Воздушный серпантин

Вохнин замолчал, задумавшись. Мне расхотелось расспрашивать собеседника о работе, о причинах ухода из скорой помощи, тем более что и без интервью теперь знал обо всём этом, да и диспетчер Регина нарисовала прекрасный портрет. Главный редактор будет доволен: я принесу ему очерк об удивительном человеке и о любви к природе.

Незаметно вокруг нас стали собираться подростки, многие из них были с родителями. Я подумал с долей сомнения: «Неужели они тоже тренируются?» Вохнин, словно угадав мои мысли, с откровенным удовольствием произнёс:

– Не удивляйтесь, родители тоже принимают участие в наших тренировках.

Вдруг он обратился ко мне:

– Вы не хотите принять участие? Получите массу впечатлений и эмоций, не пожалеете.

– Но я не готов, нужны экипировка и хотя бы минимальные знания.

– Ничего сложного здесь нет, главное – уметь читать карту и ориентироваться по компасу.

Не давая опомниться, он вручил мне карту с указанием контрольных пунктов и ориентировочного времени контроля, дал компас и начал коротко инструктировать. Я рассеянно слушал, по-русски надеясь на кривую, которая всё равно выведет меня на сборный пункт. До старта мне удалось побеседовать с некоторыми участниками мероприятия, с детьми и их родителями. На просьбу оценить идею проведения тренировок и соревнований по спортивному ориентированию я получил только восторженные отзывы и похвалы в адрес организатора.

В четырнадцать часов Данила Викторович построил участников в две шеренги, произнёс в напутствие несколько слов короткого инструктажа, пожелал успехов и дал старт. В сознание врезалось несколько наставлений инструктора: на карте север всегда наверху, на местности мох всегда растёт на северной стороне деревьев, телефон в лесу бесполезен – нет связи, если потеряли ориентацию, выходите к реке или ручью и ступайте вдоль берега вниз по течению. Все покинули поляну, а я растерялся, замешкался и остался на месте.

Вохнин спросил:

– Что же вы, передумали?

– Нет, я сейчас.

Я убрал в машину телефон, диктофон, блокнот, фотоаппарат, включил сигнализацию и убежал в лес, навстречу неожиданностям, с опозданием на пятнадцать минут.

В отличие от остальных участников тренировки, мне предстояло как начинающему пройти три контрольных пункта в расчётные два часа.

К моему удивлению, я легко и быстро добежал до первого контрольного пункта. Почему-то вспомнил мошенников на рынке: «Они тоже сначала дают новичку немного выиграть, а потом без штанов оставляют». Посмотрел на карту, повернул, как указано, направо и вдруг в десяти шагах увидел несущееся мимо стадо кабанов. Я оцепенел, заметив, как на меня, отделившись от собратьев, устремился один из них, клыкастый. Что делать? Я спрятался за ближайшим деревом. Здоровый боров пронёсся мимо с невероятной скоростью и скрылся в зарослях.

Я пришёл в себя через несколько минут, снова взглянул на карту, не обратив внимания на расположение севера и юга, и побежал в поисках следующего пункта. Через несколько метров передо мной открылось болото, по инерции я не смог остановиться и вляпался в него, не глубоко, но достаточно, чтобы запаниковать и сильно замараться. Хорошо, что зацепился за какую-то корягу, она не дала мне окунуться в топь с головой. Я снова растерялся, не зная, что делать, оставаться на дистанции или возвращаться похожим на болотную лягушку. Идти назад было бессмысленно, потому что пробежал значительное расстояние, потеряю больше времени, чем на продолжение пути. Решил продолжить. Только сейчас до меня дошло, что я неправильно держал карту, а потому не сразу нашёл второй контрольный пункт. Но всё-таки вышел к нему, потеряв полтора часа расчётного времени. Посмотрел на часы и понял: пора возвращаться, иначе меня будут искать. И позорно сошёл с дистанции.

Взглянув на мой жалкий вид, Данила Викторович не удержался и громко рассмеялся. Я не обиделся, только стыдливо улыбался.

– Все уже прошли свою дистанцию и разошлись. Никаких возражений я не принимаю, вы сейчас со мной доедете до моего дома, примете горячий душ, и я переодену вас в сухую одежду.

Пришлось подчиниться. Он назвал адрес, я настроил навигатор, и мы отправились в город.

В понедельник сдал в номер очерк о моих встречах в лесу, не скупясь на эмоции и впечатления от участия в таком удивительном деле, как спортивное ориентирование.

Несмотря на то что очерк пошёл в номер, главный редактор Герман Ильич высказал недовольство в мой адрес:

– Фрез Христофорович, я вам дал конкретное задание: взять интервью у победителя конкурса «Лучший в профессии Подмосковья», а вы расписали свои приключения в каком-то лесу.

Пришлось объяснять, что вместо интервью мне удалось подготовить очерк о неравнодушном человеке, любящем дело, которое приносит людям радость и пользу. Причём занимается он этим делом, отдавая ему всю душу, знания и жизненный опыт.

Словом, несмотря на то что очерк был опубликован, гонорара за него я не получил.

Самое забавное, что на этом моя история не закончилась.

Оказалось, что мой рассказ не оставил равнодушными наших читателей, многие из которых по телефону и в письмах, в личных обращениях просили, чтобы я тоже возглавил группу по спортивному ориентированию. Теперь мы с Данилой Вохниным участвуем в соревнованиях по этому виду спорта и проводим совместные тренировки вместе с группами подростков. Не скрою, благодаря встрече в лесу во мне родилось по-настоящему трепетное отношение к природе и её обитателям.

Притча о Задумчивом Шиповнике

Под окнами большого дома рос куст Шиповника. Рос он, рос, потом стали на нём появляться ягоды. Смельчаки собирали их, настаивали, укрепляя тонус организма. Словом, пользу жильцы дома извлекали из него немалую. Никто не мог сказать, откуда он взялся, как появился, кто его посадил. Кому-то Шиповник всё же помешал, пытались его выкопать, но не тут-то было: корни его настолько углубились в почву, что справиться с ними было делом безнадёжным. Пришлось от этой затеи отказаться. Куст вырос большой, развесистый.

Пока Шиповник набирался сил, он стал невольно наблюдать за тем, что происходило вокруг него, около него и даже под ним самим. Вот пробегает карликовый пудель землистого окраса из первого подъезда. По утрам хозяйка выгуливает его без поводка. Он свободно резвится невдалеке от неё, всё норовит понюхать, но и её не упускает из виду. Куда хозяйка, туда и пудель. До чего же привязчивая порода, никакого собственного достоинства! К тому же очень любопытный: кто бы ни проходил мимо, пёс непременно поднимет голову и долго смотрит в его сторону, пока прохожий не скроется из виду. Ни одной машины не пропустит, чтобы не отметиться возле колёс. Этот пудель ещё и разбирается в травах, обязательно пожуёт нужную, а чаще всего почему-то выбирает осот. Наверное, желудок или печень себе очищает.

Днём его уже хозяин выводит, но непременно на поводке. Удивительным образом меняются и повадки пса. Он ходит с чувством собственного достоинства, хотя всё равно проявляет любопытство и осот ищет. Если за хозяйкой он бегает, то хозяина уже сам водит за собой, не обращая внимания на поводок. Однажды Шиповник позабавило, как хозяин дёргал своего четвероногого друга за поводок, но тот упёрся всеми четырьмя лапами и не сдвинулся с места, пока не подобрал какую-то подачку, брошенную соседями для кошек. На поводке пёс совершенно не обращал внимания на других собак, встречавшихся ему на пути. Однако при хозяйке он обнюхается с уличными собратьями – и бежит дальше своей дорогой.

Шиповник удивился, как совсем юная девушка с четвёртого этажа соседнего, второго, подъезда целовалась и обнималась с молодым парнем. Он не осуждал свободные нравы современной молодёжи, просто отметил для себя, что теперь никто не прячет своих чувств. Услышал при этом разговор двух взрослых женщин, проходивших по тротуару:

– Смотри, целуются на виду у всех, – сказала женщина постарше своей спутнице.

Вторая ответила со смехом:

– Завидуешь, что прошло твоё время? Если она целоваться не будет, замуж не выйдет. Пусть целуются, пока целуется.

– О времена, о нравы… – произнесла с горечью женщина постарше.

Так, наблюдая за происходящими вокруг событиями, Шиповник не заметил, что по левую сторону от него поселился ещё один кустик. Он превратился в большую белоснежную черёмуху. Оба куста во время цветения радовали жильцов верхних этажей и огорчали обитателей первого. Вскоре по правую сторону от Шиповника незаметно поднялся куст лиловой сирени. Жильцы первого этажа совсем загрустили. Три больших куста выросли под самыми окнами, почти всю квартиру так затемнили, что хоть продавай её за бесценок и ищи себе новое жильё этажом повыше.

От избытка чувств к обеим соседкам с одной и с другой стороны Шиповник начал сбрасывать лепестки с цветков. Сначала от этого растрогалась черёмуха, увидев, как сосед бросает к её корням свои прекрасные лепестки. Потом лиловая сирень, не зная, что милый сосед поделился своим цветочным богатством с кустом черёмухи, очень умилилась и тоже распространила свои ароматы. Правда, жильцы дома вскоре так оборвали куст сирени, что оставили одни голые ветви. Шиповник недолго грустил, выражая свою привязанность теперь только одной черёмухе, позабыв некрасивую, убогую и оголённую сирень. Недолго ему пришлось любоваться и белоснежной черёмухой – её тоже ободрали, только лишь голые ветки остались. Перед кем теперь ему свои нежности показывать, лепестки ронять? Загрустил Шиповник, ещё сильнее стал сбрасывать лепестки, и под ветром, и просто так, в безветрие. Зато к осени должны ягоды появиться, много ягод.

Шиповник обрадовался от мысли, что, погибая в любовной страсти, может принести людям радость, обеспечив их множеством витаминов и микроэлементов, особенно витамином С. Вспомнились ему услышанные недавно слова из Евангелия, где Христос говорит, что если семя живёт, то оно не приносит плода и, только умирая, даёт плоды. Эти мудрые слова Шиповник услышал от старушки, что жила в той самой затемнённой квартире на первом этаже.