Мой французский вояж

Глава 1

Я открыла глаза. Темно. Попробовала повернуться. Жестко, а еще холодно и сыро. Где я?

Резко сев, я начала судорожно пялиться во тьму. Сознание медленно возвращалось. Первой вернулась боль, голова просто раскалывалась, вслед за этим пришло воспоминание о сильном ударе по темечку. Я дотронулась до макушки, так и есть, здоровая шишка. На всякий случай ощупала себя всю, больше повреждений не было. Где же я нахожусь, валяюсь до сих пор на улице? Вряд ли, улицы ярко освещены даже ночью. Значит, меня куда-то затащили. Стоп. Нас же было двое.

– Эй, – тихонько позвала я. – Эй? – Тихо. Стало еще страшнее.

И тут я вспомнила про зажигалку.

– Слава богу! – видно, целью нападения был не грабеж. Порывшись в сумке, я извлекла спасительный предмет. Затаив дыхание, щелкнула «Ронсоном», и тут же появился яркий язычок пламени.

Подняв руку с зажигалкой повыше, я попыталась осмотреться. Каменный пол, мужские ботинки, серая брючина. Ну вот, мой горемычный работодатель был тут же. Я тихонько подползла к нему на коленях. Когда слабое пятно света добралось до лица лежащего мужчины, страх несколько отступивший, нахлынул на меня с новой силой.

Нос сломан, лицо и рубашка залиты кровью, на виске огромный кровоподтек. Но самое страшное, он, кажется, не дышал. Я тихонько завыла. Стоя на коленях с зажигалкой в руке, я раскачивалась взад и вперед и скулила, как собака над трупом хозяина.

– Что же это? Что же это? За что? Что им надо?

Кому им – это была первая конструктивная мысль, мелькнувшая в моем потрясенном сознании. Я остановилась. Инстинктивно вскочила на ноги и заметалась по периметру.

Сделав пару кругов, я остановилась. Помещение оказалось большим – метров двадцать – и со всех сторон каменным. Двери я пока не заметила. Подойдя к ближайшей стене, я медленно пошла вдоль нее, двери не было, у следующей стены тоже. Дверь оказалась в третьей стене. Маленькая, чтобы пройти, даже мне нужно нагнуться, слегка утопленная в нише. Судя по кладке, место, куда нас кинули, было построено лет сто-двести назад. Темница? Абсурд какой-то. Тут я снова вспомнила о несчастном, лежащем посреди камеры. Что же делать? И тут меня осенило. Зеркальце! Это просто счастье, что они не забрали сумочку! Маленький шелковый мешочек висел у меня через плечо.

Достав зеркало, я опустилась на колени и с замиранием сердца поднесла его к губам лежащего. Хвала создателю! Зеркало запотело. Значит жив. Нежно погладив его по холодному лбу, я осторожно расстегнула ему рубашку. Так и есть, все тело в кровоподтеках. Здорово ему досталось. Но, кажется, и нападавшие получили не мало. Костяшки рук поверженного были сбиты в кровь.

Снова вернулся вопрос: кто на нас напал и почему. Грабить нас не собирались. Бумажник лежащего без сознания был на месте. Мой кошелек тоже. Надо подумать. Сев поудобнее, я еще раз погладила своего товарища по голове и стала размышлять.

Денег у меня нет, я имею в виду больших денег, выкупать меня некому. Секретов я не знаю. Значит, дело не во мне. Кому я нужна? Другое дело – мой сосед по застенкам – миллионер, владелец заводов, газет, пароходов. Чем он точно занимался, я понятия не имела. Но чем-то жутко прибыльным и стратегически значимым. Может, цветными металлами, может, алюминием или еще чем.

Из всего вышепродуманного следовал вывод – я просто оказалась не в том месте и не в то время. А главное, не в той компании. И что я за дура несчастная. Только жизнь стала налаживаться. Замуж мечтала выйти, деньги приличные стала зарабатывать. И умирать? А дети, о господи, а о них кто позаботится, родители мои уже старенькие, а бывшему мужу не до них. Нет, нет, нет, умирать мне нельзя! В конце концов, я ничего не видела – сразу вырубилась, очнулась здесь в полной темноте. Может, если прикинуться бессознательной, меня отпустят? Что я несу? Хотели бы отпустить, бросили бы еще на улице. Свидетели им не нужны – легче грохнуть. Но ведь до сих пор не грохнули. Что-то им нужно от бесчувственного олигарха. Но радоваться особенно нечему, не убили сейчас, прикончат потом. Что же делать? Ужасно хотелось жить. Может, откупиться от них? Нет, определенно, животный страх отупляет.

Надо привести в сознание это бесчувственное тело. В конце концов, это по его милости мы тут оказались! Я стала его трясти, ничего не вышло. Устало вздохнув, отошла к ближайшей стене, села, выключила зажигалку, горючее надо экономить, и предалась горьким воспоминаниям.

Началась эта история примерно месяц назад и совершенно не сулила никаких неприятностей. Скорее наоборот.

Глава 2

Как же гадко звонит будильник! Каждое утро я просыпаюсь с этой «приятной» мыслью. Кто придумал, что рабочий день должен начинаться непременно утром? Всю жизнь я завидовала «жаворонкам». Встают себе ни свет ни заря, свежие, бодрые… а тут? Лично я отношу себя к курицам, я должна лечь не позднее двенадцати и встать не раньше десяти. Тогда я ощущаю себя полноценным членом общества, а не потрепанной мочалкой.

Спотыкаясь и шарахаясь по стенам, я доползла до ванной комнаты. Надо быстро умыться, пока отпрыски не проснулись.

Не успела я почистить зубы, в ванную ввалилась Вероника. Вероника – моя старшая дочь, ей восемнадцать, и она перешла на второй курс факультета менеджмента. Младшему, Дениске, – шестнадцать, но ростом он давно перегнал и меня, и мужа (бывшего). Мы давно развелись, и у него теперь другая семья, но отношения у нас приличные. Он даже алименты сам платит. Алименты, конечно, слезы, ну да и он не Абрамович.

Кое-как умывшись, я рванула на кухню мастерить завтрак. Не успела сварить кофе и насыпать мюсли, не замысловато, но питательно, как мои голодные, ворчливые чада плюхнулись за стол. Не слушая их нытья и препирательств, я заглотила кофе и отправилась собираться.

Последние полгода я работала заместителем директора в риелтерской компании, занимающейся элитной недвижимостью, нашей и зарубежной.

Агентство открыл мой старый приятель Володька Остроухов. Сам он в недвижке ни бум-бум, зато имеет обширные знакомства в самых разных состоятельных кругах. Так что бензин ваш – идеи наши. Надо сказать, моя новая должность и моя новая зарплата здорово подняли наше благосостояние. Мы все трое приоделись, поменяли мобильники, купили ноутбук и т. д. по мелочи.

Конечно, я и раньше зарабатывала неплохо и даже смогла поменять нашу двушку в хрущевке на трешку в центре, хоть и с небольшими, но изолированными комнатами, и даже сделала в ней ремонт. Но солидная стабильная зарплата все же лучше, чем ненадежный агентский хлеб.

Сегодня у нас в фирме полный сбор. Все с сияющими от счастья лицами ждем нового клиента. Володька где-то откопал олигарха, остро нуждающегося в VIP-недвижимости. Наташка, наша секретарша, сбегала вчера в магазин и закупила жутко элитного молотого кофе и намыла наш парадный сервиз. Так что выглядеть надо соответственно. Черный элегантный костюм, белая блузка, яркий шелковый платок в карман пиджака. Туфли из крокодила на каблуке и сумка в комплекте. Приобретено за бешеные деньги для подобных случаев.

Несмотря на бальзаковский возраст, выгляжу я максимум на тридцать пять, фигурка у меня сохранилась благодаря работе – риелтера, как известно, ноги кормят. Хотя последние три года я езжу на собственном авто. Недавно я поменяла старую «девятку» на новый «Опель Корса». И чувствую себя состоятельной и успешной бизнесвумен. К слову, у бывшего супруга «ведрастый» «Фольксваген».

В офис я влетела за полчаса до прихода дорогого гостя. И была сразу схвачена посиневшим от волнения шефом. По поступившей недавно информации, сумма сделки приближается к 3 000 000 евро. Соответственно, комиссионные от нее помогут фирме безбедно существовать около года.

Рядовые сотрудники завистливо выглядывали в коридор из агентского зала. Честно говоря, агентов у нас немного, потому что с миллионерами тоже наблюдаются некоторые перебои, Питер все-таки не Москва.

Итак, обсудив до прихода клиента все, что только можно обсудить в создавшейся ситуации, мы сидели, молча поглядывая на часы.

Олигарх явился с точностью курьерского поезда. Что, несомненно, говорило в его пользу. Человек дела, не склонен прибавлять себе значимости, заставляя людей себя ждать. Возможно, даже неплохо воспитан.

Внешний вид гостя ничем особым не выделялся – коренастый, лысоватый, лет пятидесяти, плотный, лицо обычное, не красавец, не урод, умный, волевой, минимум сантиментов. Но его спутник… Да, с таким клиентом я бы поработала и за меньшее вознаграждение. Впрочем, как показывает практика, от таких красавцев надо держаться подальше. А он был настоящий красавец.

Высокий, подтянутый, он обладал какой-то завораживающей кошачьей грацией. Светло-русые волосы, серо-голубые глаза. Прямой нос, неотразимая ямочка на волевом подбородке. Хоть сейчас в Голливуд, Джордж Клуни отдыхает.

Сначала я подумала, что это телохранитель, настолько спортивной выглядела его фигура под дорогим костюмом. Но, войдя в кабинет и поздоровавшись с присутствующими, красавчик как равный уселся в кресло рядом с нашим дорогим во всех отношениях олигархом.

Как выяснилось в дальнейшем, красавец был питерским партнером нашего толстосума, звали его Евгений Викторович Мравинов, и был он председателем совета директоров какого-то крупного холдинга, название которого я тут же забыла со свойственным мне легкомыслием. Но можно быть уверенной, что Володька такую важную информацию тут же запротоколировал. Умение запоминать, кто есть кто, и поддерживать такие приятные и полезные знакомства было его главным талантом и источником доходов, чем бы он ни занимался.

Самого олигарха звали Василий Никанорович Ползунов. Что стало источником всяческих шуток и острот в агентстве на ближайшие две недели. Имечко и впрямь не рядовое, так и тянет от него старозаветным купчиной в хромовых сапогах. Оказалось, что мои ассоциации не так уж и далеки от правды. В ходе светской беседы г-н Ползунов счел нужным просветить нас, что происходит из старинного купеческого рода. Что у его прадеда, купца первой гильдии Ползунова, хранилась в золотой раме в гостиной собственного особняка на Остоженке грамота царя Петра Первого, собственной рукой государя подписанная, коей он дозволял купцу Ивану Алексееву Ползунову снарядить собственный корабль и привлечь для того компаньонов, сколько потребно для ведения торговли в европейских городах. Когда лирическая тема воспоминаний была исчерпана, а мы с шефом исчерпали свой запас охов и ахов, Василий Никанорович перешел резко, без предисловий к главному предмету сегодняшнего сбора.

Оказывается, славный потомок купеческого рода недавно женился, то ли в пятый, то ли в четвертый раз. По сложившейся у него традиции всю имевшуюся у него недвижимость он оставил бывшей жене и сейчас стоял перед нелегкой задачей обустройства очередного семейного гнезда. На его счастье, молодая не стала настаивать на покупке недвижимости в столице, а покладисто согласилась поселиться в городе на Неве, чем жутко обрадовала дорогого супруга, учитывая разницу в ценах. Оказывается, до того, как составить счастье г-на Ползунова, она приехала в Питер из славного маленького городка на Волге. Во времена Рюриковичей город был большой и торговый, но те времена давно ушли в прошлое, и сейчас городок, существовавший вокруг одного-единственного завода, который тихо скончался, не пережив перестройки, вел жалкое, захолустное существование. Девушка была амбициозна и всю свою жизнь мечтала вырваться из родного болота в большой мир. И вот, продав козу, любящая мать отправила единственное чадо поступать в медицинское училище в наш город. На экзаменах чадо с треском провалилось и поехало искать счастья в места поскромнее, а именно Нижний Новгород, где и познакомилось по волшебной случайности с вышеупомянутым олигархом.

Судя по всему, детство его супруги проходило в нужде и лишениях, так что теперь она лихо наверстывала все, чего была лишена.

Квартиру она хотела жутко элитную, в каком-нибудь модном месте, с дорогой кожаной мебелью, двумя ванными, амурами, позолотой, плазменным TV, кухней хай-тек, наборным паркетом, подвесными разноуровневыми потолками, с маленькими лампочками, барной стойкой, лепниной и зеркалами на стенах. Если бы я первый год работала риелтером, я бы схватилась за голову от плодов воспаленного воображения провинциальной миллионерши. Но за пятнадцать лет я слыхала и не такое. Самого Василия Никаноровича некоторая чрезмерная аляповатость запросов молодой, похоже, не смущала. Создавалось впечатление, что сам он там жить вообще не собирается.

Мило улыбнувшись, я заверила, что никаких проблем с поисками подобной квартиры не возникнет.

Г-н Ползунов жутко обрадовался, видимо, ему тоже список требований показался слегка завышенным. Сумму на приобретение этого архитектурного и дизайнерского шедевра с эрмитажной мебелью и отделкой в стиле «эклектика» он определил в два миллиона евро. У нас с Вовкой от счастья заслезились глаза. Даже пять процентов от этой суммы, согласитесь, неплохой заработок.

Но пока мы пребывали в эйфории математических выкладок, олигарх нанес нам новый удар, после которого мне показалось, что Остроухов сейчас упадет на колени и поползет по ковру целовать руки нашему благодетелю. Оказывается, покупка хоро́м в славном городе Петра – это только половина эпопеи. Госпожа Ползунова пожелала иметь виллу у теплого моря, и юг Франции или, может, испанское побережье (что вы посоветуете?) вполне бы подошли. Ничего кричащего, так, миллиона на три евро.

Надо сказать, что за короткую жизнь нашего агентства это был первый по-настоящему крупный заказ. И хотя мы рекламировали на каждом углу, что поможем приобрести недвижимость в любом уголке земного шара, в реальности мы не продали даже курятника за рубежами Отчизны.

Но за такие деньги мы были готовы на любые подвиги.

В общем, постановили следующее: сначала ищем квартиру в Петербурге, отсматривать их будет аполлоноподобный Евгений Викторович, поскольку сам г-н Ползунов вынужден отбыть по делам бизнеса куда-то в сторону Уральского хребта. Все тщательно отобранное предметом моих грез будет предъявлено будущей хозяйке, и если она что-то одобрит, мы подготовим бумаги и оформим сделку в самые кратчайшие сроки.

А дальше мы, то есть я и наш славный денежный мешочек, ей-богу, он ужасный душка, я даже стала замечать некое обаяние в его плотной квадратной фигуре, в его румяных, по-детски пухлых щечках, все-таки согласитесь, ничто не красит мужчину так, как деньги.

Итак, мы отбываем на элитный европейский курорт для поиска скромного домика на пять спален, с бассейном, парком, гаражом на четыре машины, видом, пальмами, статуями и не знаю чем еще. Вау!

После чинных проводов и теплых прощаний с поцелуями моей ручки, ручку целовал Мравинов, мы наконец-то закрылись в Володькином кабинете, издали победный клич и исполнили танец, чем-то напоминавший смесь лезгинки с воинственным танцем ирокезов. Немного успокоившись и выпустив пары, Владимир Николаевич вызвал Наташку и послал ее в магазин за шампанским, щедро выделив на это дело из аванса, который он мастерски выдурил из господина Ползунова.

Остаток дня вся фирма буйно праздновала, причем часа через полтора почти никто не мог вспомнить, что именно, поскольку предприимчивая секретарша купила не только шампанское, но еще пару бутылок вина, бутылку водки для мужчин и коньяк для дам и даже чуть-чуть закуски – две коробки конфет и палку колбасы. Бутылки появлялись по мере выпивания, и создавалось впечатление, что они буквально родятся под столом взамен выпитых.

Домой я прибыла около пяти часов вечера и совершенно не в себе. Машину пришлось оставить, и по домам нас, я имею в виду руководство фирмы: меня, Володьку и бухгалтершу, развозил Михаил Федорович. Он у нас язвенник, а посему лишен простых человеческих радостей, зато здорово выручает коллектив в подобных ситуациях.

Детей дома не было. Вероника еще не появлялась, а Денис унесся на тренировку. Подумав немного, я решила лечь спать. Ничего хорошего не будет, если молодое поколение увидит меня в столь плачевном виде.

Глава 3

Проснулась я около восьми. Надо сказать, мне сильно полегчало. Заглянув на кухню, я поняла, что Вероника уже забегала домой. Пообедала, переоделась и упорхнула на свидание. Денис должен вот-вот появиться. Выпив чаю, я принялась обдумывать план ближайших действий.

Первое, что пришло в голову, было не ходить завтра на работу. В конце концов, чтобы плодотворно трудиться, мне нужно хорошо выспаться. Второе, искать квартиры я могу и дома по компьютеру – в этом прелесть работы риелтера. Главное – результат, а уж как я его достигну, мое дело. Так я и сделала.

Проснувшись на следующий день в двенадцать, я не спеша приняла душ, спокойно выпила кофе, наслаждаясь благостной тишиной в доме. Мои детишки привыкли к тому, что я то могу спать до полудня, то носиться по делам с утра до ночи, то неделями сидеть дома на телефоне или без него, в зависимости от наличия работы. Поэтому, утром увидев меня спящей, тихо разбежались по своим делам.

Мирно допив кофе, я включила до того момента отключенные телефоны: мобильный и домашний. Оба тут же зазвонили. По обоим надрывался шеф. Он сам прибыл в офис в десять ноль-ноль в административном порыве, готовый руководить мной, направлять меня, наконец, помогать мне. Но меня не было.

К моменту моего обнаружения он уже брызгал слюной, грозился сам отработать клиента, заставить меня его отработать, а потом лишить комиссионных и много чего другого. Когда фонтан угроз и слез иссяк и мне удалось вставить слово, я величественно объяснила, что он своими истериками прервал рабочий процесс, который начался еще в шесть часов утра. А на дорогу до офиса тратить время – просто расточительство.

Володька мигом присмирел, шаркнул ножкой и пообещал больше не соваться. Только робко намекнул, что был бы счастлив, если бы я хотя бы раз в сутки отзванивалась ему и сообщала о ходе дел.

Итак, да здравствует свобода, крепкий, здоровый сон и неотразимый Евгений Викторович.

С Мравиновым я увиделась через день. Он заехал за мной в офис, чтобы вместе посмотреть пару квартир.

За окном стояло бабье лето. Для прогулки полуофициального характера я выбрала коричневые брюки из тонкой шерсти со стильным ремешком, кремовую блузку и коричневую, вязанную паутинкой кофточку. Солнечные очки и туфли на шпильках. Осмотрев себя в зеркало, я решила, что к встрече готова.

Володька в пятый раз выспрашивал меня, какие квартиры мы будем сегодня смотреть, когда появился Евгений Викторович и, подхватив меня под локоток, увлек прочь от занудливого Остроухова.

Приехал Ален Делон на «Лексусе», в моделях я не разбираюсь, но он был явно очень дорогим. Супермен явно предпочитал держать ситуацию в своих руках, поэтому приехал без шофера.

По плану у нас был осмотр квартиры на Мойке в районе Исаакиевского собора и кондоминиума на Крестовском острове. Сперва мы поехали на Мойку, квартира оказалась неплоха, но было непонятно, где ставить машину. Места для парковки были все забиты, а хозяева квартиры свое место уже потеряли, так как давно уехали в Израиль.

Вторая квартира нам тоже не подошла, так как располагалась в трех уровнях, хотя имелась однородная социальная среда, гараж на две машины, закрытый охраняемый двор, содержащийся в идеальном состоянии, и, естественно, близость двух парков. Но бегать весь день по лестницам г-ну Ползунову вряд ли пришлось бы по вкусу.

Мы уже неделю катались по просмотрам. Программа наших встреч устоялась. Он заезжал за мной в офис, мы ехали на просмотры, потом меня традиционно приглашали на ужин. И все. Было в наших отношениях что-то странное. С одной стороны, они вроде бы вышли за пределы агент-клиент (хотя клиентом он, как таковым, не являлся). С другой стороны, они застряли на стадии первого свидания. Это тревожило меня все больше. Хотелось определенности, как всякой нормальной женщине. Либо я ему нравлюсь, либо это проявление какого-то странного донкихотского отношения к даме, что, согласитесь, несколько ненормально для успешного российского бизнесмена такого полета.

Когда я была с ним, все было чудесно. Он открывал мне дверь машины, подавая руку, задерживал в своей руке мою на несколько секунд. Смотрел каким-то особенным пронзительно-восторженным, внимательным взглядом. Под этим взглядом я начинала казаться самой себе необыкновенной, таинственной и считала, что для него нет ничего важнее, чем разгадать эту тайну. В глазах его читалось такое восхищение, что поневоле приходилось соответствовать. И в этой глупейшей ситуации любая инициатива с моей стороны могла все разрушить. Но как только мы расставались, эйфория проходила, и в голову лезли всякие вопросы. А вдруг я себе все выдумала? А вдруг это у него прием отпетого Казановы, и до меня ему на самом деле дела нет, так, отрабатывает по привычке. И потом этот взгляд, может, он его перед зеркалом репетировал, зная, какое он впечатление на глупых баб производит. Хотя, с другой стороны, ему от меня вроде ничего не надо, мог бы и не напрягаться. Но, опять-таки, что я вообще о нем знаю? Может, он женат на модели, у него трое детей, а меня он из жалости по ресторанам водит. Видит, что дура втюрилась. В общем, пора было брать быка за рога и выяснить хотя бы, женат ли он.

С таким боевым настроем я собиралась на очередную встречу.

А встречи наши уже подходили к концу. Две подходящие квартиры мы уже наметили. И сегодня планировали последний, наверное, осмотр архитектурно-дизайнерских шедевров.

Выглядеть надо было соответственно. Укладка и макияж были сделаны с особой тщательностью. Наряд выбирался долго и кропотливо. Ножки у меня стройные, под брюки их прятать не будем, значит, юбка. Может, замшевый костюмчик цвета сухого сена в стиле Коко Шанель, скромный кашемировый джемперок и эффектные украшения? А в комплект можно добавить жемчужины моего гардероба – сумку и туфли от VICINI. Лаковые туфли на каблуке подчеркнут мягкость замши, на талию поясок из лаковой кожи. В целом, довольно миленько. Костюмчик я приобрела этим летом в Испании, куда мы ездили на две недели с моими отпрысками. Стоил он жутких денег – полторы тысячи евро, но мне достался со скидкой всего за семьсот.

Итак, к бою! В конце концов, я современная деловая женщина, самостоятельная, независимая и хватит строить из себя чеховскую героиню не от мира сего.

В таком вот «позитивном» настрое я ждала появления Евгения Викторовича. Судя по всему, я просто излучала всеми клеточками существа такой заряд энергии, что сослуживцы пугливо шарахались от меня по своим кабинетам. А начальство вообще сбежало из офиса, когда поняло, что я собираюсь скоротать в его обществе ближайшие полчаса.

Когда появился Мравинов, накал моих страстей несколько снизился, и я не кинулась к нему с порога с воплем: «Признавайся! Ты женат, сволочь?» Поскольку последние полчаса провела у зеркала в кабинете шефа, и это здорово подняло мне настроение. Надо сказать, я себя люблю. Всю жизнь была довольна своей внешностью. Средний рост – метр шестьдесят семь, стройная фигурка, тонкие щиколотки, большие зеленые глаза, классически правильные черты лица. Мой естественный цвет волос – светло-русый, но последние лет десять я регулярно перекрашиваюсь. Сейчас я платиновая блондинка, стрижка средней длины, позволяет убрать волосы в прическу. Короче, моя внешность здорово облегчает мою жизнь. Симпатичному, обаятельному человеку всегда охотнее идут навстречу. Учителя в школе, профессора в университете, чиновники и клиенты на работе.

Эти приятные мысли резко улучшили мое настроение. Но когда мы оказались в машине, все переживания вернулись, и я решила, не откладывая, приступить к сбору информации.

– Вчерашняя квартира, по-моему, заслуживает внимания, для семьи из двух человек просто идеальна, а в случае появления потомства гостевую легко переделать в детскую. А кстати, ты женат?

– Нет, – кратко ответил мой предмет, пристально взглянув на меня и еле заметно усмехнувшись.

Дура! Дура набитая! Тоже мне тонкий подход. Дала бы сразу анкету заполнить. Семейное положение за последние десять лет, прописка, адрес фактического проживания, группа крови, отпечатки пальцев, ежемесячный доход, названия банков и номера счетов. Кретинка! Представляю, как он веселится в душе. Пара взглядов, пара походов в ресторан, и я уже из платья выпрыгиваю, до чего в ЗАГС хочется! Ну так фиг тебе! Сегодня после просмотра – сразу домой. И не сметь смотреть на него, как на солнце всей моей жизни. Тоже мне сокровище!

Посуровев, остаток вечера я говорила только о делах. Взглядов гадкого сердцееда всячески не замечала. Ну и ладно! Проживу и без него!

На завтра мы договорились показать отобранные нами квартиры юной госпоже Ползуновой. Сев в машину после последнего просмотра, Мравинов как всегда завел: