Судный час. Киносценарии художественных фильмов

Маркелин опускает руку. Народ молчит. На некоторое время наступает тишина. Слышно, как фыркает лошадь за оградой, звякает удилами.

МАРКЕЛИН

(буднично)

Да, забыл сказать… Вам нужно сдать дополнительно к продразверстке по двадцать одному яйцу с десятины, по двадцать пять фунтов хлеба и по двадцать фунтов картошки с едока…

Толпа охает, колышется, раздаются крики:

КРИКИ ИЗ ТОЛПЫ

Почему?

Мы выполнили!

Все сдали!

Маркелин

Тихо! Говорю, дополнительно и добровольно! В подарок Красной армии!.. Говорите по одному, и сюда! МАРКЕЛИН

(указывает плеткой на паперть)

Я лицо контрреволюционера хочу видеть. Глаза в глаза!

Крики прекращаются, но гул и ропот стоят.

К толпе подходят Настенька с двумя девушками и останавливаются с краю.

ДЕД

Товарищ, товарищ… Я спросить хотел…

МАРКЕЛИН

Поднимайся сюда.

ДЕД

Не, я отцеда, я не нащот Красной армии… Она тоже исть хочить. Я нащот товаров… По указу обещано нам, коль мы разверстку исполнили, мануфактуры два аршина, карасину поболе двух фунтов на едока…

МАРКЕЛИН

Я понял… Какое число сегодня, знаешь? Десятое июня, а в указе сказано – выдать до первого августа!

ДЕД

Ну да, ну да… Это карасин и мануфактура… Месяц исшол, а где жа четвертушка фунта соли, полкоробка серников. Кажный месяц обещано давать… Ты не подумай чаво, я не контрреволюция… Соли нету…

МАРКЕЛИН

Будет вам соль, за два месяца получите… Ну, так что, согласны сделать подарок Красной армии? Давайте по домам. И срочно сюда, к церкви, хлеб, картошку, яйца. И пять подвод, чтоб отвезти на ссыпной пункт.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ

Не согласны! Нету хлеба! Вымели под гребло. Хучь с сумой иди…

КРЕСТЬЯНИН

Почему в Киселевке по восемь фунтов хлеба взяли, а с нас двадцать пять? Мы рази богаче? Где Докин? Почему его нет? Где советчики? Мы их на чо выбирали!

МАРКЕЛИН

Я арестовал ваш кулацкий Совет за контрреволюционную агитацию. Мы их будем судить революционным судом!.. Потому, прежде чем вы пойдете за хлебом, нужно избрать нового председателя сельского Совета. Я предлагаю кандидатуру Чиркунова Михаила Трофимовича! Кто против этой кандидатуры, поднимите руку! И повыше!

Егор оглядывается. Никто руки не поднимает.

МУЖСКОЙ ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ

Не жалаем дезентира!

МАРКЕЛИН

Кто крикнул?! Кто? Выйди сюда! Найти крикуна!

Маркелин выкидывает руку с плеткой в ту сторону, откуда крик раздался.

Два красноармейца слетают с паперти, ввинчиваются в толпу, продираются к тому месту, откуда крикнули.

Маркелин сурово следит за ними. Максим весело улыбается. Мишка Чиркунов тоже тихо посмеивается.

ВОЗГЛАС ИЗ ТОЛПЫ

Здесь крикун! Вот он!.. Сюда идитя… Ага, он. Держи его, держи крепче…

Гул, шелест идет по толпе. Красноармейцы тащат к паперти человека. Их сопровождает сдержанный смешок крестьян.

Егор тоже улыбается.

В руках красноармейцев бьется деревенский дурачок. Он сопит, упирается ногами, высунув мокрый язык, сопатится. Красноармейцы подтаскивают его к ступеням.

МАРКЕЛИН

Это ты крикнул?

Дурачок радостно кивает и проводит рукавом по верхней губе, размазывает по щеке сопли.

ДУРАЧОК

Ага.

МАРКЕЛИН

А что ты кричал? Крикни-ка еще раз.

ДУРАЧОК

(гнусаво)

Не жалаем дезентира.

Снова смешки раздаются из толпы.

МАРКЕЛИН

(красноармейцам)

Отпустите его…

(в толпу)

Выборы состоялись! Большинством голосов председателем сельского Совета избран Чиркунов Михаил! А Совет он себе подберет сам. Теперь расходитесь. Жду вас с хлебом…

КРЕСТЬЯНИН

Где мы его возьмем? Всё сдали!

МАРКЕЛИН

Товарищи! Я не понимаю вас, в Красной армии ваши же сыны, братья. И вы не хотите, чтобы они были обуты, одеты, накормлены? Товарищ красноармеец…

(вытягивает руку в сторону Егора)

Да, ты, ты! Поднимись, расскажи, в каких условиях сражается Красная армия! Иди, иди…

Егор оглядывается растерянно.

ДЕД

Иди, просють.

Анохин нерешительно поднимается на паперть.

МАРКЕЛИН

Коммунист?

ЕГОР

Да…

МАРКЕЛИН

Врежь им по партийному!

Растерянный Егор стоит на паперти, глядит в молчаливую толпу. Молчит.

МИШКА

Расскажи, какова на фронте житуха.

ЕГОР

(негромко)

Да, жизня на фронте не сладкая… Пирогов в постелю не подають…

Смешок в толпе.

Настенька смущенно опускает глаза.

ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ

Оратель выискался!

ЕГОР

(резко)

Да, пирогов не подають! Да и постеля не кажный день бывает. Ляжешь у костерка на шинелюшку, да шинелюшкой и укроешься. И холод, и голод – все бывало. И под пулями, под пулями… Без вашей помощи мы ничего не сделаем, не поборем белых хищников. Нужен хлеб, мужики, нужен…

ДЕД

И нашим детям нужен! Нам тоже с голодухи пухнуть неохота… Мы с твоим отцом в поле хрип гнули, а Маркелин прискакал – и под гребло. Мякину оставил! И ту забрать хочить… Ловок ты лялешничать!.. Нету хлебушка у нас, весь выгребли, пока ты сашкой махал!

Егор шагает с паперти, но Мишка схватывает его сзади за руку, останавливает, отводит за спину к Маркелину.

МАРКЕЛИН

Ты мне контру не разводи! Выпорю!

ДЕД

Зна-ам мы, скор на руку… Не думай, не век тебе царевать, дойдет и твой черед!

МАРКЕЛИН

Что-о! Выпороть! Сейчас же.

Два красноармейца снова с готовностью слетают с паперти, подхватывают деда под руки. Один из них ловит на лету брошенную Маркелиным плетку. Деда они кидают на скамейку возле куста сирени, сдирают с него штаны. Взвивается плетка, и багровый рубец проступает на серой коже старика. Дед дергается, но молчит. Снова взвивается плетка.

МИШКА

(весело Егору)

Рад тебя видеть, рад… Насовсем?

ЕГОР

(хмуро морщась)

В отпуск. Ранен…

Максим протягивает Егору руку.

МАКСИМ

Меня зовут Максим. Комиссар продотряда… А это мой командир, товарищ Маркелин.

Егор жмет им по очереди руки.

ЕГОР

Егор Анохин, командир эскадрона. В отпуске по ранению…

МАРКЕЛИН

Ты хорошо выступил, не переживай… Я тоже, когда в первый раз перед народом встал, язык проглотил. А теперь часами могу беседы вести, да некогда, деревень много, а народ, вишь, какой – кулаки, добром не отдают хлеб, каждый фунт вышибать надо…

МИШКА

Кстати, Егор сын Игната Анохина, члена сельского Совета.

МАРКЕЛИН

Игната?.. Беспокойный мужик…

(взглядывает, как порют деда)

Мужика пока не выпорешь, он не поймет, что от него требуется…

(кричит красноармейцам) Довольно!

(толпе)

Сход закончен! В течение двух часов чтоб каждый двор сдал яйца, хлеб, картошку… Найдете! А не найдете, я найду! Кто не привезет, пусть пеняет на себя!

Маркелин поворачивается спиной к крестьянам.

МАРКЕЛИН

(Мишке)

Пожрать надо сообразить что-нибудь… У кого, ты говоришь, сальцо есть, огурцы соленые? Давай, командуй, кто у тебя тут из ребят пошустрей?

Мишка оглядывает из-за его плеча расходящуюся понурую толпу.

МИШКА

(Андрюшке)

Андрей, поди сюда.

Андрюшка взбегает к ним на паперть.

МИШКА

Хочешь быть членом сельского Совета, а?

Андрюшка растерянно улыбается. Молчит.

МИШКА

Ага, вижу – хочешь… Ты комсомолец – справишься! Первое тебе задание: надо реквизировать у Алешки Чистякова соленые огурцы, так, так…

Мишка смотрит на Маркелина.

МАРКЕЛИН

Пятьдесят штук.

МИШКА

Пятьдесят штук огурцов и три фунта сала.

МАРКЕЛИН

Мало, пять… Скажи, реквизиция производится по указанию уездного Совета.

АНДРЮШКА

А если не поверят?

МАРКЕЛИН

Скажи, распоряжение у Маркелина,

(поднимает вверх плетку)

если сомневаются, сам заеду, покажу, неделю чесаться будут.

АНДРЮШКА

А к огурчикам и сальцу, естественно.

Максим хохочет, хлопает ладонью по спине Мишки.

МАКСИМ

Ну и орла ты выбрал! Парочку еще таких, и за Масловку я спокоен,

(Андрюшке)

И это, есессно, да поскорей!

АНДРЮШКА

(Мишке)

У кого, у Ольки Миколавны?

МИШКА

Вонючий у нее, зараза… У нее завтра реквизируем. Щас у Гольцова, у него почище и покрепче.

АНДРЮШКА

Может, эта… Один я не донесу… Мне бы красноармейца… на первый случай, чтоб потом знали, а?

Маркелин

Соображает, стервец…

(двум красноармейцам)

Ребята, под его команду ровно на полчаса. Возьмите телегу!

Андрюшка с красноармейцами выходят со двора церкви вслед за понурыми крестьянами.

ЕГОР

Я пойду, надо своим помочь хлеб подготовить…

МАКСИМ

Идем с нами, посидим, полялешничаем.

Все четверо спускаются с паперти. Маркелин с Максимом идут впереди. Мишка приостанавливается.

МИШКА

Я мигом!

Мишка взбегает по ступеням на паперть и скрывается в церкви.

Егор ищет глазами среди расходящегося народа Ванятку, видит и подходит к нему.

ЕГОР

Беги домой, скажи матери, пусть готовит зерно, яйца. Я скоро приду.

Маркелин и Максим идут к тачанке.

МАРКЕЛИН

(недовольно)

Что ты делал в церкви? Опять над попом измывался? Отстань от него, он вреда нам пока не делает.

МАКСИМ

Вот именно, пока. Слышал бы ты, что он мне говорил.

МАРКЕЛИН

Я от него ничего плохого не слышал.

МАКСИМ

Значит ты слушать не умеешь… У тебя какая задача? Хлеб из мужика выколачивать, вот и пори его. А моя задача – идеология!

МАРКЕЛИН

Измывательство над невинным человеком зовется иначе.

МАКСИМ

Ты хорошо делаешь свое дело, продолжай также, и не суйся туда, куда тебе не приказывают.

ИНТ. ЦЕРКОВЬ УТРО

Мишка вбегает в церковь, снимает шапку. Рука его невольно поднимается ко лбу, перекреститься, но Мишка быстро опускает ее и озирается. В церкви пусто. Мишка торопливым шагом входит в алтарь.

Отец Александр переодевается.

МИШКА

Батюшка, можешь поздравить меня. Сход избрал меня председателем сельсовета. Теперь я буду Масловкой руководить. Теперь я не сын бедняка, я первый человек в деревне. Ты отдашь Настеньку за меня. В воскресенье я приду свататься.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

Дочь свою за тебя не отдам. И не из-за того, что ты сын бедняка… Ежли бы и захотел отдать Настеньку за тебя, она не пойдет. Не люб ты ей! Разные вы люди!

МИШКА

(зло)

Люб, не люб! Полюбит! Я не какой-нибудь вахлак, а председатель сельсовета. Всё равно Настенька будет моей!

В воскресенье приду свататься. Маркелин сватом будет. Ждите!

Мишка разворачивается и выходит из алтаря.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

(вслед)

Хоть сатану веди!

(крестится)

Не быть тебе зятем моим!

НАТ. ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД ЦЕРКОВЬЮ УТРО

Возбужденный Мишка слетает по ступенькам паперти к расходящейся толпе.

За оградой неподалеку от входа стоят Настенька и две девушки, разговаривают.

Мишка решительным шагом подходит к ним.

МИШКА

Видали! Теперь я председатель сельсовета. Вступайте в комсомол. Сейчас дорога молодым. Женсовет организуем в Масловке. Командовать бабами будете.

БОЙКАЯ ДЕВУШКА

(шутливо)

Ой, я командовать хочу! Кому заявление писать?

МИШКА

Мне. Кому же ещё!

(касается рукава Настеньки)

Отойдем на два слова…

Мы сейчас с батюшкой разговаривали…

Настенька и Мишка отходят к ограде церкви.

МИШКА

Я батюшке сказал, в воскресенье свататься приду. Видала, я теперь в Масловке председатель…

НАСТЕНЬКА

(перебивает)

Как председатель ты должен Масловку защищать, а ты позволяешь народ грабить. Разве не знаешь, всё зерно уже выгребли. Людям самим есть нечего. Думаешь, тебе народ простит это?

МИШКА

Я скоро в Борисоглеб переведусь на хорошую должность. В город переедем…

НАСТЕНЬКА

А эти дни как в глаза людей смотреть будешь? Уговори Маркелина, чтоб налог скостил иль отменил вообще. Защити людей, а потом о свадьбе думай…

Настенька видит, что к девчатам направляется Егор, отворачивается от Мишки и тоже быстро идет к ним.

МИШКА

(вслед ей)

Отменю, пойдешь за меня?

НАСТЕНЬКА

(не оглядываясь)

Сначала отмени!

Егор подходит к девчатам одновременно с Настенькой. К ним тут же присоединяется Мишка.

ЕГОР

О чем вы тут разбеседовались?

БОЙКАЯ ДЕВУШКА

(весело)

Новый председатель сельсовета предлагает нам деревенский женсовет организовать. Настеньку, видать, уговаривал женсовет возглавить…

МИШКА

А чо? Партячейка у нас есть, комсомол тоже. Давно пора женсовет создать…

(Егору)

Пошли. Маркелин зовет…

Маркелин с Максимом стоят у тачанки, смотрят в их сторону.

Егор с Настенькой переглядывается. Настя – тревожно, грустно, а Егор – ободряюще.

ИНТ. ИЗБА СВЯЩЕННИКА ДЕНЬ

Екатерина Алексеевна сидит на табуретке у стола, быстро вяжет спицами пуховый платок.

Неторопливо входит печальная Настя.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Ну что там?

НАСТЕНЬКА

Дополнительным налогом народ обложили. Требуют немедля сдать…

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Что ты такая… как в воду опущенная. Случилось что? Батюшку видала?

НАСТЕНЬКА

Нет… Он из церкви не выходил…

Настенька садится на скамью у стола и смотрит как мелькают спицы в руках матери.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

А Егоршу видала?

НАСТЕНЬКА

Подходил…

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Что случилось-то? Из тебя слово клещами тащить надо!

НАСТЕНЬКА

Мишка снова сватов прислать грозится…

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Чиркун? Ох, Господи, пронеси! Царица Небесная, помоги нам!

В избу входит отец Александр.

Мать и дочь тревожно смотрят на него.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Ты чего такой смурной?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

(хмуро, крестясь на иконы)

Бесы искушают…

(тяжело опускается на табуретку у двери в горницу)

Комиссар предлагает сложить сан и стать у них коммунистическим агитатором… А Маркелин избрал Мишку Чиркунова председателем сельсовета…

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

(креститься)

Господь с тобой! Как это избрал? А где же Докин?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

Докин арестован… Это ещё не всё… Чиркун возгордился, первым человеком себя почувствовал. Сватов к нам в воскресенье снова приведет. Сватом у него – Маркелин…

Екатерина Алексеевна откладывает вязанье на стол.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Как же так! В воскресенье Игнат Лексеич с Егоршей обещались свататься… Егорша утром был…

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

Егорша был? Пришел с фронта?

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Рази ты его не видал? Он на сход направлялся…

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

Вот и сойдутся у нас Мишка с Егором в воскресенье… Кого хочешь выбирай!

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Как же быть-то, а?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР

(Настеньке)

Не томись, дочка, не томись! Господь подскажет, как быть нам.

ИНТ. Изба Мишки Чиркунова день

В избу входят Маркелин, Мишка, Максим и Егор. Отец Мишки, ТРОФИМ, неторопливо поднимается с грязной деревянной кровати, на которой лежал в старых валенках с худыми носами.

Их встречает МАТЬ МИШКИ, вытирая руки о фартук.

МИШКА

Мам, я теперь председатель

Сельсовета…

МАТЬ МИШКИ

(недоверчиво)

Кто же тебя назначил?

МАКСИМ

Сход избрал. Гордись, мать! Вон какого сына вырастила…

МАТЬ МИШКИ

Жаль, дед не дожил. Он бы гордился… А для меня волнение одно. Ноша дюже тяжелая! Донесет ли?

МАКСИМ

Мы поможем!

В избу весело влетает Андрюшка с четвертью сизого самогона в руках и с гармошкой на ремне на плече. За ним два красноармейца. Андрюшка протягивает четверть Маркелину.

АНДРЮШКА

Вот оно, лекарство от всех скорбей.

МАКСИМ

Ух ты, даже гармошка! Ну, ты, брат…

АНДРЮШКА

(Трофиму)

Чего ты валенки не подошьешь? Палец отморозишь.

ТРОФИМ

А-а… некогда. Не зима, не отморожу.

АНДРЮШКА

Весь день лежит, а некогда?

Мать Мишки укладывает на столе в глубокие глиняные чашки моченые яблоки, огурцы. Трофим рядом, кряхтя и покашливая, режет сало, хлеб.

Андрюшка разглядывает большую кобуру маузера на боку у Максима.

АНДРЮШКА

Всем комиссарам маузеры выдают?

МАКСИМ

Мне выдали… Я еще всегда с собой браунинг ношу, на всякий случай.

Он вытащил из кармана браунинг и показал Андрюшке.

Рассаживаются за столом. Выпивают, начинают закусывать.

МИШКА

(Маркелину)

Загнул ты с двадцатью пятью фунтами… Многовато. Скости…

МАРКЕЛИН

Отступать не буду… Увидишь – привезут.

МИШКА

Народу самому жрать нечего. Скости! Сделай как в Киселёвке…

МАРКЕЛИН

Прикидывается твой народ. Попрятал хлеб… Наскребет по сусекам. Сдаст…

МИШКА

А с Советом что ты хочешь делать?

МАРКЕЛИН

С Советом? Погляжу… Еще не придумал.

(Егору)

Не бойся. Оставлю я в живых отца… Но угомонить его надо. Слишком неугомонный. Много еще хлопот Советской власти принесет…

МИШКА

Я враз угомоню, будь спокоен… И «Мирской приговор» он у меня враз выложить.

МАКСИМ

С этим ты уж постарайся, не допусти схода.

ЕГОР

А ежли в Масловке вправду хлеба не осталось? Разверстку-то выполнили…

МАРКЕЛИН

Есть у них хлеб. Хитрят… Я сам из крестьян, знаю их нутро… Это Максим у нас из интеллигентов. Всё с попами воюет…

МАКСИМ

Не с попами воюю, а с поповской идеологией, и с теми – кто за нее держится!

МАРКЕЛИН

Эх, устрою я спектаклю в Масловке! Зарубку на память сделаю! Узнают, как Маркелину перечить!

Андрюшка берет гармошку, устраивает ее у себя на коленях и начинает потихоньку тянут туда-сюда.

ТРОФИМ

(Андрюшке)

Чего ты пиликаешь. Играть, так играй бодрея.

МАРКЕЛИН

(Максиму)

Максим, рвани-ка!

Максим берет гармонь у Андрюшки, играет уверенно и громко.

МАКСИМ

(поет)

Крутится-вертится шар голубой… Эх-да! Крутится-вертится да над головой…

МАРКЕЛИН

(Максиму)

Брось! Давай лучше «Цветы ЧеКа».

(всем)

Мне его из ЧеКа дали. Маркелину кого попало не дают. Знают… Мне наш губпродкомиссар наказывал: не жалей родных мать-отца, когда задания партии выполняешь! И я не жалею.

Максим с шипением сдвигает меха гармони, пиликает и поет песню о чекистах. Максим поет озорно, легко, вздергивает черную бровь, подмигивает Андрюшке, который восторженно улыбается, глядя, как он играет, как поет.

АНДРЮШКА

(восторженно)

Ловко, а! А с каких лет в ЧеКа принимают?

Он наливает полстакана самогона и протягивает Максиму. Максим берет стакан, выпивает, закусывает салом.

МАКСИМ

В ЧеКа с улицы не берут… Нужны заслуги перед партией, народом. Поработай в Совете, поглядим, может, и ты удостоишься доверия… А работа вам нелегкая предстоит… Разговаривал я утром с вашим попом. Нашу веру он ни в какую принимать не хочет, будет народ мутить, вот посмотрите. Нелегко вам придется…

МАРКЕЛИН

Отстань ты от попа, чего ты к нему пристал. Он тебя не трогает, и нам не мешает.

Максим

Он наш главный идеологический враг! И ты как коммунист и герой войны обязан это понимать. А ты постоянно выказываешь мягкотелость…

МАРКЕЛИН

Я мягкотел?! Да я этой рукой… столько врагов порубал, сколько ты их по жизни не встречал.

МАКСИМ

Верю, верю… Все мы это знаем… На поле боя просто: вот он враг – руби его! А в жизни сложнее: глядишь – с виду нормальный поп, а заглянешь в нутро – смертельный враг. Ты спроси у него про попа.

(указывает на Мишку)

Он с детских лет с ним общается.

(Мишке)

Скажи, друг нам или враг поп?

МИШКА

Да, поп наш известная контра… но народ его любит, верит ему…

АНДРЮШКА

А что же ты к этой контре сватался. Зятьком попа захотел стать.

Мишка сильно и зло бьет по шее Андрюшки.

МИШКА

Остынь! Щенок, голос прорезался!

АНДРЮШКА

Ты чо! Я ж шуткую.

МИШКА

Не шути со старшими!

МАКСИМ

Правда, сватался к попу, а?

МИШКА

По пьянке забрел…

МАКСИМ

Ну и как поп, обрадовался такому зятьку?

МИШКА

Он же не дурак, видит, что я по пьянке, ну и выпроводил…

МАКСИМ

Да, жесткий поп, сломать его трудно будет… Говорит, на крест пойду, а вашей веры не приму. Крест нам организовать не долго.

МИШКА

(бурчит)

Будет кочевряжиться, организуем.

МАРКЕЛИН

(поднимаясь)

Пора дело делать…

НАТ. Площадь перед церковью день

Маркелин со всей командой на тачанке подкатывают к ограде церкви. Там только красноармейцы. Крестьянских подвод нет. Маркелин со злостью хлещет плеткой по тачанке.

МАРКЕЛИН

(зло)

Твою мать! Они запомнят, запомнят… Отряд! Слушай мою команду! Быстро по дворам! Кто не сдаст хлеба, забирать всю скотину: овец, коров, лошадей, и гнать сюда, в ограду. И быстро! Засветло надо сделать. Выполнять приказ!

Красноармейцы с сумрачными лицами направляются в разные стороны деревни.

ЕГОР

(Мишке)

Я пойду… Скажу своим, чтоб сдали…

ИНТ. ИЗБА ИГНАТА АНОХИНА ДЕНЬ

Мария Петровна сидит на сундуке перед прялкой, прядет шерсть. Сноха Любаша на приступке печи вяжет носки, быстро мелькает спицами.

В избу входит Егор.

МАРИЯ ПЕТРОВНА

(недовольно)

Оратель явился… Где отец?

ЕГОР

Арестованный… Со всем Советом… Отпустят.

МАРИЯ ПЕТРОВНА

(испуганно)

Как это? За что?

Егор с виноватым видом, не раздеваясь, садится на лавку у двери.

ЕГОР

Мам, хлеб надо сдать… приготовить. Щас красноармейцы привалят…

МАРИЯ ПЕТРОВНА

У тебя он есть, хлебушек, ты и сдавай! Щедрый какой… Где его взять-та. Сами однем кулешом перебиваемся…

ЕГОР

Ничего рази нет?

МАРИЯ ПЕТРОВНА

Глянь, поди, в ларь… Пусто! До зернышка выгребли. Сроду такого не было.

ЕГОР

(бормочет)

А как же быть? Они всю скотину заберут.

МАРИЯ ПЕТРОВНА

Как заберуть? Кто им дасть?

ЕГОР

Не спросют. Приказ Маркелина… Всё стадо заберут…

МАРИЯ ПЕТРОВНА

Как же так?

ЕГОР

Да и с отцом как бы чего… если заартачимся…

С улицы шум доносится, крики, блеяние овец. Егор выглядывает в окно.

Мать поднимается с сундука, подходит и тоже смотрит в окно.

На улице овцы, коровы бегут в сторону церкви.

Красноармеец что-то кричит кому-то невидимому из окна, грозит винтовкой.

МАРИЯ ПЕТРОВНА

Царица небесная, заступница ты наша, когда жа кончится эта мука! Господи, за какие жа грехи ты нас наказуешь! Чего жа мы сами исть будем, чем жа питаться? Святым духом…

Она, вытирая глаза, горбясь, идет в сенцы. Егор – следом.

Разгоряченные красноармейцы вваливаются к ним в сени.

Егор с матерью взвешивают безменом рожь и ссыпают в мешок.

ЕГОР

Сами привезем.

ИНТ. ИЗБА СВЯЩЕННИКА ДЕНЬ

Екатерина Алексеевна вяжет у стола. Священник возится с самопряхой, натягивает на колесо и шпульку прочные нитки. С улицы доносится шум.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

(поднимает голову)

Что это там?

Настенька выходит из горницы, смотрит в окно и, ни слова не говоря, бросается из избы.

ЕКАТЕРИНА АЛЕКСЕЕВНА

Ты куда?

Дверь в избу захлопывается за Настенькой.

Отец Александр быстро подходит к окну.

На улице напротив избы священника пожилая женщина тащит за рога корову, пытается повернуть ее назад, а МОРДАСТЫЙ КРАСНОАРМЕЕЦ хлещет плеткой бойкую подружку Настеньки. К ним по тропинке мимо колодца бежит Настенька.

НАТ. УЛИЦА НАПРОТИВ ИЗБЫ СВЯЩЕННИКА

Настенька бросается на помощь бойкой подружки. Мордастый красноармеец бьет ее плеткой по спине, а в это время бойкая девушка, воспользовавшись тем, что он отвлекся на Настеньку, налетает на него, толкает руками с силой в бок. Красноармеец падает. Девушки наваливаются на него. Настенька вырывает у него из рук плетку и хлещет его по груди. Красноармеец закрывается от ударов руками.