- -
- 100%
- +
Такие статуэтки носили культовый характер, и их иногда клали вместе с умершей в могилу. Здесь также были найдены железный наконечник стрелы, фрагменты керамики, большой кувшин, подобный по форме античным амфорам и относящимся к античному периоду, а также две подставки – базы колонн, подобные колоннам больших городских зданий античного периода.83
Античные сосуды были обнаружены и в верхнем дворе Дворца Ширваншахов в 1946 г., во время археологических раскопок, проведенных Левиатовым. Здесь был обнаружен кувшин, форма горловины которого подобна изделиям из Ялойлутепе, датируемого IV – I вв. до н. э. Обнаруженный глиняной сосуд сейчас хранится в Эрмитаже.84
Раскопки в юго-восточной части нынешнего Ичеришехер также выявили предметы позднего античного периода – кувшины и сосуды, датирующиеся I – III вв. нашей эры. Обнаружены также в большом количестве глиняные фляги разных форм, множество фрагментов кувшинов, а также фрагменты дна больших и маленьких сосудов типа мисок и тарелок, орнаментированные полихромной глазурью. Большинство полихромных глазированных керамических сосудов изнутри декорированы врезными, скоблеными и другими техническими методами. Некоторые покрыты марганцовой глазурью. Поверхность большинства полихромных и монохромных глазированных тарелок и чаш была орнаментирована разными рисунками животных и птиц.85
Обнаруженные в крепости керамические изделия отличаются разнообразием форм и богатством декора. Среди находок 1964 г. на северной стороне Девичьей башни имеется оригинальная полихромная глазурованная чаша на низком поддоне, на внутренней стороне которой расположены рисунки пяти голубей, выполненные изобразительной росписью и гравировкой с большим искусством. На стенку сосуда рисунки голубей нанесены симметрично. Они показаны идущими один за другим по направлению часовой стрелки. Тело птиц покрыто густым оперением, ножки маленькие, согнутые в когтях, глаза круглые, очковидные, клюв острый. Вся композиция рисунков представлена на фоне полос и пересекающих друг друга нешироких линий, образующих квадратную сеточку. Отогнутый наружу край венчика орнаментирован зубцами и волнообразной линией. В центре днища сохраняется свободный дисковидный круг, покрытый желтоватого цвета ангобом. Другая поливная чаша, обнаруженная на восточных склонах бакинского холма, выполнена росписью цветным ангобом и гравировкой. В отличие от предыдущей чаши, голуби двигаются здесь в направлении против часовой стрелки.86
Известно, что у многих народов голубь считается священной птицей и в фольклоре большинства их эта птица показана как символ мира. В преданиях у некоторых народов Востока голубь является в образе священного духа или божества. В азербайджанском народном фольклоре также существуют своеобразные пери (феи), которые часто предстают в образе голубок.
В нижнем культурном слое «Ичеришехер» декоративно-художественная керамика с орнаментальной и изобразительной росписью встречается довольно часто. Среди выявленных материалов имеется небольшая глазурованная чаша с полихромной росписью и гравировкой, которая обнаружена на восточных склонах бакинского холма, на территории тесно расположенных жилых кварталов города. С внутренней стороны в центре днища чаши изображены три чешуйчатые рыбы, плавающие одна за другой в направлении против часовой стрелки. Фигуры рыб размещены таким образом, что в центре их образовался равнобедренный треугольник.87
О большом значении рыбы в жизни населения Баку свидетельствует также другая находка. Археологические работы 1962—1964 гг., проведенные вокруг Девичьей башни обнаружили ряд хозяйственных ям и колодцев, где было найдено большое количество фрагментов стекла, глиняных сосудов, цветного фарфора и др. предметов. Заслуживает внимания обнаруженная на глубине 2,2 м. бронзовая фигурка рыбы оригинальной формы, носящий архаический характер. Длина фигурки 8,2 см, высота 4,5, ширина спины 2 и толщина 0,7 см.88 Фигурка фантастической рыбки с раскрытым ртом, приподнятой верхней губой отлита с большим искусством. Очковидный глаз рыбы отмечен в середине большой круглой головы. Жабры выступают над туловищем. Хвост поднят вверх и закручен в кольцо. Все тело рыбы покрыто густым чешуйчатым слоем. Мастерски изготовленная фигурка интересна манерой исполнения, свойственной художественным традициям т.н. «сасанидского» искусства.89
О. Исмизаде датирует фигурку IV – VII вв. н. э. Д. Ахундов же относит ее предположительно ко II – I тыс. до н.э.90
Изображения рыб встречаются также и на надгробных камнях. Во время раскопок в крепости на глубине 9 м был обнаружен прямоугольный надгробный камень. Его боковые части декорированы фрезерованными орнаментами, на головной части изображено древо жизни между двумя вверх смотрящими рыбами, а внутри обнаружены солярные рисунки. Надгробный камень можно датировать концом античного периода (IV—VI вв.). Изображения рыб также встречаются на фасаде старых зданий, на отчеканенных в Баку монетах периода правления Ширваншахов. Видимо, рыба являлась одним из древних тотемов Апшерона и олицетворяла морского бога. Изображения рыб встречаются и на наскальных изображениях Гобустана. Указанные предположения подтверждают, что изображения рыб на надгробных камнях, найденных в Ичеришехер, датируются античным или еще более древним периодом.91
В то же время любая рыба, как неотъемлемая часть водной стихии, символизировала плодородие. По сообщениям источников, за несколько часов до наступления древнего новогоднего праздника азербайджанцев – Новруза, накрывался праздничный стол, на котором непременно стоял сосуд с водой, в которой плавали маленькие рыбки.92 А увидев во сне рыбу, житель Апшерона толкует этот сон как признак богатства. По-видимому, культ рыбы относится к древнейшим культам на Апшероне. Например, образ рыбы в религии огнепоклонничества был инкарнацией некоторых богов (представление богов в форме рыб).
Среди чаш и блюд, украшенных изображениями животных, привлекает внимание полихромная чаша, обнаруженная при раскопках 1939 г. на нижнем дворе Дворца Шиваншахов в слое XII – XIII вв. с изображением бегущего зебу на фоне растительных побегов.93
Из материалов археологических раскопок значительный интерес представляет также большой камень с изображением головы быка, найденный в 1964 г. у фундамента городской стены на северо-восточной стороне. По своей форме это изображение почти в натуральную величину аналогично изображениям над Шамахинскими воротами. Подобные изображения головы быка найдены также в Бакинской бухте.
Некоторые обнаруженные материалы оформлены орнаментами, характерными для античной ялойлутепинской культуры. На одном из сосудов имеется солярный орнамент – символ солнца. Изображения, символизирующие небесное светило, появились в связи с поклонением небу, солнцу, луне и т. д. Такие изображения на средневековых архитектурных памятниках, погребальных и бытовых предметах указывают на их религиозное значение. Изучение этих и других находок дает основание отнести их принадлежность к периоду, когда на территории древнего Азербайджана господствовало огнепоклонничество.
Как утверждает С. Ашурбейли, обнаруженные в Ичеришехер археологические находки позволяют датировать старую Бакинскую крепость как город античного периода, и считать его древность более двух тысяч лет.94 Существуют также и другие находки, которые позволяют отнести дату возникновения города к еще более раннему периоду. Большой интерес представляет каменное орудие труда, найденная в 1991 г. у Девичьей башни и обнаруженная И. Джафарзаде на территории Баку кремневое орудие.95 Но, к сожалению, такие находки единичны.
Конечно, нельзя сбрасывать со счетов версию, что некоторые материалы античного периода, найденные во время раскопок, привезены в Баку из других земель. Эта гипотеза, опять же, не опровергает жизни людей в Бакинской бухте в античные времена и, более того, доказывает, что поселения эти были не хаотичными и кочевыми, а носили характер городского поселения, город был крупным центром. Этот статус ему придавали не столько караванные пути, проходившие через Баку, сколько морской порт, способствовавший трансконтинентальной торговле.
Морской путешественник Патрокл, живший в III веке до н.э., приплыл к Апшеронскому полуострову на своем корабле. Это самое на сегодня достоверное свидетельство того, что в то время Каспийское море имело непосредственную связь с мировым океаном. Границы Каспийского моря отчетливо видны на мировой карте, созданной Эротосфеном во II веке до н.э.
Помимо этого, Баку имел такую экономическую базу, как нефть и соль, которые с древних времен привлекали сюда население. Служившая вначале бытовым нуждам, нефть постепенно становится предметом вывоза.
Добыча нефти и соли, вывозившаяся в различные страны Востока, служили важным стимулом роста Баку как города. Добыча нефти требовала развития ряда ремесел, связанных с нефтяным хозяйством, в частности изготовления сосудов из глины и тюленьей кожи для вывоза нефти. На этой основе незначительное поселение могло вырасти в город Баку.
Так уж сложилось, что история Апшеронского полуострова и города Баку изначально была неразрывно связана с нефтью. Самовозгорающиеся факелы природного газа и нефти на земле и в море сделали эту землю притягательной для человека с незапамятных времен. Газовый огонь, о поддержании которого не нужно было заботиться, явился своеобразным катализатором в развитии первых человеческих сообществ на этих территориях. Л. Сабзали в своей статье «Дети Атура» пишет: «Огонь стал жизнью и религией народа, населявшего эти земли на долгие века… Именно огонь возложил на Апшеронский полуостров миссию – центра мировой нефтяной и газовой торговли, cделав его регионом, на протяжении всей его истории, оказывающем серьезное влияние на экономическое, политическое и культурное развитие всего Кавказа и прилегающих к нему областей».96
Историк древней Албании VII века М. Каланкатуйский, описывая плодородие и богатства своей родины, писал: «А равнины приносят хлеб, много вина, нефть и соль, шелк и хлопок, и бесчисленное количество маслин». Из приведенной цитаты видно, что больше чем тысячу лет назад нефть являлась важным ресурсом в хозяйственной жизни древнего Азербайджана.97
Наличие в прибакинских недрах нефти и соли и выгодное местоположение на морском побережье с прекрасной естественной гаванью для ведения торговли с древних времен привлекали людей в Баку. Об этих торговых связях говорят находки различных монет на территории Баку. Торговые связи Баку с другими регионами существовали еще во времена владычества Сасанидов. Об этом свидетельствуют находки кладов сасанидских монет на его территории.
В процессе раскопок на территории крепости было обнаружено большое количество средневековых медных и серебряных монет, чеканенные в различных городах Азербайджана и соседних стран. Встречаются монеты, чеканенные в Шемахе, Кабале, Ардебиле, Тебризе, Махмудабаде, Багдаде, Дар-ас-саламе, Панахабаде и других городах. Были обнаружены монеты, чеканенные во время правления аббасидского халифа ал-Мансура (754—775 гг.), халифа Харуна-ар-Рашида (786—809 гг.), халифа ал-Мамуна (813—833 гг.), халифа ал-Васика (842—847 гг.).98
Другими, не менее интересными, находками являются монеты, чеканенные в начале X веке от имени ширваншаха Йезида ибн Ахмеда, сельджукские монеты XI века, монеты дербентских меликов XI – XII вв. А во время раскопок у северных крепостных стен, на глубине 3-х метров был обнаружен клад медных монет в 45 единиц, которые, по определению нумизмата М.А.Сейфеддини, были чеканены от имени ширваншахов Кесранидов: Ахситана бин Менучехра (XI – XII в.), Ферибурза бин Афридуна (XII в.), Гершаспа I бин Фаррухзада (XIII в.). На некоторых монетах, наряду с именем ширваншаха, имя халифа ан-Насира.99 Эти монеты подтверждают существование города Баку в это время, а также говорят о развитии торговых связей с другими странами
Об этих связях говорят и названия многих сел Апшерона. Вероятно, еще в далеком прошлом племена, проникавшие на территорию Апшерона с севера и с юга, смешавшись с его аборигенами, оседали на Апшероне, оставив след в наименовании ряда его сел и самого города Баку.
Арабские и персидские географы (X – XV вв.), приписывая основание ряда городов Азербайджана Сасанидским царям, при упоминании о Баку ничего не говорят о его возникновении. И. Березин, говоря о Баку, полагает, что «выгоды местности не могли оставаться бесплодно при таком развитии гражданственности, какое существовало в сасанидской монархии».100
Однако известно, что Сасанидские правители в большинстве случаев не основывали, а только укрепляли уже существовавшие поселения и города на северной границе своего государства крепостными стенами и башнями из-за угрозы со стороны хазар и других народов, нападавших с севера на их владения.
Для выяснения вопроса о времени возникновения Баку большое значение имеют условия жизни и заселения Апшеронского полуострова в древности. Древность Баку отмечается несколькими исследователями. В научной литературе существует предположение, выдвинутое известным английским египтологом Флиндерсом Петри о тождестве названия Баку с названием «Bakhau», отраженном в египетской мифологии в «Книге мертвых», древнейшие тексты которой относятся к концу III тысячелетия до нашей эры. Согласно Петри, целый ряд древнеегипетских мифов, так или иначе связан с ритуалом поклонения Солнцу и берет свое начало на этой территории. Отождествляя кавказскую топонимику с именами египетского текста, Ф. Петри строит свои предположения о зарождении египетской мифологии на почве Кавказа. Ф. Петри делает предположение о тождестве названия Баку с названием «Bakhau» – большой горы, над которой стоит небо, называющейся «горою Bakhau восходящего солнца». Этимология слова, по мнению английского ученого та же, так как оно может быть возведено к слову «бака» – утренняя заря.101
В своей статье «Истоки Книги мертвых», опубликованной в 1926 году в журнале «Древний Египет», Ф. Петри не только ссылается на свою более раннюю статью от 1924 года «Кавказская Атлантида и Египет», но также поддерживает практически неизвестный в Азербайджане многоглавый труд замечательного ученого Р. Фессендена «Поглощенная цивилизация Кавказского перешейка». Оказывается, что первые 6 глав этой книги Р. Фессенден опубликовал еще в 1923 году. Если кратко, то из трудов этих выдающихся ученых следует, что в самый короткий и самый длинный день солнце восходит над Каспием и заходит над Азовом. В древнеегипетской мифологии эта земля Кавказа именовалась землей двойных богов – Львов, один из которых был установлен в «Bakhau» – Бог утра, а другой – в Тамани (Ta-Manu) – Лев-вечер. Считалось, что эта территория господства Осириса и именовалась она Акеру (Ак-ер-у).102
Связи древнего Азербайджана с Египтом, по предположению Петри, основываются только на данных египетской мифологии, затронутых в «Книге мертвых», но не подкрепляются данными археологии. Но, несмотря на сомнительность наблюдения Петри, ряд археологических находок, свидетельствующих о связях древнего Египта с Азербайджаном, подводят некоторую базу под предположение Флиндерса Петри.103 В их числе можно указать на бронзовую статуэтку египетской богини Баст с головой кошки (сел. Дананаб в районе Човдара), бусы из голубой египетской пасты (Мингечаур, Ходжалы, Ханлар), датируемые II тысячелетием до н.э., египетские глазки (Мингечаур, Ялойлутепе), скарабей (Мингечаур), два маленьких изображения фаллоса, руки статуэтки человека без головы в плаще – все это из голубой египетской пасты.104
В 1925 г. в город Баку по приглашению «Общества обследования и изучения Азербайджана» посетил Дживанджи Джамшиджи Моди (1854—1933) – известный индийский ученый, изучавший зороастрийскую религию и написавший ряд книг по этой теме. Среди них есть изданная на гуджарати в 1926 г. в Бомбее книга «Maari Mumbai bahaarni sahel» («Мои путешествия за пределы Бомбея»), где Моди описывает свой визит в Баку в 1925 г. Дж. Моди утверждал, что в старых индийских книгах сообщалось о наличии на западных берегах Хазарского моря большого количества храмов огнепоклонников.105
Упоминания о стране огня есть и в древних письменах шумеров. В шумерских табличках с явной ностальгией говорится о некоей стране – Арате, жителей которой шумерский бог Нинурта называет «детьми Ана». Ан – древнейший шумерский бог – создатель шумеров. В текстах шумерского эпоса о Гильгамеше, повествуется о походах по морю к горам Араты шумерских богов – Энмеркара, Лугальбанда и на треть бога Гильгамеша. Арата здесь упоминается как священная страна огня, откуда шумеры привозили белый камень для строительства храма, посвященного богине любви Инанне. В этих табличках упоминается также о споре, где должна жить богиня любви – Инанна, в Уре, на юге Междуречья или в Арате, стране гор на огненном побережье огненного моря.106
Одними из ранних упоминаний источников, связанных с Баку, являются сведения византийского автора первой половины V века Приска Панийского, сопровождавший византийского посла в стан Аттилы. В сочинении, написанном по итогам этого путешествия, он приводит немало географических и этнографических описаний и упоминает местность, примечательную «пламенем, поднимавшимся из подводной скалы». Находясь в 448 г. в ставке Аттилы на Дунае, он услышал подробности похода гуннов в мидийскую землю. Согласно этим данным отряд гуннов, снявшись с берегов Дуная, пройдя «пустынную землю», переправившись «через какое-то озеро» и перевалив «через какие-то горы через «15 дней пути вступило в Мидию» и стал опустошать владения Сасанидов, продвинувшись до Сирии. Но, встретив большое войско персов, гунны возвратились назад и «опасаясь преследования со стороны неприятеля, они повернули на другую дорогу и после пламени, поднимавшегося из подводной скалы, …прибыли на родину». Путь гуннов на основании приведенных данных, восстанавливается без особых проблем. «Пустынные земли», пройденные гуннами после Дуная – это Причерноморские степи; озеро, через которое они переправились – Азовское море; горы, через которые они перешли – Кавказские. То обстоятельство, что от «озера» до «гор» гунны прошли за 15 дней свидетельствует о переходе ими через Дарьяльское ущелье. Обратный путь также ясен, так как единственная «другая дорога» кроме Дарьяльского ущелья между степями Северного Кавказа и странами Передней Азии пролегает через Дербентский проход. А единственная местонахождение «пламени, поднимающегося из подводной скалы» на этой дороге – окрестности Баку.107 Любопытные сведения Приска о пламени, пыщущем из морского камня или скалы, несомненно, относятся к бакинским «вечным огням». Это первое хронологическое указание на огни близ Баку.108
Древние поселения в окрестностях Баку, возможно, были там, где теперь море, в частности на территории нынешней бухты и в районе моря у берегов Биби-Эйбата и Баилова. Ученые и путешественники отмечали изменения уровня Каспийского моря, при которых названные территории становились сушей. Например, профессор С. Ковалевский считает, что в первые века нашей эры Бакинская бухта была сухой, и отмечает возможность поселений на его месте. По мнению ученого, наиболее низкий уровень Каспийского моря, когда острова Бакинского архипелага сплошь сливались с континентом, и вся Бакинская бухта была сухой, падает на период от I до VII вв. Затем с VII в. начинается сильное повышение уровня Каспия вплоть до IX в., когда и образовалась Бакинская бухта.109
Мнение С. Ковалевского подтверждаются археологическими исследованиями 1968 года. В этом году на острове Чилов (Жилой), располагающийся в Апшеронском архипелаге, были обнаружены около 30-ти старинных могил, которые относятся к ранне-мусулманским типам. Кроме могил были фиксированы также остатки строений, кладка которых была сильно размыта морем. Об этих строениях на острове писал еще в 1860—1861 гг. академик Б. Дорн. Здесь были выявлено еще и большое количество поливной глазурованной керамики. Керамика острова имеет типологическое сходство с керамикой прибрежных поселений западного побережья каспийского моря и может датироваться XI – XIV веками.110 Эти находки дают основание предполагать, что остров был частью суши, которая в связи с трансгрессией Каспия была затоплена.
Последние исследования ученых об изменениях уровня Каспия показали, что последнее повышение Каспийского моря началась где-то на рубеже нашей эры. Однако вначале поднятие уровня происходило медленно, сменяясь довольно сильными понижениями. Уровень Каспия был низким до конца XIII в., но в конце XIII в. – первой половине XIV в. меньше чем за сто лет уровень Каспия поднялся более чем на 10 метров.111 На карте Марино Сануто (1320) имеется надпись «море каждый год прибывает на одну ладонь и уже многие хорошие города уничтожены».112
Наиболее полное описание Баку начала XV века содержит сочинение азербайджанского географа Абд ар-Рашида ал-Бакуви «Талхис ал-асар ва аджаиб ал-малик ал-каххар» (Сокращение «Памятников» и чудеса царя могучего»). Бакуви писал, что море затопило в Баку много стенных башен и приблизилось к мечети.113
Затем свыше 600 лет уровень был высоким вплоть до начала XX в., когда он стал падать. Особенно резкое падение уровня моря произошло в 1929—1945 гг., когда в течение 16 лет уровень упал на 2 метра.114 С 90-х годов XX века мы опять наблюдаем поднятие уровня моря. В течении 20 лет уровень моря изменился на несколько метров.
Академик Э. Ленц, посетивший Баку в 1830 г., сообщает слышанное им от местных жителей: «…много времени тому назад море было на 20 верст дальше, чем теперь, и остров Беюк и Даш Зиря, так же как Пир-Аллахи и Чилов были частью твердого материка; однажды же неожиданно море зашло намного вперед и дало побережью тот вид, который оно имеет и сейчас».115
Следует отметить, что в исторической литературе существует также предположение о том, что Апшеронский полуостров некогда был соединен с противоположным берегом Каспия.
И. Березин писал, что по утверждению местных жителей когда-то Каспийского моря здесь не было, а была суша и цветущие города, Этот рассказ жители подкрепляют известием, будто бы на восточном берегу Каспийского моря существует в этом же направлении башни и стены подобной стройки. Далее И. Березин пишет: «Не отвергая, безусловно этих предположений, я должен сказать, что на восточном берегу Каспия по правому берегу Гургана действительно тянется стена из обожженных кирпичей с довольно частыми укреплениями, что предание о соединении Апшерона с восточным берегом Каспийского моря известно и у Туркменов, что в этом месте находится наименьшая ширина Каспия – 115 миль, что в этом направлении глубина моря почти везде от 35 до 60 сажень, тогда как к северу и югу дна морского не дощупаешься, что порфиры Красноводска, по замечанию Гумбольдта, служат продолжением кавказских, что на обоих берегах видно обилие нефти, заметной даже в самом море по этому направлению, что Апшерон носит явные следы вулканизма, также как и порфиры Красноводска, и что, наконец, в море по этому направлению идут ряды камней и плит, как будто бы остатки каких-нибудь зданий: все это вместе взятое громко говорит в пользу доисторического соединения Апшерона с Туркменией».116
Академик Б. А. Дорн также писал: «существует предание, что некогда Апшеронский полуостров косою соединен был с противоположным берегом».117
Это подтверждает и А. Бакиханов. Он отмечает, что среди жителей сохранилось предание, что в древности существовал перешеек от Баку до туркменских берегов, через который туркмены конными массами направлялись сюда на грабеж.118
Доказательством затопления зоны между Баку и о. Беюк Зиря много веков тому назад может служить колея двухколесных арб в каменном теле острова, уходящая в море. Путь этот вел, судя по направлению колеи, вдоль острова к Шиховой деревне и Шиховой косе, конечной точке южного берега Бакинской бухты. При обследовании острова Ленц обнаружил эти следы, которые были сильно стерты от времени. Во время посещения острова путешественником Лерхом в 30-х гг. XVIII в. он был необитаем. Однако Лерх заметил на нем следы построек, колодцев и некоторые четырехугольные углубления, выбитые в скале. По-видимому, когда-то на месте острова и территории бухты было древнее поселение, которое в связи с повышением уровня моря было затоплено.119 О следах двухколесных арб на скальных побережьях островов в Бакинском порту пишет и Г. Мусаев в своей книге «Баку»: «На скальном побережье островов в Бакинском порту и сейчас можно заметить колеи арб. Эти следы направляются к морю. Наверняка, эти дороги направлялись в сторону затонувшего города».120