Мечта попаданки, или Новая хозяйка кукурузных полей
- -
- 100%
- +
По счастью, под ними оказалось исподнее, а то меня отчего-то в жар бросило. С Димкой такого не припомню даже. Но прочь мысли о недостойном засранце, как объяснить человеку, что такое чудо-лопата, если она по виду и не лопата?
— Ну это такая штука с зубьями и рамой на палке, — руками я попыталась обрисовать размер, — тяжелая, металлическая.
— А вы с этой штукой что в реке делали? — как бы невзначай поинтересовался мужчина, заходя в воду.
Что-что… Из другого мира летела. Только не уверена, что с лопатой. Я все-таки решила придерживаться версии, что провалилась в портал. И сейчас думала о том, что если портал в реке есть, то мужик это и проверит. Ну а я уже следом сигану.
А если портал на одного рассчитан? Этот пройдет, а меня не пустит?
Занервничала. Нет-нет-нет, я должна первой пойти! Мне обязательно домой надо, а этот явно абориген, он пусть тут остается.
— Подождите! — крикнула я незнакомцу и принялась стаскивать с себя его жилетку. В ней тепло было, но Бог с ним, с комфортом, мне лишь бы домой попасть, на мою дачу. И гостей оттуда выпроводить… — Я с вами!
— Но вы замерзли, — возразил этот тип.
— Ничего, на том берегу отогреюсь, — пробормотала, бодро залезая в реку. Нормально, водичка прохладная, но терпимая. Главное, чтобы портал все-таки в реке был.
— Видимо, вам очень дорого то, что вы потеряли, раз вы готовы в воду лезть, — заметил мужчина.
— Даже не представляете насколько! — согласилась я.
Конечно дорого! Всю жизнь я мечтала о домике в деревне. И вот когда он у меня появился, когда я его обустроила со всей любовью и старанием, когда думала, что еще миг и моя жизнь круто изменится…
В общем-то она и изменилась. Только не в ту сторону! Мамаша бывшего захотела отобрать мою мечту, а меня вынесло не понять куда, но, судя по одежде встречающей делегации, на три века назад. А значит что? Значит, тут нет прокладок и антибиотиков! И нет моей милой уютной дачи. А потому мне тут не место! Не позволю хищной гарпии завладеть моим имуществом. А с нее станется, чего уж скрывать. Сейчас там нотариус живенько от моего имени какую-нибудь дарственную или завещание составит, подпись мою подделает и всё, докажи потом, что ты на что-то право имела. Так что мне срочно надо назад!
— Так что вы все-таки со своей ценной вещью в реке делали? — не унимался незнакомец, бредя по реке и глядя по сторонам.
— Раков ловила, — брякнула я.
Я тоже глядела во все глаза, но никакого сияния или воронки, или другого намека на переход в мир иной не видела. Да как же так?! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, мне очень надо домой!
— Зачем? — мужчина задался целью отвлекать меня от поисков нужного.
— Есть хотела, — буркнула, всматриваясь в засохший камыш на берегу, может там?
— Раков? — удивился мой спутник.
— А тут рыба есть? — спросила.
Судя по пейзажу, тут вообще ничего в принципе живого быть не могло, потому что выглядело все безжизненно и странно. Даже в пустыне вокруг воды образуется оазис, а тут сушняк один. Хотя тепло и солнце во всю печет и светит, не похоже ни на осень, ни на весну. Хотя кто знает, какие тут времена года вообще бывают, вода вон прохладная еще…
Задумался.
— Не знаю, есть, наверное, — ответил мужчина.
И вот тут мне интересно стало. То есть абориген не местный? А чего тогда ходит тут и мне мешает?
Спросила его.
Посмотрел на меня, как будто я с луны свалилась.
— Я вообще-то владетель этой земли, — сообщил.
А я уже до крайней точки дошла внутреннего психоза, потому что портала все не было, и закрались у меня подозрения, что, кажется, домой я не попаду, а застряну тут надолго. А у меня из вещей — рваное платье и пакет с семенами.
— Этой пустоши, вы хотели сказать, — ляпнула я, не в силах сдержать раздражения. — Оно и понятно, что не знаете ничего. Сразу видно, что владелец, а не хозяин. Это как надо было постараться, чтобы до такого состояния землю довести, чтобы даже рядом с рекой не росло ничего. Вы это, идите, куда вы там шли, а я заберу свою вещь и тоже пойду. Или мне у вас надо сначала разрешение спросить, можно ли в воду заходить? Если вы у нас тут такой весь владетельный владетель?
Понимала, что чушь несу, но остановиться не могла. Меня заполняло отчаянье. Как я из этой пустоши выбираться буду? Может пожелать, чтобы навязчивый тип тоже провалился куда-нибудь?
Но не желалось. Чувствовала себя настолько морально опустошенной, что хотелось сесть и зарыдать над своей горькой участью. «Ну почему-у-у мне так не везет? Почему-у-у вместо моего цветущего сада этот пу-у-у-стырь?» — вот так примерно с подвыванием. Луна-то тут хоть есть, интересно?
Незнакомец на мой выпад не ответил, и запал устроить истерику пропал.
— Ничего мы тут не найдем, — сказала я и повернула назад. — Пойдемте на берег, а то простудитесь, а я виноватой буду. И извините, если лишнего наговорила.
— Здесь раньше хорошо все росло, — внезапно решил оправдаться местный владетель. — Людей много было, они обрабатывали землю и выращивали разные травы и специальное зерно. Потом его запретили продавать, и мы стали выращивать пшеницу. Но в том году появился какой-то вредитель и уничтожил все посевы. А потом выяснилось, что на полях больше ничего не всходит. Как будто она отдала всю энергию и теперь больше не может родить. Люди стали уезжать. Остались только те, кому некуда идти.
— Печально, — согласилась я. — А что вы сделали, чтобы восстановить плодородие? Приглашали ученых, делали анализ почвы, вносили удобрения?
— Да, — сказал мужчина. Он помог мне выбраться из воды, опять накинул на плечи свою жилетку и принялся одеваться. — Я нанял ученого-мага и заплатил ведьме, чтобы она сняла порчу. Но ничего не помогает. Они думают, что это Боги наказали наш род проклятием на гибель земель и потомков, — на полном серьезе сообщил мне этот странный тип.
Так, Фиска, или тут какой-то магический средневековый мир с ведьмами, до которых не добралась инквизиция, или ты все-таки лежишь под кустом и видишь весь этот бред. Второе предпочтительнее. Там хоть можно повоображать себя всякое, например то, как этот грустный красавчик заключает меня в свои объятия и…
— А почему вы босиком? Обувь тоже потеряли в реке? — вместо этого спросил плод моего воображения.
Нет, явно это все-таки реальность. Только она может быть такой паскудной…
Глава 4. План
— Добрый день, — поздоровалась я, нерешительно переминаясь с ноги на ногу в роскошном, но запущенном холле замка местного владетеля земли.
— Добрый день, госпожа, — поздоровался со мной немолодой мужчина в ливрее. — Что я могу предложить вам? Чай, лимонад, печенье?
— Благодарю вас, не стоит, — отказалась я, внезапно оробев.
Ну, е-мое, картина маслом — огромный холл с позолотой и статуями, может, чуть меньше, чем в каком-нибудь дворце, и я посреди него в драном платье и жилетке с чужого плеча босиком на роскошном ковре. Вряд ли что-то глупее придумаешь.
А потому что на берегу мой странный незнакомец решил, что должен компенсировать мне ущерб прямо сейчас, подхватил на руки, усадил на лошадь и привез сюда. Здесь поставил меня на ковер, сказал, что сейчас придет, и ушел. Вот просто так бросил посреди этого великолепия и исчез.
А я и двинуться боюсь, уроню или испорчу что и не рассчитаюсь же ни в жизнь. Стою, как бедная родственница, и узелок в руках мну. Мне бы еще посох, вещмешок, тулуп и косынку, и вот вам картина — «Ходоки у Ленина». Вспомнилась, потому что у меня на даче ее репродукция висела, а слуга один в один Владимир Ильич — лысоват, с бородкой, взгляд острый и цепкий, и всем своим видом готовность выслушать демонстрирует.
— Вы присаживайтесь, госпожа, — сказал упомянутый мужчина вежливо, незаметно изучая меня, — я распоряжусь подать вам горячего чаю. И узнаю, где хозяин.
Вот последнее неплохо было бы, это да. Присела на краешек кресла и принялась озираться по сторонам.
Река, в которой я оказалась, была в ложбине, и стоило подняться на берег, как стало видно и деревню, и замок, и неухоженные, покрытые сухим бурьяном поля с проплешинами пустой земли.
Пока мы ехали, картина практически не менялась, все выглядело довольно уныло, хотя местами были островки зеленой травы, зеленым был лес и лужайка возле него. Чем больше я вглядывалась, тем больше понимала, что хозяин замка не соврал, пустыми стояли только поля и берег реки. Как будто их намерено залили сильнейшим гербицидом.
Я, кстати, такую химию у себя не использую, потому что польешь, например, междурядья или газон от одуванчиков, казалось бы, что такого, не грядки же. Только потом эта гадость по боковому току вод в тех же огурцах окажется, они листья скрутят, а ты гадай, отчего.
А тут было ощущение, что кто-то намеренно отравил все живое, потому что такой мрачной картины у нас даже поздней осенью и ранней весной нет. И тем более странным было увидеть, что во дворе замка растут цветы, кусты и разбиты зеленые лужайки.
Внутри же замок как замок, только видно, что хозяйской руки нет. Где-то паутина в углу, на картинах и шторах пыль, цветы завяли давно в вазе, подсвечники не чищены… Да и атмосфера такая давящая, что тоску нагоняет. Ни солнца в окнах, ни вышивки веселой, ни подушечек мягоньких. Все пафосное и безликое.
То ли дело мой домик — лучи солнца в занавесках путаются, цветы повсюду, за окном птицы поют, ветерок ветвями деревьев играет. И подушечки, коврики, книги и статуэтки на полках, фотографии и вышивка… У меня даже телевизор в спальне стоит с накидкой вышитой и каймой кружевной, я его не стала убирать, так и оставила. Эх-х, и когда теперь я все это снова увижу? И увижу ли? Решит змеюка подколодная, что теперь это ее имущество, и выбросит все, что моему сердцу было милым.
Но ничего-ничего, портал сюда был? Был! Значит, и обратный где-то есть. Надо только аккуратно узнать про это. Расспросить или в книгах почитать.
Книг в зоне видимости не нашлось. Зато на стене оружие висело, то ли сабли, то ли шпаги, я в этом ничего не понимаю, но с рукоятками и в ножнах. Щит еще какой-то с тварью крылатой…
Хотела подробнее рассмотреть, даже встала с места, но пришел хозяин.
— Вот, я принес вам, — сказал мужчина и положил передо мной платье и туфельки.
Платье с корсетом и кружевами, все камнями расшитое, а туфельки атласные со стразами. Он нормальный вообще, нет?
— И куда я в этом, по-вашему, пойду? — спросила осторожно. Явно же чудик с головой не дружит.
— К жениху.
— Чтобы он меня поленом зашиб?! — возмутилась я.
Нет, жениха у меня никакого нету, но если бы гипотетически он был, как бы отреагировал на появление невесты вот в этом?
Помолчали, глядя на наряд. Красивый, спору нет. И камни, наверное, не простые стекляшки… Жаба двумя лапками трясла меня за горло и орала благим матом: «Бери, пока дают, дура»!
«Чтоб нас за него грохнули и обратно в речку отправили, только трупом?» — вопрошал разум.
Потому что если тут поля в таком состоянии, а деревня есть, значит, там есть и люди. В замке никого, кроме слуги, я не видела, значит, работают они не здесь. И чем тогда они на жизнь зарабатывают, позвольте поинтересоваться? То-то и оно!
— Может, вам тогда денег дать? — в мужчине проснулась искра разума.
— Знаете, пожалуй, это будет наилучшим вариантом. И сапоги, если можно. Только простые, какие служанки носят. Не по чину мне пока другие наряды надевать, — попросила я.
Потому что у меня созрел план — пойти в деревню, прикинуться ходоком, сказать, что ищу работу, и выяснить все про то, где я оказалась, куда лучше податься и, если повезет, про порталы узнать. А там уже решать дальше, что делать. А то буду как слепой котенок туда-сюда тыкаться носом и неизвестно, кого еще встречу. Местный хозяин хоть с придурью, но безобидный, а мог ведь и Карабасом-Барабасом оказаться. Так что осторожность — наше все, иначе я тут сгину раньше, чем придумаю, как домой вернуться.
А этого никак нельзя допустить, потому что МОЙ ЧУДЕСНЫЙ ДОМ ЗМЕЕ НЕ ДОСТАНЕТСЯ!!! Я так решила!
***
— Здрасьте, хозяева, — на краю деревни я выбрала крайний дом, постучала и решительно вошла в калитку. — Воды напиться не найдется?
На крыльце старушка перебирала травы, и она с интересом и настороженностью уставилась на меня. Я тоже огляделась. Бедно, но чисто и гораздо уютнее, чем в замке. Что зацепило глаз — у дома и забора трава росла, а огород стоял не то чтобы пустой, но зелень на грядках была чахлой. Плохо взошло или не поливали?
— Зачем воды, дочка? Кваску отведай, — сказала бабуля и поднялась с места.
Квасом в деревне может оказаться всё что угодно — от недозревшей браги до какого-нибудь местного напитка. А если тут не растет ничего, то из чего это пойло? Но не отказываться же, раз сама напиться попросила.
— Конечно, с удовольствием! — радостно сказала я. — А то жарко сегодня до невозможности, даже огород ваш грустит, напиться просит. Может, вам помочь, воды натаскать? Откуда ее носите-то?
Спросила, потому что колодца во дворе не приметила, но, может, он один на деревню, тогда понятно, что старушке тяжело таскать ее, и вместо воды замену предложила.
— А ты откуда такая взялась, деточка? И куда путь держишь? — вместо ответа спросила бабулька.
— Сирота я, бабушка, нет у меня ничего — ни дома, ни родни, жених и тот бросил, — от души поделилась наболевшим, хотела еще про мать его змеюку добавить, но подумала, что, может, бабуля и сама чья-то свекровь, так что вместо этого уткнулась в ковшик, заботливо поданный хозяйкой. — А ищу я себе новый дом и пристанище. Может, знаете, где работницы неленивые и старательные нужны? — спросила, попробовав напиток. Освежал и утолял жажду он превосходно, но мой квас всё равно вкуснее, этот слишком густой, больше на кисель похожий.
— Тут ты работы точно не найдешь, дочка. Это же земли прОклятого дракона, отсюда, наоборот, бегут все.
Чего?! Какого еще дракона? Хорошо, что квасок я пить больше не стала, иначе точно подавилась бы. Я же видела хозяина и замок, явно он обычный человек. То есть тут где-то еще летающая гора чешуи живет? Ох, надеюсь, он хотя бы не людей жрет!
— А, это он вам поля все испортил, да? Спалил огнем? Он как, не опасен для людей? В смысле, жертв не требует, не ест никого? — уточнила я, прикидывая, хватит ли мне полученных денег на то, чтобы раздобыть лошадь и быстренько исчезнуть отсюда.
С другой стороны, а если в речке всё-таки портал, просто открывается он, например, раз в неделю? Или в месяц? Лишь бы не раз в год, за это время крыса Лариса мое хозяйство три раза перепродать успеет. Даже если сразу не получится, дождется наследника и наплетет ему всякого, что это ее участок, потому что я ей его подарила. Так что драпать мне, пока всё не узнаю, рановато.
Старушка рассмеялась:
— Дочка, так он же прОклятый, летать не может!
Мне так жалко стало бедную зверушку, которой природа дала крылья, а она летать не может, как представила, что сидит она где-то у себя в пещере, грустная, одинокая, всеми забытая, прямо как я, что я брякнула:
— Вы его хоть кормите?
— Так у него кухарка есть, мы-то тут при чем? Он и так налоги дерет как не в себя, управляющий чуть не каждую неделю ходит, трясет, еще кормить его! — возмутилась хозяйка дома.
Во как, у крылатых чудищ теперь собственные кухарки имеются! Хотя чужой мир — чужие правила. У нас у коров, например, тоже есть доярки, скотники, ветеринары, осеменители… Так чего бы к дракону кухарку не приставить, всяко это лучше, чем он безобразничать начнет и жрать, что поймает.
— Ага, ясно, дракон тут проклятый. А с землей что? И воды-то принести? — мне уже просто любопытно стало, да и понравилось с бабулей на крылечке сидеть. Прямо как дома…
— Воду мы положенную из колодца уже выбрали, дочка. А из реки очень далеко нести, не осилишь, — развела руками бабуля.
Лимит воды? Однако. Хотя если тут колодец один на деревню и водой плохо наполняется, то, наверное, это разумно. Судя по полям, тут вообще с токами воды что-то не то.
Прикинула расстояние до реки. Прилично, и там подниматься из ложбины надо. Но если тележку взять, с какими дома бабульки на рынок ходят, да на нее флягу… Долго, но вот и повод задержаться и про портал узнать.
— А тележка есть, бабуль? И фляга или ведро с крышкой?
— Телега-то есть, да лошади нет, дочка. Силы у нас не те уже, чтобы хозяйство как раньше вести, — ответила хозяйка, вздыхая.
И вот это ее постоянное «дочка» царапало изнутри и тоже не давало уйти. Не звал меня так никто никогда, а мне всегда хотелось.
— Да не такую телегу, маленькую надо. Я сейчас нарисую, а у вас если найдется из чего сколотить, так я и сама могу.
— Да зачем же самой, дочка? Дед сейчас придет, подсобит. Квасу-то еще будешь?
— Ой, знаете, напилась уже. Замечательно он у вас освежает и жажду утоляет, — признала я достоинства местного напитка.
— А то ж! Только им и спасаемся. Жаль, что зарица больше не растет у нас, так что скоро и квасок делать не из чего будет.
Эм-м, зарица? Наверное, местное что-то. Но не суть. Бабулька мне определенно нравилась. Видно было, что двор небогатый и дом очень старый, но в меру сил ухоженный, даже в кадках и горшках цветы посажены. Последнее меня подкупило окончательно, и я решила, что я не я буду, но бабульке помогу. Что я, тележку под флягу не сколочу что ли? Были бы гвозди и инструмент мало-мальский, и полив огорода мы наладим!
— Ничего, мать, все уляжется. Скажите лучше, есть на чем чертеж изобразить? И самое больше ведро, желательно с крышкой, покажите мне. Будем вам телегу мастерить, чтоб с реки воду носить. А то негоже, что огород чахнет. И про дракона мне сказали, а земля что, тоже проклята? Или другая причина, что поля пустые, есть?
— Ох, дочка, а тут враз и не расскажешь ведь. Да ты в дом проходи, отдохни. Устала с дороги, небось, в сапогах таких огромных шагать, — женщина гостеприимно распахнула передо мной дверь.
— Верно заметили, матушка! Сапоги мне по случаю достались, но с ними маята одна, лучше уж босиком, — ответила я, снимая врученную мне хозяином замка обувь.
Нет, ну что за странный тип, видишь, что у тебя крестьяне не могут огород поливать, так организуй водопровод или еще что. Ну можно же что-то придумать! Хотя мужики, они порой хуже детей малых, в житейских вопросах совершенно бестолковые. Это же надо, платье, камнями расшитое, и черевички шелковые предложить…
«Зато не жадный», — возразила другая часть подсознания, та самая, которая воображала себе всякое про объятия грустного красавца.
«Лучше бы рачительный был», — поставила я ее на место. — «А нам еще телегу с флягой изобрести надо. И про портал ненароком поинтересоваться. Так что за дело, Анфиса, рассиживаться некогда!»
И я решительно вошла в дом.
Глава 5. Новая семья?
Тележку мы сколотили, с этим проблем не было, платформа с ручкой на колесиках, что может быть проще. А вот подходящей емкости не нашлось, и это было проблемой. Потому что везти на тележке ведро по неровным тропинкам — расплескать половину. Поэтому пришлось объяснять Хагелу и Йене, так звали хозяев дома, как устроена алюминиевая фляга. Хозяин заинтересовался и пообещал, что непременно придумает, как сделать нечто подобное, а пока отправился к соседу за бочонком.
А я вот про бочку что-то как-то даже не вспомнила.
— Какая же ты умница, дочка, а мы и не подумали, что телегу можно маленькой сделать, — Йена сложила руки и смотрела на меня с таким обожанием, что у меня в душе что-то переворачивалось.
Мать Димки хоть и говорила, что у нас дома чисто и уютно, но каждый раз ходила по квартире с таким видом, будто искала, к чему придраться. Знаете, есть такие люди, которые даже похвалить умудряются так, будто наехали. Типа: «Даже не думала, что ты способна на это». Создать уют, держать дом в чистоте, вкусно готовить или любое другое дело. То есть началом фразы человек тебе сообщает, что считает тебя полным ничтожеством, а потом удивляется, что это не так.
А тут на меня смотрели совсем иначе, это подкупало, и хотелось сделать для этой пожилой пары больше.
— Ну что вы, матушка, тележка — это так, ерунда. Я бы еще водопровод сделала, но не придумала пока, как воду в гору ручным насосом поднять, к тому же считаю, что об этом владетель земли думать должен. А вот скважину я бы попробовала пробить… Но это так, на будущее, — рассуждала я, отпивая квас.
Нет, ну отличная же вещь, на кисель из толокна похож немного, надо будет обязательно рецепт взять.
— Дочка, так ты останешься у нас?! — обрадованно всплеснула руками бабуля.
Я? Нет, конечно, мне домой надо! Но… Задержусь ненадолго, про портал-то все равно пока непонятно. Никак про него не спрошу. Хотя чего откладывать? Раз уж попала, то попала.
— Понимаете, тут такое дело, — начала я, подбирая слова. — Я ведь издалека к вам пришла. Даже не совсем пришла. Я как-то в реке оказалась, выплыла — а кругом пустырь. Мне у вас с Хагелом очень нравится, только я стеснять вас не хочу, да и дома кой-какие дела незаконченные остались. Если не вернусь, то у меня дом отберут, а я всю жизнь о нем мечтала. Это как мечту свою предать, понимаете?
— Конечно, дочка. Ты нас не стеснишь, домик у нас хоть и старый, но места хватит, оставайся сколько надо. А про реку я так думаю — раз ты тут оказалась, значит, судьба тебя сюда привела. Может, ты дракону нашему предназначена, вот тебя сюда и закинуло.
Так, вот этого мне только не хватало. Что значит «предназначена»? Они меня скормить хотят ящеру или в жертву принести? Давайте воздержимся от таких радикальных решений!
— Матушка Йена, вы пока не говорите никому, как я тут оказалась. С драконом вашим мне совсем не хочется знакомиться. А я вам по огороду помогу, — сказала и вспомнила, что со мной чудо-семена. — А еще у меня семена есть, посадим и посмотрим, вдруг взойдут. Будет тогда у нас поп-корн и кукурузная каша!
— Не скажу, милая. Можем с Хагелом тебя своей дочкой объявить, что ты из города вернулась старикам помогать, — согласилась хозяйка. — Будем тебя Анвитой Ауреей звать.
Я подумала и согласилась. А что, была Анфиса Полевая, станет Анвита Золотая. Не знаю, насколько я тут задержусь, но к дракону точно не хочу, так что попробую за местную сойти.
— Так что ты, Виточка, посадить хотела? — спросила матушка Йена. — Места на грядках много, только растет все плоховато.
Во как поняли? Была «Фиска», стала «Виточка».
— Да вот есть у меня семена, так и просятся, чтобы их посадили куда-то, — сказала я, находя пакет, который каким-то чудом пронесла в этот мир. Нет чтоб лопату… Запатентовала бы и денег заработала. А на кукурузе разве разбогатеешь?
— Ух ты, какие! Прямо золотые, — восхитилась Йена, рассматривая семена, которые я высыпала на ладонь.
Они и правда на солнце смотрелись очень привлекательно — гладкие, блестящие, зернышко к зернышку, мини-самородки просто. Наверное, мужик тот по телевизору и правда ученый и сорт такой вывел. Ну да посмотрим, как он вырастет.
— Только они никого вокруг себя не любят, хотят одни расти. Так что думаю, их куда-нибудь на выселки высадить, чтобы они других не подавляли, — сказала, оценивающе оглядывая огородик семейства Аурей.
— Как драконы, что ли? Так это для них трава? — спросила бабуля, осторожно пальцем трогая зерна кукурузы.
— У вас чего, драконы зерно едят? — удивилась я.
— Да, им кашу варят и травы специальные в еду добавляют. Раньше мы это все и выращивали. А потом на Кливанде продавать их запретили, и управляющий пшеницу завез. Все поля ей засеяли. А нам с дедом тяжело пахать, так что мы не стали ее сажать, а как раньше, зарицу посадили. Продавать ее нельзя, а выращивать запрета не было. Но потом управляющий пришел и сказал, что если еще раз посадим ее, то он нам штраф выпишет огромный. А нам денег неоткуда взять, так что сколько есть запасов, сами едим и квасок вот делаем, — рассказывала хозяйка, ведя меня по огороду.