Песнь беркута

Часть вторая. Глава 1

Я пытаюсь понять, когда началась эта история, то в голове мелькают совсем не связанные события. Все началось еще до моего рождения, но отправной точкой всех событий я считаю осень 2008 года.

В тот год тетя Нурида отпросила меня со школы, буквально за неделю до начала осенних каникул. Даже не знаю, что она сказала преподавателям, но меня без проблем отпустили. Мы отправились в деревню, которая находилась в n км от города и добрались за несколько часов. Муж тети был ее одноклассником, его звали Нурлан. Они поженились год назад, буквально уговорил ее ехать в родное село. У него было двое мальчишек — Самир и Амир, погодки семи и восьми лет, которые отправились с нами. Он имел небольшой бизнес в городе. Его первая жена умерла, оставив его одного с детьми. Как-то они встретились с тетей, и разговоры о детях переросли в необходимость создания новой ячейки общества. Ему было лет 35, тетя младше лишь на год. Тот год был сложным для нас всех - время притирки. Тетя, взяла на себя роль многодетной матери, я старшей сестры. Мы переехали из нашей маленькой квартирки в новый район, в небольшой, но уютный дом. Я поменяла школу, старалась обрести новых друзей, с этим у меня явно были небольшие проблемы. Наш маленький мир рухнул и мы в попыхах пытались создать, что-то новое.

Думаю, я нужна была им в качестве няньки в этой поездке, приглядывающей — за сорванцами. Но в ту минуту, в моей голове была одна мысль «Сегодня я еду домой». Если для многих «дом» — это место счастливых воспоминаний, то для меня неизвестность — прыжком в бездну. Я радовалась этой возможности, но реальность была немного иной — суровой, пугающей, нет пробуждающей ночные кошмары и приподнимающая завесу тайн.

Мы приехали к вечеру и остановились в доме родителей тетиного мужа. Запах опавшей листвы, сена, холодного горного воздуха вперемешку с навозом, вот что почувствовала я, выйдя из машины.

— Время здесь будто застыло, — произнесла тетя.

Я была согласна с ней. Мне не нравилось здесь. Это было похоже на приключение назад в прошлое. Старые дома, не асфальтированные дороги. Не нравились новые родственники. Нас пригласили к столу полному еды. Но так как мы сильно утомились в дороге, после чая отправились спать.

Нас разместили в дальней части дома. Детям дали отдельную комнату, взрослым отельную. В комнатах было холодно и сыро. Чтоб не мерзнуть нам дали несколько одеял. Благо мальчишки устали, больше меня. Все были вымотаны и быстро заснули.

Утро встретило меня не так радушно, мой былой настрой мигом испарился.

Все началось с того, что новая «родня» тети, не особо взлюбила нас. Мой дед, а ее отец, — был председателем колхоза. Человек он был не простой, со сложным характером и многим успел потрепать нервы. Почему его не любили, для меня загадка. Но факт в том, что моя тетя сбежала из дома в день выпускного, говорил о многом. И вплоть до его смерти она не появлялась на пороге своего дома. Но, кажется в то утро, я поняла причину, почему она не была здесь так долго.

— Помнишь, ты коротко стригла волосы и красилась их в красный цвет?

— Было такое — с невозмутимым видом произнесла тетя.

— И слушала эти непонятные песни, где только громкие звуки, барабаны и черти что.

— Мам, это рок, все его тогда слушали — добавил муж тети.

— Не важно. Я помню, как директор делала собрание, и твой отец краснел, когда ему сказали, что ты куришь за туалетом.

— Мам, все это давно в прошлом. Столько лет прошло со школы, что ты.

— Я помню, как Нурлан носил твой портфель и давал списывать на контрольных. Ты бы мог выбрать кого-то моложе,— начала обращаться она к сыну, — твое счастье, что он не единственный сын в нашей семье, иначе я была против этого брака, — эти слова она адресовала уже тете.

В тот момент я узнала и о былом нраве тети, который пугал отчасти местных. В школе она была той еще белой вороной. Коротко подстригла волосы, перекрасилась в красный цвет, носила мини и курила в школьным туалетом. Но это не делало ее плохим человеком. Меня выбешивало, что в людях не было такта. Не только у этой старухи. Каждый поход в гости, каждый стол, накрытый для обеда, был поводом для упоминания, геройства моей тети. Каждый, называл ее героем, что она взяла на себя ответственность за заботу о племяннице. Будто меня и не было там, но через пару минут они забывались и воспринимали тетю за инфантильного подростка с красными волосами, взявшую только вчера девочку и еще на пару мальчишек. Люди здесь были грубы, озлоблены и глупы, не выносили никаких отклонений от нормы.

Мои несколько походов в местный магазин, были отчасти пыткой.

— Можно хлеб, молоко, яйца, чай…— зачитывала, я свой список.

— Не местные что ли? — пробубнил мужчина лет тридцати, — у нас нет молока. Пакет нужен?

— да.

— Ты откуда?— с не скрытым любопытством начал разглядывать меня.

— Глаза зеленые. Ты дочь Алима? Внучка директора колхоза?

— угу, — успела лишь сказать я и протянула деньги.

—Ты с теткой что - ли?

— Да.

—Ну, пусть сама сюда заходит. Давно ее не видел. Скажи Алима одноклассник — Умар. Она вспомнит.

За мной стояла женщина с дочкой может младше меня на год или два. Когда я уходила, то услышала краем уха, как та говорила дочери полушепотом.

— Не общайся с ней, от этой семьи только жди беды.

Злобным взглядом посмотрела на меня.

— До свиданья,— лишь сказала я.

За две секунды меня словно помоями омыли. Последующие разы, при выходе на улицу я испытывала такие взгляды все больше. Люди будто специально бросали свои дела, чтоб разглядеть меня с ног до головы, но целенаправленно избегали общения со мной и шушукались полушепотом при мне же. Если раньше, грушей для битья была моя тетя, то теперь ей стала я. Тонкая, худая до неестественности, с большими голубыми глазами, которые контрастировали с азиатской внешностью. Редкий тип для данной местности, да и вообще для естественной природы.

Часть вторая. Глава 2

К обеду мы поехали в наш дом. Он располагался у подножья гор на окраине деревни. Домом его было уже сложно назвать, скорее развалины от пепелища. Дом сгорел не полностью, но время сделало свое дело. Черные от копоти стены отсутствие стекол в окнах. Он был огромным и пугающим. Моя память молчала. Я не почувствовала наплыва каких-либо воспоминаний. Он казался мне чужим. Пока я стояла истуканом, все осматривали прилежащий к дому сад, который вырос в размерах. Но без былого ухода он одичал и превратился в лес. По площади он был огромным, что вызывало естественную зависть у местных.

На ближайшие дни мы остановились у соседки. Звали ее баба Зина, жила она со своим сыном Федей. Это была милая женщина довольно преклонного возраста. Единственная, из всей деревни, кто смотрел на меня без презрения. Нурлан организовал сбор урожая и в последующие дни все взрослые были заняты. Так, что присмотр за детьми лег на мои плечи. Сначала они пытались слушать меня, но вскоре поняв, что я всего лишь девчонка, которая выше их на несколько сантиметров перестали признавать во мне авторитета.

Все случилось двумя днями позднее. В тот день погода с утра была хмурой, поэтому тетка пыталась меня разбудить и сказав мне что-то. Так и не расслышав, что там было, я сказала сонное «Угу» и вскоре перевернулась на другой бок. Проснувшись ближе к обеду, я не обнаружила никого дома, и подумав, что та, наверное, предупреждала меня, что они уйдут к новым родственникам в гости, приступила к завтраку. Потом я смотрела телевизор, пока не пришла хозяйка дома. К этому моменту уже начался проливной дождь. Она перекинулась со мной парой фраз про погоду, пока не спросила: «А где же мальчики?». Поняв, что они не ушли с теткой в гости я судорожно начала собираться и искать их, а соседка звонить моей тетке. Обыска весь дом я выбежала во двор. Чувство ответственности не давали покоя. Осмотрев сарай, подвал, гараж меня осенила мысль, что самым излюбленным и желанным местом, куда не пускали их взрослые, был — сгоревший дом.

Быстрей всего добраться через сад, промелькнула мысль в голове. Накидывая наспех куртку и не успев завязать толком шнурки, я побежала в сторону сада. Погода была ненастной. Поросшая высоко трава только колола и замедляла путь, а ветки деревьев все время били лицо. От дождя удары были жутко болючими, а желтая листва липла к лицу. Пробежав больше половины сада, я полностью промокла. Я кричала их имена, что было мочи, но никто не отзывался. Да и вряд ли было слышно. Добежав до старого дома, я вошла внутрь. Там царили темнота и мрак. Я попыталась оставить дверь открытой, чтоб хоть небольшой дневной свет попал внутрь. Прокричав несколько раз их имена, я отважилась зайти глубже. Никто не отвечал. Я начала звать громче, при этом заходя все глубже в дом. Ответа не было. Выкрикивая их имена всё громче, я продвигалась дальше по дому. Разрушенные стены, обугленные копотью, напоминали когда-то бывшие комнаты. я осматривала дом изнутри пытаясь припомнить, хоть что-то. На полу валялись осколки битой посуды. Казалось, дождь стал лить меньше или прекратился.

Привыкнув к полу сумрачному освещению, я заходила все глубже в дом.

—Ребята, вы где? — позвала я, осматриваясь, — совсем не смешно. Где вы?

Я наступила на что-то мягкое, похоже это была мягкая игрушка. Посветив на нее телефоном, я все же узнала в нем медведя. Он был настолько стар и плох, что я не была уверенна, принадлежал он когда-нибудь мне. Весь в копоти и грязи, немного подпаленный он все же напоминал медведя.

— Привет, мишка, — прошептала я, как дверь захлопнулась и меня поглотила мгла. До жути испугавшись, я стала кричать. Наверное, его слышала вся округа. Казалось такой крик, мог поднять и мертвого из могилы.

Рванув в сторону двери, где сквозь щели был виден хоть какой-то дневной свет, я споткнулась и упала. Наверное, это был порог некогда разделяющие комнаты между собой, я почувствовала, как порвала одну штанину. Я посвятила телефоном на рану, порванная штанина с царапинами из которой сочилась кровь. Включив фонарь в телефоне, и осветив немного пространство, я увидела торчащие гвозди из пола. Оперившись руками об стену, я встала. Нога ныла. Но в это момент мне показалось, что кто-то прошел в дальней комнате. На долю секунды я обрадовалась, что нашла сорванцов, и прокричала.

— Эй, ребята, я здесь поранилась. Вам меня не жалко.

И направила луч света фонаря в соседнюю комнату. Там что-то зашевелилось. Но, это были явно не мальчишки. Это была фигура взрослого человека, а точнее его тень. Чья- то темная фигура повернулась в мою сторону.

Я до чертиков испугалась и начала орать. Не чувствуя еще боли, а движимая страхом я выбежала оттуда. Было страшно оборачиваться, но не знать бежит за тобой кто-то или что-то пугало еще больше.

Из-за некошеной травы терялся обзор. На долю секунд начало казаться, что все вымерли на этой планете — и ничего не осталось. Лишь желто зеленого цвета трава. Я повернулась в первый раз в ожидании увидеть кого-то страшного и опасного, но никого не было. Я не переставала бежать и оглянулась снова, вновь никого не было. Дыхание подводило, ощущалась слабость, мне стало казаться, что я в безопасности. Я спасена.

Переведя немного дух, я шла торопливым и беспокойным шагом. Ноги не хотели слушать, правая нога подвывала, особенно колено. Я обратила на него внимание, лишь когда капли дождя стали попадать с листвы на образовавшуюся рану, и она начала жечь. Успокаивая себя, я попыталась придать происходящему более логичное объяснение — возможно, это был просто бомж, решивший найти укрытие в старом доме. Мне пришлось убедить себя в этом, чтобы успокоить нервы. Но ощущение чужого взгляда на спине не отпускало. Шаги снова перешли в бег.

Я бежала, не оглядываясь, стараясь подавить страх.

Наконец, я вырвалась из сада и остановилась, тяжело дыша. Ноги дрожали, а тело было напряжено до предела. Я огляделась — вокруг никого. Всё казалось нормальным, обычным. Вдали виднелся дом, откуда я начинала свой путь. Внезапно меня охватило чувство облегчения, но в то же время что-то глухо щемило внутри. Я не нашла их. Куда они могли деться?

Я снова посмотрела в сторону старого дома, откуда только что сбежала. Что-то было в нём не так. Страх ещё не отпустил меня полностью, но разум требовал разобраться. "Может, я ошиблась? Может, они там, прячутся, и я их просто не заметила?" — с этими мыслями я сделала шаг обратно, но остановилась.

«Нет, я не пойду туда одна».

Нога выла. Пришлось идти медленней. Возможно, я бы двигалась так и дальше, пока не услышала лай собаки. Я слышала этот злобный рык прежде. Хозяйка, у которой мы жили, предупреждала, что соседи выращивают здесь собак для боев. Краем глаза я увидела, что на мня с ненавистью и злостью бежал огромный алабай. От страха, совсем позабыла про боль я начала бежать со всей мочи. Выброс адреналина — и боли как не бывало.

Единственное, что я знала — это бежать. Я слышала рык и злобное дыхание в спину. Казалось я бегу бесконечно, но в какую-то долю секунды моя правая нога перестала меня слушать и я, зацепившись за корягу и упала. Все было как в замедленном фильме, я вижу, что собаку от меня отделяет лишь один прыжок и я, крича лишь успеваю закрыть глаза защищаю лицо руками. Еще секунда и он прыгнет. Но вместо огромных зубов, впивающихся в мою плоть и собственных криков, что-то упало на землю, послышались звуки борьбы. Пес стал скулить, а вскоре совсем перестал. Приоткрыв глаза, сдвинув указательный палец правой руки и приподняв немного голову, через небольшую щель я увидела лежащее тело животного в метрах пяти от себя. Не сразу сообразив, что это именно этот пес, так как деревья с травой мешали моему обзору, я привстала. И в этот момент я увидела человека, который склонился над псиной. Крик вырвался из моих уст быстрее, чем рука, которой я прижала рот.

Он поднял голову и наши глаза встретились. Никогда прежде я не видела такой пронизывающий взгляд, вызывающий страх. Я выпала из оцепенения и стала бежать вновь.Время снова замедлилось. Я слышала стук своего сердца. Во мне открылось второе дыхание. Я бежала бы дальше если бы не обрыв. Здесь была глинистая порода, внизу которого располагался ручей. От проливного дождя земля размокла, не добежав даже до края — земля просто рухнула у меня под ногами и я полетела кубарем вниз.

Совсем грязная с кучей ран и ссадин я доползла к роднику, который располагался там. Сюда порой приходили местные, чтоб набрать воды, когда бывали проблемы с водоснабжением. Мне нравилось здесь быть прежде, хоть я и ходила за водой сюда раза два, наблюдать, как из земли образуются пузырьки воздуха и лопаются над водой, казалось мне маленьким чудом. Я пробежала слишком много от развалин и могла уже не беспокоиться о себе. Здесь часто бывал народ, но мое сердце слишком сильно билось.

—Ты, что здесь делаешь?— знакомый голос привел в чувства быстрее, и я обрадовалась. Это был дядя Федя, сын нашей соседки.

— Я, пошла искать мальчишек, думала, что они ушли в развалины. …— я запнулась, но он докончил за меня

— Но повстречала соседских волкодавов и еле ноги унесла.

— Верно.

—Ты, это, давай вымой лицо немного и пошли скорей в дом, мальчишки уже давно нашлись. Они со мной были, мы на рыбалку ходили с утра. Пока твоя тетка не пришла, иди умойся, и вещи на стирку закинь.

Да, вид мой был ужасен, будто я только вылезла из свинарника или принимала грязевые ванны.

Часть вторая. Глава 3

Ночью мне хотелось спать, тело выло и ломило, особенно нога. Глаза слипались, но заснуть было невозможно. Сердце все также бешено колотилось, и казалось, вырвется из груди. Как только я закрывала глаза, память и воображения играли со мной. Я вновь оказывалось в том саду, и на меня бежала то огромная собака, то человек из старого дома, и что из них было более пугающим я, не знала. Я с ужасом открывала глаза и с облегченьем выдыхала, когда понимала, что я в своей комнате. Потолок, железная кровать и тумбочка рядом.

Но звуки, издающиеся с улицы меня, стали пугать намного больше, чем мои воспоминания. Звуки напоминали, плачь ребенка, и он все увеличивался и увеличивался. Кошмары во сне и наяву преследуют меня. Кем надо быть, чтоб оставить ребенка на улице в такое время? Но мои размышления прервали звуки похожие на выстрелы. Один, второй, третий. Плачь стих. Появилась гробовая тишина. После непонятные шум и повторилось два выстрела. Я соскочила с кровати. Находиться в комнате, было не выносимо. Но и бежать спасать кого-нибудь в ночь, было страшнее, чем утром.

Я спустилась вниз. Половицы скрипели под ногами. На кухне сидела хозяйка дома и готовила, что-то на завтра и обсуждала что-то со своим сыном. Я услышала лишь концовку разговора.

— Это была она, я же видел ее. Прическа, цвет волос другой, губы, но все же она.

— Откуда ты мог ее узнать, не неси чушь.

— Я тебе говорю, походка. У нее была ……

— Ты почему не спишь? – перебила его баб Зина, увидев меня.

Сын ее сразу смолк.

— Баб Зина, вы слышали, там на улице выстрелы или звуки похожее на выстрелы, - поправила я себя.— И ребенок, там плачет ребенок.

—Кто? Ребенок? — спросила она удивленно. Но потом, махнув рукой добавила.

— Ааааа, это, не переживай, это не ребенок. Это шакалы спустились с гор. Ближе к зиме они спускаются в деревню и воруют кур. Я сказала деду, чтоб он попугал их из ружья.

И она с обычным спокойствием принялась дальше делать свои дела. Посмотрев на меня и увидя, что я все еще стою там, она предложила попить чай. Я поставила чайник и села за стол.

—Ты все больше становишься похожа на мать. Удивительно, говорят, что самые красивые цветы получаются от разных растений. Становишься такой же красивой.

Ее слова были для меня открытием, мне всегда говорили, что я копия отца.

—Похоже, все детки со временем меняются. Ты даже ростом, почти как она.

В ее словах была доля правды, за прошлое лето я вытянулась очень сильно и стала выше многих девчонок. Раньше на уроке физкультуры, я стояла предпоследней из девчонок, теперь же пятая с начала. Но кроме цвета глаз и роста, на самом деле от нее ничего нет.

Засвистел чайник, и она разлила нам две чашки травяного чая, достала конфеты. В комнате запахло травами, аромат ромашки с мятой перемешался в комнате.

— Ты бы походила по деревне, может подружилась с кем-нибудь здесь, а то все время дома или с мальчишками.

— Здесь все странные.

— Почему?

— Я ходила в магазин. Здесь люди ведут себя странно.

Я вспомнила, как проходя мимо людей, люди перешептывались и тыкали в нас пальцами, будто мы какие-то «прокаженные». Перешептывание за спиной, нервировали меня. «Не общайся с ней» — говорила мать своей дочери, будто меня там не было.

Кажется, я стала понимать тетю, которая отказывалась приезжать долгие годы в эту дыру. Чтоб как-то потянуть время и не идти спать, я решила спросить у баб Зины не знает ли она каких-нибудь старинных легенд.

— Нам задали в школе по истории, — оправдывалась я. Я не врала. Мне дали задание на каникулы вместе с новеньким, сделать доклад по истории.

— Да ничего я не знаю, старая я стала — и сделав глоток чая добавила, — Хотя нет, одну легенду я знаю точно, и тебе ее знать не помешает. Мне ее еще бабка старая рассказывала, когда я маленькой была.

Я посмотрела на бабулю, глаза у нее смотрели куда-то вдаль, она была в своих воспоминаниях, тяжело вздохнув, она начала:

— Это было в те далекие времена, — ну как всегда все легенды начинаются одинокого, подумала, я — когда люди поклонялись Небу и Земле, а племена брели от одного места к другому. Было одно племя, которое нашло лучшее место для своих пастбищ, и решив, что они нашли свое пристанище, стали вести более оседлый образ жизни. Наконец их племя нашло себе дом, который мог прокормить в голодное время, что оставалось не только людям, но и животным. Но войны шли вечно между племенами за лучшие земли. Соседние племена сплотились и напали на них. Много лет длилась война. Большинство людей погибло. А выживших превращали в рабов, увозили женщин и детей. Глава племени потерял двоих своих сыновей, которые мужественно сражались за свою землю. И надломленный страданиями старик взмолился к Небу: « О, Духи предков, помогите нам одолеть врагов. Не за себя я прошу, но за свой народ. Крови отцов, сыновей, братьев было много пролито, слёз матерей, дочерей, сестер было много выплакано. Защитите невинных, помогите, помогите…».

Сколько бы они не обращались к Небу и Земле их молитвы никто не слышал. Глава племени не выдержал и обратился к шаманке, жившей отдельно в лесу. Говорят, она общалась со злыми духами. Духи потребовали большую плату, за жизнь народа, отдать самое ценное – принести в жертву, того в ком течет кровь главы племени. И глава племени принес в жертву своего последнего сына. В одиночку он смог одолеть нападавших. Но наделив его силой и бессмертием для службы своему народу, духи прокляли его. За смерть тысячи людей, в качестве наказания не видать ему лучей солнца и жить ему до последнего вздоха представителя его рода. Пока дышит последний представитель его рода, так и бродит его душа по Земле.

Мне показалось ее легенда уж больно странной. Но спорить с ней я не стала.

— Бабуль, а какие ты еще знаешь легенды?

Она посмотрела на меня уставшими, немного затуманенными глазами и сказала

— Уже поздно, ложись спать. Старая я стала и не помню уже многое. Когда вспомню — расскажу.

Я пошла спать. Как только моя голова оказалась на подушке, я заснула. Спала я беспокойно. Во сне мне снились племена, жуткие сражения на лошадях. Люди с луками и стрелам убивали друг друга, я была в гуще события, но будто невидимой для окружающих. Все быстро сменяло друг друга. И вот уже горит костер, толпа людей кружит хоровод ритуальной пляски и песни. Кружат люди. Шаманка с кровью животного на руках. События происходят настолько бурно. Куча людей, ритуальный костер. И жертва или избранный, привязанный к столбу. Но его лицо, измученное болью и отчаяньем. Это лицо. Я видела это лицо. Я точно видела его где-то. Но где? Это Он!!!!

Я проснулась в мокром поту и с не прекращающейся аритмией. Это был он. Я вспомнила человека, точнее его лицо, которое вчера было в развалинах. Возможно, это был бомж. Всячески уверяла я себя. Но все же именно ему, я должна быть благодарна за спасение от алабая. Или нет?

Мои мысли прервали крики, доносившиеся со двора. Я выглянула в окно. Женщина и несколько человек стояли и о чем-то громко ругались с баб Зиной. Я оделась и вышла из комнаты. К моему сожалению, я услышала лишь конец конфликта и кажется этого вполне хватило для понимания. Женщина кричала:

— Это все они виноваты. Как только они появляются, здесь что-то происходит. Кто оплатит мне смерть собаки? Это дорогая порода. У него должны были быть бои скоро.

— Да, твой пес до смерти всех здесь запугал. С чего ты решила, что это они виноваты.

— Да, ты посмотри в глаза ее ведьмовские, это все она виновата.

— Послушай, вчера вечером опять спустилось много шакалов, они всю ночь выли. Ведь вновь стали воровать кур и не только. Может кто-то случайно и подстрелил твою псину, перепутав с шакалом.

— Я этого так не оставлю, — не унималась женщина, — вы все у меня заплатите.

Она ушла, но неприятный осадок на утро остался, также как множество вопросов и размышлений.