Ответы о Загробной жизни.

Глава 1 - Регрессивный гипноз.

Смерть открывает двери к новому пониманию. Когда физическая оболочка покидает нас, мы переходим в иное измерение, где царит мудрость. Ограничения нашего тела, безусловно, сковывают нас при жизни. Но наша сущность, наш дух, освободившись от этих пут, обретает безграничные возможности для познания, превосходящие всякое воображение.

Общаясь с теми, кто уже покинул этот мир, регрессологи — специалисты по воспоминаниям из прошлых жизней — находили ответы на вопросы, веками мучившие человечество. То, чем делятся души, напрямую зависит от их духовного уровня. Некоторые обладают огромным багажом знаний и выражают свои мысли ясно и доступно, на языке, понятном нам, живущим.

Момент перехода из жизни в смерть можно описать так: внезапный холод, и вот человек уже стоит у своей постели, наблюдая за своим покинутым телом. Поначалу он недоумевает, почему окружающие так печальны, ведь сам он чувствует себя прекрасно. Его охватывает радость и легкость, а не страх.

Эта книга – своего рода сборник информации, полученной от множества душ с помощью регрессивного гипноза.

Ниже приводится рассказ о процессе освобождения, переданный женщиной, ушедшей из жизни в 80 лет по естественным причинам.

Этот случай, как и многие другие, показателен.

Регрессолог. Ты прожила долгую жизнь, не так ли? (Дальше будут идти вопросы регрессолога и ответы людей, погружённых в гипноз.)

Женщина: да. Я куда-то медленно плыву. Всё так долго, так утомительно.Никакой радости Я так устала.

Поскольку она явно испытывала дискомфорт, я перенесла ее сознание в момент, когда процесс умирания уже завершился. Закончив мысленный отсчет, я увидел, как тело женщины на кровати начало судорожно подергиваться. Внезапно она улыбнулась. Ее голос зазвучал живо и энергично, без следа той слабости, что была всего мгновение назад.

"О, я чувствую себя такой свободной! Я – Свет!" Она выглядела счастливой и умиротворенной.Д.: Видишь ли ты свое тело?

С отвращением О! Это старье, лежащее вон там? Господи! Никогда не думала, что я выгляжу так ужасно! Что я такая морщинистая и высохшая Я чувствую себя слишком хорошо для такой сморщенной старухи. Совсем старая!.. (Она издает радостный возглас.) Господи, как я счастлива, что я здесь!

Я едва не рассмеялся – настолько ее слова расходились с выражением лица и тоном голоса.Д.: Ничего удивительного, что твое тело выглядит таким старым, ведь оно прожило долгую жизнь. Поэтому, вероятно, и умерло Ты только что сказала: "Я здесь". Что это значит - здесь? Где ты?

Я – среди Света и Ах, как это здорово! Наконец-то я чувствую себя такой умной и всезнающей Я чувствую умиротворение Я чувствую покой. Мне ничего больше не нужно.

Что ты собираешься делать?

Мне говорят, что я должна пойти и отдохнуть. О, ненавижу отдыхать, когда нужно столько всего сделать!

А что, обязательно нужно отдыхать? Даже тогда, когда ты этого не хочешь?

Нет, не обязательно. Просто я чувствую себя такой свободной, и мне не хочется опять ощущать себя скованной. Я хочу учиться и развиваться.После этого я не смогла получить от нее более связного ответа, кроме того, что она куда-то плывет.

По выражению ее лица и частоте дыхания я поняла, что она находится в месте отдыха. Когда душа пребывает там, создается впечатление, будто она погружена в глубокий сон и не желает, чтобы ее беспокоили. В этот момент бесполезно пытаться задавать вопросы, поскольку ее ответы (если они вообще будут) звучат нелепо и бессвязно. Более подробно это место будет описано в одной из последующих глав.

В ходе сеанса регрессивного гипноза женщина переживала воспоминания о родах. Ее тело реагировало на них так, будто схватки были реальны, демонстрируя, что физическая память о страданиях сохраняется. Чтобы облегчить ее состояние, гипнотерапевт переместил ее сознание в момент после предполагаемого завершения родов.

Ты родила ребенка?

Нет. Было очень тяжело, малыш никак не хотел появляться. Я была так измотана, что просто покинула свое тело.

Ты так и не узнала, кто должен был родиться?

Нет, но сейчас это уже не имеет значения.

Видишь ли ты свое тело?

Да, и других людей тоже. Но они выглядят такими печальными

Что ты собираешься делать?

Думаю, немного отдохну. Раз мне все равно придется вернуться, хочу побыть здесь. Я нахожусь среди Света, и мне так хорошо и спокойно.

Откуда исходит этот Свет?

От источника всего знания, там, где все ясно и очевидно, где все просто и чисто. Даже истина там кажется более чистой. Внешний мир где-то там, и он тебя совсем не тревожит. Истина на Земле есть, но вы ее просто не видите.

Ты сказала, что тебе придется вернуться. Откуда ты это знаешь?

В жизни я была слишком слабой. Мне нужно было научиться жить с болью, терпеть ее. Если бы я не была такой слабой, я бы осталась здесь. Я рада, что больше не чувствую боли и даже не могу о ней вспомнить. Но я знаю, что мне нужно вернуться, чтобы стать более цельной, более совершенной. Я должна победить боль – не только свою, но и боль всего мира.

Но ведь чувствовать боль – это так по-человечески. Хотя, когда ты в физическом теле, это действительно тяжело и порой невыносимо. Оттуда все кажется иным, более простым. Ты думаешь, это именно тот урок, который тебе предстоит извлечь?

Да, и я его извлеку. Возможно, это займет много времени, но я готова. Мне следовало быть сильнее, тверже и решительнее. Но во мне сидел страх Он поселился после детских болезней. Я боялась, что мне опять станет так же плохо. И я сдалась Боль Когда поднимаешься на более высокий уровень сознания, погружаешься в этот яркий свет, в мир чистой мысли – боль исчезает. Боль – это урок, который нужно усвоить. Когда боль овладевает нами на Земле, на чисто человеческом уровне, мы слепнем, становимся безумными, выплескиваем ее и заражаем ею других. Но если мы сможем отстраниться от нее, сконцентрироваться, проникнуть в нее и будем терпеливы, мы сможем подняться над болью, стать выше нее.

Значит, боль нужна? Зачем?

Боль – это наука, это тот инструмент, с помощью которого нас учат уму-разуму, кротости и смирению. Если дух слишком высокомерен, ему полезно облечься в материю, чтобы, испытав страдания, научиться быть более терпимым и снисходительным. Люди учатся через боль преодолевать ее, быть выше нее. Иногда достаточно просто понять, что такое боль и почему нам больно, и от этого становится легче.

Но, как ты сказала, когда людьми овладевает боль, они становятся как безумные, и в этом состоянии вряд ли способны понять ее и справиться с ней.

Потому что они слишком эгоистичны. Боль делает их эгоистами. Им нужно подняться над собственными эмоциями, стать выше собственных интересов, вознестись сознанием на более высокий духовный уровень – и тогда они одолеют боль. Правда, есть и те, для кого боль – удобная отговорка или ширма. Они используют ее как лазейку, как повод уйти от ответственности или, наоборот, как способ самоутвердиться и привлечь к себе внимание и в этом – смысл боли.

Боль, безусловно, индивидуальна. Почему она возникает? Потому что мы сами её допускаем, настраиваясь на страдания. Если не позволять ей овладеть собой, то и боли не будет. Она просто не сможет вас коснуться. Так что не давайте боли власти! Боль – это не обязательное чувство, но всё зависит от человека. Если он возвысится духовно и поднимется на новый уровень сознания, боль утратит над ним свою силу.

Значит, люди могут подавить боль и отстраниться от неё?

Конечно, если они этого захотят. Но не всегда этого хотят. Люди забавные создания. Им нужно сочувствие и жалость к себе, иногда они хотят наказать себя. Эти ощущения знакомы каждому, и будь у людей больше времени, они бы только этим и занимались. У каждого свой путь, и он должен найти его сам. Если вы скажете, что этот путь лучше, потому что он короче и легче, люди вам не поверят. Поэтому они должны искать свой путь самостоятельно. Это один из уроков, которые люди должны усвоить на Земле, ради чего они сюда и приходят.

Но больше всего люди боятся смерти. Можешь рассказать, что она собой представляет?

Для человека в физическом теле смерть – тяжёлое и пугающее ощущение. Оно настолько сильно, что он не может думать о ней без содрогания. Но после смерти страх уходит, и остаётся только чувство свободы и покоя. Люди постоянно беспокоятся о проблемах. Жизнь – это как нести тяжёлую ношу, которая с каждым днём становится всё тяжелее и обрастает новыми проблемами. Когда умираешь, ты словно выбрасываешь эту ношу и чувствуешь невероятную лёгкость и свободу. Так происходит переход от жизни к смерти.

Мне кажется, люди боятся смерти, потому что не знают, что их ждёт.

Да, они всегда боятся неизвестности. Поэтому им нужны вера и доверие, хотя бы немного.

Что происходит, когда человек умирает?

Он покидает своё тело, идёт туда, где Свет, и оказывается там же, где я.

А ты что там делаешь?

Совершенствуюсь.

А когда выйдешь из Света, куда направишься?

Вернусь на Землю.

Честно говоря, мне немного странно беседовать с тобой сквозь время.

Время не имеет значения. Здесь нет понятия времени. Вернее, оно есть и нет его, оно везде и нигде, всегда одно и то же.

Значит, тебя не беспокоит, что я беседую с тобой из другого времени?

Почему это должно меня беспокоить?

Я просто подумала, а вдруг беспокоит Я бы не хотела тебя беспокоить.

Ты и не беспокоишь. Правда, себя ты беспокоишь больше, чем меня.

"Знаете, мне довелось столкнуться с удивительной историей. Представьте себе: я беседовал с девочкой, которая жила на рубеже веков, в самом конце девятнадцатого. Жизнь ее оборвалась так рано, всего в девять лет. И вот, когда мы впервые встретились, она, вместе с другими ребятами из класса, ехала на школьный пикник. Их везла большая, пышная подвода, полная душистого сена – такая картина, словно из старинной книги."

Школьники отправились на пикник у живописного ручья. Вода манила, и многие решили освежиться. Среди них была девочка, которая панически боялась воды и почти не умела плавать. Она очень переживала, что одноклассники узнают о ее слабости и будут смеяться. Чтобы скрыть свою неловкость, она придумала план: притвориться, что увлечена рыбалкой, ведь у некоторых ребят были с собой удочки. Эта мысль так сильно ее терзала, что радость от пикника была испорчена.

Чтобы избавить ее от тревог, я предложила ей мысленно перенестись на несколько лет вперед, в какой-нибудь другой важный для нее день. Едва я закончила обратный отсчет, как услышала ее восторженное восклицание: "Меня там больше нет! Я – среди Света!" Удивленная таким началом, я, конечно же, спросила, что произошло.

(печально) Я ведь сказала, что не умею плавать. Я упала в воду, и меня со всех сторон обступила тьма. В груди у меня все горело. А затем я просто вышла в Свет, и все прошло.

Выходит, ручей оказался глубже, чем ты думала?

Нет, не думаю, что он был очень глубоким. Просто я испугалась. Испугалась воды. У меня свело ноги, и я пошла на дно. Да, все случилось из-за того, что я просто страшно испугалась.

Ты можешь сказать, где ты сейчас находишься?

Посреди вечности. (В ее голосе по-прежнему слышны детские нотки.)

Рядом с тобой есть кто-нибудь?

Да, много людей, но они все заняты. Они работают вернее, размышляют над тем, что нужно сделать. Я тоже стараюсь не отставать.

Тебе до этого уже приходилось бывать в этом месте?

Приходилось. Здесь очень тихо, мирно и спокойно. Но мне нужно будет вернуться назад. Я должна победить свой страх. Страх, который входит в тебя и парализует. (Теперь ее голос стал более взрослым.) Страх – это чудовище, которое селится в человеческом разуме, нападая на тех, кто живет на Земле. Но оно воздействует лишь на чувственное сознание. А дух ему не подвластен.

Другими словами, когда люди чего-то боятся, они навлекают на себя именно то, чего боятся? Ты это хочешь сказать?

Вот именно! Они навлекают на себя как раз то, чего боятся. Мысль – это энергия; мысль творит, созидает, вершит. Все, что ни происходит, есть результат работы мысли. Правда, отсюда все выглядит куда яснее и проще. Когда видишь, как глупы, пусты и ничтожны те страхи, которые владеют людьми, начинаешь недоумевать: "Странно, почему они этого боятся?" Однако когда страх овладевает именно тобой, он так глубок, так индивидуален и неотделим от тебя, что буквально внедряется в тебя и порабощает твою волю. Так что, пытаясь помочь людям понять и осознать причину их страхов, я, как мне кажется, начинаю лучше понимать свои.

Что ж, вполне логично. А знаешь, чего люди боятся больше всего на свете?

Они боятся умереть.Но в смерти нет ничего плохого. Зачем же ее бояться? На самом деле смерть легка. Я не знаю ничего легче. Смерть кладет конец всем заботам и проблемам, пока ты не начнешь все заново и не окунешься с головой в еще большие проблемы.

"Но зачем же тогда люди снова и снова возвращаются?" – спросил я.

"Чтобы пройти полный круг обучения," – ответила она. – "Им необходимо усвоить все уроки, особенно те, что касаются преодоления трудностей. Только так они смогут достичь совершенства и обрести вечную жизнь."

"Но ведь это невероятно сложная задача – научиться всему," – заметил я.

"Да, порой это изнурительно," – согласилась она.

"И сколько же времени на это уйдет!" – воскликнул я.

"Отсюда, с этой стороны, все кажется проще," – сказала она. – "Здесь я могу легко управлять своими чувствами, понимать причины страха и осознавать, что он мне не повредит. На Земле же все иначе. Страх там затягивает, становится частью тебя, и избавиться от него, сохранить объективность – задача не из легких."

"Это потому, что там ты подвластна эмоциям," – пояснил я. – "Ты сама говоришь, что со стороны все выглядит проще. Оглядываясь назад, думаешь: 'Боже мой, как же все было элементарно!'"

"Именно," – подтвердила она. – "Это касается и страхов, особенно чужих. Мне нужно учиться терпению, учиться жить, страдать и выносить все, чтобы в полной мере использовать свои возможности. Мне кажется, было бы проще, если бы вместо череды коротких жизней я прожила одну долгую, насыщенную, полную тревог и испытаний. Так я сэкономила бы время. Поэтому, прежде чем вернуться, я должна тщательно все обдумать и выбрать именно такую жизнь – полную событий и переживаний, чтобы сократить количество своих будущих воплощений. Хотя, признаюсь, легче от этого не станет. Взаимоотношения с другими людьми – бесценный опыт. Они помогают многое понять, в первую очередь, понять себя."

"В нашем языке есть выражение, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами," – продолжила она. – "Я столкнулась с этим в своих исследованиях. Чаще всего это происходит после смерти, когда человек оглядывается на прожитое, анализирует, пытаясь понять, чему он научился. Нередко в этом помогают духовные наставники, встречающие его по ту сторону жизни. Они смотрят на все более объективно, без эмоциональной окраски."

"Перед глазами одной из моих подопечных, женщины, прошлая жизнь предстала в весьма необычном свете," – заключила она. – "Хотя, честно говоря, когда занимаешься регрессивным гипнозом, порой трудно определить, что здесь обычно, а что – нет."

В ходе сеанса регрессии моя коллега погрузилась в воспоминания о прошлой жизни, дойдя до самого ее конца. Смерть наступила в глубокой старости, мирно и безмятежно. Она спокойно наблюдала, как ее тело возносят на холм у дома для погребения на семейном кладбище.

Однако вместо того, чтобы отправиться дальше, она внезапно решила вернуться. Вернуться домой, чтобы завершить кое-какие дела. Каково же было ее изумление и даже испуг, когда она обнаружила себя призраком, способным проходить сквозь стены. Она видела себя полупрозрачной дымкой, сквозь которую просвечивали предметы интерьера.

Это новое состояние пришлось ей по душе, и она с любопытством бродила по дому, размышляя о своих дальнейших действиях.В этот момент она услышала разговор служанок, жалующихся на "призрак старухи", чьи шаги иногда доносились с верхних этажей.Со временем ей наскучило быть невидимой и неслышимой. Она осознала, что в таком состоянии не сможет выполнить свои незавершенные дела, ведь призраку недоступен материальный мир.

Как только это понимание пришло к ней, она оказалась за пределами дома, снова на вершине холма, откуда открывался вид на долину.Рядом с ней появился ее покойный муж, выглядевший так же молодо, как в день их свадьбы. Стоя рука об руку и любуясь долиной, они вдруг поняли, что перед ними не просто пейзаж, а "долина их жизни". Словно цветная вуаль накинулась на все вокруг, и на ней, как на экране, развернулся коллаж из событий их совместной жизни.

Но это было не последовательное повествование, а единое, целостное представление."Мы видим кладбище, – описывала она, – видим город, наш дом и горы. Все, что было нам дорого и знакомо, предстало перед нами не по отдельности, а вместе, одновременно. Вся наша совместная жизнь, со всеми ее радостями и печалями, которые мы делили пополам, простиралась перед нами.

Мы радовались возможности вновь пережить и прочувствовать нашу жизнь, оставившую ощущение чего-то чистого, нетленного, неизменного Трудно описать это чувство Это безраздельный покой, когда ты просто стоишь и смотришь Как смотришь на поля, где зреет урожай, выращенный твоими руками, или на цветущий сад, где благоухают посаженные тобой цветы. Ты вспоминаешь свой труд, как копал и рыхлил землю, как росли и созревали плоды

Перед нами был конечный результат наших трудов. Глядя на эту долину жизни, ты говоришь себе: "Да, мы прожили не напрасно, мы провели здесь прекрасное время и сделали много полезных дел". Ты восхищаешься этим садом, делом своих рук, и видишь одновременно все его уголки. Перед тобой лежит вся жизнь со всеми ее событиями, печальными и радостными, и ты можешь их буквально потрогать. Словно перелистываешь альбом с семейными фотографиями, но только этот альбом предстает перед тобой в виде прекрасной долины".

Она с явным удовольствием перебирала в памяти события своей жизни. Несмотря на то, что в ее прошлом были и трудные, болезненные моменты, которые всегда тяжело вспоминать, в ее взгляде не было ни тени осуждения или предвзятости. Лишь спокойная отстраненность, с которой они с супругом анализировали то, что им предстоит прожить в следующей жизни. Этот взгляд на собственную жизнь с высоты, словно с небес, был поистине удивительным и прекрасным зрелищем.

В другой беседе я общалась с мужчиной, который погиб под обвалом. Я спросила его, каково это – умирать.

Он ответил: "Представьте, что вы ныряете на самое дно глубокого, темного залива. По мере того, как вы поднимаетесь к поверхности, становится все светлее и светлее. И когда вы наконец выныриваете, вас встречает яркий солнечный свет. Примерно так же ощущается смерть."

"Но, возможно, это лишь потому, что вы погибли под камнями?" – уточнила я.

"Нет, дело не в этом. Я описал переход из физического мира в духовный. Когда я покинул свое тело, это было похоже на погружение в темную глубину, а затем – на всплытие. Достигнув духовного плана, я оказался в ярком солнечном свете. Да, при несчастном случае, когда тело искалечено, испытываешь сильную физическую боль.

Но она мгновенно прекращается, как только сознание покидает физический план. После этого все происходит легко и естественно, как многие вещи в жизни: бег, ходьба, купание, любовь... Это просто другая сторона жизни. Смерти как таковой не существует. Вы просто переходите на другую сторону жизни, как переходите улицу. В этом нет ничего пугающего. Если кто-то боится смерти, пусть попробует нырнуть в глубокую реку, а затем вынырнуть. Он поймет, что это такое."

"Я думаю, люди боятся умирать, потому что представляют это как мучительный процесс," – предположила я.

"Ничего мучительного в смерти нет, если только вы сами не стремитесь к страданиям. Смерть по своей сути не причиняет боли. Однако, если вы считаете, что муки необходимы вам как урок, тогда смерть может стать очень болезненной. Но даже в этом случае вы всегда можете отстраниться от боли, как физически, так и духовно, в момент перехода."

"Но сам выход из тела, разве он не болезнен?" – спросила я.

"Совершенно нет. Переход из одного состояния в другое, из физического в духовный мир – это скорее освобождение, а не плен. Боль существует только в теле. Дух не чувствует боли, разве что сожаление. Сожаление – вот единственная мука духа, и она, пожалуй, неизбежна. Чувство, что вы могли бы сделать больше, что-то упустили. Это действительно тяжело. Но физическая боль остается позади, вместе с телом."

"А если человек покидает тело до наступления смерти? Разве тело тогда не страдает?"

"Страдает. Но у человека всегда есть выбор: оставаться в теле и разделять его страдания, или покинуть его и наблюдать со стороны. Этот выбор есть у каждого."

"Мне кажется, последнее предпочтительнее, особенно если смерть связана с сильной психологической травмой," – заметила я.

"Все зависит от самого человека."

В моей практике встречались случаи, которые ярко иллюстрируют возможность отделения сознания от физического тела. Однажды женщина, находясь в состоянии регрессии, рассказала о том, как ее сожгли на костре за религиозные убеждения. Она описывала, как, будучи привязанной к столбу, решила не давать мучителям удовлетворения видеть ее страдания. В момент, когда пламя охватило ее, она покинула тело и наблюдала происходящее с некоторой высоты. К своему удивлению, она видела, как ее тело корчится в агонии, хотя сама при этом не испытывала никакой боли. Этот пример наглядно демонстрирует, что дух может существовать отдельно от физической оболочки.

Мне кажется, что мысль о том, что ушедшие близкие, особенно те, кто пережил мучительную или насильственную смерть, могли не испытывать боли, может принести утешение. Ведь если дух способен покинуть тело, чтобы избежать страданий, это уже само по себе является облегчением. Можно сказать, что в такие моменты человек "отлетает", оставляя тело, которое реагирует на боль рефлекторно, подобно тому, как мы машинально отдергиваем руку от горячего предмета. Это не сознательная реакция, а непроизвольный ответ организма. Точно так же тело может реагировать на боль при насильственной смерти, в то время как истинная сущность человека пребывает в покое, наблюдая за происходящим со стороны.

Вот еще одно описание смерти.

Представьте себя полуобнаженным, дрожащим от холода, с ободранной до крови кожей, продирающимся сквозь густой, темный лес, полный шиповника, пугающих звуков и хищников. Вам кажется, что за каждым кустом таится зверь, готовый разорвать вас. И вдруг вы выходите на залитую солнцем поляну с травой, пением птиц, плывущими облаками и журчащим ручьем. Насколько же различны эти картины! Точно так же отличаются жизнь и смерть.

Но многие люди все равно боятся смерти.

Боятся, пока блуждают в этом лесу. Как только они выйдут на поляну, страх исчезнет. Страх существует только в лесу.

Значит, не стоит бояться и самого перехода из жизни в смерть?

Переходы бывают разными: одни более желанны, другие – менее. Мне трудно выразить это иначе. По сути, дверь остается дверью, сколько бы раз мы ее ни открывали.

А вот еще одно описание.

Смерти нечего бояться. Она не страшнее вдоха или выдоха. Кто боится дышать? Смерть так же естественна и безболезненна, как моргание. Только что вы были в одном состоянии бытия, моргнули – и вы уже в другом. Смерть подобна этому физическому ощущению и столь же безболезненна.

Любая боль, которую мы испытываем, связана с физическими повреждениями, но на духовном уровне боли не существует. Вы сохраняете память и чувствуете, что жизнь продолжается. Иногда требуется время, чтобы осознать, что вы больше не связаны с физическим телом, но обычно это происходит сразу, поскольку ваше восприятие расширяется, позволяя беспрепятственно воспринимать духовный план.