- -
- 100%
- +
— Хватит. Я устал от этого дерьма, — зло бросает он.
Он устал! Ну тогда конечно! Закрою рот и буду смиренно молчать! Он же устал!
— То есть, ты предлагаешь просто делать вид, что ничего не случилось, так?
— А ничего и не случилось! Вот в чем дело! Или ты ждешь, что я буду оправдываться за то, чего я не совершал? — сверкает он на меня глазами. — Тебе не кажется, что ты уже переходишь все границы, дорогая?
Его голос звучит зло, резко и очень угрожающе.
От этого у меня совсем срывает крышу.
— Я перехожу границу? Я?! — мой голос срывается в конце, выдавая визгливую ноту.
— Да не визжи ты, ………! Истеричка! Достала! — взбешенно рявкает он.
Что?..
— Да ты просто ………! — не выдерживаю я и начинаю выкрикивать оскорбления.
После чего стучу его кулаком в плечо.
Автомобиль вдруг резко виляет вправо и тормозит на обочине так, что ремень безопасности врезается мне в грудь.
— Заткнись! — рычит он.
— Да как ты смеешь?! Ты….
В этот момент мне прилетает пощечина.
Я пораженно замолкаю, хватаясь за левую щеку, не в силах поверить в то, что произошло.
— Ты… ты что… ударил меня? — пораженно выдыхаю я.
Такого ни разу не случалось за все время нашего брака.
— Надеюсь, этого хватит, чтобы ты замолчала и успокоилась? — оскаливается человек, похожий на моего мужа.
— Влад! Ты ударил меня! — восклицаю я.
— Все ради тебя, дорогая, — вновь угрожающе обнажает клыки он.
Я сглатываю и умолкаю, уставившись в окно перед собой. Снег продолжает валить огромными хлопьями.
Автомобиль вновь выруливает на дорогу.
По моим щекам текут слезы.
Мне кажется, сегодня — худший день в моей жизни.
Отчаяние, паника, страх, обида, боль от предательства любимого человека — все смешивается в один крепкий и горький коктейль, отравляющий меня.
Я смотрю на его руки на руле, на профиль, который знаю до последней черты.
Двадцать лет вместе. Двадцать лет любви, заботы, терпения.
Я помню, как он впервые взял меня за руку, как улыбался на нашей свадьбе, как шептал мне на ухо слова, от которых я таяла.
А теперь все это кажется сном. Иллюзией.
Перед глазами проносятся моменты нашего брака. Счастливые и грустные.
Вот момент, когда мы познакомились. Я — бедная студентка на последнем курсе универа, принявшая предложение поучаствовать в конкурсе красоты.
Иду в вечернем платье по подиуму в ночном клубе, сгорая от неловкости и неимоверно стесняясь от того, что нахожусь в центре внимания, и только и думаю, как бы не оступиться и не наступить на длинный подол. И внезапно вижу в толпе его взгляд.
Как он тогда смотрел! Восхищенно, решительно, так, словно я уже принадлежу ему. Наверное, именно тогда я в него и влюбилась.
Сердце болезненно сжимается от воспоминания, а дыхание перехватывает.
А вот момент, когда я сказала Владу, что беременна. Никогда еще не видела в глазах мужчины такую гамму чувств! Я думала, он задушит меня в своих объятиях.
А вот момент, когда Лика в возрасте шести лет упала с велосипеда и ударилась головой о бордюр. Кровищи было!.. Как потом выяснилось, травма оказалась не очень сильная, но кожа в этой зоне всегда сильно кровоточит.
Как я испугалась тогда! Как винила себя в том, что недоглядела! И как успокаивал меня Влад в тот день в больнице, гладил по голове и уверял, что это не моя вина, и что я ничего не могла сделать.
Каждое воспоминание о нас — удар. Его голос, которым он когда-то говорил только со мной, теперь принадлежит другой.
От этого мне хочется выть.
Он всегда был со мной. Он — моя опора, поддержка, любимый и родной человек. Я верила ему как себе, и никогда и подумать не могла, что однажды в нашей жизни может произойти ситуация, подобная сегодняшней.
Дотрагиваюсь холодными кончиками пальцев до щеки. Она все еще горит от удара.
И это еще не самый сильный удар, что я получила сегодня.
Гораздо хуже тот удар в спину, что я не ждала и не могла даже подумать о том, что он возможен.
Его предательство. Его ложь, которая продолжалась, судя по всему, годами.
От этого удара я не оправлюсь никогда.
Смотрю на моего мужа, которого я буквально боготворила все эти годы. На мужчину, который был моим всем. На человека, с которым я собиралась встретить вместе старость.
Внутри глухая боль, расползающаяся по телу, словно яд. Она жжет грудь изнутри, сдавливает горло, будто невидимые пальцы сжимаются все сильнее. Я не могу вдохнуть полной грудью — воздух словно не проходит дальше легких.
Мне вновь хочется кричать, но вместо этого просто смотрю в окно, стискиваю зубы так, что ноют десны.
Я позволила себе сорваться. Позволила ему увидеть, как сильно он меня ранил. И он воспользовался этим.
Теперь все. Больше никаких слез. Никаких истерик. Никакой боли, которой он сможет меня унизить.
Я сожму ее в кулак. Запрячу поглубже. Спрячу так, что он никогда больше ее не найдет.
— Я хочу развод, Влад, — тихо, но четко произношу я.
Глава 5
Автомобиль виляет в сторону, а муж, чертыхаясь, выравнивает его на заснеженной дороге.
— Твою ж мать! Да что ж за день сегодня такой… — бормочет он.
Наверное, машина в таких сложных дорожных условиях — не лучшее место для выяснения отношений.
Я понимаю это, но очень сложно совладать с собой и эмоциями.
Открываю было рот, но муж поворачивается ко мне и рявкает:
— Просто заткнись сейчас!
Я закрываю рот и отворачиваюсь к окну.
В висках стучит и давит. Скорее всего давление подскочило. Обычно оно у меня низкое, но стоит понервничать, и сразу прыгает.
Уверена ли я в том, что хочу развод?
Боги, да нет, конечно! Это вообще — последнее, что я хочу в этой жизни. Но есть ли у меня выбор?
Какой еще вариант развития событий можно предположить? Просто сделать вид, что ничего не было? Да я не смогу этого сделать, даже если бы захотела!
Встречать его с работы как ни в чем ни бывало? Улыбаться, гадая, о ком он сейчас думает? Целовать его, представляя, как он этими губами целовал другую?
Нет, я не настолько сильная. Я себя знаю, я просто не выдержу такой жизни.
Авто въезжает в наш двор и резко тормозит. Нервозность Влада чувствуется даже в манере езды.
Я отстегиваю ремень и иду в дом. Стряхиваю снег с сапог на коврике перед дверью.
Дом больше не кажется мне безопасной крепостью, как раньше. Весь мир теперь ощущается мной как враждебный.
Влад заходит следом. Он оставляет пальто в гардеробе. Снимает пиджак и небрежно бросает его на стул.
Закатывает рукава, обнажая накачанные мускулистые предплечья, и направляется прямиком к бару.
Я растерянно стою посреди гостиной, не зная, что делать.
Муж открывает пузатую бутылку и наливает янтарную жидкость в резной хрустальный стакан.
Господи, как теперь жить-то?
Внезапно раздается звонок моего мобильного. Я вздрагиваю и достаю телефон из сумочки. Это Лика.
— Алло, — выходит тускло и хрипло.
— Привет! А че с голосом? Ты заболела что ли?
— Нет, не заболела, — откашливаюсь я.
— Слушай, я заскочу завтра после универа? Хотела с папой обсудить кое-что по поводу… эмм… отпуска, — звенит в трубке голос дочери.
Отпуска? Какого еще отпуска?
И что мне ей сказать вообще? По хорошему бы, пусть Влад бы и объяснял ей, что происходит, а не я.
— Папы завтра тут не будет… — говорю я, закусывая губу.
Буквально через секунду Влад оказывается рядом и грубо вырывает из моих рук телефон.
— Лика, мы сейчас заняты. Разговариваем. Перезвони мне завтра, — бросает он и тут же отключается.
Затем резко поворачивается ко мне и хватает меня за запястье с такой силой, что завтра на нем точно останутся синяки, и разворачивает к себе.
— Ты что творишь? Совсем головы нет? — рявкает он на меня. — Еще одна подобная выходка, и я…
— И что ты сделаешь? Опять меня ударишь? — я с вызовом поднимаю подбородок.
— Боже… — он проводит рукой по лицу. — Значит, папы завтра тут не будет? Ты в своем уме? И куда же я денусь, мне интересно знать? — оскаливается он.
— Ты что-то пропустил, Влад? — склоняю я голову на бок. — Мы разводимся.
— Ты вообще слышишь себя? — его голос злой, холодный. — Развод? Ты это серьезно?
Я вырываю руку.
— Более чем.
— Из-за какой-то ерунды? Из-за твоих фантазий?!
В его глазах сверкает ярость, только сейчас мне на это плевать.
— Фантазий?! — меня саму трясет от ярости. — То есть, я все придумала, да? И девицу придумала, и ее разговор, и то, как она хихикала, обсуждая тебя с подругой? И твое испачканное помадой лицо я тоже, видимо, придумала, так? Надо же, какая я фантазерка!
Он фыркает, качает головой.
— Это бред. Ты давно хотела уйти, да? Просто искала повод?
Я пораженно моргаю.
— Что?!
— Именно это. Развести истерику, обвинить меня в том, чего не было, и красиво хлопнуть дверью. — Он смотрит на меня с презрением. — Ну так скажи честно, ты давно решила уйти, Аня?
Гнев захлестывает меня с новой силой.
— Ах вот как! Это я, значит, виновата? Это я просто ищу повод?!
Он грубо вздыхает, нервно проводит рукой по лицу.
— Ну а что еще я должен думать?!
— Ты должен думать о том, что ты мне изменяешь! — я почти кричу.
— Опять двадцать пять! Да я понятия не имею, что это за девица! Ты можешь это понять или нет?
А он не собирается сдаваться, хочет еще и меня сюда приплести, обвинить во всем! Якобы это я повод ищу, чтобы уйти! Какое свинство!
Может, если бы на меня нашло какое-то временное затмение или помешательство, я бы и повелась на это, вот только я слышала сегодня его разговор по поводу того, что если не хочешь развода, то нужно все отрицать! Так что его тактика мне предельна ясна.
— Ты сам говорил: если не хочешь разводиться, нужно до последнего все отрицать. Ты сейчас именно это и делаешь, верно? — бросаю я ему его слова.
Влад меняется в лице. Оно просто застывет словно восковая маска, на которой отсутствует какое-либо выражение. Прям высеченный камень.
Ага, нечего на это возразить! Не ожидал, что я слышала его слова. Я, конечно, их подслушала, но не пофиг ли уже? Тут у нас есть проблемы поважнее.
С разочарованием отворачиваюсь.
А эта малолетняя шалава не такая уж и дура, какой кажется, так как понимает, что если Влада не подтолкнуть, то он вряд ли соберется разводиться.
А зачем?
У него все и так хорошо. А тут делить ведь придется совместно нажитое!
Думаю, она права. Причина в этом.
И уж явно не в том, что он меня любит. Потому как, если бы любил, то не изменял бы.
Мне так больно и обидно от осознания того факта, что причина, удерживающая его в браке со мной, исключительно меркантильная, что я начинаю задыхаться и нервно хватать ртом воздух.
— Дело в деньгах, да? Делить не хочешь? — зачем-то спрашиваю я, хотя все и так ясно.
— Оп-па! Так тебе деньги нужны? Муж пошел на фиг, а денежки возьмешь, да? Решила поживиться за мой счет? — сощуривается он.
Да как он смеет?..
Мы смотрим друг на друга, оба взвинченные, оба яростные. В воздухе висит напряжение, от которого хочется кричать, бить посуду, разнести к чертям весь этот дом.
И вдруг я понимаю, что это конец. Независимо от того, признается он или нет. Это уже неважно. Это однозначно конец.
Глава 6
Смотрю на незнакомца рядом со мной, не сводя взгляд.
— А ты надеялся оставить меня без трусов, да? — мягко спрашиваю я.
— ………! Ты издеваешься? Я вообще не собирался с тобой разводиться! — рычит он.
— Ну да, зачем деньги терять при разводе? Да, все ясно, — понятливо киваю я.
— Да ты, я смотрю, зациклилась на деньгах! Я сам по себе тебе нафиг не нужен, да? Тебя только деньги интересуют!
— К чему этот бред, Влад? Ты ведь знаешь, что дело не в этом.
— Да неужели? Звиздец какой-то! — он делает большой глоток из бокала.
— Ты зачем пьешь? Тебе еще за руль! — фыркаю я. — Или такси возьмешь?
Влад прыскает напитком во рту.
— Ты че? Совсем охренела? — говорит он, откашлявшись.
— Что? — теряюсь я.
Он переводит на меня тяжелый взгляд. Смотрит долго и пронзительно, у меня даже мурашки по коже пробегают от этого взгляда. А затем внезапно усмехается.
— Ты что, решила, что я должен из дома уехать? — качает он головой.
— Ну… это же у тебя любовница… — бормочу я.
Запал прошел, а теперь я чувствую себя очень неуверенно.
— Так это же тебя что-то не устраивает. Ты и иди. Я-то с чего должен из моего дома уходить? — он делает движение рукой, и жидкость в его бокале покачивается, угрожая выплеснуться наружу.
— Меня не устраивает, да, — киваю я. — А тебя бы устроило, если бы у меня был любовник?
— А он у тебя есть? — его взгляд такой пронзительный, что я непроизвольно ежусь.
— С больной головы на здоровую, да?
Наверное, ему сейчас было бы очень удобно все выставить так, словно это не он тут коварный изменщик, а я. Вот только не выйдет.
— Кто бы говорил, — хмыкает он. — Это ты используешь надуманный повод для того, чтобы обвинить меня, а самой, оставшись чистенькой, свалить с моими денежками. Я не дурак, Анна.
Звук моего полного имени режет слух. Обычно я для Влада Аня, Анюта, иногда Анечка, но почти никогда Анна.
Усмехаюсь его словам. Никак не ожидала от мужа, что он будет пытаться переложить вину на меня. Такая явная и грубая манипуляция.
Не слишком похоже на Влада. Но сейчас вообще много чего нового выясняется. Вот так живешь много лет с человеком, думаешь, что знаешь его, а потом он тебя так удивляет, что хоть стой, хоть падай.
— Знаешь что?.. — он делает шаг назад и с интересом оглядывает меня. — Я тут подумал и решил, что ты ничего не получишь.
Что?..
Удивленно смотрю на него, открыв рот, а он внимательно следит за моей реакцией, и на его лице я вижу удовлетворение.
Влад никогда не был мелочным. И уж тем более жадным.
Когда у нас еще ничего не было, и мы жили, перебиваясь с пустых макарон на рисовую кашу, так как он был слишком гордым, чтобы просить помощи у своего отца, а все деньги были вложены в бизнес, Влад отдавал мне последнее, лишь бы у меня все было, а о себе самом он никогда не переживал и не заботился так, как обо мне.
Он никогда не ограничивал меня в деньгах или тратах. Был заботливым и щедрым. Поэтому такого выпада я от него никак не ожидала.
— Ты ведь знаешь, что при разводе мне полагается половина совместно нажитого?.. — бормочу я.
— Да что ты говоришь? — веселится он. — Ты ко мне с одними трусами пришла, в них и уйдешь, ясно?
Ну отлично!
Нет, я знаю, что по закону я права, но кто я в сравнении с ним? Он сейчас своим юристам позвонит, и они в момент там подхимичат так, что окажется, будто на нем и нет ничего.
Переоформит на маму или на ребенка, или еще что-то придумает, уверена, такое же подлое.
Вот и получится, что делить нам с ним будет нечего.
Если он уже это не сделал…
Черт!
— Ну, что ты скисла? — усмехается он. — Не радует в сорок два жизнь с нуля начинать? А что ты хотела? От ненужного мужа избавиться и жить себе припеваючи? Как бы не так, дорогая. Я не лох, чтобы меня разводить.
Звиздец!
Я качаю головой.
— Надо же, как ты изменился!
— Я? — он кажется искренне удивленным. — Отнюдь. Я вообще не изменился. Я всегда такой был. Для своей любимой женщины я горы сверну и луну с неба достану, а левую чужую тетку я обеспечивать не собираюсь. Ты не инвалид — руки-ноги есть, так что вперед! Зарабатывай. Только уже без моей поддержки. Сама же хотела свободы и независимости.
Левую чужую тетку он обеспечивать не собирается. Вот кто я теперь для него. Левая чужая тетка.
А эта пигалица, значит, любимая женщина, ради которой и горы и луну.
Отлично просто!
Но как же больно!
Я сжимаю челюсти. Нет, я, конечно, на этом сдаваться не собираюсь. Я обязательно найму адвоката и сделаю все, от меня зависящее, чтобы получить то, что мне полагается по закону, но…
Но надежды на успех, честно говоря, мало. У него знакомства, деньги и связи.
А у меня?.. У меня лишь крошечный салон красоты, который приносит совсем немного. Класс, ага.
Я всегда была не слишком амбициозна. Мне нравилось заниматься салоном, но не особо хотелось заморачиваться и расширяться, хотя помещение, теоретически, позволяло это сделать.
Но тогда пришлось бы уделять своему детищу намного больше времени, а мне нравилось быть относительно свободной.
Нравилось заниматься домом, дочкой, моими растениями, посещать бассейн, ходить на разные курсы… Добытчиком всегда был мой муж.
— Говорила же, что нужно на нормальную работу еще устроиться, а не только салоном заниматься… — бормочу я сама себе.
Влад смеется.
— Ага, кассиром в “Пятерочку” надо было. Сейчас бы миллионершей уже была!
А ведь это именно он был против моей работы! Говорил, что хочет дома отдохнувшую и красивую жену, а не замотанную и уставшую на работе клушу.
Впрочем, не сказать, чтобы я особо сопротивлялась. Быть владелицей салона меня вполне устраивало.
Думала ли я о том, что будет, если мы разведемся?
Нет. Я была уверена, что это не наш случай. Это другие разводятся, а у нас все не так. У нас настоящая любовь. У нас всегда все будет хорошо, мы можем доверять друг другу.
Теперь приходит понимание, как сильно я ошибалась. Слишком сильно ему доверяла. Ведь я любила его. Да и двадцать лет вместе… я совсем не ожидала подвоха.
Растерянно запускаю руку в волосы, ероша свою идеальную укладку.
— Ну что ты расстраиваешься? — продолжает измываться на надо мной Влад. — Может, подцепишь еще какого-нибудь мужика с бабками? Хотя… — он оглядывает меня критическим взглядом и пренебрежительно изгибает губы, — о чем это я? Тебе уже не двадцать лет, дорогая. И даже не тридцать. Кого ты там уже подцепишь? Какого-нибудь пенсионера? К чему этот самообман?
Я в таком шоке от его слов, что даже теряюсь.
Совершенно не знаю, что ответить на подобное хамство.
— Почему, Влад?.. — вопреки желанию мой голос дрожит.
— Как почему? Разве это не очевидно? У тебя уже возраст, давление, а у нее крепкая молодая задница, — ухмыляется он.
Я даже задыхаюсь от его слов.
— Хочешь ударить меня посильней?.. — тихо шепчу я.
— Я просто хочу посмотреть, насколько тебя хватит, и через сколько времени ты забудешь про свою гордость и приползешь обратно, — пожимает он плечами. — Когда наконец поймешь, что ты — без меня ноль, и никому больше не нужна.
Глава 7
Я просто не узнаю его.
Я не знаю, кто этот человек передо мной. У меня ощущение, что мы вообще незнакомы.
Как так могло получиться — ума не приложу.
Вы живете вместе полжизни, растите ребенка, ужинаете, разговариваете, ездите в отпуск, занимаетесь любовью, ложитесь спать. Вам кажется, что вы хорошо изучили человека рядом, что знаете его как свои пять пальцев, а потом — БАМ!..
И нет больше того человека. Вы его себе придумали. А вместо него какой-то незнакомец, который выглядит и говорит как ваш муж, но это точно не он.
Потому что ваш муж не мог бы такого сказать, не мог бы так поступить. А этот — вот, пожалуйста. Еще и ухмыляется.
— Я… у меня нет слов, Влад, — выдыхаю я.
Каждый раз, когда я думаю, что ниже падать некуда, мы пробиваем очередное дно.
— Зачем тебе нужно, чтобы я приползла обратно? У тебя ведь есть прекрасная любимая женщина, ради которой ты и горы достанешь и луну сдвинешь! А скоро она тебе родит еще ребеночка. Может, даже мальчика. Ты ведь всегда хотел еще мальчика, да? Ну так вот! Все отлично складывается. Так чего тебе не хватает? Или хочешь еще позлорадствовать, глядя на унижения бывшей жены?
Может, и не нужно все это у него выспрашивать, но я хочу понять его мотивы. Почему он так себя ведет и так со мной поступает.
Влад смотрит на меня тяжелым взглядом поверх бокала.
— Да, хочу посмотреть, — кивает он. — Хочу посмотреть, как ты завоешь, когда до тебя наконец дойдет, что ты делаешь. Когда осознаешь, какую хрень ты сейчас, твою мать, творишь!
— Хрень? То есть, я должна просто закрыть глаза на все? Влад, ты знаешь меня двадцать лет! И ты всерьез считаешь, что я из тех женщин, что будет терпеть измены?
— Опять двадцать пять! — он со стуком ставит бокал на стол, и часть жидкости все же проливается на деревянную поверхность.
Я дергаюсь было по привычке, спеша взять салфетку и вытереть, чтобы не осталось пятен на поверхности, но тут же торможу себя.
Да к черту пятна! Это ведь теперь не мой дом!
— Ты вообще о других подумала? — продолжает он. — О Лике? О наших родителях? О друзьях? О моей репутации в бизнесе? Как на них всех отразится наш развод? Или тебе на это пофиг?
То есть, это я должна думать обо всем этом? Я виновата в разводе?
Даже задыхаюсь от такой вопиющей наглости.
— А тебе не кажется, дорогой, что это тебе нужно было думать об этом, когда ты полез на эту девку? — упираю я руки в бока и смотрю на него исподлобья.
Его губы внезапно растягиваются и он начинает смеяться.
Что?..
Я совсем теряюсь.
— Ты знаешь, на кого сейчас похожа? На уборщицу! Тебе еще швабру в руки и ведро! Вот вылитая просто! — веселится он. — Поза эта, взгляд осуждающий, как будто я только что в грязных ботинках по свежевымытому полу прошел!
Дурдом какой-то! Ему еще и весело!
— Ты в своей уме вообще? — рычу на него я.
Но он продолжает хохотать.
— Слушай, а тебе реально пойдет! Можешь прямо с этого и начать свою головокружительную карьеру!
Я прижимаю пальцы к вискам, стараясь унять головную боль.
— Что, давление? Тебе тонометр принести? — заботливо спрашивает он.
— Да пошел ты!
— Ну-ну, я серьезно вообще-то, — качает он головой. — Тебе пятый десяток, Аня. Что ты будешь делать? Снимешь какую-нибудь каморку у черта на куличиках? И будешь сидеть в ней одна?
У меня мурашки бегут по коже, когда в моем воображении возникает эта картина.
— Нет, ну давай пофантазируем, — предлагает он. — Вот как сейчас начинается твой день, а? Ты просыпаешься в мягкой удобной постели. Встаешь ногами на теплый пол из натурального дерева. Идешь в нашу красивую просторную душевую. Намыливаешься своим любимым гелем для душа брендовой марки, потому что тебе нравится, как он пахнет, и ты не задумываешься, сколько он стоит. Затем ты заходишь в просторную гардеробную и выбираешь себе одежду из огромного множества того, что висит в твоем шкафу. А там, спешу напомнить, у тебя отнюдь не одежда из масс маркета, так ведь? Затем ты идешь на нашу большую удобную кухню, где включаешь навороченную кофемашину, которая стоит подороже подержанного автомобиля, а все потому, что она делает по-настоящему хороший кофе. Затем ты в спокойствии и тишине завтракаешь, неторопливо пролистывая ленту в соцсети, так ведь?
Я хмурюсь. Ну… примерно так и есть.
— Так или нет?! Отвечай, когда я тебя спрашиваю! — внезапно рявкает он, а я чуть ли не подпрыгиваю на месте.
— Так! И что?
— Отлично, — совершенно спокойно продолжает он. — Видишь, как хорошо я тебя знаю?