нравится, только я стеснять вас не хочу, да и дома кой-какие дела незаконченные остались. Если не вернусь, то у меня дом отберут, а я всю жизнь о нем мечтала. Это как мечту свою предать, понимаете?

— Конечно, дочка. Ты нас не стеснишь, домик у нас хоть и старый, но места хватит, оставайся сколько надо. А про реку я так думаю — раз ты тут оказалась, значит, судьба тебя сюда привела. Может, ты дракону нашему предназначена, вот тебя сюда и закинуло.

Так, вот этого мне только не хватало. Что значит «предназначена»? Они меня скормить хотят ящеру или в жертву принести? Давайте воздержимся от таких радикальных решений!

— Матушка Йена, вы пока не говорите никому, как я тут оказалась. С драконом вашим мне совсем не хочется знакомиться. А я вам по огороду помогу, — сказала и вспомнила, что со мной чудо-семена. — А еще у меня семена есть, посадим и посмотрим, вдруг взойдут. Будет тогда у нас поп-корн и кукурузная каша!

— Не скажу, милая. Можем с Хагелом тебя своей дочкой объявить, что ты из города вернулась старикам помогать, — согласилась хозяйка. — Будем тебя Анвитой Ауреей звать.

Я подумала и согласилась. А что, была Анфиса Полевая, станет Анвита Золотая. Не знаю, насколько я тут задержусь, но к дракону точно не хочу, так что попробую за местную сойти.

— Так что ты, Виточка, посадить хотела? — спросила матушка Йена. — Места на грядках много, только растет все плоховато.

Во как поняли? Была «Фиска», стала «Виточка».

— Да вот есть у меня семена, так и просятся, чтобы их посадили куда-то, — сказала я, находя пакет, который каким-то чудом пронесла в этот мир. Нет чтоб лопату… Запатентовала бы и денег заработала. А на кукурузе разве разбогатеешь?

— Ух ты, какие! Прямо золотые, — восхитилась Йена, рассматривая семена, которые я высыпала на ладонь.

Они и правда на солнце смотрелись очень привлекательно — гладкие, блестящие, зернышко к зернышку, мини-самородки просто. Наверное, мужик тот по телевизору и правда ученый и сорт такой вывел. Ну да посмотрим, как он вырастет.

— Только они никого вокруг себя не любят, хотят одни расти. Так что думаю, их куда-нибудь на выселки высадить, чтобы они других не подавляли, — сказала, оценивающе оглядывая огородик семейства Аурей.

— Как драконы, что ли? Так это для них трава? — спросила бабуля, осторожно пальцем трогая зерна кукурузы.

— У вас чего, драконы зерно едят? — удивилась я.

— Да, им кашу варят и травы специальные в еду добавляют. Раньше мы это все и выращивали. А потом на Кливанде продавать их запретили, и управляющий пшеницу завез. Все поля ей засеяли. А нам с дедом тяжело пахать, так что мы не стали ее сажать, а как раньше, зарицу посадили. Продавать ее нельзя, а выращивать запрета не было. Но потом управляющий пришел и сказал, что если еще раз посадим ее, то он нам штраф выпишет огромный. А нам денег неоткуда взять, так что сколько есть запасов, сами едим и квасок вот делаем, — рассказывала хозяйка, ведя меня по огороду.