Следуй за факелом знаний
- -
- 100%
- +
– Простите, Алла… Я уверен, что у Вас много другой работы, но не могли бы Вы направить запрос на дальнейшее согласование? Я боюсь, что это тоже займет какое-то время, а мне хотелось бы получить книги сегодня. Был бы Вам очень признателен!
– Никакого покоя целыми днями, – сказала библиотекарь, закатив глаза.
Она позвала на помощь юную, щупленькую напарницу, которая ощутимо встревожилась, увидев посетителя.
– Разберись с этим не очень молодым человеком… У меня уже голова от него болит! Работать невозможно! – с этими словами Алла демонстративно встала и ушла. Леонид поспешил изложить свою версию происходящего:
– Девушка, понимаете, я всего лишь хочу, чтобы мой запрос был обработан сегодня, потому что, вероятно, в ближайшие дни у меня не будет возможности приехать в библиотеку из-за работы в психоневрологическом интернате. Я обучаюсь в Виртуальном Общенациональном Университете, график обучения у нас плотный. А у меня еще и работа по «целевому конверту», войдите в мое положение!
– Раз у Вас такой плотный график, когда же Вы планируете читать книги? И главное – зачем? Сформируйте запрос для подготовки информации в обобщенном виде, она появится в Вашем облачном хранилище, и Вы ознакомитесь с ней в удобное время!
– Дело в том, что я… у меня превышено время работы за экраном, поэтому у меня есть разрешение Департамента управления здоровьем популяции на чтение бумажных книг.
– Разрешение Департамента? Впервые о таком разрешении слышу… К тому же, мы подчиняемся другому Департаменту – Департаменту управления знаниями популяции. Направьте запрос на Вашего координатора из Департамента… ну, в общем… по здоровью, чтобы он направил запрос на нашего координатора по знаниям. Как только мы получим согласование, сразу пригласим Вас в библиотеку, и для Вас откроется полный доступ к ресурсам библиотеки.
Леонид уже привык ко всей этой бюрократии, но не терял надежды ее как-то обойти. Поэтому он попробовал применить уловку.
– Девушка, ну зачем так много запросов… Департаменты всякие важные беспокоить… Разрешите мне просто самому ознакомиться с каталогом и полистать из него пару книг в читальном зале!
– Но я не смогу их Вам выдать, так как у меня нет таких распоряжений на персональном устройстве… Я смогу получить их только после того, как Департамент…
– … направит на согласование запрос на согласование, чтобы согласовать свое согласие на выдачу книги…
– Ну вот, Вы же сами все знаете! – раздражаясь, сказала библиотекарь.
– Да. И еще я знаю, что сегодня единственный день открытых дверей в году в единственной сохранившейся в городе библиотеке, так что я и сам могу взять любую книгу из каталога и ознакомиться с ней в читальном зале!
Поняв, что молодой человек не отступит от своего решения во что бы то ни стало проникнуть в читальный зал, девушка выдала ему разовый электронный пропуск и скептично пожелала удачи в поисках нужных ему книг. Каталог она ему выдать не смогла, поскольку он, как она объяснила, в данный момент находился на ежегодном обновлении.
Читальный зал располагался в чудом сохранившемся поперечном нефе старого собора. Он был в значительной степени реконструирован и оптимизирован под двухуровневое помещение библиотеки. Книг в нем было действительно много, а навигация по ним была больше похожа на какой-то шифр. Без помощи специалистов библиотечного дела и хоть какого-то каталога там было довольно сложно сориентироваться, к тому же рекомендованное время пребывания в библиотеке было ограничено. Леонид направился на второй уровень, где были книги по медицине. После прочтения должностной инструкции из психоневрологического интерната ему очень хотелось узнать, как давно стабилизаторы настроения применяются в широкой практике. Он предполагал, что когда-то эти препараты применялись только в специализированных стационарах, и ему хотелось убедиться в этом.
Стоило молодому человеку подойти к зоне медицинской информации, как сразу активировалась предупреждающая голографическая надпись: «Информация предназначена для граждан старше восемнадцати лет, идет проверка биометрических данных». Пока система немного зависла, Леонид иронично подумал: «Наверняка доступ к какой-нибудь Камасутре не требует возрастной проверки, списали все на сексуальное просвещение подростков… А вот чтобы прочитать что-нибудь про лечение насморка, конечно, нужна проверка». Проверка завершилась, но впереди он увидел еще один турникет. На этот раз требовалось подтвердить наличие специального допуска к информации для специалистов с медицинским образованием. Леонид ввел идентификатор студенческого билета и турникет открылся.
Оказавшись в нужном отделе по психиатрии, Леонид уже быстро сориентировался в навигации полок: большую часть занимали отчеты об успешных клинических испытаниях различных регуляторов эмоционально-волевой сферы, антидепрессантов и стабилизаторов внимания. На отдельном стенде располагалась нормативная документация, регламентирующая вопросы их назначения и выписки. Там же были и актуальные версии Общенациональных Руководств по их применению. Но, вероятно, более старые издания размещались в других отсеках.
Молодой человек увидел длинный темный коридор, ведущий в архив, и на мгновение ему показалось, что в сводах его арок мелькает отсвет живого огня свечи. Это было так непривычно в мире, полном проекционных панелей и светодиодных ламп, что Леонид рефлекторно потянулся вслед за мелькающим огоньком, который становился все отчетливей. Стоило ему оказаться в самом коридоре, как перед ним всплыла яркая, мелькающая всеми цветами голограмма, выполняющая проверку устойчивости человека к эпилептогенным воздействиям. Юноша зажмурился, но сразу же услышал требование держать глаза открытыми до завершения проверки. Мелькающие цветовые вспышки начали складываться в подобие витражного окна, на фоне которого вырисовывался силуэт девушки с книгой в руках. Голограмма была достаточно реалистичной, и Леонид услышал странные слова:
Пробираясь сквозь мрак и стужу,
Огонь из сердца выйдет наружу.
Следуй за ним без содроганий,
Следуй за факелом знаний!
С этими словами изображение девушки трансформировалось. Теперь перед Леонидом уже была медсестра с упаковкой Лоупси в руках. Вокруг нее крутились предупреждающие надписи: «Имеются противопоказания, проконсультируйтесь со специалистом. Отпускается без рецепта врача. Подбор дозы осуществляется индивидуально и может корректироваться в ходе терапии с учетом Ваших индивидуальных целей по стабилизации внимания и настроения».
Из имплантированного наушника прозвучало: «Ваш пульс учащен уже более пяти минут, рекомендован прием вечерней дозы Лоупси незамедлительно». Таблетница сразу начала пищать в кармане Леонида, и он оглянулся в поисках кулера с водой. Он увидел его на первом уровне читального зала и поспешил туда спуститься. Свет в зале приглушили, и на стене появилась проекция красивых стрельчатых окон с витражами. Зазвучала органная запись. На мгновение Леониду показалось, что он находится в самом настоящем соборе времен поздней готики. Как зачарованный, он смотрел на прекрасное светомузыкальное шоу, которое было будто бы организовано для него одного. «Как хорошо, что я оказался сегодня здесь!» – с восхищением подумал он.
Его планшет вывел на главный экран уведомление об истекающем времени пребывания в читальном зале, но Леонид уже и не помнил, что он хотел здесь найти. Мысли начали расплываться в затуманенном сознании. Все, что осталось в его голове – это стандартные поведенческие алгоритмы, которые он должен был последовательно выполнить: покинуть здание библиотеки в расчетное время, сесть на электробус, прибыть в свой социальный «многоквартирник», поужинать, пройти санитарную обработку и лечь спать, чтобы наутро отправиться на работу в психоневрологический интернат.
Уже засыпая, он на мгновение вспомнил мелькающий в сводах читального зала огонек. Без сомнений, это могла быть только настоящая свеча или даже целый факел… Это, конечно, было абсурдно и не укладывалось ни в какие нормы противопожарной безопасности. Но где-то в глубине души Леонид верил в то, что это возможно. В его голове вновь прозвучали слова голографической девушки: «Следуй за ним без содроганий, следуй за факелом знаний!». И он решил вернуться туда при первой же возможности, какие бы бюрократические преграды ни стояли у него на пути.
Глава 3
Все самые мрачные ожидания от работы в психоневрологическом интернате оправдались в полной мере. Это было довольно тяжелое и неприятное дело, даже несмотря на то, что к общению с самими пациентами его не допускали. Атмосфера в учреждении была весьма угнетающей, и Леонид мог только догадываться о том, что происходило во всех этих помещениях до того, как он заходил туда для проведения внеплановой санобработки. Поломанная мебель, пол и даже стены местами были покрыты всеми видами биологических жидкостей. Но чаще – кровью. В скором времени он уже хорошо знал все способы выведения багровых пятен с различных поверхностей. Благо, что его обеспечили всеми необходимыми для обработки средствами, а от резких запахов надежно защищала маска с респиратором.
С присущей ему педантичностью Леонид возвращал помещениям практически первозданный вид и даже чинил мебель вместе со старым плотником. Ему хотелось с ним поговорить, но для этого надо было освоить жестовый язык: после какой-то странной травмы плотник не мог произнести ни слова. Медсестры проходили мимо, не задерживаясь для разговоров. Поэтому большую часть времени Леонид занимался привычным ему делом – размышлениями. Он старался как-то проявить себя, чтобы подобраться ближе к пациентам или хотя бы получить доступ к документации, но это было не так-то просто. Его непосредственный руководитель целыми днями зависал в Метавселенной Истины, проводя презентации различных психофармакологических средств на виртуальных конференциях. А попасть на эти конференции могли только специалисты с законченным медицинским образованием.
Пару недель спустя Леонид оказался в старом учебном крыле здания и заметил там небольшой читальный зал. Его неудержимо потянуло туда, как будто что-то он уже собирался выяснить, но не знал, как, и он надеялся, полистав там какие-нибудь сохранившиеся документы на бумажных носителях, вспомнить, что же его интересовало.
На дверях размещалась информация о режиме работы: «Доступ обеспечивается по будням для всех посетителей в следующие временные интервалы: с 12:00 до 13:00, с 17:00 до 18:00 и с 22.00 до 8:00. Последняя среда месяца – санитарный день». В указанные интервалы попасть в читальный зал было сложно, поскольку они четко совпадали со временем обеда и ужина, а пропустить их означало остаться без пищевого пайка. В ночное же время после объявления отбоя доступ в учебное крыло в принципе закрывался для всех. К тому же Леонид возвращался домой сразу после ужина, чтобы успеть подключиться к вечерним виртуальным занятиям, где была возможность задать вопрос цифровым двойникам преподавателей.
Он сверился с календарем. По плану именно этот день должен быть санитарным, но его этот факт только обрадовал. Ведь кто, если не санитар, должен иметь право находиться внутри помещения в его санитарный день? Он поспешил получить разрешение на уборку у сестры-хозяйки и направился с ним на вахту для получения электронного ключа. Толстый, интенсивно лысеющий охранник в камуфляжке был на месте. Он лениво скосился на стоящего у окошка выдачи ключей молодого человека и решил не утруждать себя коммуникациями. Но Леонид был настойчивым:
– Простите, доброго дня! Я тут получил поручение от старшей медсестры на проведение санитарной обработки читального зала в учебном крыле здания. Не хотелось Вас отвлекать, но…
– Так не отвлекай, если не хотелось! – недовольно пробурчал в ответ охранник, не дослушав многословного просителя. – Вот пусть сама старшая и выдает тебе ключи вместе со своими поручениями!
Леонид внутренне содрогнулся. У старшей сестры было и так слишком много дел, чтобы отвлекать ее какими-то ключами. Она может и отозвать свое согласие на проведение санитарной обработки зала, отложив его на месяц. А если через месяц здесь снова будет дежурить этот охранник, то шансы на получение ключа останутся такими же ничтожно малыми.
– Простите, но не думаю, что у нее есть ключи… Она выдала мне только само разрешение на проведение уборки.
– А где оно нарисовано, это ее разрешение?
– Здесь, на моем устройстве, – Леонид поспешил открыть его на своем планшете и показать охраннику сквозь стекло, но тот лишь отмахнулся.
– Не верю я в эти ваши электронные поручения и разрешения! – внезапно взорвался охранник. – Может, ты его сам себе нарисовал, цифровой маньяк недоделанный… Почем мне знать? Ничего я не буду тебе выдавать, пока сюда старшую не приведешь!
С этими словами он захлопнул звукоизолирующее окно, чтобы не слушать нелепые возражения молодого человека. За шумными возмущениями охранника скрывался личный мотив увидеть старшую. Обычно она проходила мимо, не замечая его, и он напрасно силился поймать ее взгляд. Он не мог пропустить такой случай. В его воображении уже вырисовывался ее привлекательный силуэт с пышными формами. Старый охранник растянулся в самодовольной улыбке: «Ни за что просто так не отдам ключи этому кретину, пусть ведет ее ко мне, а там уж и поговорим».
Поняв, что диалог окончен, Леонид уныло побрел к старшей. «Откажет, так откажет… Но, может, она и согласится? Что ей стоит спуститься со мной на один лестничный пролет… Если только у нее нет какого-то конфликта с этим охранником».
Выслушав сбивчивые объяснения Леонида, медсестра предположила, что санитарная обработка читальному залу не требуется, поскольку им все равно никто не пользуется. Вся информация давным-давно была оцифрована и оптимизирована для облегченного восприятия. Она недоверчиво прищурилась и поинтересовалась:
– Ты-то почему туда так стремишься попасть? У тебя мало работы? Или в Виртуальном Университете перестали давать задания прочитать сотни страниц разных учебников за один вечер?
– В общем-то, нам там пока вообще ничего не задают читать, в основном только слушать…
– А ты что, библиофил? Или у тебя какие-то фантазии, связанные с библиотеками и читальными залами?
– Да нет, – несколько смущенно ответил Леонид. – Просто мне кажется, что надо строго соблюдать санитарные инструкции. И если в этом помещении положено проводить санитарный день, то я должен принимать в этом активное участие! Не хотелось бы потом получить замечание от руководителя.
– А кто у тебя руководитель? Ты с ним согласовал этот вопрос?
– Адриан Никифорович, но он, наверное, сейчас подключен к очередной своей конференции…
Медсестра оживилась, решив, что ей предоставился отличный способ увидеться с самым коммерчески успешным доктором в их учреждении. Он выходил из Метавселенной только для обсуждения заявок на закупку лекарственных препаратов, строго контролируя соблюдение интересов оплачивающих его безбедное существование фармацевтических компаний. И интересов пациентов, разумеется (к счастью, чаще всего они совпадали).
– Что ж, в таком случае, идем к Адриану Никифоровичу!
Леонид тяжело вздохнул и покорно последовал за ней. Он уже предполагал, как будет раздосадован его руководитель, узнав, по какой ничтожной причине его отвлекают. И действительно, он достаточно резко отреагировал на их запрос.
– Подумать только, уборка читального зала! Событие века! Да мне плевать на него, пусть он хоть полностью зарастет плесенью и паутиной. У меня сейчас идет важная конференция! Выйдите из кабинета!
– Адриан Никифорович, Вы уж извините, что я Вас побеспокоила, – внезапно возразила медсестра. – Просто Ваш практикант мне никакого покоя не дает… Я понимаю, что я женщина привлекательная, но надо соблюдать какие-то приличия. То инвентарь ему нужен, то вот за ключами какими-то пришел… Наверное, он хотел, чтобы я пошла в этот зал вместе с ним.
Леонид остолбенел. Он никак не ожидал от старшей такого хода.
– Коллеги, поставьте запись на паузу, у меня технические проблемы… Объявите технологический перерыв, – недовольно проворчал в микрофон Адриан и всем корпусом повернулся к невинно хлопающей глазами медсестре.
– А от меня-то что нужно? Вы сами не можете этого парня отшить? С работы я его выгнать не могу, у нас и так рук не хватает, а он еще и по «целевому конверту» тут, так что привыкайте, он с нами надолго.
– Просто я подумала, что Вы сможете пойти туда вместе со мной… Я боюсь оставаться с этим студентом один на один в темном зале…
– Включите там свет, и сразу увидите, что он боится Вас куда больше, чем Вы его, – ехидно заметил доктор.
– Адриан Никифорович! Разве может меня кто-то бояться? – кокетливо рассмеялась медсестра.
– Юлия, так Вас, кажется, зовут?
– Лилия, – радостно поправила его она. Впервые он поинтересовался ее именем.
– Не важно, впрочем… Мне кажется, Вас все мужчины фертильного возраста должны бояться.
– И даже Вы? – спросила медсестра, подходя чуть ближе.
– Я исключение из правил, – попытался отмахнуться от нее Адриан, но было уже поздно. Он посмотрел ей прямо в глаза и не смог отвести взгляд. Выглядела она очень привлекательно. Лилия почувствовала, что поймала его.
– Я всегда знала, что Вы особенный, исключительный мужчина! – вкрадчиво сказала она, поглаживая спинку его кресла. – Но, похоже, Вы не знаете, что и я женщина исключительная!
– Простите, а что насчет ключей? – вмешался Леонид.
– Каких ключей? – растерянно спросил Адриан Никифорович.
– Ах да, ключи! – спохватилась Лилия. – Вашему практиканту нужно выдать ключи от читального зала, чтобы он там прибрался. А мы с Вами потом можем туда сходить, чтобы принять его работу. Возможно, там найдутся еще какие-то неоцифрованные отчеты о клинических исследованиях, и я смогу Вам помочь их обработать.
– Да-да, читальный зал… Наш маленький храм науки… Пусть он наведет там порядок. А Вы, Лилия, можете и здесь мне кое в чем помочь.
– С удовольствием, Адриан Никифорович! Все, что угодно! – с готовностью сказала Лилия и затем тихо прошипела в лицо Леониду:
– Быстро пошел отсюда вон! Чтобы через полчаса зал был прибран!
– Но там же охранник… Он не выдает мне ключи из-за Вас!
– Что за охранник? – неожиданно заинтересовался Адриан.
– О, это еще один вульгарный, грязный мужчина из всех тех, кто никак не может оставить меня в покое! – драматизировала Лилия, стараясь набить себе цену.
– Сейчас решим этот вопрос, – с готовностью ответил доктор и инициировал вызов на вахту охранника. – Вахта? Прием! К вам сейчас придет наш санитар, выдайте ему ключи незамедлительно! И прекратите терроризировать медсестер!
– Так приятно видеть, как настоящий мужчина легко решает любую проблему! – ворковала Лилия.
Получив последний предупреждающий взгляд от нее, Леонид поспешил за ключом. Охранник жалобно поинтересовался у него:
– Она с ним, да?
– Кто? – растерянно спросил Леонид, все мысли которого сконцентрировались на экспресс-уборке зала.
– Кто-кто… сам знаешь, кто! Недоумок! – злобно гаркнул охранник и швырнул в молодого человека электронным ключом так, что он успел поймать карточку только благодаря длинному брелку.
Читальный зал несколько разочаровал Леонида. Это было небольшое помещение, покрытое пожелтевшими пластиковыми панелями. Из окон дуло, помещение, по-видимому, не отапливалось. Пол отчаянно скрипел. Стеклянные дверцы старых шкафов плохо закрывались, поэтому часть бумаг из них вывалилась и лежала пыльной грудой на полу. «Так себе местечко для романтических встреч, зато здесь нет камер, – подумал Леонид, вспомнив про Лилию и Адриана Никифоровича. – Ловко она его, однако! Профессионал…».
Первым делом Леонид провел санобработку помещения. Чудом ему удалось даже починить окно, которое, казалось, навечно застряло в режиме микропроветривания. Затем он взялся и за шкафы. Неожиданно он увидел Общенациональное Руководство по применению регуляторов эмоционально-волевой сферы граждан в клинической практике. Оно было датировано 2030 годом. «Вот это находка! Руководство пятидесятилетней давности!» – обрадовался Леонид.
Он сразу вспомнил, как пару недель назад искал старые Руководства в читальном зале городской библиотеки, но что-то его там отвлекло… «Там были какие-то голограммы, турникеты… невероятно сложно было туда попасть», – с трудом припоминал Леонид. Внезапно перед его глазами возникла ясная картинка-воспоминание: это был мерцающий в сводах длинного темного коридора отсвет живого огня. «Почему я не последовал за ним тогда? И как теперь туда вернуться? День открытых дверей бывает только раз в году, а для посещения библиотеки в другие дни нужно разрешение… Да ладно бы разрешение, на это ведь еще и время надо найти!», – озадаченно думал он.
Леонид быстро изучил оглавление и пролистал Руководство до раздела, посвященного применению стабилизаторов настроения и внимания. Но там он смог увидеть только один неполный вводный абзац, поскольку остальные страницы были вырваны и, вероятно, утеряны. Он с сожалением посмотрел на корзину-утилизатор отходов, куда он уже бросил скомканные кем-то и порванные листы бумаги, залитые краской. «Наверное, кто-то из пациентов уничтожил эти страницы, разочаровавшись в действии препаратов», – решил Леонид. Но даже тот факт, что это мог сделать кто-то из пациентов интерната, наталкивал его на размышления о возможном применении этих лекарств в стационарных условиях. Это никак не увязывалось с тем, что теперь большинство стабилизаторов настроения и внимания применялись практически всеми гражданами, порой даже без обращения к врачу.
Молодой человек достал свой планшет и сфотографировал обложку и выходные данные издания, чтобы сформировать запрос на получение оцифрованной версии Руководства. Но запрос был отклонен по причине необходимости специального допуска к работе с архивной информацией.
– Как получить допуск к работе с изданиями в архиве? – спросил Леонид своего голосового помощника.
– Допуск может быть предоставлен всем гражданам Лучшей в мире страны по результатам обработки запроса в Департаменте управления знаниями популяции. Обратитесь к своему Куратору.
– Покажи пакет документов, необходимый для формирования этого обращения.
– Ознакомьтесь с пакетом документов: необходимы заявление на предоставление информации, мотивационное письмо, скан-версия автобиографии, написанной от руки, разрешение от Университета (для обучающихся), разрешение с места работы (для трудящихся), разрешение от лечащего врача (для пациентов с ограниченными возможностями здоровья и лиц, принимающих медикаменты на постоянной основе). Срок рассмотрения документов – до тридцати рабочих дней.
– Есть ли упрощенный режим доступа к данным? Покажи мне «фаст трэк» для студентов медицинских программ.
– Для студентов медицинских программ может быть предоставлен единый специальный допуск к работе с архивными данными из разделов, соответствующих осваиваемым ими образовательным программам. Условие предоставления доступа – выполнение научной работы по тематике из Перечня общенациональных поручений. Ознакомьтесь с Перечнем.
Леонид быстро просмотрел Перечень и нашел там подходящий ему раздел «Совершенствование доступа граждан к лекарственным препаратам». Интересующий его вопрос расширения условий доступа населения к стабилизаторам настроения и внимания как раз подходил к этой теме. К тому же он как раз изучал факультативный модуль «История развития общенациональной системы лекарственного обеспечения». Леонид открыл учебный план и увидел, что по этой дисциплине предусмотрено два варианта аттестации: в форме стандартизированного онлайн-тестирования или в форме научного проекта. Он сразу же направил соответствующий запрос своему виртуальному преподавателю по данной дисциплине и вернулся к приборке.
Уже вечером того же дня после очередного онлайн-занятия Леониду пришло приглашение на личную беседу с преподавателем в виртуальной комнате. С удивлением молодой человек обнаружил по ту сторону экрана настоящего преподавателя, а не его цифрового двойника. Он выглядел несколько озадаченным и сразу же начал расстреливать Леонида вопросами:
– Ну и зачем Вам нужен этот научный проект? Вы что, не можете сконцентрироваться для прохождения стандартизированного теста? У Вас есть какие-то ограничения возможностей здоровья? Я могу поставить Вам автомат по этой дисциплине, она ведь факультативная, зачем вообще ее сдавать? Да и вообще, почему Вы выбрали именно мою дисциплину, а не что-то более популярное? Вы имеете что-то против Принципов Великой Справедливости и хотите найти правду где-то в истории?
Маленькие глаза профессора нервно бегали за стеклами очков. Он то и дело потирал лоб. Леонид был огорчен такой реакцией, но решил настоять на своем.
– Дело в том, что у меня это уже третье образование, и мне…