- -
- 100%
- +
– Так, девочки, эти две кровати у окна – стратегические, – заявила она без тени сомнения, указывая рукой. Её голос был ровным, деловым. – Наши. Вероника, ты будешь сверху или снизу? Верх безопаснее с точки зрения гигиены, но низ удобнее для экстренного покидания локации.
Вероника Липина, вошедшая следом, лишь пожала узкими плечами. Хрупкая блондинка с большими, как у сибирской серой совы, голубыми глазами, в которых читалась лёгкая оторопь от происходящего и тихий восторг от масштабов лагеря. В её руках был не рюкзак, а изящная фиолетовая дорожная сумка на колёсиках.
– Мне всё равно, Кам. Куда скажешь, туда и залезу, – прошептала она, улыбаясь. Её улыбка была лёгкой, светлой.
Камила кивнула, удовлетворённо. – Тогда я наверху. Там лучший обзор.
Их диалог был прерван появлением последней обитательницы комнаты.
Вошла Вика Жилова. Её появление было подобно внезапному падению температуры. Вся в чёрном – чёрная футболка с нечитаемым логотипом какой-то пост-панк группы, чёрные потертые штаны-бананы, массивные чёрные берцы на шнуровке. Её коротко стриженные тёмные волосы были скрыты под чёрной же бейсболкой с прямым козырьком. Её острый, колючий взгляд из-под чёлки скользнул по комнате, по обитателям, и в нём читалась бездна скепсиса и вселенской усталости от этого принудительного оптимизма.
Не говоря ни слова, она молча швырнула свою чёрную, бесформенную армейскую сумку на единственную оставшуюся свободной кровать, с таким видом, будто закладывала взрывчатку. Не глядя на окружающих, она достала из кармана потрёпанный томик – сегодня это был Пелевин – и надела на уши массивные, звукоизолирующие наушники, давая понять, что разговоры, знакомства и прочее сюсюканье она не приветствует и участвовать в этом не намерена. Её прозвище «Чёрная» появилось мгновенно, безоговорочно и без её малейшего участия. Оно просто повисло в воздухе, как сажа.
Комната заполнилась. Семь человек. Семь характеров. Семь вселенных, которые теперь были вынуждены сосуществовать на этих двадцати квадратных метрах.
Дима, закончив свой мысленный осмотр, снял с ремня блокнот и сделал первую запись шариковой ручкой с логотипом ИАК: «Заселение комнаты 7, корпус 8, завершено. Состав: разнородный, высокая вероятность межличностных конфликтов. Выявлены потенциальные лидеры (Камила С.), аутсайдеры (Иван П.), элементы деструктивного поведения (Лев С., Николай П.). Необходимо наблюдение».
Он посмотрел на окно, на бескрайнюю тайгу за ним. Его миссия была ясна. Поддержание порядка. Сбор информации. Контроль. Он был инспектором. И он приступал к работе.
Вечером, после ужина в шумной, пахнущей компотом и котлетами столовой, состоялось официальное знакомство с вожатыми. В комнату вошли три девушки, каждая из которых была воплощением определённого начала.
Настя – с гитарой в руках. Длинные светлые волосы, собранные в loose braid, лучистые голубые глаза, лёгкие веснушки на носу. Она была воплощением творчества и душевности.
Оля – в спортивном костюме с полосками и с волейбольным мячом под мышкой. Короткая стрижка, быстрые, точные движения, открытая улыбка. Энергия, спорт, действие.
И Катя – с блокнотом в руках и строгим, но добрым взглядом из-под очков в роговой оправе. Аккуратный пучок, спокойный, ровный голос. Она была разумом, организацией, порядком.
За ними, словно вечный двигатель, следовала их помощница, Оксана, веснушчатая и энергичная, похожая на заводного робота, заряженного на абсолютный позитив.
– Ну что, Смешарики, – улыбнулась Настя, перебирая струны, извлекая тихий, переливчатый аккорд. – Готовы творить историю? Готовы к приключениям?
– Историю чего? Разрухи? – мрачно, не отрываясь от книги, бросила Вика, сделав вид, что не слышит музыки. Её голос прозвучал глухо из-под наушников.
– Историю успеха! – бодро парировала Оля, подбрасывая и ловя мяч. – Завтра начинаем! Выспаться, зарядиться! Всем по паре ватт! Максимум энергии!
Катя, не поднимая глаз от блокнота, что-то в него записала. Возможно, «Вика Ж. – негативизм, требуется индивидуальный подход».
Трофим Игорьевич, проходя по коридору, услышавший этот диалог, лишь улыбнулся в усы, попивая свой вечный чай с морошкой. Он видел этих ребят первыми. Он чувствовал напряжение, скрытое в Диминой строгости, агрессию в Львиной весёлости, ранимость в Ваниной покорности, мудрость в Камилиной собранности, боль в Викином отрицании и свет в Вероникиной чистоте. Он знал, что смена – это всегда маленькая жизнь. И эта жизнь только начиналась.
Дима стоял чуть в стороне, положив руку на ручку своего алюминиевого чемодана. Его взгляд был устремлён в будущее. Он был готов. Инспекция «А-класса» приступила к работе. Республика Атомнюганск ждала своего часа.
Глава 3: Рождение Республики. Сине-зелёные полосы и железные законы.
Наступил «тихий час». Официальное время, предназначенное для отдыха, чтения или спокойных игр. После насыщенного утра – экскурсии по лагерю, знакомства с распорядком, шумного обеда в столовой – вожатые строго наказали соблюдать тишину.
В комнате №7 царила скука, тягучая и унылая, как болотная тина. Она висела в воздухе, смешиваясь с запахом хвои и свежего белья. Лев и Коля, не в силах противостоять своей кипучей энергии, устроили вялую битву свёрнутыми в комок носками, лениво швыряя их друг в друга с верхних ярусов кроватей. Ваня пытался читать методичку по вожатскому мастерству, но его глаза предательски слипались, а буквы расплывались в одно серое пятно. Камила что-то деловито писала в своём блокноте, составляя предварительный план работы на смену. Вероника, свесив голову с верхней кровати, смотрела в окно на убегающую воду Вычегды и проплывающие облака, её лицо было мечтательным и отстранённым. Вика слушала музыку в своих наушниках, её лицо было каменной маской неприятия происходящего абсурда.
Дима сидел за своим ноутбуком, подключённым к портативному power bank. На экране был открыт сложный Excel-файл с графиками и таблицами. Он изучал расписание лагеря, внося правки и комментарии в отдельный документ под названием «Аудит эффективности. Лагерь «Гренада». Его взгляд был сосредоточенным, пальцы периодически порхали по клавиатуре, занося в клеточки сухие, лаконичные формулировки: «Временной интервал между окончанием завтрака и началом линейки – 15 минут. Не рационально. Рекомендация: сократить до 5… Интервал питания между обедом и полдником…»
Тишину, нарушаемую лишь шуршанием носков, храпом Вани и тихим щёлканьем клавиш, внезапно разрезал резкий, металлический звук. Дима с силой захлопнул крышку ноутбука. Звук был подобен выстрелу. Все вздрогнули, даже Вика на мгновение оторвалась от книги.
– Так. Это не дело, – произнёс Дима. Его голос прозвучал громко и чётко в наступившей тишине.
– Что не дело? – подняла от блокнота идеально очерченную бровь Камила. Её аналитический ум уже почуял в его tone нечто интересное.
– Всё. Бездействие. Скука. Бесцельное прозябание, – он отстегнул свой бомбер, повесил его на спинку стула, оставаясь в тёмной водолазке с шевроном ИАК. Это придавало ему вид оперативника на задании. – Мы находимся на уникальной образовательной площадке. Мы – будущие лидеры, вожатые, организаторы. Мы должны практиковаться. Прямо здесь и сейчас. Создавать атмосферу, структуру, процессы.
Все переглянулись. Лев перестал целиться носком в голову Коли. —И что предлагаешь, профессор? – с лёгкой насмешкой спросил он. – Соревнования по метанию носков на точность? Или аудит эффективности нашего сна?
– Предлагаю создать своё государство, – ответил Дима без тени иронии. Его взгляд был абсолютно серьёзным. – Прямо в этой комнате. Свои законы, свои правила, свои институты власти, свою символику. Полностью самоуправляемую административную единицу в составе лагеря «Гренада». Назовём его… – он сделал театральную паузу, обводя взглядом всех присутствующих, – Атомнюганск.
Идея повисла в воздухе на несколько секунд. Она была настолько нелепой, грандиозной и детской одновременно, что мозг отказывался её сразу воспринимать. Первым взорвался хохотом Лев. —Государство? Серьёзно? Я буду главным! Императором Львом Первым! Будем чеканить монеты с моим профилем!
– А я – его главным палачом! – тут же подхватил Коля, уже представляя себе плаху и топор. – И министром обороны! Будем устраивать танковые битвы на радиоуправляемых машинках!
– А можно мне… ничем не быть? – тихо, почти шёпотом, спросил Ваня, проснувшийся от гвалта. – Я буду… нейтральным наблюдателем. Или послом в соседней палате.
– Нельзя, – тут же отрезал Лев, указывая на него пальцем. – Ты будешь… испытательным полигоном! Главным объектом для отработки санкций и новых указов! На тебе будем испытывать новые системы наказаний и поощрений!
– Это ещё что за должность? – нахмурилась Камила, настораживаясь. Её организаторская жилка восстала против такой хаотичной структуры. – Это неконституционно!
– Самая главная! – засмеялся Коля, подхватывая игру. – На нём будем проверять эффективность наказаний! Научный подход! Если после десяти подзатыльников он ещё жив – значит, наказание действенное! Если после похвалы работает лучше – значит, мотивация работает!
В этот момент в комнату, как ураган, влетела Оксана. Её лицо сияло от восторга и любопытства. —Ой, а что это у вас тут такое бурное обсуждение? По расписанию тихий час! Уже соскучились по активности? Готовьтесь, после сна будет крутейший квест!
– Мы не нарушаем распорядок, – с ледяной, непоколебимой серьёзностью заявил Дима, глядя на неё сквозь стёкла очков. – Мы проводим учредительное собрание. Мы основываем суверенную Республику Атомнюганск. Вы, вожатые, будете нашими… почётными советниками. Комиссарами 1-го ранга всех народных комиссариатов. Ваш опыт будет бесценен для становления молодой государственности.
Оксана засмеялась, но в её глазах мелькнул искренний интерес и одобрение. Она сразу включилась в игру. —Ну что ж, отличная инициатива! Поддерживаю на все сто! Только, граждане, чтобы без экстремизма, нарушения Устава лагеря и порчи государственного имущества. И чтобы налоги были умеренными! Договорились?
– Договорились, – хором, с разной степенью энтузиазма, ответили ребята.
– Тогда продолжайте! – Оксана сделала вид, что поворачивает ключ в скважине. – Считайте, что я вас благословила на государственное строительство! Только чур, тише! А то Катя услышит и объявит вам импичмент! – И с этими словами она выскользнула из комнаты, оставив дверь приоткрытой.
Игра началась. Но для Димы это была не игра. Это был проект.
Этап первый: Кадры решают всё. Номенклатура Атомнюганска.
Дима снова открыл ноутбук. На экране засветилась чистая страница. Он создал таблицу с колонками: «Должность», «Имя», «Ранг», «Обязанности», «Примечания». —Так. Первое. Административное деление и распределение портфелей, – его голос приобрёл официальные, протокольные нотки. – Я, как инициатор и главный идеолог, беру на себя верховную власть. Моя должность – Президент Республики Атомнюганск. Одновременно – Народный комиссар 1-го ранга всех народных комиссариатов. Это аксиома. Обсуждению не подлежит. – Он внёс первую запись в таблицу.
Лев хотел было возразить, но встретил такой стальной, не терпящий возражений взгляд, что проглотил шутку и лишь кивнул, понимая, что шутки кончились.
– Далее, – Дима щёлкнул по клавишам. – Лев Солод. Твоя харизма, напор и… низкий болевой порог, идеально подходят для силовой структуры. Назначаю тебя Комиссаром 2-го ранга Народного комиссариата внутренних дел (НКВД). В твои обязанности входит поддержание порядка, безопасности, пресечение попыток саботажа или мятежа, а также обеспечение физической защиты граждан Республики во время общелагерных мероприятий.
Лев выпрямился, изображая суровую важность. Он даже поправил воображаемый галстук. —Есть, товарищ президент! Порядок будет железным! – он отдал шутливый, но уже почти настоящий честь.
– Коля Пипеткин. Ты – правая рука, заместитель и первый оперативный исполнитель Льва. Комиссар 3-го ранга НКВД. Исполняешь решения и оперативные указания комиссара 2-го ранга, отвечаешь за материально-техническое обеспечение комиссариата (подушки, метлы, верёвки для ограждения территории).
– Ура! Я – меч правосудия! – воскликнул Коля, делая вид, что замахивается невидимым мечом. – Все враги Республики будут повержены!
– Камила Сольмина, – взгляд Димы остановился на ней. Камила instinctively выпрямила спину, готовясь к инструктажу. – У тебя врождённый талант к систематизации, управлению и пиару. Ты наблюдательна, требовательна и обладаешь безупречным вкусом. Твоя сфера – культура, досуг, идеология, информация и пропаганда. Назначаю тебя Комиссаром 2-го ранга Народного комиссариата культуры (Наркомкульт). В твоём ведении – разработка и проведение всех культурно-массовых мероприятий, творческих вечеров, поддержание морального духа, пропаганда ценностей и идеалов Атомнюганска, ведение официальной летописи и выпуск средств массовой информации (стенгазета).
Камила кивнула с деловой серьёзностью, уже мысленно составляя список дел. —Поняла. Летопись заведу в своём блокноте. Нужно будет организовать информационный стенд на двери. И наладить выпуск ежедневных сводок новостей. Возможно, создать Telegram-канал, если позволит покрытие.
– Вероника Липина. – Вероника вздрогнула, услышав своё имя, и покраснела. – Ты – самый чуткий, отзывчивый и эмпатичный человек здесь. Твоё призвание – забота, милосердие и поддержка. Поэтому твой пост – Комиссар 2-го ранга Народного комиссариата здравоохранения (Наркомздрав). В твои обязанности входит: контроль за санитарным состоянием комнаты и прилегающей территории, обеспечение соблюдения личной гигиены (напоминать о мытье рук), оказание первой медицинской помощи при ссадинах, ушибах и солнечных ударах, а также… – Дима сделал паузу, – мониторинг морально-психологического климата в коллективе. Твоё слово в вопросах этики, справедливости и человеческих отношений будет решающим.
Вероника застенчиво улыбнулась и прошептала: «Хорошо… Я постараюсь. У меня есть пластыри с мишками и зелёнка-карандаш».
– Вика Жилова. – Дима посмотрел на неё поверх очков. Вика медленно сняла наушники, давая понять, что слушает, но не факт, что согласна. Её лицо оставалось невозмутимым. – Ты – наш самый критичный, проницательный и бескомпромиссный ум. Ты видишь все слабые места, несправедливость, глупость и лицемерие. Твоя язвительность и цинизм – не недостатки, а ценные инструменты для построения правового государства. Поэтому я назначаю тебя Комиссаром 2-го ранга Народного комиссариата внешних сношений и юстиции (Наркомвнешюст). Твои задачи: разработка и написание Конституции и всех кодексов Республики Атомнюганск, контроль за их неукоснительным исполнением, а также – налаживание дипломатических отношений с другими отрядами, заключение союзов, пактов о ненападении и договоров о культурном обмене. Ты – наше лицо для внешнего мира и наша совесть внутри.
В глазах Вики, впервые за сегодняшний день, мелькнул неподдельный, живой интерес. Её губы тронула тень почти что улыбки. Она оценила точность формулировок. —Закон, – произнесла она чётко, отчеканивая каждое слово, – должен быть безжалостным к глупости, лицемерию и произволу. Наказание должно нести не только карательную, но и воспитательную функцию, а также быть публичным и назидательным. Я составлю Уголовный, Гражданский и Административный кодексы. С системой штрафных баллов, апелляций и общественных работ.
– Идеально, – утвердительно кивнул Дима, внося запись в таблицу. – И, наконец, Иван Попов.
Ваня съёжился, ожидая участи «испытательного полигона».
– Ваня, любое государство, любая империя, держится на труде. Труд – это почётно, это фундамент. Ты становишься Комиссаром 3-го ранга Народного комиссариата труда (Наркомтруд). В твои обязанности входит: организация и руководство трудовыми десантами по уборке закреплённой территории, контроль за дежурством по комнате, помощь на кухне по расписанию (если такое поручение поступит от администрации лагеря), ведение учёта трудовых достижений граждан. И… – Дима сделал паузу, глядя на Льва и Колю, – ты будешь главным испытателем новых идей и проектов, предлагаемых другими комиссариатами. Первый человек, который опробует всё на себе. Твои подробные отчёты о целесообразности, удобстве и эффективности будут crucial для принятия дальнейших решений.
Лицо Вани просияло. Это была не шутка, а настоящая, почётная, ответственная должность! Его перестали воспринимать как объект для насмешек, ему доверили дело! —Я буду стараться! – выдохнул он, сияя. – Я сразу составлю график дежурств и систему мотивации! Можно будет ввести трудовые баллы, которые можно обменять на… на что-нибудь приятное!
– Вот видишь, уже первая инициатива, – одобрительно кивнул Дима. – Вносится в протокол.
Этап второй: Символика и атрибутика. Флаг.
– Государству нужны символы, – заявила Камила, уже полностью включившись в процесс и чувствуя свою ответственность. – Флаг, герб, гимн. Без этого нас никто не будет воспринимать серьёзно. —Гимн – это сложно, это требует времени, – сказал Дима. – Начнём с визуальных идентификаторов. С флага.
Наступила пауза. Идеи закончились. Все молча оглядывали комнату в поисках вдохновения.
– Можно сделать из чего-нибудь? – робко предложила Вероника. – У меня есть цветная бумага… —Бумага – непрочный материал, – отвёл её предложение Дима. – Нужна ткань. Что-то прочное, символичное.
Его взгляд, сканирующий пространство, упал на стопку чистого постельного белья, выданного в лагере и аккуратно сложенного на одной из тумбочек. А именно – на пододеяльник. Он был белого цвета, но по его краю шла широкая кайма – чередующиеся полосы насыщенного синего и ярко-зелёного цвета.
– Идеально, – произнёс Дима. – Эта ткань. Цвета подходящие и символичные. Синий – цвет ясного неба над тайгой и чистой воды Вычегды. Зелёный – цвет бескрайней, могучей тайги, нашего главного богатства и защиты. Это наши национальные цвета. Это наша суть.
– Ура! – крикнул Лев. – Будем рвать казённое бельё на флаги! Да здравствует Республика!
– Не рвать, – строго остановила его Камила, уже чувствуя себя полноправным министром. – А аккуратно распороть и отрезать нужный кусок. Мы же цивилизованное государство, а не варвары. У кого есть нитки? Иголка?
Оказалось, что комплексный мини-набор для шитья с разноцветными нитками, иголками и даже маленькими ножницами был у Вероники («Мама дала, на всякий случай»). Аккуратно, под руководством Камилы, обладавшей самыми прямыми руками и точными движениями, они распороли боковой шов пододеяльника и отделили одну идеальную сине-зелёную полосу. Она была достаточно большой и прочной.
С помощью универсального суперклея из продвинутого канцелярского набора Димы и двух идеально гладких, отполированных рекой сосновых палочек, найденных и принесённых Викой (она молча вышла и молча вернулась с ними), они соорудили флаг. Сине-зелёные полосы расположились горизонтально. Камила аккуратно приклеила ткань к древку, сделав несколько стежков для надёжности нитками в тон. Получилось ярко, узнаваемо, символично и даже профессионально.
– Теперь его нужно освятить, – с полной серьёзностью заявил Лев. – Например, пронести над головой Попова.
– Позже, – парировал Дима. – Сначала герб.
Герб.
– Теперь герб, – сказал Дима. – Он должен отражать нашу суть, наши устремления и наш уникальный путь. Он взял со своего стола лист плотной ватманской бумаги и чёрный графический маркер с тонким стержнем. —Я займусь этим сам. У меня есть опыт в инфографике.
Он рисовал медленно, тщательно, с почти хирургической точностью. Все столпились вокруг, наблюдая за рождением символа.
Сначала появился контур. Стилизованное изображение двуглавого орла – намёк на преемственность с великими империями, но с абсолютно новым прочтением. Но вместо императорских корон на головах у орла были водружены сосновые шишки – символ природного богатства Коми края и той самой тайги, что их окружала.
В одной лапе орёл сжимал не скипетр, а метлу – символ Наркомтруда, созидательного труда каждого гражданина, на котором держится государство. В другой лапе – увесистый том книги, на корешке которого было чётко выведено: «ЗАКОН». Это был символ Наркомвнешюста, верховенства права и справедливости.
На груди орла вместо традиционного всадника, поражающего змия, был изображён сложный знак, напоминающий одновременно атомное ядро с orbiting electrons и шестерёнку. Это был символ прогресса, науки, технологий и рационального мышления – та самая «атомная» составляющая в названии «Атомнюганск». Этот знак был стилизован под микросхему, что придавало ему современное звучание.
Внизу, на стилизованной ленте, он вывел чёткую, лаконичную аббревиатуру: «Р.А.».
– Республика Атомнюганск, – пояснил он, закончив рисунок.
Герб был произведением искусства. Суровым, немного мрачным, но невероятно стильным и запоминающимся. Его приклеили на двухсторонний скотч рядом с флагом на самой видной стене, рядом с бабушкиным ковром-оленем. Теперь у них была полноценная государственная символика.
Гимн.
– Теперь гимн, —宣布ил Лев, ударив кулаком по ладони. – Чтобы было что петь на линейках и перед началом важных мероприятий! Чтобы боевой дух поднимать! —Музыку можно взять от чего-нибудь известного и патриотичного, – осторожно предложила Вероника. – Например, от «Гимна России» или «Гимна демократической молодёжи». Или от «Вперёд, Россия!». —Нет, – категорически возразил Дима. – Это должен быть абсолютно оригинальный мотив. Во-первых, чтобы не было проблем с авторскими правами. Во-вторых, чтобы он был уникальным и сразу ассоциировался только с нами. И чтобы он был быстрым, бодрым, военно-патриотическим, но с современными элементами.
Он замолчал, закрыл глаза, погрузившись в себя. Пальцы его правой руки непроизвольно постукивали по столу, отбивая сложный, маршевый ритм. Все замерли в почтительном ожидании. Через минуту, которая показалась вечностью, он открыл глаза. В них горел огонь творчества.
– Вот. Послушайте, – он продирижировал в воздухе, отбивая такт, и тихо, немного фальшиво, но с невероятной уверенностью и пафосом запел на простой, запоминающийся, бодрый мотив, напоминающий гибрид старого пионерского марша и современного патриотического трека:
Над тайгой комийской широкой, Где шумит сосновый наш дом, Реет флаг наш,сине-зелёный, Мы Республике своей служим!
Припев, более мощный и торжественный: Вперёд, Атомнюганск, великий, Смешариков дружный наш строй! Законы наши справедливы, И комиссары— здесь герои!
Мы трудимся и вдохновляем, Мы охраняем наш уют, Культуру нашу прославляем, И никому не уступим!
(Припев)
Сквозь бури и сквозь непогоду, Сквозь все испытания,труд, Мы будем крепнуть год от году, И нас победа ждёт впереди!
(Припев)
Когда он закончил, в комнате повисла ошеломлённая тишина. Все смотрели на него с открытыми ртами. —Офигенно, – первым нарушил молчание Лев. – Прям как настоящий! Серьёзно, круто! —Мелодия запоминающаяся, бодрящая, – одобрительно кивнула Камила, уже оценивая пропагандистский потенциал. – Текст соответствует государственной идеологии, патриотичный, но без излишнего пафоса. Легко запоминается. —Мне нравится, – прошептала Вероника. – Как в кино. —Можно разучить и спеть на вечерней линейке, – предложила Камила. – Это произведёт эффект.
Вика, не говоря ни слова, тут же начала записывать текст в свой ноутбук, подписывая: «Государственный гимн Республики Атомнюганск. Утверждён Указом Президента №1 от [дата]. Слова и музыка Д. Голышева».
Этап третий: Законотворчество.
Вика устроилась за столом с своим ноутбуком. Она отключила музыку. Её лицо было сосредоточено и сурово. Она чувствовала свою ответственность. —Конституция Республики Атомнюганск. Основной закон, – продиктовала она себе, набирая текст. – Преамбула: Мы, многонациональный народ Республики Атомнюганск, соединённые общей судьбой на своей земле, стремясь утвердить правду и справедливость, гражданский мир и согласие, сохраняя исторически сложившееся единство комнаты №7, возрождая суверенную государственность и утверждая незыблемость её демократической основы, стремясь обеспечить благополучие и процветание граждан, исходя из ответственности за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями, сознавая себя частью мирового сообщества, принимаем КОНСТИТУЦИЮ РЕСПУБЛИКИ АТОМНЮГАНСК.
Она писала быстро, почти не задумываясь, черпая вдохновение из известных ей исторических и современных документов.
– Раздел первый. Основы конституционного строя. —Статья 1. Суверенитет и территория. Территория Республики Атомнюганск неприкосновенна и включает в себя: комнату №7 корпуса №8, прилегающий балкон, а также закреплённую за отрядом скамейку у реки. Границы на замке. Суверенитет распространяется на всю её территорию. —Статья 2. Власть. Власть принадлежит Совету Комиссаров. Высшая исполнительная власть – у Президента (Комиссар 1-го ранга). Его слово – закон. —Статья 3. Нарушители. Нарушители внутреннего распорядка и законов Республики подвергаются Суду Правосудия. Единственная мера наказания на данный момент – десять ударов Подушкой Позора (подушка №5, с изображением Чебурашки). —Статья 4. Суд. Приговор выносит Комиссар НКВД 2-го ранга (Лев Солод). Исполняет приговор Комиссар НКВД 3-го ранга (Коля Пипеткин). Сила должна быть отделена от власти. —Статья 5. Вето. Президент (Дмитрий Голышев) имеет право вето на любое решение суда и право помилования. —Статья 6. Права граждан. Каждый гражданин имеет право на свободу слова (в разумных пределах и без оскорблений), личную неприкосновенность (условно) и справедливый суд (с учётом статьи 3). —Статья 7. Обязанности граждан. Каждый гражданин обязан соблюдать Конституцию и законы Республики, уважать её символы, трудиться на её благо и защищать её интересы.