Дорога праха

6

Ступня в мягком ботинке бесшумно опустилась на подоконник, но Казимира поборола желание ударить сразу. Вторая нога встала рядом с первой, ассасин замер: присматривался, похоже, ту ли комнату выбрал. Раз. Два.

Каз воткнула кинжал чуть ниже колена, по руке прошла дрожь от того, как лезвие царапнуло кость. Ассасин тихо взвыл и зашипел, попытался ударить Каз в лицо, но она увернулась. Лезвие врага царапнуло её по макушке, срезало кусочек скальпа и пригвоздило к стене. Вторым ножом, что закрепила на поясе, Каз ударила в низ живота, и ассасин повалился в комнату. Наконец. Чтобы выиграть пару секунд, Казимира пнула его под рёбра.

– Какого хера?!

В комнате зажглись лампы.

Каз выдернула кинжал из стены, коснулась раненой макушки и обернулась к свету. Ассасин держался за рукоять ножа, торчащего из живота, всё ещё пытался встать, но уставился на Казимиру и забыл, что нужно сопротивляться:

– Вир?[11] Сарсéм, э яáрщиныз?[12]

Каз вспомнила его лицо, но не имя. Заткнись!

Кто-то наступил ему на ногу чуть ниже того места, откуда торчал первый нож. Конечно, телохранитель. Каз обернулась ко второй фигуре – в дверях меньшей спальни стоял княже. Они поменялись местами, чтобы Валлет не попал под удар? Могла бы и сама догадаться.

– Кто тебя прислал? – спросил телохранитель и надавил сильнее. Голос спокойный, будто каждый день только в таких ситуациях и оказывался.

Ассасин заскулил, дёрнулся вперёд и получил кулаком в челюсть.

– Вегард, полегче, – скомандовал Валлет. – Смотри-ка, милая, от тебя тоже есть толк, – с искренним удивлением сказал княже, пока Вегард усаживал пленника на стул и простынёй связывал ему руки за спиной.

– Помочь? – спросила Каз у телохранителя, не позволяя себе ответить на это «милая».

– Ты уже сделала достаточно. – Вегард глянул на неё и нахмурился: – Ранил?

По лбу, и правда, текло что-то тëплое.

– Царапнул, – отмахнулась Казимира и тыльной стороной ладони стëрла кровь.

Не отвлекаясь от связанного, Вег указал большим пальцем на вторую спальню:

– Там есть аптечка.

Казимира спросила бы, что они будут делать с ассасином, но знала ответ заранее и спорить не собиралась. Княже отступил, чтобы пропустить её в меньшую комнату, и сказал:

– Это не входит в твои обязанности.

– Обращайтесь, ваша светлость.

Ни Валлет, ни Вегард не стали расспрашивать Казимиру ночью, как она попала в комнату, откуда узнала про убийцу – пообещали утром вернуться к этому разговору.

– Да, и не буди слуг, – сказал Вегард, когда Каз собиралась выйти, – я здесь сам разберусь.

К себе Казимира вернулась голодной и злой, зато с пластырем на макушке.

Злилась она даже не на князя, которого слова благодарности, наверное, задушили бы. Злилась на себя. Ради чего были эти шесть лет? Чтобы вернуться к тому, с чего начинала? К таким людям, которым самим бы нож воткнуть в живот?

Нет. Теперь есть оправдание. Это временно и это только ради выживания.

Утром у стула с одеждой Казимира нашла тонкие сандалии, бинт, вату и спирт. Она так крепко спала, что даже не заметила, как кто-то вошёл? Теряет сноровку.

Каз оделась, обулась, ещё раз обработала рану. Волосы она кое-как собрала на затылке, но пряди у лица всё время выпадали. Может, всё-таки отрезать?.. Борясь с соблазном, Казимира сдвинула подальше ножницы, а у зеркала заметила косметику. Откуда это в монашеской келье? Ещё вчера не было, похоже, с обувью и лекарствами принесли. Точно кто-то из княжеской свиты позаботился, Белые бы не стали так напрягаться. На гастинский манер, как когда-то научила Айми, Казимира очертила глаза сурьмой и наконец покинула комнату.

За мыслями об Ордене, детстве и сокурсниках ноги снова привели её ко внутреннему садику, где вчера Каз заметила ассасина. Это же не приснилось ей? Нет, голова ноет, привкус очередного паршивого решения горит на языке – всё как обычно.

При ярком свете сад выглядел ещё плачевнее, чем ночью, со всеми этими потрескавшимися каменными скамьями и бельевыми верёвками от веток одного сухого дерева до другого.

– Уверена? – спросил девичий голос. Казимира остановилась на пороге, уже повернула, чтобы уйти, но заинтересовалась ответом:

– Сама зарево видела. – Свистящий шепот был бы слышен и на другом конце коридора. – Говорю тебе, сожгли они «Гарцующего пони». На рассвете выезжали. Наверняка его светлость отправил.

Ла-акх. И этого ублюдка я спасала.

– Да уж, у самого ни гроша, а командует здесь…

– Помалкивай, а не то высекут тебя за такие слова.

Ну-ка, ещё раз?

Когда она вошла в столовую, за обеденным столом сидели все трое. Валлет, конечно, занял место во главе. По правую руку от княже сидел русобородый, он отодвинул тарелку, и та звякнула об ещё три пустых. По левую руку – карга ощипывала виноград.

Каз остановилась, чтобы выдохнуть, пальцы ещё немного дрожали от злости. Сначала спроси, не нападай с порога. На приветствие Вегарда Казимира только кивнула, встала через один стул от Клаудии и сжала в кулаке деревянную перекладину спинки.

И что спрашивать? Это правда, что вы на мели? Тут одна птичка напела, что вам нечем платить даже за крышу над головой?

– Княже, а позвольте спросить?

Молча Валлет глянул на Каз поверх своей чашки кофе. Так смотрят на шумную муху, залетевшую в салон авто, – с лёгким раздражением. От подошедшего слуги Казимира отмахнулась, не дожидаясь, когда он откроет рот.

– Со вчера вопрос мучает, времени задать не было. – Она уставилась в чёрные глаза княже. Давай, сучонок, соври ещё раз. – Что у вас случилось в «Гарцующем пони»?

– Где? – Валлет повернулся к Вегарду, так и держа чашку, будто забыл опустить. Каз тоже посмотрела на Вегарда, но тот в лице не изменился.

– Вчерашняя таверна, – подсказал он.

– Я слышала, как старик Кемаль кричал вам вслед, – добавила Каз. – Ругался.

– А как эту юную особу касаются наши взаимоотношения с местными варварами? – смакуя каждый слог, каждый звук, спросила Клаудия, тоже у Вегарда. Теперь все переговоры будут вестись через этого типа?

– Я Кемаля знаю, – продолжила Казимира, уперлась в спинку стула локтями и склонилась вперёд. Смотрела теперь поочерёдно на каждого – на лицах ни единой эмоции. – Кемаль рад каждому гостю, который ему платит.

– На что ты намекаешь? – Фарфор мерзко звякнул, когда Валлет опустил чашку на блюдце. Княже упëрся ладонями в стол и медленно поднялся.

– Я не намекаю. – Каз выпрямилась, лишь бы отдалиться от него. – Я спрашиваю. Кемаль велел вам…

– Велел? – Валлет картинно прыснул в сторону. – Милая, мне никто ничего не велит. Я князь. – Он бросил перед собой салфетку, будто ставил точку. – Выезжаем через час.

– Я тебе не «милая», – Казимира скривила губы, – и я не закончила.

– Я закончил. – Валлет сдёрнул со спинки своего стула камзол и шагнул к выходу.

– Поэтому свита состоит из двух человек? – Казимира не поворачивалась к нему и не повышала голос. – Остальным нечем платить?

Грузные шаги остановились, шаркнули ботинки. Чтобы оценить свои труды Каз оглянулась. Валлет стоял бледный, плотно сжав челюсти, руки его подрагивали. Экая вы истеричка, княже.

– Ариан, – позвал Вегард. Оказывается, тот встал вслед за Валлетом. Одна Клаудия не проявила и толики интереса. – Сядь. Казимира, ты тоже.

Валлет перевёл взгляд на телохранителя, открыл рот, будто хотел осадить того за фамильярность, но промолчал и вернулся к своему месту. Казимира со скрипом отодвинула свой стул и опустилась на край.

– Как ты узнала? – спросил Вегард и поднял в сторону Валлета руку, чтобы тот не напирал.

– Слушала.

– Нас?

– Нет. Как собираетесь платить?

Вегард наконец тоже сел и повернулся к князю. Чуть склонил голову набок, развёл ладонями. В ответ Валлет только швырнул камзол на стул перед собой.

– Деньги будут, – сказал Вегард. Каз не сдержала смешок. – Будут, – повторил Вегард мягче и поймал её взгляд. – В банке в Мехшеде есть счёт, но сейчас средств и правда мало. – Он сцепил пальцы в замок. – Обстоятельства.

Конечно, всегда есть обстоятельства, условности, трудности ещё какое-нибудь дерьмо.

– Что за обстоятельства? – спросила она и дёрнула подбородком в сторону Вегарда.

– Не твоего скудного ума дело, – отбрила Клаудия и утёрла рот салфеткой. Казимира разглядела синие кляксы на её бледных пальцах.

– Пока я с вами в одной связке и спасаю голову князька, я имею право знать, что там за обстоятельства.

Князёк оскорблённо фыркнул на это слово, но не вклинился.

– Кстати об этом, – протянула Клаудия, повернувшись к Вегарду. Может, в этой карге какие-нибудь ржавые шарниры? Почему для каждого движения ей нужно столько усилий? – По какой причине проходимка защищает его светлость от наёмников? Где был его телохранитель?

– Меня опередили, – признал Вегард с заметным усилием. – Казимира, не расскажешь как?

Она пожала плечами и с готовностью ответила:

– Ночью была в саду, услышала, что кто-то крадётся по крыше, отследила до вашей комнаты, остановила.

– Остановила? – Клаудия нахмурилась, опустила подбородок и теперь исподлобья таращилась на Каз.

– Ножами. – Закипая, Казимира подняла в кулаке столовый тупой ножик. – Показать?

– Где взяла ножи?

Дыши. Она того не стоит. Казимира опустила оружие на место. Уперевшись правым локтём в стол и поставив подбородок на кулак, она ответила Клаудии:

– Перед тобой не буду отчитываться.

Серые глаза буравили её шесть секунд. Казимира даже посчитала.

– Придётся…

– Клаудия, – отмахнулся Валлет как от надоедливой собаки, клянчащей кость, – прекрати. Она права. – Каз с подозрением глянула на князя – ничего хорошего его улыбочка не сулила. – Мой ассасин должен отчитываться только передо мной и начальником моей стражи.

Валлет кивнул Вегарду, будто давал команду. Фас. Начальник княжеской стражи приподнял брови, ожидая ответ.

Прежде чем заговорить, Каз кашлянула и выпрямилась. Эта троица вымотала её за десять минут разговора, что будет за несколько месяцев в пути.

– С пояса сняла. На стуле у тебя валялся. Не разбрасывайся.

Если в казармах Гур кто-то заимствовал чужое оружие, в горле вора это оружие потом и находили. Интересно, как с этим у военных?

Княже хлопнул в ладоши, как дитя на ярмарке.

– Вот же! – Он лыбился так, будто обдурил всех гениальным финтом. Ни следа от прежней бледности и клокочущей злости. Закинул в рот какой-то орешек и заговорил, жуя: – Я был прав, а вы со мной спорили. Кто знает схемы убийц лучше, чем другой убийца?

Скрывая гримасу, вызванную его тоном, Казимира потёрла лоб. Погодите, княже, мне есть чем вас расстроить.

– За этим понадобился ассасин в свите?

– Не только, для тебя будет и пара других… – Валлет помахал рукой, чтобы подобрать слово, – заданий.

– Ага, обязательно, – Казимира прокрутила в пальцах нож, и на металле заскакали блики, – как только увижу деньги.

– Тебе же сказали. Будут. – Валлет состроил гримасу, будто своим недоверием она оскорбляла всю его семью до седьмого колена. – Вег, нам пора…

– А какого характера задания? – перебила Казимира и откинулась на спинку стула. – Вроде поджога таверны, куда вас не пустили?

Валлет вытянул подбородок вперёд и повернулся к Каз левым ухом.

– Поджога? – переспросил он почти убедительно. Каз вскользь глянула на Вегарда. Тот хмурился, словно тоже не понимал, о чём речь. Какие актёры пропадают.

– А, вы про тех варваров, – всё тем же ленивым говором ответила Клаудия. – Это я позаботилась, чтобы они расплатились за оскорбления Его Светлости. – Пока Казимира поджимала губы, сдерживая себя от необдуманных поступков и слов, Клаудия встала и зависла над ней на секунду. – Но перед тобой отчитываться не буду.

Никто не заговорил, пока стук каблуков Клаудии не стих в коридоре.

Какое ей дело до «Пони»? Таверна стояла на землях Гур, многие ассасины знали Кемаля лично, трепались с ним о новостях и внутренних делах ордена. Будь у Кемаля шанс, он бы сдал Каз без зазрения совести и ещё посчитал бы себя правым. И каждый из его постояльцев поступил бы так же.

Вот и эта обскура, Клаудия, считает себя правой, когда решает, кто должен умереть во имя её драгоценного князя.

Каз уткнулась носом в сжатые пальцы.

– По-твоему, Клаудия права? – тихо спросил Вегард со сквозящим а голосе недовольством. Резистенту не плевать? Или вид только делает?

Валлет нахмурился, будто искал в вопросе подвох, и растянул в ответ:

– Ну, да-а. Что? Будем мусолить эту тему ещё четверть часа? – взбрыкнул княже. Вот это больше похоже на правду. – Нехрен было так со мной разговаривать. Всё, едем. Как там? Меш… Мех… Мес…

– Мехшед, – ответил Вегард, но прежде, чем уйти, кивнул на тарелки перед Казимирой. – Поешь, дорога долгая.

Да-а, с такой компанией любая дорога станет невыносимо долгой.

7

Запись от 16. 10 15.10 17.10

Уже неважно. Как здесь понять, когда ночь, когда день, сколько времени прошло.

Компьютеры в библиотеке ещё вели какой-то отсчёт, а после пожара всё, встала жизнь, ну, то, что от неё оставалось. Электронные и аналоговые часы давно сдохли. Скоро сдохнем и мы.

Они проводят там какое-то расследование, ищут следы поджога. Удачи. Два… или три дня назад закрыли коридоры. Я не видел брата с тех пор, как всё это началось. Медсестра, которая мне помогает, говорит, их с сыновьями разделили при спуске, она не знает, где её дети и что с ними, никто не отвечает на вопросы, только командуют. Ищите лекарство. Исправляйте это.

Как будто мы это начали.

…

По бункеру иногда бегают дети. Никто не ругается, что они шумят, пусть веселятся. Мы смотрим на них, слушаем… И ждём конца.

Прежде в этом мире был единственный бог и владыка – оружие. И все признавали его власть. Никогда здесь не жили в согласии, иначе бы не случилось Катастрофы.

Неизвестно, кто первым открыл огонь. Кто-то рассказывает, что это были люди из народа салдана. Зачем? А попробуй теперь разберись. Может, боялись, что другие нападут на них, может, кто-то их спровоцировал. Другие болтают, будто это крийцы виноваты, у них и по сей день любимое занятие – рубить врагов.

В некоторых книгах пишут, что всё случилось из-за ошибки. Годы были напряжённые, открытой войны не велось, но все понимали, что рано или поздно кто-то нарушит перемирие. Люди воевали тогда не мечами, топорами и стрелами, а куда более опасными приспособлениями. Человек даже не держал оружие – достаточно было нажать на кнопку. Наверно, так проще убивать. Не глядя в глаза, не видя крови, не ломая собственными руками тела, будто кукольные.

Пишут, якобы, у людей того времени была аппаратура, чтобы отслеживать ракеты и бомбы противника. В ту ночь люди, которые ждали, атакует ли их враг, решили, что в их сторону летят ракеты. Одно попадание – и половина страны будет стёрта. Они должны были защитить свой народ, свои семьи. Они ответили.

Люди ошибаются, аппараты для отслеживания ракет – тоже.

Где одно, там и другое – что-то, что называли ядерным оружием, химическим, биологическим. Полный набор. За одной страной ввязались другие, кого-то задели, кто-то только и ждал повода ввязаться.