Миднайт Хилл. Дом Охотников

Линд направился к полицейским, а остальные внимательно наблюдали за ним. Главнокомандующий поднял руки, хотя, вероятно, человек в маске, с холодным оружием и в капюшоне, идущий от места жертвоприношения не выглядел безобиднее. Тем не менее полицейский вышел из машины, но держал его на мушке. Свет фонарика сделал тень от Линда настолько огромной, что медведи в ней утонули. Начались переговоры. Спустя время фонарик погас, и Алая площадь снова скрыла во мгле Охотников. Патрульная машина уехала.

– Продолжаем! – скомандовал Линд, и Сова опустила меч в ножны.

– Что он им сказал? – аккуратно поинтересовалась у нее Вербена.

– Людям в Миднайт Хилле не нужно много говорить, чтобы они расхотели совать нос в паранормальные дела. Даже полицейским.

Все продолжили заниматься своими делами, а Вербена все стояла перед кровавыми ритуальными символами. Она пыталась прочитать дьявольское послание, но в знакомые слова ничего не складывалось.

– Командир, – снова обратилась она к наблюдающей за обстановкой Сове. – Подскажите, я не могу прочитать руны. Мы такое не изучали?

– Мне они тоже не знакомы, – ответила та.

– В девяностых руны были другие?

– Да. В Охоте всегда так. Только ты заметишь какую-то закономерность и выведешь правило, как все идет не по плану. Но меня больше волнует другое. Как они принесли трупы в центр города не оставив следов?

Сова кивнула в сторону медведей. Несколько Охотников с силой запихивали тушу на платформу.

– Также с помощью погрузочных средств? Или может загнали их живыми? Ведь медведь у пекарни тоже сам вошел в город, гонимый зверем.

– И это очень любопытно, потому что оборотни устраивают ритуалы не для других, а для своих. А тут такие изощрения, чтобы подложить все нам под нос, – сказала Сова, а затем, кивнув на ведро и тряпки, ушла в направлении главнокомандующего.

В ту ночь Вербена не уснула. Она допивала последнюю банку энергетика, сидя утром в атриуме. Крутила в руках крестик. Молилась.

Сверху на винтовой лестнице наконец-то послышались басистые разговоры. Вербена различила знакомый голос с хрипотцой, и на душе стало немного легче. Наверняка Нил непринужденно общался с друзьями, будто в последнюю их встречу они не послали друг друга куда подальше. Иногда казалось, что ругались они чаще, чем спаринговались.

Она вскочила с места заранее, и как только Нил ступил на темно-синюю каменную плитку, схватила его за рукав и без лишних приветствий уволокла из холла.

– Где тебя носит, Хантер?

Твердая походка и нетвердый голос заставили Нила напрячься всем телом. Он обернулся на парней, виновато пожал плечами, но они все равно отреагировали раздражением. Вербена чуть ли не толкнула Нила в каменную стену, перегородив рукой путь к отступлению. Она осмотрелась. Закуток за колонной и дверью прятал их от лишних взглядов.

Нил ухмыльнулся. Глаза бегали по лицу Вербены, стараясь прочитать эмоции, которые обычно она выражала крайне скупо.

– Началось, – наконец произнесла она, вскинув на него изумрудный глаз. – Понимаешь?

Нил неуверенно покачал головой.

– Этой ночью была вторая стадия.

– Вторая стадия чего?

– Заселения оборотней, Нил.

На пару секунд он закрыл глаза и покачал головой.

– Откуда знаешь?

Вербена наконец перестала его баррикадировать и, приподняв костяшкой очки, потерла переносицу. Прежде чем ответить, она еще раз выглянула в коридор и убедилась, что он пуст. Затем рассказала все: про вызов в два часа ночи, про обезглавленных медведей, круг и незнакомые руны.

– Мне запретили распространяться среди учеников, но ты…Ты ведь собрался куда-то лезть. Так что не лезь, Нил. Сам знаешь, что на третьей будет. Охота на Охотников. Я просто хочу, чтобы ты … – её голос смягчился, – был осторожнее. Не смей. Никак. Себя. Выдавать. Никакими проверками, понял? Все серьезно. Это не просто мамаша и дочурка. Тут что-то не так. Пожалуйста, сначала получи звание, а потом можешь помирать.

– Откуда такие мысли? – на лице Нила запечатлелась широкая ухмылка. Расслабленную её версию от тревожной еще надо было отличить.

Вербена сжала губы и заботливо посмотрела на него.

– Я знаю, это дело для тебя много значит. Но твой дед был уже опытным Охотником, когда столкнулся со стаей. У тебя будет другой путь, понял? Пообещай, что в ближайшее полнолуние ты носа своего не высунешь из дома.

– Да брось, – сказал Нил, вспомнив о плане слежки за особняком Санлайт.

– Обещай, – она включила свой настойчивый взгляд.

– Все будет хорошо, – он неуверенно похлопал её по плечу.

Они пришли ко входу в тренировочный зал. Нил спрятал руки в карманах черных штанов. Он весь будто ссутулился и поник от полученной информации. Самое опасное, что можно придумать для Охотников – это разумная сгруппированная нечисть. Заселение стаи оборотней или клана вампиров всегда предвещали множество жертв. В первую очередь среди тех, кто им противостоит. Одиночек выловить проще.

То, что рассказала Вербена, значило, что наступила война. А он будущий солдат на передовой.

Вязкие мысли о том, что он может не дожить до следующего года или похоронить тех, кто сейчас беззаботно выпрашивает друг у друга конспекты по ботанике, не давали ни на чем сосредоточиться. Нил невольно держался ближе к Вербене. Он улавливал тревогу в её взгляде и выражал поддержку с помощью ухмылок, не зная, что она с болью запоминала их, будто видела в последний раз.

Нил взял тренировочную фалькату. Оружие еще ни разу не вызывало страх. Он мял пальцами обмотанную кожаным лоскутом рукоять. Нил был одним из лучших в группе по ближнему бою, но поможет ли ему это в реальной схватке?

– Ты че какой-то потерянный, Хантер?

Нил поднял глаза на Джейсона, который уже давно принял боевую стойку. С ним было неудобно драться, приходилось много думать – Джейсон был левшой. Но так даже лучше. Если бы он был его врагом, Нил смог бы выжить?

Пальцы сжались, рука резко повела на рубящий удар, заставив Джейсона от неожиданности отступить на два шага назад. Лязг лезвий наполнял помещение с высокими колоннами. Нил обрушал на Джейсона атакующие удары один за одним, вынуждая его обороняться и отступать.

– Давай, Джейсон! – тяжелое дыхание мешало ему говорить быстро. – Соберись уже!

Но при первой же попытке атаковать, Джейсон лишился равновесия неожиданным маневром Нила в сторону, после чего тому оставалось только толкнуть соперника, повалить на пол и прислонить незаточенное лезвие к шее. Джейсон смотрел сердито, крылья широкого носа раздувались от частого дыхания. Он был похож на подстреленного хищника.

Может не Нилу нужно бояться своих врагов, а им его? Он не зря столько тренировался.

– Показательный бой, – командир Клык наблюдал со скрещенными на груди руками. – Опасный. Лучше быть сдержаннее, чтобы контролировать ситуацию и беречь силы. Зато ты преподал хороший урок Джейсону – не ведись на провокации соперника. Холодный разум, – он постучал пальцем по виску.

Нил предплечьем вытер со лба проступивший пот и подал руку Джейсону. Не сразу, но тот взялся за ладонь, и дикость в черных глазах погасла. Клык задержал взгляд на Ниле.

– Достойный уровень, Хантер.

Всего три слова, но большего пожелать было и нельзя. Нил как-то бестолково улыбнулся и кивнул, все еще пытаясь отдышаться.

Клык, небрежно почесав бороду, пошел в сторону других учеников. Нил посмотрел на Джейсона и проследил за его взглядом: Вербена. Она достойно держала бой, правда скорее за счет маневренности. Её движения напоминали танец, мышцы играли под облегающей одеждой. Оба юноши замерли, наблюдая за ней. Нил беспокойно нахмурился. Сможет ли она выстоять в настоящем бою? Оппонент атаковал её справа, там, где не видел слепой глаз, и Вербена приняла удар тупым лезвием по ребрам. Нил всегда это знал: сколько бы она не тренировалась, как бы не закаляла тело, она была уязвимой. Ей не место здесь. Кто-то будет скорбеть по ней, кроме него? Как он это переживет?

– Вы спите?

Нил вынырнул из тревожных размышлений. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать вопрос. Нил ухмыльнулся, опустив взгляд на Джейсона. Тот все еще смотрел вперед.

– С кем? С Вербеной что ли?

– Нет, с Говардом, – недовольно отозвался тот. – Конечно, мать твою, с Вербеной.

Нил скрестил руки на груди, с нескрываемым довольством рассматривая Джейсона. Он дождался, пока тот поднимет на него взгляд. На смуглой коже румянец почти не читался, но по глазам, которые тут же сметливо отскочили от ехидной улыбки Нила, стало и так все понятно.

– Откуда мне знать, может ты любитель “говардов”, – Нил комично поднял брови.

– Да пошел ты, – закатив глаза, махнул рукой Джейсон.

– Мы лучшие друзья. Не больше и не меньше.

– Понятно, – бросил Джейсон, подняв с пола фалькату, и встал напротив Нила. – Продолжим.

Но зал оглушила сирена. Улыбка тут же исчезла с лица Нила. Все, началось. Он не готов. Не готов. Пальцы до боли сжали рукоять. Вербена в ужасе смотрела на него из середины зала.

***

В городе по инициативе Карла Линда был объявлен комендантский час. Черные маски стали официальным пропуском в ночной Миднайт Хилл, где Охотники могли делать все, что угодно, без контроля полиции.

– Ситуация чрезвычайная, это понятно? – говорил главнокомандующий с вершины трибуны, окруженный командирами. Он скрестил руки за спиной. – Оборотни – не безмозглые спаниели. Они ищут вас. К сожалению или к счастью, для Миднайт Хилла это не впервой. Так что рассчитываю на ваш профессионализм, господа Старшие Охотники. Ученики будут привлечены к операции. Большинство погибнет при первой же стычке с врагом. Так что рекомендую вам провести выходные с близкими, – лицо Линда не дрогнуло даже от таких слов. – Зато те, кто переживут грядущие события, вероятно прослужат Дому долгую и ценную службу.

Маме Нил ничего не сказал. И выходные с ней не провел, а тренировался, потому что его назначили в ночной патруль с группой командира Клыка. Настоящий убийца, закаленный в схватках, с которым считалась Каришма. Напарник его деда. Судьба просто не могла предоставить шанс лучше.

На время патруля выдавали маску, которая ученикам не полагалась ввиду отсутствия охотничьих полномочий, а также фонарик, посеребренный кинжал и арбалет. Этот набор Нил раскладывал за пазуху, как ценные документы, не забыв повертеть все в руках и попробовать на вес и баланс.

Нил рассматривал охотничий фонарик, длинный и тяжелый, и сразу же потянулся к маленькому рычажку, выпускающему серебряную иглу. Кончиком пальца он коснулся её и, не почувствовав боли, заметил набухающую каплю крови.

Клык посмеялся одними глазами. Мозолистые пальцы привычно загоняли в пазы на поясе болты с серебряными наконечниками. Командир ощущался еще внушительнее: зал для тренировок был фальшивым полем боя, а сейчас они собираются на настоящее.

– Первый раз держишь в руках охотничий фонарь? – обратился к нему Клык.

– Да, командир, не приходилось прежде.

– Какая халатность, – заметил Клык, застегивая на широкой груди кобуру. – Надо сказать Карлу, чтобы фонарик в руке учеников стал привычнее, чем собственный член.

Другие Охотники в группе засмеялись, и Нил решил, что ему тоже можно. Клык по-свойски улыбался. Боевая фальката щелкнула, упав в ножны на его поясе.

– Досмотр – твоя задача, Хантер. Так что с фонариком еще наиграешься.

– А если замечу нужную форму зрачка? – Нил спрятал фонарь в глубоком внутреннем кармане.

– Она не “нужная”. Не дай Всевышнее, ты её заметишь. А если все-таки мелькнет, моргни светом раз, и тебе останется только уйти с линии огня.

– В инструкции сказано, я должен вступить в бой, – заметил Нил.

– А я, командир твоей группы, говорю, что в бой тебе вступать запрещено. Запомнил?

Клык за одну фразу растерял все беззаботные ухмылки, уставившись на Нила из-под нахмуренных густых бровей.

– Так точно, – неуверенно спрятав кинжал, ответил Нил.

Тонкий месяц резал черное небо. Нил накинул капюшон, когда прямо на кончик носа упала капля дождя. Они передвигались почти не слышно, выбирая для маршрута узкие переулки, темные дворы и скверы. Нил шел слегка позади.

– Только дождя не хватало, – недовольно прохрипел Клык, набросив на волосы с сединой капюшон. – Хантер, гляди, – Нил ускорил шаг и поравнялся с идущим впереди командиром, – Вот и наша первая алкашня. Расчехляй фонарик.

Нил с готовностью полез во внутренний карман куртки: сначала за маской, потом за фонарем. Под недовольное ворчание Клыка о том, что им придется развозить маргиналов по домам и вытрезвителям вместо полиции, четверо Охотников направились к компании, облепившей парковую лавочку напротив трехэтажного многоквартирного дома. Из окон тянулся аромат жареного мяса, а вот от компании вполне отчетливо слышался спирт.

Их группа из четырех человек в черной одежде и масках явно произвела впечатление на выпивающую компанию. Нил неуверенно выступил вперед, сжимая в руке фонарик. Сзади послышался густой голос Клыка:

– Господа, про комендантский час не слышали?

– Да мы ж вот, напротив дома, – махнул рукой один, пока другие опасливо повтягивали головы, отодвигаясь на лавочке от жутких гостей.

– Вот и пошли бы в дом, – Клык поравнялся с Нилом и кивнул в сторону компании, призывая его начать осмотр. – Думаете, правительство бесполезными вещами занимается? Нет, дорогие, так бывает, конечно, но не в этот раз. – Нил подошел к лавочке, отчего люди попятились в разные стороны, вглядываясь в глаза за прорезями маски. – Небольшой осмотр все же придется пройти.

Нил расправил плечи и уверенно шагнул вперед. Они боялись его, как стадо овец, увидевшее волка. На эти ощущения можно было серьезно подсесть.

– Вы кто такие вообще? – возмутился рослый мужчина. Он вскочил прямо перед Нилом, преградив дорогу, оттого тот инстинктивно схватил его за предплечье и заломил.

– Всем оставаться на местах! – пробасил Клык в сторону шарахнувшихся горожан.

Нил удерживал мужчину, но тот уже не сопротивлялся, только боязно уставился в прорези маски. Можно ли узнать по одним глазам? По голосу? Нил посветил ему в лицо. Мужчина резко зажмурился и искривился. Нил с силой разжал ему веки. Зрачок сузился, как полагается, тогда он отпустил мужчину, и тот в ужасе рухнул на колени и пополз в сторону.

– Вот видите, ничего страшного, – продолжил Клык. – Окулисты мы. Зрение проверяем. Ты можешь быть свободен. Следующий?

После того, как все с опаской прошли осмотр, Клык доступно объяснил, что во время комендантского часа выходить из дома нельзя. Даже полиции. И что все произошедшее здесь запрещено к разглашению. Нил подумал, что их маски и внушительный вид делали его речь кратно красноречивей.

После первого досмотра Охотники стали разговорчивее. Нил поспевал за старшими коллегами, вслушиваясь в их слова.

– Каришма никогда не позволяла действовать так открыто, – говорил Старший Охотник Горностай, приземистый мужчина лет сорока с ежиком светлых волос. – Как Линд вообще собирается разгребать все то, что мы наследим за время этих патрулей?

– Особенно когда важнее всего соблюдать конфиденциальность, – отозвался Стилет. Он казался Нилу самой простой целью для налаживания контакта: молодой и вальяжный. Стилет убрал темные волосы за уши и достал сигарету. Под его ладонью чиркнуло пламя зажигалки.

– Он их запугивает, – сказал Клык, – Раньше как было – каждый сам за себя, кто где. Как сейчас молодежь говорит? Фриланс? – он хмыкнул. – А теперь Линд взялся за дело, мы организованы и связаны с правительством. Хочет, чтобы волки знали.

– Только вот вместе с волками об этом узнают горожане. Не вижу ничего хорошего, – сказал Горностай.

– Только незаконопослушные горожане, которые шляются по ночам. Ненадежный источник, – заметил Клык.

– Нужно было все же притворяться госполицией. Мол, так и так, вот удостоверение, встаньте раком для досмотра, – хохотнул Стилет, выпустив клуб дыма.

По пустынной аллее прокатился ком басистого смеха.

– Мордой своей светить хочешь? А если узнают? Много ты понимаешь, – бросил Горностай, махнув ладонью, на которой Нил не досчитался двух пальцев.

– А расскажите вообще про Линда, – аккуратно произнес Нил.

Все вдруг обернулись, будто только вспомнили про его существование.

– А что ты хочешь знать, малой? – уточнил Горностай, взглянув снизу вверх на широкоплечего Нила.

– Да хоть что-то. А то мы с парнями даже в существование четвертого командира не верили, – пожал плечами Нил.

– Не удивительно, – отозвался Стилет, затянувшись сигаретой, – Линд у нас не местный, сотрудник на выезде. Потому то и умудрился переубивать целую орду по стране. В одиночку. Профи, аж дух захватывает.

– А почему у него нет позывного?

Охотники переглянулись между собой, но в основном все выжидающе смотрели на Клыка.

– Знаешь, что раньше нас звали “воротниками”? – Клык с лукавым прищуром заглянул Нилу в глаза.

– Да откуда ему знать, еще молоко мамкино вон на губах, – дружески подтрунил Горностай.

– Знаю, командир, – ответил Нил. – Старики до сих пор так говорят.

– То-то и оно. А почему, знаешь?

– Из-за нашей формы, вероятно. Из-за водолазок.

Клык ухмыльнулся. Они остановились посреди пустынной аллеи под уличным фонарем.

– Это верно, но откуда форма такая пошла, а? – командир небрежным жестом махнул к себе и опустил воротник, задрав бородатый подбородок. Нил наклонился и увидел, что всё было в шрамах, но не случайных: символы обвивали крепкую шею, как ошейник. Это была латынь. – Видишь?

Нил кивнул. Клык поправил одежду и накинул капюшон.

– Такое было посвящение в Охотники. Наживую резали.

– У вас тоже такие есть? – удивился Нил, взглянув в сторону Горностая и Стилета. Первый кивнул, а второй облегченно отмахнулся.

– Это от вампиров делали, – Клык погладил бороду с проседью. – Укусить не могли в самое уязвимое место. Как последнюю суку выловили, так и перестали делать “воротники”. Вас теперь на посвящении в лобик целуют и кличку дают, а у нас не каждый в сознании оставался, – грубая рука Клыка хлопнула Нила по спине.

– Так вот Линд посвящение не проходил, – сказал Горностай. – И кличку ему не выдали.

– Почему?

– А это уже дело не наше, – как-то сурово заметил Клык.

***

На этот раз в центре внимания среди учеников оказался Джейсон. Его взяли в патруль под руководством главнокомандующего, и в первую же ночь они выловили оборотня.

– Он не сопротивлялся, – с уверенным видом сказал Джейсон, хлебнув пива из банки. Он прокрутил на запястье серебряный браслет. Закатанные рукава обнажили его татуировку: этнические геометрические узоры обвивали все предплечье и спускались к среднему пальцу. – Молча вышел из бара и сел в машину. Но шороху навели, конечно. Пришлось заставить всех подписывать бумагу о неразглашении.

– И что с ним теперь?

– Посадили в виварий, – ответил Джейсон. – Хотят вытрясти что-то про стаю и ритуал.

– Пытают? – уточнила Вербена. Джейсон долго смотрел на нее, прежде чем неоднозначно пожать широкими плечами. Она опустила голову и тоже отпила свое пиво.

– Скоро уже виварий зачистят? – поинтересовался Нил.

Он сидел с краю, закинув ступню на колено. Его раздражало все в рассказе Джейсона. Если и дальше так пойдет, то дело может быть в скором времени закрыто и пройдет мимо него, внука Великой Ищейки. Это Нил еще везунчик?

– Кажется, дают исследователям закончить какие-то…исследования, – отозвался Джейсон.