Дебет с магическим кредитом

– Вы цените логику и факты, не так ли, леди Анна? – спросил старый маг. – Вот вам факт.

Он плавно повел рукой. И моя ручка… выскользнула из пальцев. Она не упала. Она замерла в воздухе, в метре от моего лица, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, словно спутник на орбите невидимой планеты. Пластиковый корпус, металлический клип, логотип – все это нарушало все мыслимые законы физики и здравого смысла.

Мой мозг, привыкший оперировать цифрами, процентами и графиками, выдал ошибку 404. Файл «Рациональное объяснение» не найден. Я протянула руку, чтобы коснуться ее, но палец прошел сквозь пустоту там, где она только что была. Ручка переместилась левее, дразня меня.

Это не была голограмма. Освещение в зале было настоящим, свечи отбрасывали живые тени. Это не был гипноз – я ощущала холод царивший в зале, а еще запах пыли и воска так же отчетливо, как собственное бешено колотящееся сердце. Это был факт. Абсурдный, невозможный, но факт. Мой корпоративный сувенир устроил бунт против гравитации.

Я молча смотрела на парящую ручку, и весь мой мир, вся моя жизнь, построенная на незыблемом фундаменте логики, начала трещать по швам. Мир цифр, отчетов и биржевых котировок казался таким реальным, таким основательным. Но чем он, по сути, отличался от этого? Там магия чисел двигала рынки и рушила корпорации. Здесь магия иного толка заставляла летать предметы. Возможно, вся разница лишь в интерфейсе.

Ручка плавно опустилась обратно в мою подставленную ладонь. Она была обычной. Теплой. Настоящей.

– Что... что вам нужно? — голос сел. Моя крепость цинизма дала первую, но очень серьезную трещину.

– Нам нужны Вы, — просто, но твердо сказал король. – Ритуал, который Фаэлан готовил несколько недель, был создан для того, чтобы найти единственного человека во всех мирах, обладающего нужным нам даром. Оно искало не мага, не воина, а того, кого древние тексты называют «мастером счета». Того, кто видит мир сквозь порядок цифр, кто может усмирить хаос расходов и доходов. Заклинание нашло Вас, Анна.

Мастер счета. Звучит как название какой-то секты бухгалтеров-переростков. Но в контексте парящей ручки это приобретало зловещий смысл.

– Наша казна пуста, – продолжил Эларион, и в его голосе прозвучала горечь. – Наши налоги собираются из рук вон плохо. Расходы на армию, на восстановление после войны, на содержание двора – все это превратилось в неуправляемый поток, который топит королевство. Мы на грани коллапса. Мы нуждаемся в Вас, чтобы Вы наладили наш... бюджет.

Я чуть не рассмеялась. Переместиться между мирами, чтобы провести аудит для обанкротившегося средневекового королевства? Это даже не проект, это какой-то божественный сарказм.

– Предположим, – я сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе контроль, – я Вам поверю. Какова моя мотивация? Какой KPI у этого проекта, кроме спасения ваших душ и корон?

Король посмотрел на Фаэлана, и тот ответил:

– Мы понимаем, что вы хотите вернуться домой. В Ваш мир. Это невероятно сложная задача, требующая колоссальных затрат магической энергии и ресурсов. Но если Вы поможете нам, я, от лица короля и всей магической коллегии Этерии, клянусь, что все эти ресурсы будут направлены на поиски способа вернуть Вас. Мы задействуем каждого мага, изучим каждый древний фолиант. Это наше королевское слово.

Он сделал паузу, давая мне осознать предложение.

– Однако, если Вы откажетесь..., – взял слово король, – мы, конечно, не можем принудить Вас. Но и помочь ничем не сможем. Путь назад мы не знаем. Вы останетесь здесь. Чужестранка, без имени, без статуса, без средств к существованию. Просто еще одна душа, затерянная в мире, который Вам чужд. – Добавил он то, что в любом контракте идет мелким шрифтом под звездочкой.

Ультиматум. Чистый и незамутненный. Выбор без выбора. С одной стороны – каторжная работа в абсолютно безумных условиях, но с призрачным шансом на возвращение. С другой – гарантированное падение на социальное дно в мире, где это дно, скорее всего, вымощено грязью, чумой и очень острыми предметами.

Мой внутренний риск-менеджер взвыл. Это была самая невыгодная сделка в моей жизни. Но в то же время – единственная возможная.

Я вспомнила свою квартиру. Стерильную, выверенную, пустую. Свой график, расписанный на месяцы вперед. Всю эту жизнь, где я была мастером своего маленького, предсказуемого мира. И поняла, что потеряла его навсегда. Эта мысль была холоднее камня под ногами.

Вся моя философия прагматизма сводилась к одному: выжимай максимум из имеющихся обстоятельств. И сейчас обстоятельства были таковы: либо я становлюсь финансовым директором фэнтезийного королевства, либо бродягой.

Я окинула оценивающим взглядом эту антикризисную команду. Внутри все сжималось от отчетливого понимания, что я попала на принудительную реструктуризацию компании, летящей к банкротству со скоростью метеорита. Но снаружи я была само спокойствие.

– Что ж, – мой голос звучал так, будто я обсуждаю годовой отчет, а не спасение королевства. – Допустим, я согласна провести аудит этого безнадежного предприятия. Судя по всему, на волонтерских началах. Мой райдер прост. Первое: мне нужно рабочее место. Стол, стул, источник света. Не темница. – Я кинула хмурый взгляд на безопасника. – Второе: полный и неограниченный доступ ко всей первичке. Договоры с драконами, накладные на эльфийские стрелы, долговые расписки гномам, счета за поставку маны – все на стол. Третье, ключевое: с этой секунды объявляется мораторий на любые траты. Все финансовые операции заморожены до выяснения масштабов катастрофы. Четвертое: не мешать мне работать. Особенно, – я скользнула взглядом по капитану, – вот этому специалисту по агрессивному тимбилдингу. Его методы оптимизации штата вызывают у меня некоторые вопросы в области трудового законодательства.

Я сделала паузу, давая им осознать, что это не просьба, а техническое задание.

– Далее. Инвентаризация ликвидных активов. Мне нужен доступ в сокровищницу, хранилище артефактов и прочие ваши сейфы. Вы, Ваше Величество, – я перевела взгляд на короля, – предоставите мне двух материально ответственных лиц для надзора за процессом. Во избежание расхождений в итоговом балансе. Начинаем немедленно. И да, напоминаю: пока последняя золотая монета не будет пересчитана и внесена в ведомость, касса на замке. У всех. Вопросы есть? Вопросов нет.

Король посмотрел на меня так, словно я только что предложила провести полный налоговый аудит его души с последующей описью исподнего. Его лицо, и без того не пышущее здоровьем, пошло багровыми пятнами. Уголок рта нервно дернулся. Кажется, Его Величество боролся с острым желанием то ли позвать стражу, то ли немедленно отречься от престола в пользу какого-нибудь заезжего менестреля. Я дала ему мгновение на то, чтобы переварить новую реальность, в которой какая-то пришлая девица без титула и армии только что захватила контроль над его казной. Внутри меня бурлил коктейль из ледяного профессионального азарта и мрачного веселья. Господи, до чего же предсказуемы эти феодальные управленцы. Кризис-менеджмент для них – это найти виноватого и отрубить ему голову. Какая прелесть.

– Хорошо, – с таким трудом выдавил он, будто это слово было отлито из свинца и застряло у него в горле. Оно прозвучало не как согласие, а как капитуляция. В наступившей тишине было слышно, как тяжело вздохнул маг и как скрипнула кожаная перчатка капитана. Этап первый: принятие неизбежного. Пройдено.

– Господа, хочу сразу обратить ваше внимание на один момент, – продолжила я ледяным, деловым тоном, каким обычно объявляют о слиянии или поглощении компании. – Это не быстрый процесс. Управление вашими ожиданиями – ключ к нашему конструктивному сотрудничеству. Баланс мы будем сводить долго. Результатов завтра не будет. И через неделю, скорее всего, тоже. Точных сроков я не назову, пока не увижу весь масштаб бедствия, но обещаю работать эффективно. Никакой прокрастинации. Только хардкорный аудит.

– Вы замораживаете все расходы и не даете сроков? – предсказуемо взорвался наш «Гендиректор» по кадровым сокращениям. Жилка на его шее вздулась, а кулаки сжались так, что, казалось, перчатки вот-вот лопнут. – И как нам существовать? Королевству нужно функционировать! Армию кормить, дозорных на стенах менять!

Ах, вот и оно. Классическое «мы не можем остановиться, потому что всегда так делали». Этот парень, очевидно, привык решать проблемы ударом кулака, а не анализом расходных ведомостей. Мило.

– Придется потерпеть, – отрезала я, глядя ему прямо в глаза с легкой, снисходительной скукой. – Называйте это режимом строгой экономии. Шоковой терапией. Как Вам будет угодно. Процедура теперь такая: любая, абсолютно любая заявка на расходы подается в письменном виде на имя Его Величества. Он изучает ее и ставит свою королевскую резолюцию: «одобрить» или «отклонить». После чего заявка с его визой поступает ко мне. Финальное решение принимаю я. Если я считаю трату необоснованной, несвоевременной или просто нецелесообразной в текущих условиях – заявка отправляется в корзину. То есть, обойдетесь.

Я выдержала паузу, позволяя красоте этой бюрократической ловушки в полной мере раскрыться в их сознании. Король бледнел, капитан багровел. Идеальный баланс.

– И чтобы было совсем понятно, – я позволила себе улыбнуться. Не вежливо. Не дружелюбно. Это была моя самая милая, хищная улыбка аудитора, нашедшего двойную бухгалтерию. Я посмотрела прямо на капитана, который все еще буравил меня взглядом. – Тот, кто потратит хоть один медяк, хоть ржавый грош, без моей подписи на утвержденной заявке, будет подвергнут процедуре внепланового сокращения штата. Путем немедленного и крайне нетерапевтического извлечения позвоночника через непредназначенное для этого анатомическое отверстие. Догадываетесь, через какое?

В воздухе повисла звенящая тишина. Кажется, даже сквозняк в тронном зале испугался и затих. Капитан медленно разжал кулаки. Похоже, этот язык он понимал гораздо лучше, чем разговоры о дебете и кредите. Что ж, отлично. Значит, мы сработаемся.

Этот капитан Кейден, начальник королевской стражи, определенно был не из тех, кто легко сдается. Гора мышц, намертво вросшая в мундир, и взгляд, в котором подозрительность смешалась с плохо скрываемым раздражением. Он смотрел на меня так, словно я была не спасительным кругом для их тонущего королевства, а экзотической заразой, которую случайно занесли в стерильный тронный зал. Он явно прощупывал почву, искал слабое место, трещину в моей броне.

– Возмездия не боитесь? – осторожно поинтересовался он. Голос низкий, с металлической ноткой, будто он пытался угрожать, но при этом соблюсти придворный этикет. Мило.

Я удостоила его взглядом, полным холодной вежливости, и позволила паузе повиснуть в воздухе, становясь почти осязаемой. Где-то в глубине души мой внутренний циник не просто хихикнул – он бился в злорадном восторге.

Возмездие? Какая прелесть. Милый мой, так ведь ты смотришь прямо на него. Я и есть возмездие. Воплощенное, в строгой юбке и с гроссбухом вместо косы. И будь уверен, ты же первый будешь носом землю рыть, умоляя меня вернуться, как только поймешь, что эта дыра в казне – не яма, а бездна, на краю которой я одна умею держать равновесие.

– Какого именно возмездия? – я скептически изогнула бровь, наслаждаясь тем, как его челюсть напряглась. – Тоже мне, напугали ежа голой задницей. Что Вы сделаете – уволите меня? Кажется, этот этап наших увлекательных переговоров мы уже миновали.

Мой взгляд скользнул к королю, который наблюдал за нашей перепалкой с выражением человека, попавшего между молотом и наковальней. Он был моим единственным, пусть и хлипким, щитом. Пока я ему нужна, капитан может лишь скрипеть зубами. И я намеревалась быть нужной очень, очень долго.

Я снова перевела взгляд на Кейдена, решив сменить тактику с глухой обороны на прагматичное наступление.

– Для продуктивной работы, капитан, мне потребуется отдельное помещение для сна и регулярное питание. Мозг, знаете ли, плохо функционирует на пустой желудок и под аккомпанемент храпа стражников в общей казарме. Уверена, ваши ребята – настоящие виртуозы в этом деле, но я предпочту обойтись без их концертов.

– Не слишком ли много требований? – предсказуемо подал голос капитан Кейден. О, это врожденное стремление вставлять палки в колеса здравому смыслу! Он видел в моих словах наглость, а не элементарную логику. Мужчины, особенно военные, часто путают эти два понятия.

Я устало вздохнула. Приходилось объяснять очевидное.

– Мои требования – это минимальные условия для выполнения поставленной задачи. Или Вы считаете, что сможете провести аудит казны силами своего гарнизона? – я позволила себе самую едкую и сладкую из улыбок, глядя прямо ему в глаза. Я видела, как в них мелькнуло раздражение от неприятного воспоминания. – Ах, да. Вы же уже пытались.

Укол достиг цели. Кейден побагровел, а король, единственный, кто в этой комнате был способен сложить два и два, обреченно кивнул, подтверждая мои слова. Хотя, судя по состоянию финансов, с вычитанием у Его Величества были явные, хронические проблемы. Он понимал, что я – его последний шанс, и этого пока было достаточно.

– Прекрасно, – я с деловым видом потерла переносицу, изображая усталость от этой бессмысленной пикировки. На самом деле я чувствовала прилив сил. Маленькая победа в маленькой войне за авторитет. – Раз с бытовыми вопросами разобрались, перейдем к делу. Пока ваши юристы готовят мой контракт, а капитан, – я бросила на него еще один многозначительный взгляд, – ищет ключ от сокровищницы и скребет по сусекам в поисках приличной комнаты для меня, настало время взглянуть на ваши учетные книги.

Я окинула взглядом тронный зал, позолота которого уже казалась мне фальшивой и облупившейся.

– Пора оценить истинную глубину этой кроличьей норы. И боюсь, она гораздо глубже, чем вы все думаете.