Нэй. Сердце Сошо

Форк вассальной клятвы не предлагал, он сам был готов присягнуть ради карьеры кому угодно, но уговаривал Нэя вступить в городскую стражу Орсы! Настойчиво так предлагал. Вот и сейчас что-то там говорил. Не будь свободное место за Артуром, точно бы сел поближе, чтобы доказать, что лучше работы стражника в мире нет!

Ну, на самом деле Форк был парнем что надо, и в смелости ему не откажешь, но пунктик на карьере хотя его и не портил, пока не портил, но порой превращал в жуткого зануду.

Впрочем, Нэй научился его не слушать, когда это было нужно, но при этом он мог повторить все слово в слово, так как ничего нового Форк не говорил.

Снова послышался тост за Нэя, кажется, уже десятый, если память не изменяет. И снова стоя, и снова первуху (правда, разбавленную), до последней капли в граненых стаканах. Жестоко и по печени удар, но раз в жизни можно устроить себе любимому столь милый праздник.

Пили все много, но при этом оставались с ясной головой, ну, кто хотел. И секрет этому был прост – нюхательная смесь, кто бы мог подумать – Торксов! Отличная вещица, которую производили все, кто знал ее секрет. Семьи этой уже нет давно, а память осталась. Никакой сонки, то есть наркоты, а только чистое воздействие на алкогольные центры. И никакого привыкания.

И нюхали ее все, но так, чтобы незаметно – в рукав вшивали. И до ветру тоже чтобы незаметно. Ведь настоящий мужчина должен все выдержать! Вот только, как уже говорилось, печени было не до смеха…

А тост предложил, кстати, Лок Файнс.

Нэй даже не представлял, что можно сдружиться с человеком.

Ну, человек как человек. Даже отличным парнем оказался – здравомыслящим воином, умным и надежным. От которого не ждешь подвоха и удара в спину. И даже наоборот – мог не опасаться за эту самую спину, так как под надежной она была защитой. Как и Нэй всегда защищал спину друга.

Что же касается Сатра Леко, который для каждого оказался неким водоразделом – для одного он был врагом, для другого господином, то упоминания о нем…

Упоминания…

Не было никаких упоминаний о Сатре Леко в их разговорах. Вообще! Вполне возможно, каждый из них знал что-то друг о друге, но вряд ли это стоило говорить друг другу. Поэтому, видимо, и переросло их просто знакомство в крепкую дружбу, потому что каждый решил удержать своеобразные знания внутри себя. Не давать им волю. Да и к чему выяснять отношения, когда уже все закончилось? Прошлое ведь осталось за воротами Рекрутского центра?

То есть ничто не омрачало их дружбы.

Файнсу, кстати, до дембеля было еще месяца два. Эта тема – почему он так задержался на службе – единственная из прошлого, которая была известна и рассказана.

Файнс умело обошел стороной свою прошлую жизнь и начало своего приключения, приведшего его в Граничный патруль, лишь вскользь упомянув, что влез он куда-то не туда; он был мастер открывать замки и без всяких там ключей Архота, и его накрыло «меткой вора». Ну, такое бывает. И «метка вора» – это как знак сошо – не убрать, не смыть, не спрятать (впрочем, способы есть очень сложные и официальные, ну, как тот же рекрутский набор).

Ну, так он рассказывал, а Нэй, знавший подноготную их общей истории и ситуации, не стал ничего уточнять, восприняв этот рассказ как должное. Мстить Файнсу он не собирался…

В общем, Файнс не очень хотел в армию, ну, то есть в рекруты. Пытался прятаться, но разве спрячешься с «меткой вора»? Вот его и обложили, хотя, конечно, пару натир скрываться от Хранителей – нужно талант иметь! Рассказал, смеясь, что его уже почти взяли, руки преследователей уже за плечи схватили, но в этот момент он уже вваливался за дверь рекрутского центра Аркета! Хранители, конечно, для формы покричали, но Файнс уже был за порогом. Язык не показал, но заметно с облегчением вздохнул. Потом был путь до Мальвинора, Файнс не стал подписывать контракт в армию сразу, а только временное рекрутское соглашение, потому что втемяшилось ему в голову желание пойти в Граничный патруль! Но из Аркета не возили до Языка Демона, а только в Мальвинор в тренировочный центр Граничного патруля, в котором новобранцы почти со всей Ликсии и проходили испытание Королевского Леса. Файнс в Лес вошел, правда, муляр-ташем ему стать было не суждено, но в «граничный авангард» Граничного патруля он попал, а там и в команду Нэя.

Случайно, все случайно, никаких заговоров или игр разума.

Вторым по правую руку от Нэя сидел тоже член его команды – дланин Муса Велесов, гигант больше шести футов (двести десять сантимов). Да еще к своей физической мощи он добавил мощь магическую! Был боевым магом! Зачем ему фаерболы запускать, если руками мог толстенный металлический пруток узлом завязать?

В традиции Граничного патруля было предпочтительным моментом, чтобы муляр-таш ходил бы в патрулирование в паре с разумным (в основном, человеком или орчем) гигантских габаритов. Как когда-то братья. Предпочтительным, потому что такие пары не всегда получались. Гигантов много, но не всегда характером сходились, не братья ведь. При этом, что удивительно, муляр-таши ростом не очень выделялись. Вот у Нэя рост в самый раз был, как у Мули, сантим в сантим – сто семьдесят шесть сантимов. Конечно, магия у напарника тоже не была условием обязательным, но неплохо дополняла эту традицию.

Вот таким напарником Нэю и стал Муса Велесов. Они очень быстро сошлись, особенно после Турнира, восприняли друг друга и стали если не лучшими, то во всяком случае хорошими друзьями.

До появления Мусы Нэю пришлось поменять несколько напарников. Какие-то они все были неподходящие. Как люди нормальные, но вот в походах теряли удачу. Вот именно так, и Нэй никак не мог поймать свою волну. Ходил, патрулировал, но без искры, без вдохновения.

Муса придал таланту Нэя основной блеск, окончательно его оформил и закрепил. На самом деле муляр-таш и один в поле воин, но с товарищами еще сильнее становится.

И Муса, тоже был если и не великокняжеских кровей, то ненамного уступал тому же полковнику вис Номиру.

Вообще Нэй заметил, что вокруг него его друзьями и товарищами становились и стали не просто благородные, а люди, обладающие очень высокой кровью и положением в обществе. Даже не представлял, с чего бы это так?

И при этом Нэй умудрился со всеми ими иметь хорошие, дружеские отношения, ни у кого не просить покровительства и оставаться самим собой, со своей кровью и мыслями. А это, на самом деле, не так легко было сделать, так как чувствовалось, что высокородные немного косились друг на друга, явно боясь, что Нэй все-таки выберет вассальную клятву кого-то из них, обделив другого своим талантом. Эта странная конкуренция Нэю вообще была недоступна. И он совершенно не понимал, к чему все эти страсти?

Поэтому он старался не давать глупых обещаний и вообще обещаний, которые могли бы изменить его нейтралитет. И он добился всего сам, без помощи и поддержки. Ну… была поддержка, небольшая, от Артура, по поводу Турнира, но все остальное было добыто своими руками и головой. Нэй и шел служить именно за тем, чего достиг, невзирая на свою кровь и общественное положение. И вассальность в этом достижении, скорее всего, помешала бы, чем помогла.

Жаль, но двух других членов его команды на этой отвальной не было. Основной команды, с которой он ходил лет пять точно.

Не присутствовала Алисия ди Фурк. Если бы не благородство ее крови, то можно было бы назвать ее бой-бабой. С луком справлялась как прекрасная амазонка, отчего не уступала любому эльфу по скорости и точности стрельбы из этого самого лука. Нэй как-то попробовал натянуть тетиву, чтобы выстрелить. Хм… Получиться-то получилось, но стрела полетела куда-то совсем не туда, куда Нэй целился. После этого он взял несколько уроков у Алисии и в конце занятий умел уже сносно стрелять, но до высот меткости и скорости Алисии, тех же эльфов и тем более Робин Гуда ему было бесконечно далеко. Но ему этого и не требовалось, собственно, главное он понял, что это за оружие, в чем его сила и в чем его слабость. А еще он заработал уважение Алисии, что тоже было немаловажным.

Нет. Между ними ничего не было – ни постели, ни даже поцелуя. Алисия принадлежала к аристократической семье военных, где с детства даже у девочек воспитывался боевой и сильный характер, но при этом не забывала о том, что она будущая мать и жена. Поэтому она уже с детства была помолвлена с таким же сумасшедшим, повернутым на оружие мальчишке. Но при этом свадьба только после службы! Поэтому уже в пятнадцать лет (а ее будущий муж начал службу в армии вообще в одиннадцать лет) Алисия подписала контракт на службу в Граничном Патруле!

Ей было девятнадцать, когда она оказалась в его команде. И двадцать пять, когда ее контракт завершился. И после службы она тут же вышла замуж. В письме по случаю свадьбы она честно сказала, что не может пригласить Нэя на торжество только и именно из-за его крови.

Что касается отсутствия Алисии на отвальной, то она сообщила в последнем письме, что беременна вторым ребенком, отчего пить ей противопоказано и что дорога до Мальвинора из Кризы могла бы плохо сказаться на ее беременности. Но она очень рада за Нэя, поздравляет его и обязательно выпьет за его здоровье, когда будет позволять уже ее здоровье. И даже пригласила его в гости, сообщив, что муж ее высказал любопытство, когда она рассказала ему о Нэе.

Ну, понятно. Нэй не стал ни обижаться, ни возмущаться. Ни на не приглашение на свадьбу (ну да, куда ему в калашный-то ряд). Ни на отсутствие Алисии на отвальной (очень уважительная причина у нее). Ни даже на любопытство ее мужа, как будто зверюшку решил посмотреть. Посмеялся разве что.

Кровь правит этим миром, и как Нэй вообще в этом мире существует – большая загадка.

Конечно, четвертый член в его команде после ухода Алисии был всегда, но с этого момента это не был кто-то постоянный. Чехарда раздражала, но так никто и не закрепился. Хотя, возможно, так было задумано командованием, чтобы пообтесались люди, попривыкли к Лесу Королевскому, в одной из лучших патрульных команд Граничного патруля. Кстати, четвертым в его команде в этом походе и был полковник вис Номир.

А вот пятый член команды…

Хм… Хотя они считают себя везде и всюду только первыми и мало считаются с другими, с людьми особенно. Ну да, конечно, куда им другие – если они эльфы!

Пятым членом команды, ну, по их мнению, первым, но при этом они редко бывают командирами пятерок, всегда и в большинстве команд Граничного патруля, были эльфы. Это пошло почти с самого начала появления Межевого вала, после договора между Граничниками и Странными эльфами. Сами эльфы не имели чистых эльфийских пятерок по причине, которую озвучивать не стали, хотя у них были великолепные муляр-таши и отменные бойцы. Ну, вот так они решили.

И у Нэя в пятерке, правда, и он командиром патруля никогда не являлся, довольно продолжительное время командиром, как известно, был Артур Мосли, а после – командование принял как раз Муса Велесов, получивший недавно петлицы старшего лейтенанта, но при этом всегда и везде говорили «в пятерке Нэя Вейна», тоже были эльфы. Странные, но от этого не менее высокомерные и своенравные, с которыми было почти невозможно найти общий язык и которые слушались командиров только потому, что это были люди с высокой благородной кровью, или хотя бы дворянством обладающие! Командование Граничников так расставляло приоритеты, чтобы и не обидеть никого и в плюсе оказаться, так как эльфы были отличными бойцами.

И вот теперешний эльф, Нэй даже не стал запоминать его имя – что-то типа Типариос асто ган Ворик – посчитал для себя зазорным посидеть на отвальной Нэя и остался в форте. Ну, как говорится, кровь ему судья.

Но нельзя сказать, что все эльфы были такими. Точнее, они все были такие, но, как говорил Учитель: «Если суметь удивить их, заставить понять, то они становятся отличными друзьями и товарищами». Правда, такие случаи лишь подтверждают правило. Но Нэй удивил, сумел добиться своего, и Турнир тому подтверждение. Конечно, синяки несколько натир не сходили, но это того стоило.

А эльф, которого он удивил, был не простым. Не только высоких эльфийский кровей (у эльфов тоже есть низшие и высшие, ну, например, тот высокомерный Типариос имел кровь среди эльфов что-то вроде седьмой воды на киселе, но для людей даже это было за пределами мечтаний), но и мастером эр’каты! Впрочем, эта история (Нэй дотронулся до подбородка и подвигал немного челюстью, которая хоть и не была сломана в тот знаменательный день, но с тех пор частенько побаливала, особенно в дождь) заслуживает отдельного рассказа, но не в это время и не за этим столом.

В общем, он добился своего и исполнил наказ Учителя не останавливаться, даже если кажется, что этого невозможно достичь. И надеялся, что стал для этого великого эльфа другом.

Правда, может, ему это только показалось, потому что Леомираис асто вис Руссо, как звали этого эльфа, закончил службу около года назад для того, чтобы подготовиться к ритуалу Ухода, и ни разу за это время не напомнил о себе…

Уход – это не смерть, нет, хотя, конечно, и эльфы умирают. Не от старости, а в бою или от ран. Нэй видел смерть эльфа, и это было… величественно и как-то надрывно, что ли, или, скорее, безнадежно.

Ритуал Ухода – это завершение отрезка жизни эльфа среди людей, в основном, это тридцать три или тридцать пять лет. После этого эльф уходит в свой мир на сто лет, чтобы через век вновь появиться среди людей. Считается, что им так легче жить среди смертных (при этом Высокие эльфы Запада такими мелочами жизни не заморачиваются).

Вот Леомираису и выходил срок жизни среди людей, поэтому и собирался он Уходить. Нэй через представительство эльфов в Мальвиноре отправил эльфу послание, приглашение на отвальную, и ответ получил быстро. Правда, был он каким-то не очень ободряющим: «Я занят!» Как-то не очень, не находите?

Хотя Нэй все-таки надеялся.